Малина в шоколаде, кофе с карамелью

Тучи оккупировали все небо, закрывая собой солнце, а сильный ветер раскачивал и мучал зеленые деревья. Кажется, матушка природа чем-то обеспокоена, или разгневана. Изабелла пытается открыть глаза, но веки словно свинцом залиты. Тело никак не хочет двигаться, а сознание пытается вновь нырнуть в царство любимого бога. Омега тяжело вздыхает и все-таки открывает красные глаза. Вчерашний день выжал все соки из девушек. Она присаживается на кровати, потирая больные глаза, переводит взгляд на Эмилию, которая скинула с себя одеяло и лежит на животе, пуская слюни, и улыбается. Затем переводит взгляд на Джихо, но видит лишь пустую заправленную кровать. Альфа, даже если и гуляла или веселилась, всегда приходила в комнату, будя девочек, чтобы те открыли дверь. Ужасные мысли лезут в голову, а чуйка так и кричит об опасности, но Изабелла решила, что преувеличивает и поднимается с кровати. Она хрипит, словно старушка, часто моргает, пытаясь убрать темноту перед глазами, и плетется в душ.

***

С большим трудом, в прочем, как и всю свою недолгую жизнь, Джонс разбудила Эмилию и они, собравшись, направились на завтрак. Ветер был действительно сильный и иногда даже толкал худых омег, на что те испуганно хватались друг за друга. Они кое-как добрались до столовой и, взяв еду, сели на свое привычное место. Эмилия перевела взгляд в сторону моделей, в надежде на то, что Джихо, которая не ночевала дома, тут. Но нет, место Кан пустовало. Омега опускает взгляд вниз, думая куда она могла деться. — Где же ты, Джи? — тихо говорит Эми, привлекая внимание Изабеллы, которая тоже думала о подруге. Джонс вдруг поднимается с места, напугав Эми, и идет в сторону моделей. — Приятного аппетита, — говорит Изабелла, привлекая к себе внимание до ужаса красивый моделей, — вы случайно не знаете где Кан Джихо? Она не ночевала в комнате… — Нет, — тихо говорит одна из моделей, — мы не видели её со вчерашнего дня, а на ужин она не пришла, — заключает девушка, на что остальные закивали головами, странным взглядом смиряя журналистку. Джонс опускает голову вниз, грустно вздыхая. Сердце начинает болеть и биться сильнее. — Благодарю, — говорит омега и идет обратно к Эмилии, что все это время обеспокоенно наблюдала за подругой. По лицу Изабеллы можно понять, что ничего хорошего она сейчас не скажет и от этого руки начинают мелко трястись. — Она даже на ужин не пришла, — говорит Изабелла, становясь рядом с Браун, — Хосок с ней что-то сделал, — шипит она, прикрывая глаза. — Навестим урода, — выплевывает Эмилия и встает с места. Есть теперь совсем не хотелось. Кан Джихо угрожает опасность и омеги обязательно спасут ее, если только не поздно…

***

Как только самолёт набрал высоту, Юнги достал планшет, хмуря брови и листая какие-то документы. — Что это? — спрашивает младший, удобнее устраиваясь в кресле. Бизнес класс полностью пуст, потому что Хосок выкупил все билеты специально для братьев, за что оба были безмерно благодарны. Лететь предстояло четыре с лишним часа, и Гук хотел отдохнуть, если, конечно, хен не даст ему какую-либо задание. — Хо отправил досье на каждого из Мамбы, кто знал о перевозке груза и маршруте. Не хочешь изучить? Тебе он тоже должен был скинуть, — отвечает Мин, не отвлекаясь от изучения. Сейчас Юнги предельно серьёзен. Пепельноволосый собирался тихо вычислить крысу и грандиозно казнить предателя. «Пусть его изуродованное тело будет уроком для тех, кто сомневается в нас». — Сейчас посмотрю, — говорит Чонгук, включая планшет. На устройстве действительно оказался файл с досье. Он быстро тыкал пальцами по экрану, листая информацию, — тут люди, знавшие о всех трёх маршрутах? — уточнил он через несколько минут, делая для себя какие-то выводя и выделяя подозрительные лица. — Да, — отвечает старший, ероша свои волосы. Мозг активно работал, едва не кипел, вбирая в себя информацию и анализируя её, — Уделяй больше внимания людям, оповещенным о третьем маршруте. — Понял, — кивает Гук, открывая бутылку воды.

