***
Питер повернулся во сне, что-то пробормотав, и тут же проснулся. Раскрыв глаза, он вспомнил, что находится в доме мистера Старка. Как же здесь было уютно и хорошо! На мягком диване он отлично выспался, чего с ним не случалось, наверное, с самого детства. Сладко зевнув, Питер услышал звук. Значит, Тони уже поднялся. Юноша отбросил одеяло и быстро надел на себя выданную мужчиной одежду. Вещи были ношеные, но чистые, постиранные. Питер вышел из комнаты и столкнулся с хозяином квартиры. — Ты уже поднялся, малыш? — Старк вытирал руки о кухонное полотенце. Он выглядел так по-домашнему в переднике, так заботливо. — Пойдем завтракать. Времени у нас совсем мало. Слово «малыш» Питер от Тони слышал не впервые и каждый раз умилялся ему. Оно звучало слишком нежно из уст мистера Старка и ублажало слух мальчишки. Паркер поплелся на кухню и послушно уселся за стол. — Что ж, продолжая вчерашнюю тему, Питер, ты не можешь остаться у меня, поэтому сделай все по-хорошему, не заставляй меня нервничать, — Старк подал тарелки с омлетом и уселся сам. — Поверь, тебе нужно учиться и расти. Возможно, мы с тобой еще увидимся, когда-нибудь, но пока ты должен вернуться туда, откуда сбежал. — Но, мистер Старк, — юноша умоляюще смотрел на мужчину. Кусок хлеба, который он откусил, не хотел жеваться из-за расстройства. Питер ковырял вилкой завтрак, стараясь не расплакаться. Наконец он сглотнул хлеб и пристально уставился на мужчину. — Я все равно буду с вами, мистер Старк. Хоть сколько выгоняйте меня, а буду сбегать отовсюду и приходить к вам. Я хочу быть с вами! Питер соскочил с места, буркнув «спасибо», и выбежал из квартиры Старка. Тони с такой силой поставил кружку кофе на стол, что разбрызгался напиток, покачал головой, улыбнулся и сказал: — Настырный мальчишка, но такой классный.Часть 2
3 февраля 2019 г., 10:00
Тони вернулся домой среди ночи, как и всегда. Клуб закрывался около часа, надо было проводить задержавшихся посетителей, приветливо переговорить с кем-то, бывало, речь шла и о съеме стриптизера. Старк никогда не делал ничего во вред своим мальчикам, все сделки заключались только по их согласию. Если кто-то из танцоров хотел подзаработать помимо шоу, то шел со знакомым Энтони. И сейчас Тони стоял у окна, вспоминая недавние события, развязывал галстук и попивал бренди. Усталость давала о себе знать головной болью. Ежедневные волнения и переживания выливались в постоянные нервы, Тони дорожил и клубом, и мальчишками.
Неожиданный стук в дверь заставил Старка дернутся. Он резко обернулся и взглянул на часы. Кто это мог быть? Три часа ночи. Мужчина тихо подошел и осторожно посмотрел в глазок. Увиденное отчего-то не совсем удивило его. Тони покачал головой, слегка закатил глаза и цокнул языком, но все же открыл дверь.
— Извините, мистер Старк, — шепот Питера эхом разнесся по пустому коридору.
Старк свободной рукой аккуратно взял его за грудки и втащил в квартиру, прикрывая дверь.
— Что ты здесь делаешь? Почему ты не в приюте? Почему ты не спишь в это время, и вообще — как меня нашел? Отвечай быстро и четко на заданные вопросы или выйдешь обратно, — Тони говорил серьезно, но в душе его умиляло появление этого паренька. Создавалось впечатление, что за прошедшие три дня их разлуки он совсем не расчесывался. Темные волосы клоками торчали в разные стороны, одежда сильно помята и уже местами испачкана.
— Я все скажу, мистер Старк, только не выгоняйте, — юноша умоляюще посмотрел на мужчину, переминаясь с ноги на ногу, и обезоруживающе улыбнулся.
— Хорошо, проходи, — и Тони завел его в гостиную, где уселся рядом с мальчишкой на диван. Мужчина снова сделал глоток бренди и продолжил: — Слушаю. Только отвечай честно, не люблю лгунов.
— Да, конечно, — Питер начал торопливо говорить, правда, то и дело запинаясь, но стараясь ответить на все вопросы. — Я не хочу обратно в приют, мне не нравится там. Ваш адрес я не знал, но следил за домами и увидел вашу машину, потом спросил консьержа, а пробрался по запасной лестнице через второй вход… Я принес вам подарок в знак благодарности. Не выгоняйте меня… пожалуйста.
