Биение её сердца

Солнце едва-едва брезжило за горизонтом, повозки встали на ночовку. Люди были уставшими от дневного зноя, верблюды нуждались в подкормке. Разбились шатры, люди готовились ко сну. Сакура жадно приложилась к фляге с водой. Мучившая её жажда не утолилась от трех маленьких глотков, но экономить воду — главное правило пустыни, поэтому Сакура, терпя и скрепя сердцем, закрыла флягу, убирая в рюкзак. Парни, сидя у костра, ели консервы. Все молчали. И Сакура, у которой от усталости глаза слипались, сидела, засыпая на ходу. Треск костра успокаивал ее, вводил в дрёму, и она сама не заметила, как уснула. — Мики, будешь? — спросил Шу, предлагая девушке консерву, и разбудил ее, приводя помутившиееся сознание в чувство. — А… Что? — хрипло переспросила девушка, обернувшись. Взгляд наткнулся на протянутый ей консерв. — Будешь? — повторил Шу, улыбаясь. Сакура отказалась, отрицательно мотнув головой. Сил не было даже на то, чтобы сказать, что есть не хочется, только пить. Она сложила голову на руки, устраиваясь поудобнее. Сейчас, очень скоро, она ляжет спать, стоит немного потерпеть. — Ну, Мики, ты и дура… — протянул Шу, пожимая плечами. Ковыряя палочками в своей порции, он устало вздохнул, устремляя взгляд куда-то в таинственную темную вдаль, и только потом, когда в голове что-то перемкнуло, продолжил трапезу. — Тебе надо поесть, — заметил Сасори. — Я наблюдал за тобой с утра. Ты и утром не ела, и днем тоже. И от вчерашнего ужина отказалась. — Кусок в горло не лезет, — пожаловалась Сакура, не открывая глаз. — Поешь. — Не хочу. — Шу, дай мне её порцию, — Сасори протянул руку. Шу, колеблясь, отдал. Он не сводил глаз с Сасори. В уме назревал вопрос, и Шу, склонив голову набок, задумчиво зажевал губу. — Ты?.. — начал он. — Замолкни, — оборвал его чуунин, садясь перед Пак. В это время Сакуре виделось чудное видение, где она стояла на краю обрыва, смотрела на закат. Теплый ветер играл в ее волосах, лаская кожу. Лучи уходящего солнца отбрасывали на лицо блики, немного слепили в глаза, заставляя приятно жмуриться. Там было тепло, но не так мучительно жарко, как здесь. И ещё было так спокойно, словно она нырнула в нирвану. В реальность Сакуру вернул голос Сасори, что-то говорящий ей. Он просил ее о чем-то… Или отчитывал?.. «Что ему надобно?» — сонно подумала она, открывая глаза. Находясь в том состоянии, когда человек ещё не отошёл ото сна и, резко очнувшись, сейчас не ощущает реальности происходящего, думая, что он во сне, Сакура как-то странно улыбнулась своим мыслям и подалась неожиданному порыву потискать нукенина за щёчки. — Пак?! — И надо же, выглядишь таким милым, а на деле такой, — Сакура взяла Сасори за щеки, натянув кожу, и протяжно вздохнула, — а на деле ты такой… — подходящего слова не находилось, — ты такой ду-ра-чок. Когда послышались дурацкие смешки за спиной, по рукам Сакуры словно прошел разряд. Одна мысль — одна секунда, и Сакуру отпихнуло от Акасуны. Её лицо перекосило при мысли о том, что она сейчас сделала. Вот же она идиотка… Господи! — Хе-хе… — Ты головой ударилась, Пак? Пак… Пак… — Мики! Проснись! Сакура резко открыла глаза. Испуг промелькнул на её хорошеньком лице, она инстинктивно прижала руки к груди, тяжело дыша. «Сон… Это был сон… Я ему ничего не говорила… Стрёмно как». — Тебе чего? — хрипло спросила она. — Ешь, — вкрадчивый голос Сасори удивил Сакуру своей скромностью. Зрачки непроизвольно расширились. Девушка пошире раскрыла глаза, все также видя перед собой Сасори с палочками для еды. Рис с сушеной морковкой