Звездочёт

      — Вот так, осторожно. Ещё шаг, — услышал он Альфреда.       Джейсон мотнул головой. По спине градом катился пот.       — Я не могу.       — Ещё шаг, и можете присесть отдохнуть, — в голосе Альфреда не было ни капли жалости.       Джейсон сделал быстрый вдох и шагнул вперёд. Боль тут же накрыла его, стальными иголками впиваясь в ногу.       — Сука, — процедил он сквозь зубы, прикрыв глаза.       — Молодец, — похвалил его Альфред.       Джейсон рухнул обратно в инвалидное кресло, и Альфред покатил его по тропинке через сад. Стоял чудесный вечер. Птицы щебетали в пышных кронах деревьев. В мраморном фонтане тихо плескалась вода. Жизнь вокруг так и кипела. Аж противно.       Альфред повёз Джейсона по дорожке, ведущей к особняку.       — Ненавижу вечерние прогулки, — решительно заявил Джейсон, потирая больную ногу.       — Не сомневаюсь в этом, мастер Джейсон, — Альфред миролюбиво с ним согласился.       — И физиотерапию я тоже ненавижу, — проворчал Джейсон.       — Именно поэтому мы решили немного передохнуть и насладиться прекрасным вечерним воздухом, — Альфред вкатил инвалидное кресло вверх по пандусу, извлёк из внутреннего кармана жилета ключ и отпер парадную дверь.       — Насладиться?! Да ты меня по саду полчаса гонял! — сердито возмутился Джейсон.       — Не надо так волноваться, мастер Джейсон. Мы занимались не так уж долго. Не больше десяти минут, если быть точным.       — «Не больше десяти»? Ал, ты там из меня квотербека пытался сделать. «Рыцари» должны взять тебя новым тренером. Может, хоть так начнём выигрывать.       Альфред молча покачал головой. Джейсон в ответ ухмыльнулся.       Альфред открыл дверь и покатил коляску через фойе в гостиную.       Дик, скрестив ноги, сидел на полу прямо в центре комнаты. Дэмиен лежал, развалившись на диване. Они что-то смотрели по телевизору. Экран был даже больше, чем в спальне у Джейсона. Если такое вообще возможно.       — Эй, Джейсон, как идут дела в исправительном лагере? — окликнул его Дик.       Дэмиен едва слышно хихикнул.       — Мальчики, — сказал Альфред строгим голосом, — манеры.       Он быстро глянул на телевизор и нахмурился.       — Мастер Дэмиен, я очень надеюсь, что этот фильм разрешено смотреть детям вашего возраста.       Дэмиен посмотрел на него круглыми глазами.       — Пенниуорт, мы смотрим «Холодное сердце», — он указал на телевизор.       В эту же секунду блондиночка в синем платье заголосила во всю мощь своих лёгких.       — Хм-м, — Альфред недоверчиво сузил глаза и вышел из комнаты.       Дик дождался, пока он отойдёт подальше, а потом переключил обратно на какой-то ужастик про зомби.       — Другое дело, — сказал Джейсон, перебравшись с кресла на диван чуть поодаль от Дэмиена.       Тем временем на экране какой-то мужик палил по зомби, чьи головы лопались, как перезрелые арбузы. Ошмётки мозгов разлетались во все стороны.       — Фильмы «18+», — с благоговением в голосе прошептал Дэмиен.       — Спецэффекты стали в разы круче, пока я был мёртв, да? — Джейсон с жадным интересом смотрел, как мужик уложил ещё одного зомби, всадив в него мачете со смачным чавкающим звуком.       Дик одобрительно замычал.       — Мой любимый момент, — мечтательно вздохнул он.       Джейсон посмотрел на экран.       Мужик срубил голову зомби мачете и держал её в руке, как какой-то трофей. Остатки мозгов стекали у него по рукам.       — Фу-у-у! — ликующе завопил Дэмиен.       — Ребята, что смотрите? — голос Стэфани заставил их всех подскочить на месте.       Джейсон поморщился. Нога всё ещё болела после сумасшедших упражнений Альфреда.       — Стэф, тише, — зашипел Дик. — Альфред думает, мы смотрим «Холодное сердце». Боже, ты меня напугала.       — Не, Альфред знает, что вы смотрите не «Холодное сердце», — весело сообщила Стэф. — Он отправил меня присмотреть за вами.       