***

— Чон Хосок! — кричит Изабелла, заметив альфу на ресепшне рядом с Бонхи. Хосок, явно не ожидавший такого от омеги, переводит охуевший взгляд на Джонс, которая вместе с Эмилией направляется к нему. — Бонбон, эта девушка меня заебала, — говорит альфа, громко вздыхая, — Изабелла, для тебя я господин Чон! — кричит он, подходя к остановившимся омегам, — тебя мама не учила уважительно относиться к старшим? — спрашивает альфа, выгибая бровь. — Господин Чон, нам надо поговорить, — говорит Эмилия, перебивая Изабеллу, которая уже хотела дать Чону отпор. — Ебать, и как вы только подружились? — спрашивает Хосок, округляя глаза, — пройдемте в мой кабинет, говорит он, поворачиваясь спиной к омегам. Альфа был сложен очень хорошо, девушки лишний раз убеждаются в этом. Он всегда ходил в костюмах двойке и выглядел просто шикарно, но было в нем что-то опасное. Этот холод и мрак на дне его темных зрачков пугал, вызывал чувство тревоги и апатии. Только смельчак или сумасшедший сможет выдержать с ним зрительный контакт. Омеги точно не смогут.

***

— О чем вы хотели поговорить? — спрашивает Хосок, проходя за свой рабочий стол. Он усаживается на коричневое кресло и показывает рукой вставшим у входа омегам на диван. Девушки решают, что стоять лучше и проходят на середину кабинета, вставая напротив стола Чона. Тот лишь пожимает плечами, готовый слушать их. — Где Кан Джихо? — цедит Изабелла, сверля Хо своим убийственным взглядом. — Кто это? — спрашивает Хосок, выгибая бровь. По его лицу нельзя понять, притворяется альфа или на самом деле не знает, о ком идёт речь. Девушки в недоумении переглядываются, а Чон мысленно хлопает себе за убедительную актёрскую игру. — Вчера вы приходили к нам в комнату, а когда мы ушли, остались с Джихо. Мы подумали, что вы можете знаете где она, — пока еще спокойно говорит Эмилия, хрустя пальцами. — Кан Джихо… — тянет альфа, строя задумчивое лицо, — да, помню, она вынуждена была уехать из лагеря, — спокойно отвечает Хосок. — Причина? — спрашивает Изабелла, выгибая бровь. Что-то Чон не договаривает и это настораживает обеих. Чуйка кричит, что нельзя доверять альфе, а на душе совсем неспокойно. Ветки деревьев бьют по стеклу из-за сильного ветра, удваивая волнение девушек. — По семейным обстоятельствам, — выдает Хосок и опускает взгляд на лежащую на столе стопку с документами, устало прикрывая глаза. В отсутствие братьев бумажной волокитой занимается их правая рука. Еще эти неугомонные журналистки, за которыми Юнги и Чонгук приказали смотреть в оба, чтобы те не вляпались в неприятности, пришли к нему и устроили допрос. — Но ведь... — начинает Эмилия, пока не чувствует руки Изабеллы, сжимающие ее запястье. — Понятно, спасибо, мы больше не будем вас отвлекать. Удачной работы, — говорит Изабелла, спеша скорее покинуть помещение. Хосок вопросительно посмотрел на омег, решив, проводить их до дверей собственного кабинета, как оказалось, не зря. Эмилия, непонятным образом, едва не подвернула ногу, но альфа спас её от встречи с полом, вовремя подхватывая под локоть и талию. — Спасибо, — опуская глаза в пол, тихо говорит Эми, впрочем, не спеша убирать маленькую ручку с крепкой груди альфы. Она ухмыляется и отстраняется от Хосока. — Идите уже, — фыркнул Чон, подталкивая девушек к двери, — и без вас дел по горло, — говорит он и захлопывает дверь. — Изабелла, — зовет бежавшую к выходу подругу Эмилия. — Да, у Джи нет семьи... он с ней что-то сделал, — заключает Джонс, чувствуя, как к горлу подкатывает огромный ком. — Не он... — шепчет Эмилия, сдерживая рвущиеся наружу слезы. Они.

