Остатки жизни.

Мои ноги уже начинали ныть. Дыхание сбивалось, казалось, каждые минут пятнадцать. Не знаю, как другим, но мне становилось все тяжелее и тяжелее идти. Дорога до той точки была длиннее всех, которые я ходил. Не знаю, ко скольки вечера, или уже ночи, мы вернемся. Я никогда не ходил в поход, когда был ребенком. Меня не учили навыкам выживания. Не учили, как правильно вести себя, в таких условиях. Если что-то случиться, я умру первым. Такие перспективы меня не радовали. И сейчас я начинаю жалеть, что не соглашался ездить с дедушкой в лес. А ведь он говорил, что когда-то мне выйдет это боком. Район был очень плохо освещен. Цино сказал, нам нужно справиться быстро, ведь дорога отнимает большую часть времени, а идти по ночному лесу — не лучшая затея. Я бы не назвал это место даже районом. Больше походит на деревню. Но здесь не очень-то крепкие постройки. Газ должен был уничтожить всех. Ну или большинство. Отряд двигался быстро, все держали пистолеты и автоматы наготове. Никто сегодня умирать не хотел. Вскоре, дойдя до магазина, Цино махнул рукой, намекая на то, чтобы шевелили задницами. Все кинулись к полкам. Но доводы не соврали — здесь действительно больше продуктов. Мы набрали сколько могли. Больше консервов, средств личной гигиены, крупы, уксус. Да, как ни странно, уксус шел в ход не только при приготовлении пищи. — - Было бы неплохо обыскать дома, — Кармен закинула рюкзак за плечо — Это деревня. Здесь могут быть консервированные овощи и многое другое, что могло бы храниться приличное количество времени. — Не сегодня. Ты же не хочешь идти ночью по лесу? В другой раз, — Цино положил руку ей на плече. Но что-то мне подсказывало, что его «в другой раз» на самом деле «никогда». Кармен больше злилась, чем обижалась. Но на этот раз я был согласен с Цино. Он лучше знает опасности в лесу, чем я. Значит, не стоит рисковать. Отряд вышел из маркета, и назад мы направлялись той же дорогой, что и сюда. Цино резко остановил отряд. У меня что-то сжалось в груди. Если я застрелил монстра один раз, не значит, что я смогу еще. Я немного отошел в сторону, чтобы понять, что происходит. Никто не двигался из отряда. Я понял почему. В полумраке, я смог разглядеть пару таких существ. Они выглядели так же, как тот, которого я убил. Кажется, они что-то… ели. Или кого-то. От этих мыслей у меня холодок пробежал по спине. Я поежился. Цино, не поворачиваясь к нам лицом, помахал кистью, говоря, идти назад. Отряд начал медленно двигаться в противоположном направлении. Нужно было идти тихо. Лидер оказался позади, впереди я и еще пару человек, включая Люка. Если что-то пойдет не так… Кто будет оплакивать потерю Люка? У него вообще есть родные? Он знает почти всё обо мне. А я о нем — почти ничего. Я почувствовал себя ужасным другом и соратником. Раньше, я был плохим братом. Теперь другом. Что дальше? Мои уши начал разрывать не то рык, не то ультразвук, при котором легче избавиться от ушей. Пришлось закрыть их ладонями. Я резко обернулся. Они нас учуяли. Но их можно застрелить. Если мы побежим, они догонят нас в два счета. Если будем стрелять — у нас больше шансов. Я отошел в сторону, чтобы успеть прицелиться. Их было двое. Я один не справлюсь. Я поднял пистолет. Кармен встала рядом со мной, у нее в руках был автомат. Могу поспорить, она выхватила его у какого-то беспомощного парня, стоящего в ступоре. Они начали бежать на нас. Отряд начал обстрел. Но в магазине было меньше места, чтобы увернуться. Здесь же — целая улица и полумрак. Они двигались прямо на нас, но по разному. Они успевали увернуться от некоторых пуль. Я не успел опомниться, как один уже был в двух метрах от меня. Он поднял одну конечность, на конце которой были острые когти. Черт… Я не мог пошевелиться. Опять. Опять я в этом состоянии. Я держал пистолет в руках. Он был заряжен, мне надо