Она уселась на диван рядом с Джейсоном, закинув ноги ему на колени. Джейсон от удивления потерял дар речи.       — Привет, — Стэф протянула ему руку. — Я Стэф. Мы с тобой уже виделись, но ты был в том красном ведре, так что меня, наверное, не помнишь.       Джейсон вяло пожал ей руку.       — Я знаю, кто ты, — невпопад ляпнул он.       Он посмотрел на её ноги.       — У меня берцовая кость сломана.       — Мои ноги на твоей берцовой кости?       — Нет.       — Тогда не вижу никаких проблем. Что мы смотрим? — спросила Стэф у Дика.       — Ужастик про зомби, — ответил Дик. — Не говори Альфреду.       Стэф посмотрела на экран, где главный герой давил зомби на машине. Как будто зубную пасту выжимали из тюбика.       — Гадость, — она состроила гримасу. — Вы, ребята, просто больные.       А потом без всякого перехода она обратилась к Джейсону:       — Дик рассказал мне про твой список.       — Дик не умеет держать свой длинный язык за зубами, — сказал Джейсон.       Дик лишь ухмыльнулся.       — Я тут кое-что придумала. Ну, я и Касс, — пояснила Стэф.       — Где Касс? — спросил Дик.       — На кухне, помогает Альфреду, — Стэф снова обернулась к Джейсону.       Она склонила голову немного набок, внимательно его изучая. Джейсон изо всех сил старался не ёрзать.       — Ты должен побывать в каждом штате, — начала Стэф. — Встретить рассвет и закат в один и тот же день. О, а ещё попробовать вяленую говядину с заправки. Такая гадость. А ещё попробовать каждый вкус «Baskin Robbins». У меня тут ещё несколько идей записано, погоди, — она потянулась за телефоном. — На большинстве сайтов всякая скукотища. Типа «нарушить закон» или «записаться на курсы самообороны». Это круто только для нормальных людей, мы этим и так занимаемся каждый вечер. Я тут подумала, ты бы мог начать путешествовать. Сгоняй на Мальдивы, научись сёрфингу. Или в Тибет. О, а ещё я нашла дешёвые билеты на круиз по Карибскому морю и…       — Стоп. Что?       — Что «что»? Ты не хочешь на Мальдивы?       — Н-не особо, если честно, — ответил Джейсон, чувствуя себя неловко. — Я думал о чём-то попроще. Ну, посмотреть новые фильмы. Что-то, что я реально могу сделать.       — Это твой список, — взгляд Стэф немного потеплел. — Делай только то, что сам хочешь.       — Я не очень хочу в круиз, — осторожно сказал Джейсон, боясь задеть её чувства.       Иногда ему казалось, что он ходил со всеми ними по охуенно тонкому льду.       — Ничего страшного, — её голос звучал мягко.       — Окей.       Они вместе смотрели телевизор. Нога Джейсона болела уже не так сильно. Солнце медленно клонилось вниз. Сквозь окно в комнату струился мягкий розоватый свет. Джейсон откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Шум телевизора доносился как будто издалека, пока и вовсе не стих.       Какое-то время спустя он услышал приглушённые голоса.       — По-моему, он уснул, — это была Стэф.       — Не трогай его, — сказал Дик. — Он по ночам почти не спит. Я иногда слышу, как он кричит во сне.       — Господи.       — Ага.       — Брюс уже с ним говорил?       — Я не знаю. Он в последнее время какой-то странный. Целыми днями сидит у себя в кабинете.       — Ему, наверное, нелегко приходится, — прошептала Стэф.       — Не знаю, как Брюсу, но Джейсону точно нелегко.       Повисла долгая пауза. Было слышно только тихое бормотание телевизора. Джейсон старался дышать медленно. Вдох-выдох. Вдох-выдох.       — Ему на него не плевать, — произнёс Дик уверенно. — Я же вижу. Я знаю это наверняка.       — Кому? — шёпотом спросила Стэф.       Джейсон старался не двигаться. Ему не хотелось с ними объясняться, на случай если ему опять приснится кошмар.       — Им обоим, — ответил Дик. — Им обоим не плевать.