***

Самолёт приземлился в международном аэропорту Нарита в Токио. Братья, привыкшие и к более долгим перелётам, совсем не устали. — Хен, я слышал Пак Джетэ устраивает завтра благотворительный аукцион. Ну знаешь, все эти официальные встречи, переговоры, скучные картины и прочее, — Чонгук убедился, что брат его слушает и продолжил говорить, — явимся туда? Типа прикрытия, нам вроде и приглашения высылали. — Неплохая идея, Гук, — говорит Юнги, забирая свой багаж, — всё же не просто так мы сорвались и бросили наш проект «ProfCAMP». Могут возникнуть вопросы. За таким коротким диалогом они и не заметили, как подошли к встречающему их Чимину. Русоволосый стоял посреди аэропорта, в сопровождении двух амбалов и наблюдал за тем, как к нему приближаются друзья. Улыбка сама лезет на губы и Чимин выгибает бровь, подметив, что братья совсем не изменились с последней их встречи. Альфа коротко здоровается с ними, ведя их к своей машине. На парковке стоит ауди R8, что вызывает улыбку у братьев. У Чимина было очень много машин разных марок и многие из них были суперкарами, потому что Пак до ужаса любил скорость. — Вы сейчас на квартиру или сразу в компанию? — спрашивает Чимин, открывая машину. — На квартиру, — отвечает Юнги, садясь на пассажирское сиденье. Чонгук садится сзади, и машина трогается с места. — Сегодня мы ещё подумаем над делом, составим список возможных предателей, а в компанию завтра. — Завтра вечером еще аукцион у Джетэ, после него начнем поиски ублюдка, — говорит Гук, располагаясь удобнее на заднем сидении. Он достает свой телефон и начинает в нем копошиться. — А у тебя, Чимин, уже есть подозреваемые? — Да, — не отвлекаясь от дороги отвечает альфа, вжимая педаль газа в пол, — шесть человек. Некоторые новички, некоторые мутные типы, к которым особого доверия и нет. Уже выслал вам на почту, — говорит Пак, выруливая на дорогу к дому братьев, где часто сам тусит, с разрешения хозяев, конечно же. — А с кем вы тогда ужинать собирались? Просто трахаться из моды вышло что ли? — спрашивает Чимин, ухмыляясь. — Да объявились две девушки, — начинает Чон, вспоминая умопомрачительный запах Изабеллы и прикрывая глаза. Вроде они не так давно знали омег, но почему-то обе засели где-то в душе у братьев, крепко и надолго. Но альфы, будучи никогда не испытывавшие таких чувств, списывали все «на штуки истинных». — Наглые, бесстрашные, — продолжает за Чонгука старший. Наверное, именно эти два качества были первым, что бросилось в глаза альфы. Он опускает взгляд вниз, помогая сознанию подбрасывать картинки с Эмилией, и коротко улыбается. — Представляешь, одна провела ночь с Гуком, а другая со мной, и у нас всё ещё не было секса. — Нихуя себе, — громко удивился Пак, на несколько секунд отвлекаясь от дороги, чтобы посмотреть на братьев, — я сомневаюсь, что это надолго, но уже достижение, — говорит Чимин, смеясь. Братья подхватывают его, заливаясь смехом и согласно кивая.