было только прицелиться… Но я не мог. Я смотрел, как это существо заносит надо мной свои когти, но мое тело меня не слушалось. Мои глаза смотрели в его, окровавленные. С его челюсти стекала струйка алой крови. Прошлой жертвы. Могла бы быть моей. — Норвуд! — голос Кармен. Он слышался мне эхом. Как тогда, когда я первый раз покурил что-то жестче сигарет. Только тогда меня еще больше опьянял этот звук, а сейчас, подцепив на крючок, вырвал из чертова омута. Я резко повернулся к существу правым плечом, коготь прошел мимо меня. Но… я почувствовал, как он прорезал мою кожу в районе левого плеча.Я не мог понять где именно, ведь даже не взглянул на рану. Существо приблизилось ко мне, когда конечность оказалась уже за моей спиной. Я всадил три пули в его голову и глаз. Одна пролетела насквозь, я слышал свист. Опустив пистолет, я понял, на сколько дрожали мои руки. Второе существо тоже лежало на асфальте. Цино задело за щеку, кровь стекала по его шее и за рубашку. Но все остальные были живы. — Быстрее, уходим. — Лидер положил пистолет в кобуру. Мы шли по темному лесу. Пара человек несли фонари. Пусть мы и шли к лагерю, мне казалось, или мы идем вечность, или я не дойду. Рана горела. Мне было жарко. Я стер рукой капли пота со лба. Мои веки тяжелели. Кармен подхватила меня за здоровую руку, перекинув ее через шею. — Я еще не настолько слаб, — кого я обманываю, я сейчас упаду прямо здесь. — У тебя жар. Значит, тебе действительно нужна помощь. Ты должен хотя бы дойти до лагеря. — Зачем?.. — я уже плохо соображал, что говорю, и в каком тоне. — Потому что есть ради кого. Я посмотрел на нее. Она права. Она всегда права. В ее глазах больше мужества, чем во всей моей жизни. Я восхищался ею. На что еще она способна? Наконец, свет прожекторов ударил мне в глаза. Меня сразу же отвели в амбар, к тем врачам-ученым. Помню, как положили на одну из коек. Помню, как положили мокрую повязку на лоб. Помню, как Кармен кричала на одного из врачей. Она трясла его за плечи, жестикулировала. Потом что-то прокололо кожу моей шеи. Неприятно, но терпимо. А потом я отрубился.

***

Сколько я проспал? Мой разум потерял счет времени. Мое тело все еще лежало на той койке. Рядом никого не было. Больничный свет резал мои глаза. Левое плечо изнывало, но было замотано бинтом. Форма лежала рядом, на стуле, как и окровавленная, порванная рубашка. В моей памяти начали всплывать куски прошлого выхода. Кармен помогла мне дойти. Она кричала на одного из докторов. Потом… что-то пронзило мою шею и я отрубился. Стоило приложить усилия, чтобы поднять правую руку и пощупать кожу шеи. Я почувствовал только маленькую ранку и не придал этому особого значения. Мое тело не слушалось меня. Было еще слишком слабо. У меня пересохло в горле, задняя стенка покрылась, будто, корочкой. Такое чувствуешь, когда спишь с открытым ртом. По какой причине Кармен могла кричать на врача вчера? Хотя, она может кричать на кого угодно и без какого-либо повода. Мне так казалось. Я пообещал себе, что как только выйду из амбара — найду Люка и поговорю с ним. Время летело неумолимо, пока я валялся на койке. Там не было окон. Но меня всегда клонило в сон. Я не мог отличить сон от реальности. Казалось, я застрял между двумя мирами. Странное чувство. Я думал, прошла вечность, прежде чем зашла Кесси. Она думала я сплю, поэтому лишь тихо села на кровать. — Кес? — Я посмотрел на нее. Ее лицо выражало гамму эмоций. Но больше выделялся страх, пусть она и пыталась его скрыть. Я бы тоже боялся, на ее месте, если бы мы поменялись местами. Она держится за меня, а я за нее. Мы семья, как ни крути. Она боится остаться одна. И я тоже. Я могу ее понять. — Как ты? Сильно болит? — Уже меньше, чем тогда. — я попытался выдавить улыбку. Я часто вру о своем физическом состоянии родным, чтобы они не сильно волновались. Кесси знала об