***

      Следующая неделя прошла куда лучше двух предыдущих. Альфред всё ещё заставлял его выходить на улицу каждый день. От этих прогулок тошнота подкатывала к горлу, а в ногу будто впивались тысячи ядовитых лезвий. Но потом ядовитые лезвия перестали казаться такими уж ядовитыми. Стало полегче.       «Какой-никакой прогресс», — подумал он.       Инвалидное кресло помогало ему свободно перемещаться по дому, но ему не очень нравилось им пользоваться. В нём он чувствовал себя бесполезным. Другим приходилось возить его. Сам он не мог — руки очень быстро уставали. Поэтому он старался ходить на своих двоих, пусть и очень медленно.       Дэмиен стал часто заглядывать к нему, что поначалу вызывало у него лёгкий ступор. Чаще всего они смотрели фильмы, которые Дэмиену нельзя было смотреть в присутствии Брюса или Альфреда. Иногда играли в настольные игры или карты. Иногда разговаривали.       — Мы сегодня начали алгебру, — как-то раз сообщил ему Дэмиен.       — Сочувствую, мелкий, — Джейсон передвинул фишку «Монополии» на поле с надписью «Пэлл-Мэлл». — Мне надо платить аренду, да?       — Раскошеливайся, — кивнул Дэмиен с самодовольным видом.       Джейсон закатил глаза и отдал ему деньги. Игра в «Монополию» зашла слишком далеко.       — Похуй. Это какая-то сраная «Пэлл-Мэлл». Много не заработаешь.       — Разумеется, Тодд, — Дэмиен ухмыльнулся. — Кстати, отцу не нравятся такие выражения.       — Ага, отец может идти на хуй. Твоя очередь.       Дэмиен бросил кубики.       — Девять. Трафальгарская площадь.       — А я её не купил ещё, да? — уныло поинтересовался Джейсон.       — Нет, — Дэмиен потянулся к коробке за карточкой Недвижимости. — Пожалуй, куплю её. Как и всё остальное на этом поле.       — Я не виноват, что просидел в тюрьме так долго, — покачал головой Джейсон.       — Твой черёд, Тодд.       Джейсон тяжко вздохнул и бросил кубики.       — Так тебе нравится математика?       — Вроде того, — Дэмиен быстро на него посмотрел.       — Круто. Эй, мне выпала бесплатная стоянка. Всё лучше, чем тюрьма, а?       — Мне больше нравится рисовать, — вдруг сказал Дэмиен.       Он посмотрел на Джейсона взглядом, полным одновременно смущения и вызова.       — Не смей никому рассказывать. Отец не знает об этом.       — Почему? — Джейсон посмотрел на него.       — Это глупо, — Дэмиен дёрнул плечом, не сводя глаз с игрового поля.       — Рисовать — глупо?       Дэмиен снова дёрнул плечом. Он перебирал пальцами карточки Недвижимости.       — Это бессмысленно, — сказал он наконец. — Просто сидишь и водишь карандашом по бумаге. Никакой пользы.       — Рисование не бесполезно, только потому что это не математика и не инженерное дело, — заметил Джейсон. — Ходи.       Дэмиен бросил кубики.       — Нет, — Джейсон уставился на доску.       На лице Дэмиена засияла широкая улыбка. В тот момент на него было даже приятно смотреть. В тот момент он выглядел, как одиннадцатилетний мальчишка.       — Да, — сказал Дэмиен, передвинув фишку на поле «Мейфэр».       — Какая-то тупая игра, — бросил Джейсон.       Дэмиен хихикнул.       Джейсон бросил кубик. Ему выпал Шанс. «Уплатите налог». Да ну ёбаный в рот.       — Мне кажется, искусство помогает людям, — сказал Джейсон. — Оставляет свой след в сердцах и всё такое, — он почесал голову. — Не знаю. Но Брюс был бы рад, если бы из кого-то в семье вышел художник. Не знаю, как Тим, но мы с Диком во всей этой креативной хуйне вообще никогда не шарили.       