***

— Как мы это сделаем? — спрашивает Изабелла, явно настроенная скептически. Омеги сидели в комнате, и Эмилии в голову пришла гениальная идея. — Проникнуть в кабинет Мин Юнги! Может мы еще и пентагон взломаем? — Изабелла, чёрт возьми, успокойся! Если надо будет, взломаем! — прикрикнула Браун и это подействовало. Изабелла замолкла, ожидая, что дальше скажет подруга, — они уехали, понимаешь? Когда у нас ещё будет такой шанс? Мы можем узнать всё, а главное — куда пропала Джихо! Последний аргумент убедил Джонс. Девушки обрели подругу и хоть знакомы с Кан англичанки были совсем немного, волнение за альфу нарастало с каждой секундой, выжигая в груди огромную дыру. Девочки не знали, что с ней, но предполагали, что ничего хорошего и медлить нельзя, каждая секунда на счету. Джихо жива, о другом омеги просто не хотели думать, и она нуждается и их помощи. — Как мы это сделаем? Там охрана везде и всюду, — перспектива проникнуть в кабинет Юнги, как в шпионских фильмах, пугает обеих омег. Но отступать они не собираются. Волнение за Кан, желание раскрыть все тайны братьев и такое обычное, присущее девушкам любопытство. Всё это блокирует чувство страха и инстинкты самосохранения. — А на что тебе женское очарование? — хмыкает омега, роясь в своих вещах, — тем более все считают, что мы спим с братьями. Так почему бы этим не воспользоваться? — Ты абсолютно права, — отвечает Джонс, ухмыляясь и выгибая бровь. Она берет пример с лучшей подруги и начинает перебирать гардероб в поисках чего-нибудь подходящего. Изабелла выбирает черную джинсы и белую обтягивающую кофту, а Эмилия такие же джинсы только голубого цвета и короткую бордовую футболку и черными узорами. Погода большего не позволяла, а омегам большего и не надо. Девушки, уже готовые и собиравшиеся выходить, останавливаются, услышав короткий стук в дверь. Они настораживаются, беспокойно переглядываясь. — Открыто, — говорит Эмилия, испуганно смотря на дверь. — Это я, — в комнату заходит Джин, держа в руках поднос с тремя стаканчиками. Девушки облегченно выдохнули, натягивая на лицо улыбки. Нельзя, чтобы альфа прознал про их безумный план. Он обязательно захочет остановить несносных омег, что явно создаст проблем на и без этого проблемные головы. — Привет! — громко здороваются девушки, маша Сокджину ручками. Он располагал к себе. В лагере Ким был единственным, кому омеги могли довериться. За редкими разговорами с Джином, они уже и забыли о том, что он судя по всему работал с братьями Мин. Разговор Кима с кем-то по телефону, в ту ночь, когда Эмилия ночевала в мед.корпусе, совсем не вылетело из головы. — Вы куда-то собирались идти? — спрашивает Джин, проходя в комнату и ставя поднос на маленький столик омег. — Н-нет, с чего ты взял? — мнется Эмилия, хрустя пальцами, а Джин хмурится. — А что это? — спрашивает Изабелла, решив перевести тему от уже начавшего что-то подозревать Джина. Альфа вновь улыбается и переводит взгляд на бумажные стаканчики. — Горячий шоколад и латте, — говорит Джин, мило улыбаясь. Омеги округляют глаза, таращась на альфу, на что тот лишь усмехается. — Откуда ты... — Это очевидно, — парирует Джин, беря в руки свой чай и садясь на кровать Эмилии, — запахи Юнги и Чонгука, — альфа прикладывает к губам горячий напиток, слегла дуя, и отпивает, — кстати, об этом я и пришёл поговорить. — Так, чувствую разговор будет очень долгий и не очень приятный, — тянет Изабелла, беря со столика стаканчик и присаживаясь на свою кровать. Эмилия следует примеру подруги и садится рядом с ней, готовая слушать Кима. — Я прекрасно знаю английский, — улыбаясь, говорит Джин, замечая, как омеги поджали губы, — так вот, я хотел с вами поговорить о Чонгуке и Юнги. Да, они ваши альфы, но даже несмотря на то, что вы истинные, вы не должны терять голову и отдаваться им сразу, — говорит Ким серьезным тоном. Омеги краской покрываются, готовые прямо сейчас сквозь землю провалиться. Они достаточно наслушались от родителей, а тут еще и Джин… — Вы знаете, что есть такой период в жизни омег, как течка. Это довольно непростой момент в вашей жизни, ведь каждый месяц терпеть адскую боль и дикое возбуждение... — Джи-ин! — кричит Эмилия, вскакивая на ноги. Ещё чуть-чуть и душистый кофе остался бы огромным пятном на футболке. Она смотрит на альфу, хмуря брови и прожигая своим убийственным взглядом. — Что? Я врач, меня можете не стесняться, — говорит альфа, прося Эмилию присесть. Он понимает, что девушки уже не маленькие и все это знают, но волнение охватило его с головой. Тот факт, что истинными девушек являлись братья Мин вообще не давал спокойно жить. Джин сделает все возможное, чтобы защитить омег, так, как не смог сделать это с сестренкой. — Это абсурд! — возмущается Эмилия, медленно присаживаясь. Она отпивает кофе, прикрывая блаженно глаза. — Если не я, то кто? Родители вам, наверное, даже половины не рассказали, а Юнги и Чонгук вас точно чему-то хорошему не научат, остался только я, — говорит Джин, часто кивая. Изабелла лишь закатывает глаза, продолжая отпивать горячий шоколад. В такую погоду самое то, — так на чём я остановился? — На «диком возбуждении», — говорит Джонс, получая удар по ляжке от подруги. Смущение Изабеллы было минутном явлением, а вот Эмилия опять покраснела до кончиков ушей. — Как вы справляетесь в эти дни? — Мы пьём немерено огромное количество блокаторов, — говорит Джонс, смотря на свои руки, держащие горячий напиток. Клубки пара так красиво вздымались вверх, и Изабелла невольно засматривается, — обычно у меня течка начинается раньше, чем у Эми. Поэтому она запирает меня дома. Потом, когда моя заканчивается, а её начинается, происходит всё в точности наоборот. — Обычно блокаторы действуй не весь день, а часа 2-3 максимум. Они только скрывают запах, но почти не уменьшают боль и возбуждение, — последнее слово она прошептала, но Ким прекрасно расслышал. — Вы же ещё не трах… — Нет! — перебивают его омеги, зло сверкая глазками. — Это хорошо, но ненадолго, — говорит альфа, на что омеги лишь громко вздыхают, пытаясь сдержать гнев. — Вы их зацепили, а это значит, что девственницами точно не умрете, — говорит Джин и кивает своим словам. — О, ты так добр, Джин, — язвит Иза, закатывая глаза, — кажется нам пора на занятия. — Тогда до встречи, — говорит альфа и покидает комнату. Девушки, подождав, пока Джин зайдет в свое здание, покидают комнату и направляются в главный корпус.