Паркер сглотнул слюну и протянул Старку сверток. Бумага, в которую был завернут подарок, явно использовалась не впервые: смятая, местами с жирными отпечатками. Старк отставил бокал и взял из рук парня подарок. Он коснулся ледяных пальцев Питера и почувствовал некую жалость к нему. Мальчишка замерз или дрожал от волнения. Тони перевел взгляд на сверток:
— Ну и что там?
— Разверните, мистер Старк, — Питер сам радовался, словно младенец. Он очень хотел доставить радость, сделать приятное. Он был без ума от этого джентльмена, сам не зная почему.
Тони начал шуршать бумагой, а юноша заинтересованно, будто сам задавался вопросом — что же в подарке, глазел на ловкие руки мужчины. Когда бумага была отложена в сторону, в ладони Старка остался платок. Носовой хлопковый платок. Слишком хорошего качества и достаточно известной марки.
— Что это? — Тони протянул ткань вперед.
— Это носовой платок, — глаза Питера широко раскрылись. Он взволнованно заморгал, перебирая пальцы рук одной руки. — Вам не нравится?
— Откуда это? — Старк терялся. Он не знал как реагировать на подарок, на парнишку, на всю эту странную ситуацию.
— Я… Это мое… Было, — Паркер начал заикаться, страх сковал все хрупкое тело. Он виновато опустил голову вниз. — Мистер Старк, я хотел сделать вам приятное, но у меня нет денег. Я скопил, сколько мог…
— Я вижу, — Тони сразу разглядел марку платка. — Это для тебя довольно дорогая вещь. Где ты взял его? Не ври мне, малыш.
— Я вытащил его из кармана одного мистера, когда он только купил его, — забормотал мальчишка. — Он новый, этот платок. Я специально следил за тем мужиком. Он только зашел в бутик, потом вышел с коробочкой, вытащил из нее платок и сунул в карман пиджака. Я пошел следом и незаметно вынул его. Никто не видел этого, честно.
— Так, — Старк поднялся, положил платок на стол, рядом с глянцевыми журналами, сунул руки в карманы и отошел к окну. Все это время Питер сидел в нервном ожидании приговора. Наконец, после минутного перерыва, Тони произнес. — Значит так, мальчик. Ты больше никогда не станешь воровать, вернешься в приют и будешь послушным. Иначе мне придется рассердиться.
— Мистер Старк, я лишь хотел сделать вам приятное, — глаза Питера наполнились слезами. — Я не буду больше воровать, если вы это приказываете мне, но и в приют я не вернусь. Простите меня и примите еще раз благодарность.
Паркер встал с дивана, вытерев рукавом нос и глаза, и пошел к двери. Тони покачал головой. Ох, как тяжело ему сейчас давалось решение! Как бешено колотилось в груди мужчины сердце!
— Постой! — выкрикнул Старк, Питер тут же встал, как вкопанный, но не оборачивался. Ему было стыдно и обидно одновременно. Тони подошел к нему и приподнял подбородок парня пальцами: — Не обижайся на меня. Но воровать — плохо, и я думаю, ты знаешь об этом. А насчет приюта… Что тебя тревожит? Можешь мне объяснить, но только завтра. Я очень устал сегодня, поэтому хочу спать. А пока ты останешься здесь, в моем доме. Слишком поздно уже. Завтра утром мы поговорим и все решим, договорились?
Лицо Питера просветлело, словно то небо после урагана. Улыбка тут же расплылась на губах. Мальчику не верилось, что Тони оставляет его у себя дома. Сегодняшняя ночь была настоящей сказкой для него.
— Договорились, мистер Старк, — Питер готов был сделать все, что угодно, лишь бы получить одобрение от мужчины. Он прикипел всем сердцем к нему, он считал его чуть ли не божеством. Этот человек влился в душу милого мальчишки, сам того не осознавая.
Конечно, Питер уснул, как только его голова коснулась мягкой подушки, но перед этим Тони погнал его в душ, помыться как следует, предоставив чистую одежду. Мальчик даже не попытался разузнать, откуда у Старка имеются юношеские вещи. Это было совершенно не принципиально и не интересно. А Тони оставшиеся часы до рассвета размышлял. И темой его мыслей и задумок был Питер. Да, он был довольно симпатичный, особенно после душа. Худощавый, но милый. И зачем только Старк ввязался во все это? Завтра же объяснит ему, что к чему, и направит в попечительский совет, ну или куда там надо. Тони было все равно. Он привык жить один. И вводить в свою одинокую холостяцкую жизнь Тони не хотел никого. Ему было удобно распоряжаться своим временем, не рассчитывая ни на кого. Он не хотел ни о ком заботиться, кроме своих танцоров. Только своих мальчишек он и любил, только ими и занимался. Все они работали на него с величайшим удовольствием, они обожали своего босса, и он платил им ответной монетой.