Дэмиен снова дёрнул плечом. Джейсону стало понятно, что он больше не хотел продолжать разговор эту тему.       — В общем, — глянул он на доску. — Я всё проебал.       — Да, — Дэмиен опять ухмыльнулся. — А на «Мейфэр» я построю дом.       — Ты очень, очень жестокий ребёнок, — Джейсон покачал головой, ткнув пальцем в его сторону.       — Плати налоги, Тодд.       Джейсон уплатил ебучие налоги.       — У меня всё настолько плохо, что это уже даже не смешно, — пробормотал он. — Твой ход.       Но Дэмиен не взял протянутые Джейсоном кубики. Он пристально смотрел куда-то поверх него, будто нашёл в изголовье кровати что-то невероятно интересное.       — Что?       Дэмиен кашлянул.       — Когда я только приехал сюда год назад… — пауза. — Неважно, — вздохнул он.       — Нет, — Джейсон выпрямился. — В чём дело?       Дэмиен прикусил губу, глядя куда угодно, только не на него.       — Когда я только приехал сюда, я иногда был… Грубым и невоспитанным.       — Был? — пошутил Джейсон, но Дэмиен даже не обратил внимания. Ни улыбки, ни гневного взгляда, ничего. Всё так же смотрел в изголовье его кровати.       — Мне велели не ходить в ту комнату, но я не послушался. Всё равно туда пошёл. А там всё было... нетронуто. Совсем. Как будто ты просто вышел ненадолго погулять. Твои вещи на вешалках, плакаты на стенах. Рюкзак на стуле около стола. Это было… это было жутко.       Джейсон замер.       — Отец нашёл меня там поздно вечером. Я перебирал вещи в твоём шкафу. Он всё сохранил, Тодд. Твои открытки, твой старый телефон, твои диски. Даже бумажки в мусорной корзине. Он очень рассердился, когда нашёл меня там. Я его никогда таким злым не видел. А всё потому что я трогал вещи в старой комнате его погибшего сына.       Дэмиен замолчал. Джейсон сгорбился, прижавшись спиной к стенке кровати. Они так долго просидели в тишине, что Джейсон собрался было что-то сказать, как Дэмиен вдруг поднялся.       — Подожди, — сказал он, посмотрев на Джейсона взглядом, полным одновременно смущения и вызова. — Я сейчас, — он быстро куда-то убежал.       Джейсон уставился на дверь, за которой он исчез, а потом уронил голову на ладони.       Через пару минут он почувствовал, как кто-то настойчиво потряс его за плечо.       — Вот, — Дэмиен чем-то тыкал его в бок, — смотри, я нашёл.       Джейсон поднял голову. Это был его старый CD-плеер.       Он взял плеер у Дэмиена и повертел в руках.       — Них… — он осёкся, поймав на себе взгляд Дэмиена. — … чего себе. Где ты его достал? — прошептал он.       — Я же сказал. В твоей старой комнате.       — Спасибо, — Джейсон не знал, что сказать.       — Ерунда, — бросил Дэмиен. Ему было неловко принимать слова благодарности.       Маленький одиннадцатилетний борец с преступностью, рисующий в тайне ото всех и отыскивающий плееры для своих некогда умерших братьев. Где Брюс находил этих детей?       Джейсон открыл крышку плеера. Посмотрел на вставленный в него диск, и на его лице расплылась улыбка.       — Эй, мелкий.       — Что?       — Настало время познакомить тебя с шедеврами хип-хопа. Ты готов?       — Вообще-то не очень, — Дэмиен недовольно скривился.       — Погнали, — Джейсон ухмыльнулся и нажал кнопку «play».