***

— Девушки! Куда вы идёте? — кричит Бонхи, когда девушки проходят стойку ресепшна. Омеги останавливаются и поворачиваются к Бонбон, которая уже подходит к ним. — Ах, простите, — наигранно сладко протянула Изабелла, — Бонхи же, да? Так вот, Бонхи, нам нужно наверх, думаю вы понимаете в какие именно кабинеты, — Джонс говорит таким тоном, которым говорят капризные богатые дамочки в дешёвых фильмах и, кажется, это помогает. — Но… — неуверенно начинает Бонхи, — господина Мина и господина Чона нет на месте... — В том-то и дело, Бонхи, — Изабелла смотрит девушке прямо в глаза и повторяет её имя так часто, как может. «Это располагает собеседника к тебе», — вспомнила омега психологическую статью, которую читала ещё когда жила в Англии, — мы с моей подругой хотим порадовать братьев, устроить сюрприз. Ну что ж, мы пойдём, — и дождавшись неуверенного кивка от Бонхи, они идет к лифту, победно улыбаясь. — Да тебе с таким талантом надо было в театральный поступать, — говорит Эмилия, когда двери лифта закрываются. Иза на реплику подруги рассмеялась, выгибая бровь. — Или на психолога, — хмыкнула та, после меняя свой тон на серьёзный, — там наверняка есть охранники, но этим громилам мы запудрим мозги. Только вот думаю, Юнги закрыл свой кабинет, — рассуждает омега, прикусив губу, — думаешь, охрана выломает дверь ради нас? — с надеждой в голосе спрашивает Изабелла. — Иза, они не самоубийцы. Да и выламывать ничего не надо, — хитро проговорила Эми, доставая их сумочки-клатча связку ключей, — будем надеяться, что Хосок этого не заметил. — Эмилия! Господи, ты чудо, — смеется Джонс, припрыгивая на месте, — всё идет невероятно хорошо. Но откуда они у тебя? — Ловкость рук и никакого мошенничества, — довольно улыбается Эмилия, — они лежали во внутреннем кармане пиджака, а я такая неуклюжая, упала, и совсем случайно вытащила их, — наигранно разочарованно говорит Браун, на самом деле гордясь собой. Никаких случайностей не было, была удачная импровизация. Девушки выходят из лифта, проходят по знакомым поворотам коридора и останавливаются перед дверью с табличкой «406. Кабинет ген. директора Мин Юнги». Перед дубовой дверью действительно стояла охрана. Двое мужчин, высокие и крепкие. Из-за пояса у обоих торчала кобура, очевидно не пустая. Страшно. Но надо действовать. — Кхм, — привлекла к себе внимание Джонс. Беты-охранники не пошевелились, но взгляд на омегу перевели. — Молодые люди, не могли бы вы отойти? Загораживаете путь, — Изабелла говорила с ними не так, как с Бонхи. Голос из капризного превратился в строгий и требовательный, в голос светской львицы, которая знает, чего хочет от жизни. — Не позволено, — следует короткий ответ, не устроивший омег. Изабелла вздохнула, показывая свое разочарование и продолжила говорить — Милый мой, ты знаешь, кто я? Кто моя подруга? И знаешь, что с тобой сделают братья Мин, если ты не будешь делать то, что хочу я? — Иза опечалено вздыхает и качает головой. Эмилия на заднем плане ухмыляется, думая, куда пропадает такой актёрский талант, — стой, стой, не отвечай, это риторический вопрос. Думаю, вас постигнет участь Мотылька или даже хуже, — говорит Изабелла, вспоминая, как альфы разговаривали об убийстве какого-то человека. Охранники заметно вздрагивают. То, что случается с теми, кто идёт против братьев Мин, они видели своими глазами. Учесть несчастных повторять не хотелось. Они переглядывались с полминуты и всё же