были зажаты меж палочек и любезно предложены Сакуре. Но девушка отодвинулась назад, слабо улыбаясь. Сзади послышались смешки. Парни, Шу и Чоко, смеялись. «Вот уроды», — пронеслось в голове Сакуры. — Рот открой. — Не надо, Сасори-сан. — Шу, подержи её, — приказал Акасуна, махнув тому рукой. Сото тут же повис на Сакуре и своим весом пригвоздил её к месту. — Рот открой. Девушка отрицательно мотнула головой. — Я?.. Э. Стойте, не им… — в рот попала еда. Сасори все точно рассчитал. Гадёныш. Акасуна вздохнул: — Много болтаешь, Пак. Так что, сама продолжишь есть, или мне продолжить тебя кормить? — Сама, — обиделась девушка. — Вот и чудно, — он всунул ей открытую консерву и палочки в руки. — Приятного аппетита. — А можно я и дальше буду её держать? Мне нравится с ней обниматься. И от неё хорошо пахнет, — Сото никак не расцеплял свои руки и не слезал с Сакуры. — Как хочешь, — пожал плечами Сасори, садясь на своё место. А Шу в это время чмокнул девушку в щеку, тем самым окончательно её разозлив. Палочки в её руках треснули, сломавшись пополам. Девушка убрала консерву на землю, чтобы не рассыпать еду в процессе мордобоя. — Да ты охерел как никак! — взорвалась она и встряхнула мелкого за шиворот. — Да вы вообще здесь все охренели, черт подери! Бессмертия поел, Шу, что ли?! — Воу-воу, полегче, Пак, — Чоко посмеивался над ней и над нелепостью ситуации в целом. — Ты на фурию похоже больше, чем сама фурия. — Что вякнул?! — одной Харуно, что ли, было не до шуток. Она метнула злой взгляд на Чоко, и тот отодвинулся подальше от исходящей бешенством Мики. Мало ли что, вдруг и его заденет этот взрыв. Лучше помолчать в сторонке. — Да ла-адно-о, — у Шу перед глазами помутнело. — Отпусти, я больше не бу-уду к тебе приставать. Сакура с недоверием посмотрела в эти хитрые бессовестные глаза. — Правда, шо ле? — сейчас она выглядела, как парень, поймавший свою благоверную с любовником и жаждущий расправы. — Честно-честно, — быстро затараторил Шу, бледнея от страха. — Да хорош тебе злиться… Знаешь, мы когда в той пещере застряли, мне было не так страшно, как сейчас… — Ах ты мелкий… — процедила сквозь зубы Сакура, посильнее сжав воротник генина, но злость уже исчезала из ее сердца, уступая место апатии. В это время встрял Акасуна: — Пак, сядь, — серьезно заметил он, сверля в спину Мики тяжелым взглядом. — И ты, Сото. Выглядите убого. — На себя посмотри, — отпарировала Сакура, на что Акасуна лишь презрительно хмыкнул и отпустила Шу. Сакура плюхнулись на свое место и стала жевать безвкусный рис, двигая челюстями чисто по инерции. Все молчали. Каждый думал о своем, и подумать было над чем. Кажется, Сакуре пора брать инициативу в свои руки, иначе так и сгниет поганым генином. Минутная потасовка с Сото словно пробудила в Сакуре генератор, бьющий энергией. Он прямо бил из нее фантаном. Хотелось тут же свернуть горы, совершить чудо. Сломать кому-то челюсть. — Чоко, останешься дежурным, потом я заменю тебя, — сказал Сасори. — Остальные могут идти отдыхать. — Есть! Ура! Харуно в душе возликовала. Она расстелила спальный мешок возле костра, и стоило Сакуре прилечь, как она тут же уснула. Разбудил ее посреди ночи Шу, встряхивая за плечи. — Что случилось?! — у Сакуры от такого неожиданного подъема, как рукой сняло сон. В груди неприятно щемило, в легкие будто набили стекла. — Разбойники, Пак, разбойники! — Шу выглядел возбуждённым и тараторил быстрее обычного. В глазах горел азарт скорой битвы. — Защищай принцессу! — Есть. Не теряя ни секунды, Сакура побежала в шатер принцессы.