***

      Брюс сводил его в кафе.       День начинался как обычно: он позавтракал; занялся физиотерапией; прошёл через весь сад без помощи коляски, чем невероятно гордился; посидел немного с Альфредом, пока он ухаживал за клумбами; поднялся к себе в спальню и сел на кровать.       Брюс был уже там, но он заметил это слишком поздно.       — Твою мать! — Джейсон резко вскочил, случайно наступив на больную ногу, и выругался.       — Сядь, — сказал ему Брюс.       Джейсон сел, потирая ногу.       — Ты в порядке?       — Ты меня просто напугал, — Джейсон дёрнул плечом.       Брюс едва заметно поёжился. Что-то промелькнуло у него в глазах. Что-то похожее на волнение.       — Прости, — сказал он.       — Ничего страшного.       Брюс присел на кровать рядом с Джейсоном. Джейсон смотрел на него, не отрывая взгляда.       — Я подумал… — Брюс на секунду замолчал. — Может, сходим куда-нибудь выпить кофе?       — А? — сказал Джейсон. Очень красноречиво.       — Альфред… сказал, что тебе нравится горячий шоколад.       — Ну, да.       — Может сходим куда-нибудь?       Джейсон посмотрел на Брюса. Брюс рассматривал свои ладони. Джейсон вдруг понял, что Брюс сам понятия не имел, чего пытался добиться.       — Ладно.       Брюс посмотрел на него так, словно не мог поверить услышанному.       — Ты согласен?       — Я же только что сказал, разве нет?       — Да. Да, сказал.       — Ну, тогда пошли, — Джейсон встал на ноги. — Но я с этой ебучей коляской в «Starbucks» не пойду, понятно?       — Я принесу костыли, — сказал Брюс, быстро поднявшись с места.       В кофейне Брюс купил ему горячий шоколад. Сам сделал заказ у официанта за него. Джейсон на секунду снова ощутил себя маленьким ребёнком. Странное чувство.       Он барабанил пальцами по стеклянной поверхности стола. Джейсон не слышал гула голосов и звона посуды, лишь стук своих пальцев по столу и дыхание Брюса. Молчание заставляло его чувствовать себя ещё более неловко. Кто-то из них, наверное, должен был что-нибудь сказать. Наверное, он должен был что-нибудь сказать. Брюс уже, наверное, заскучал, он просто отвезёт его домой, а потом…       — Ты вчера включал свои старые диски, я слышал из коридора, — сказал Брюс.       Джейсон посмотрел на него.       — Да, мне их Дэмиен принёс. Он классный пацан.       Брюс с отстранённым видом кивнул.       — Я… Когда я услышал ту музыку, мне на секунду показалось, что ты вернулся. Вернулся домой.       — Я и так вернулся, — сказал Джейсон.       — Я не это имел в виду, — Брюс нахмурился, а потом поднял на него взгляд. — Прости. Сказал какую-то глупость.       — Не, — Джейсон покачал головой. — Всё нормально.       Снова наступила тишина.       Потом принесли заказ. Иногда ему казалось, что он разучился разговаривать с людьми.       Джейсон пододвинул к себе горячий шоколад и отхлебнул. Язык тут же обожгло, на глазах выступили слёзы. Он поставил кружку обратно на стол.       Брюс, он — это невозможно было описать. Улыбался. Джейсон вытер рот и поймал на себе его взгляд.       — Что?       Брюс покачал головой и посмотрел в свой кофе. Он заказал себе обычный эспрессо.       — Ты так постоянно делал, когда был маленьким. Не дожидался, пока остынет.       — А, — Джейсон отвернулся. — Ты до сих пор помнишь?       — Конечно, — ответил Брюс. — Как я мог забыть?       Джейсон пожал плечами.       — Дик сказал, — Брюс провёл рукой по лицу, — что мне надо поработать над своими коммуникативными навыками. Ты как считаешь?       Джейсон упрямо смотрел в свой горячий шоколад, помешивая его пластиковой штуковиной, которую выдавали во всех кафе. Он снова пожал плечами. Он в душе не ебал, что нужно отвечать в таких случаях.       — Ладно, — сказал Брюс, внутренне подобравшись. Будто он набирался решимости что-то сделать. Что-то сказать.       Джейсон посмотрел на него.       — Когда ты умер, — голос Брюса был очень тихий, едва различимый, — какая-то часть меня тоже хотела умереть тогда. Немалая часть.       Рука Джейсона замерла над чашкой.       Брюс всё так же смотрел вниз.       — Я не мог… мне кажется, я тогда просто не мог осознать случившегося. Я часами сидел в твоей комнате. Думал, что зашёл всего на пять минут, а уже на следующее утро меня будил Альфред.       Подошёл официант и спросил, не хотели ли они чего-нибудь ещё. Брюс отрицательно помотал головой. Джейсон даже не обратил на него внимания. Как только официант ушёл, Брюс продолжил.       — Какое-то время я ходил к психотерапевту. Альфред заставил. Не помогло. Я тогда не хотел помощи. Хотел, чтобы меня оставили одного. Одного с моим горем и чувством вины. Хотел исчезнуть.       — Я много работал. Много патрулировал, потом поднимался в твою комнату и там же засыпал, а потом просыпался и снова спускался в пещеру, — он на секунду прервался. — Это невозможно было назвать жизнью, — тихо прибавил Брюс. — Теперь я это понимаю. Но тогда мне было плевать, Джей. Мне было на всё плевать.       Горячий шоколад Джейсона так и стоял на столе.       — Дик сказал мне, что ты не хочешь оставаться. Я подумал, что если таково твоё решение, то так даже к лучшему. Мы с тобой всё равно в последнее время не очень ладим. А потом я услышал твои старые диски, и я… — Брюс резко замолчал и отвернулся.             Когда он заговорил снова, его голос звучал как-то иначе. Надломленно.       — Не уходи, — сказал он. — Пожалуйста. Этот… этот бесценный дар у меня однажды отняли. Я не позволю этому случиться снова.       Джейсон смутно слышал шум проезжающих мимо машин. Грузовики и легковые автомобили катились по главной улице. Звон посуды, голоса людей. Бесценный дар. Брюс сказал: «Бесценный дар». Так и сказал.       — А теперь, может, уже скажешь что-нибудь? — Брюс откинулся на спинку стула и провёл рукой по волосам.       — Я остаюсь, — пробормотал Джейсон. — Лесли запретила мне уходить.       — А, — Брюс, нахмурившись, смотрел в свою чашку, а потом разом её осушил. — Ясно.       — И я… то есть… Я не хочу уходить, — сказал Джейсон. — Больше не хочу. Передумал.       Он встретился взглядом с Брюсом.       — Хорошо, — сказал Брюс. — Я рад.       Джейсон кивнул.       Молчание.       — Пей шоколад, — подал голос Брюс. — Он остывает.       Джейсон сделал глоток.       Они сидели за столиком друг напротив друга в уютном дорогом кафе. Джейсон думал о созвездиях и ночи. Брюс спросил его о списке. Джейсон спросил его о работе. О Дэмиене. Они говорили, и было только самую малость неловко.       Но всё прошло нормально. Даже лучше, чем нормально.       «Бесценный дар», — подумал он.