разошлись, пропуская омег к двери. — Чтобы Юнги и Чонгуку ни слова, — строго говорит Изабелла после того, как Эмилия открывает дверь. Беты кивнули, ёжась под пристальным взглядом девушки. — Господи, Эми, мы это сделали, — выдыхая, говорит, как только дверь за ними закрывается. Сердце бешено стучит от вырабатывавшегося адреналина и готовится вот-вот выпрыгнуть из груди. — Осталось самое сложное, — напряжённо говорит брюнетка, неосознанно делая драматичную паузу, — найти документы, файлы, досье, что угодно! — Может в сейфе? Если он у него вообще есть, или осмотрим все ящики и шкафы? Хотя знаешь, — Изабелла посмотрела на рабочий стол Мина, заметив там монитор, — давай начнем с компьютера. — Да, — согласно кивает Браун, — сможешь его взломать без своего планшета? — спрашивает Эмилия, выжидающе посмотрев на подругу. Джонс была любителем всякой техники. Еще в средней школе девушка, увлекшись миром технологий, научилась взламывать компьютеры и зашифрованные файлы. Это увлечение не мало помогало девушкам. Иза любила взламывать почту учителей, их компьютеры, копирую оттуда контрольные работы и ответы на них. Иногда девушки мстили своим обидчикам, дистанционно устанавливая на их компьютерах вирусы. Но это осталось только увлечением Изабеллы, не перерастая во что-то большее. — Я взяла с собой флешку, — довольно улыбнулась Изабелла, доставая эту самую флешку из сумочки. Омега включила компьютер, тут же вставляя в него устройство. На мониторе высветилась строка ввода пароля. Джонс стала серьёзной, полностью погружаясь в работу. После нескольких комбинаций клавиш появилось всплывающее окно, в котором Иза быстро нашла необходимое действие «сбросить пароль». — Что проверить для начала? — спрашивает она у подруги, тыкая по клавиатуре. — Зашифрованные данные, если они есть, — отвечает Эми, внимательно следя за действиями Джонс. — Ладно, — коротко отвечает Изабелла, включая нужную программу на флешке. Началась диагностика компьютера. Джонс сидела, нервно постукивая ногтями по столу и следя за тем, чтобы программа не дала никаких сбоев. Браун в то время решила проверить всю макулатуру, хранящуюся в кабинете Юнги. Она взяла какие-то папки на его столе и начала быстро листать. — Всё, — говорит Изабелла, привлекая внимание подруги, после пятнадцати минут анализа. — Ну что там? — нетерпеливо спрашивает омега, подбегая к подруге. — Никаких скрытых файлов нет. Во всех доступных файлах лишь договоры, статистики продаж и другая ерунда. Видимо всё важное он хранит в бумажном виде или в электронном, но носит с собой, — разочарованно вздохнула Изабелла. Мысль о том, что всё это зря неприятно засела в груди, — Проверю почту. — Давай, — с заметным разочарованием в голосе отвечает Эмилия, наблюдая за быстрыми действиями подруги. — Есть четыре зашифрованных чата. На их дешифровку уйдет около восьми минут, — осведомила Изабелла, хмуро смотря на монитор. То, что скрывалось за этими чатами, могло много рассказать о братьях, а главное дать ответ на вопрос: «Куда пропала Джихо?» — Это лучше, чем совсем ничего. Раз они зашифрованы, значит там есть то, что не должны видеть посторонние, — рассуждает Эмилия, подходя к кожаному дивану и удобно устроившись на нем. В папках не было ничего интересного и нужного, так что оставалось надеяться на компьютер. Тишина в кабинете нарушалась только стуком от клавиш. — Эмилия, подойди сюда, — говорит Джонс, как только дешифровка файлов завершилась. Брюнетка быстро подходит, облокачиваясь о стол и внимательно смотря в монитор. Четыре разных чата всплыли в окнах, — смотри, — напряжённо говорит Изабелла, открывая один из чатов. ««Модель»», — гласит тема переписки. Девушки быстро листали вниз, вчитываясь в отдельные фразы. «Кан Джихо...», «...