этом. И я идиот, потому что попытался соврать ей. Сестра лишь молча кивнула. — Сколько я валяюсь здесь? — Два дня. — нихера себе. — Здесь есть вода? Кесси поднялась и взяла с соседнего столика флягу с водой. Я сделал пару глотков. Стало полегче. Она поставила флягу на столик и взяла меня за руку. — Зачем ты пошел в разведчики, если знал, что за оградой лагеря разгуливают чудовища? — в ее глазах наливались слезы. — Я хочу узнать, откуда все началось и кто в этом замешан. У меня есть догадка, но пока я ее не проверю — ничего не могу обещать. — Какая догадка? — Кесси… я… ты подумаешь, что я не уважал его или еще что хуже. — я и в правду, не хотел говорить сестре про работу дедушки, и его возможные эксперименты. Ведь, если он рассказал об этом только мне, значит на это были причины. Только меня он брал к бабушке, объясняя это тем, что нужно помочь на грядках. Только мы занимались химией в подвале. Он что-то мне рассказывал, но только я был слишком мал, чтобы запоминать и решать химические уравнения и запоминать различия и сходства ДНК различных животных. Я не уверен, что за всем этим стоит лишь он один, но дедушка работал в одной из международных биохимических корпораций, из-за чего, возможно, я смогу что-то найти, если доберусь до одного места. Я помню, как он упоминал о каком-то месте, где ведутся главные эксперименты. Сказал, что возможно, когда я подрасту, он возьмет меня с собой. Но больше он ничего мне не сказал. Но, тогда я и не стремился туда попасть. — Расскажи мне. Я должна знать, зачем ты рискуешь жизнью. — Я не уверен. Но, возможно в этом замешан дедушка. Я лишь хочу проверить свою догадку. — Как ты проверишь свою догадку, если ты лишь добываешь продукты и все остальное? — а она в чем-то права. — Как раз сейчас я занят тем, что пытаюсь найти ниточку. Не все так легко. Но, я надеюсь на твою поддержку. Я уверен — в этом лагере мы единственные, кто имеет хоть какую-то связь с произошедшим. Мы не должны терять эту связь. Сестра лишь крепче сжала мою руку, впитывая мои слова. — Ладно. Я попытаюсь сделать все, что в моих силах. Если услышу что-то интересное — расскажу. Но и ты, не утаивай интересное. Я кивнул. Мы еще немного поговорили о том, что интересного происходит у Кесси, пока меня нет. Она рассказывала о новых друзьях. О том, какой Билли классный, правда, я тогда пытался сдержать блевоту при себе. Затем, она сказала что ей пора идти, скоро ужин. А мне ужин принесет сюда. Мы попрощались. — Как дела? — из полусна меня вырвал голос Кармен. Она стояла поодаль, скрестив руки. — Прекрасно. Вот, видишь, в самом соку, блин. она усмехнулась. — Надеюсь, скоро вернешься к нам. — она присела рядом. — Я тоже. Пока у вас все в порядке? — Раненых больше нет. Пока отряд сократился на два человека, считая тебя. Но, когда ты выйдешь, все будет как раньше. Я невольно вспомнил о ее ругани на врача. Мне правда было интересно. — Кармен, почему когда я только попал сюда, ты кричала на одного из врачей-ученых? — Ты слышал? Я думала, тогда ты уже был в отключке. — Не увиливай от вопроса. Она вздохнула. — Ты… помнишь того парня, который был сильно ранен из моей группы? Ну, когда мы только встретились. — Да. — Он… изменился после раны. — она хочет сказать, что он стал похож на чудовище? — Я знаю. И я знаю, как он выглядел. — Что? Откуда? — Видишь ли, мне повезло, что когда я его увидел, меня не пристрелили на месте же. — Ты хочешь сказать, что увидел то, чего не следовало видеть? — Типо того. Но тогда я этого не знал. Так, что дальше? Кармен усмехнулась. — Ну… они боялись, что ты станешь таким же. Но тебя ранили, а не укусили. Я пыталась это до них донести. У них есть вакцина в разработке. Но на том парне она не сработала. Поэтому они записали, что вакцина не действительна. Но, как я уже сказала, тебя просто ранили. Они отнекивались, говоря, что