хочу выкупить...», «...сирота, искать никто не будет...», «...для удовлетворения потребностей», «...75 000 долларов». — Н-нет… — шепчет Эмилия, оседая на пол, — нет, нет, нет, — повторяет омега, чувствуя, как по щекам скатываются холодные слезы. Сердце, кажется, разрывает на две части, от этой боли. — К-как так можно? — шепчет Изабелла, прикрывая глаза. Губы мелко трясутся, как и все тело омеги. Осознание того, что они больше не увидят Джихо, медленно настигает, безжалостно вырывая с корнем все надежды девушек. Слезы нескончаемым потоком скатываются вниз, желая покинуть, опустошить тело, окруженное болью. — Они сделали это… п-продали! Как вещь! — кричит Эмилия и чувствует руки подруги на своих плечах. Браун сжимает руки в кулачки от злости, смешанной с обидой и разочарованием. — Нам нужно уйти, — говорит Изабелла, смахивая слезы рукавом кофты. В любой момент в кабинет мог ворваться Хосок, обнаруживший пропажу ключей. Ноги словно не ее, отказываются слушаться. Джонс останавливается, прикрывая глаза и приходя в себя. — Да, — говорит Браун, вытирая лицо. В горле застрял ком истерики, которая уже рвется наружу, но омега держится, — сможешь это скопировать? Джонс кивает. Она скопировала все четыре чата, решив, что оставшиеся три они посмотрят в комнате, когда будут к этому готовы. Когда файлы скопировались, Изабелла привела компьютер в первоначальный его вид, будто их здесь и не было. Девушки, крепче сжимая друг друга за руки, вышли из кабинета, закрывая тот на ключ и не обращая внимания на охранников. Они шли, погруженные в мысли, игнорируя окружающий их мир. Остановились омеги только у стойки ресепшна, совсем ненадолго. — Господин Чон обронил, — коротко говорит Эмилия Бонхи, кладя связку ключей на стойку. Погружённые в гнетущую тишину, они дошли до своей комнаты. Девушки легли каждая на свою кровать, готовую выпустить наружу все свои страхи. Омеги принимаются громко рыдать, крича в подушку. Больно от того, что с Джихо так поступили... Больно от того, что это сделали их альфы... Неужели Юнги и Чонгук настолько ужасны? Определенно да… Неужели в них нет ни капельки сострадания? Определенно нет… — Что мы будем делать? — хрипит Изабелла, присаживаясь на кровати и прижимая колени к себе. Она смотрит пустым взглядом перед собой, в который раз проклиная судьбу за ее несправедливость. — Не знаю, — шепчет Эмилия, лежа на спине и смотря в потолок. Браун злится… Она злиться на Юнги так сильно, что хочется подойти в нему и просто избить, она злится на себя за эту безысходность, злится на весь мир за страдания, что пришлось испытать бедной Джихо. Она продолжает их испытывать. — Вызовем полицию по его адресу, — говорит Эми, очень сомневаясь, что это поможет. — Мы можем попробовать, но... — замолкает Изабелла, прикусывая губу. Всегда и везде это «но», мешающее спокойно жить, — ты думаешь, полиция там не находится на крючке у них, — говорит омега, усмехаясь. Братья им словно злая шутка судьбы… Посланы рвать души на части. — Попробовать стоит, — говорит Браун, прикрывая глаза. — Стоит. Девушки знают, что Джихо уже не вернуть, но они никогда не примут это.

***

Три часа ночи. Свет в трёхкомнатной квартире братьев повсюду горит. Они до сих пор не смыкали глаз, разбирая досье своих людей. — И что мы имеем в итоге? — спрашивает Гук, устало откидываясь на спинку кресла. Им вставать уже через три с половиной часа, но выспаться за это время не получится. Он вливает в себя последние несколько мл энергетика и откидывает баночку в огромную кучу таких же. — Шесть кандидатов, — широко зевая, говорит Юнги. Он, в отличии от брата, предпочитал кофе. Парень добивал очередной американо, выводя на экран ноутбука личности шестерых предположительных крыс. — Все шестеро новенькие, нуждающиеся в деньгах и знающие о всех маршрутах, — парирует Чонгук, открывая новую банку. — Как определим, кто из них наша крыса? — Мин лег на диванчик, сонно прикрывая глаза. Пак уже спал в другой комнате, высказав несколько своих идей. — Убьём всех, — хмыкает альфа, зевая. А ведь крыса была не единственной проблемой. Помимо этого, нужно было разобраться с неизвестной, но крайне наглой группировкой, объявившейся на территории «Чёрной Мамбы». Юнги на реплику младшего только громко вздыхает. Тот, очевидно, очень устал и сейчас язвит. Альфа, после недолгих раздумий, все же отвечает брату. — Решено, — оставляя стакан с кофе в сторону, сказал Мин, — сейчас мы идём спать. Завтра наведаемся для вида в компанию, потом на приём к Джетэ, а ближе к ночи — собрание Мамбы. К этому времени решим, как найти предателя. Его допросим о новой группировке и казним. — Заебись, — говорит Чонгук, торжественно хлопая в ладоши и вставая с нагретого места. Он выкидывает баночку, не допив до конца и направляется в комнату, чтобы наконец поспать. Юнги также встает с места и, хрипя словно старик, плетется в свою комнату, по пути выключая свет.