лишь зря потратят вакцину, и что ты не выживешь. Но, ведь, они уже записали ее как не действительную. С трудом, они согласились. Ты выжил. А эту вакцину записали на бумагах как действующую при определенных повреждениях. Я пытался переварить сказанное. Во-первых, меня использовали как подопытную крысу, не надеясь, что я вообще останусь в живых. Во-вторых, Кармен спасла мне жизнь. Что ж, теперь мы в расчете. — Я… понял. И, Кармен, — я сжал ее руку, от чего ее глаза расширились — спасибо, что спасла мне жизнь. Мы теперь в расчете. — Да… Всегда пожалуйста. Если будешь чувствовать, что что-то не так с организмом — сразу сообщай им. Видишь ли… я взяла некую ответственность за тебя. — она почесала затылок. — Хорошо. Кстати, ты не знаешь, где Люк? — Черт возьми, ты не успокоишься, пока не узнаешь что произошло между нами, да? — Да. — я уже не так сильно дрожал, когда она злилась на кого-то. — Ну… даже не знаю, с чего начать. Это было достаточно давно. Другая группа обнаружила предполагаемое место нахождение лаборатории, и там же произошел возможный взрыв. Но их отряд был слишком истощен, они не могли идти, поэтому отправили нас. Путь был долгий — пару дней пешком. В моем отряде был и Люк. Мы тогда… были вместе. — она сделала паузу, будто, прокручивая в голове их бывшие отношения — Когда мы добрались, то ничего не нашли, кроме коробки, которую не смогли открыть на месте. Я взяла ее с собой. Но, выбираясь обратно, мы наткнулись на ораву тех чудовищ. Их было в два раза больше нас. Я до сих пор не понимаю, почему их так много оказалось в одном месте. Мы были в тупике, нас буквально прижали к стене. Нам ничего не оставалось, как сражаться. Но… оглянувшись, в разгаре перестрелки, я не увидела Люка. Мое сердце разрывалось, потому что я подумала что он погиб. На тот момент, половина отряда уже лежали на земле, мертвые. Но и среди мертвых его не было. Тогда я поняла, что он бросил нас. Просто сбежал, как последний трус. Бросив всех нас. Бросив меня. — с ее щеки скатилась слеза. У меня что-то сжалось в самой глубине души. — в тот день, я получила этот шрам. Было очень больно, но еще изнуряюще было идти назад. Я нашла бинты в лаборатории, наложила швы. Взяла оставшиеся припасы у трупов. Это были мои товарищи. Мои друзья. — ее голос дрожал. Я не мог представить, насколько ей тяжело это вспоминать. — До сих пор не знаю, стоил ли этот поход той сраной шкатулки или нет. Когда я вернулась и отдала ее Зейхарту, тот, вроде, открыл ее с помощью болгарки. Но никому ничего не сказал. Я не хотела знать. Если он не рассказал всем, значит, ничего важного там не было. Когда я увидела Люка, уже в лагере, я выстрелила, но промазала. Задела его за плечо. До сих пор жалею, что промазала. Может быть, из-за того, что хотела выстрелить в голову тому, кого еще любила. — Кармен плакала. Я никогда не видел ее слез. И думал, что не увижу. Думал, у нее просто нет слезных желез. Я вытянул здоровую руку, и стер слезу с ее щеки. Она дрожала. Я потянул девушку за шею и прижал к себе. У нее истерика. Я ничего не говорил. Она просто плакала у меня на груди. Я гладил ее плечо. Когда я думал, что правда окажется ужасной, я не думал, что на столько. Не думал, что Люк может так поступить. Или он не любил Кармен настолько сильно, как себя. Теперь, я не понимал, как мне вообще относиться к этому человеку. Поэтому у него и не было друзей, все знали, как он может поступить с тем, кого любит, в экстренной ситуации. Он хотел подружиться со мной, потому что я не знал о его прошлом. Они все были правы. Я заметил, что кто-то вошел в амбар. Он. Наверное, пришел проведать меня. Люк остановился за ширмой, немного выглядывая из-за нее. Он сразу заметил плачущую Кармен, и не стал подходить ближе. Девушка не слышала его шагов. Я посмотрел ему в глаза, и махнул рукой, чтобы тот убирался куда подальше.