Поворот судьбы

      Придя домой, я встала перед вопросом: что надеть вечером? Хотелось быть сногсшибательной, хотелось покорить Пашу. Сумасшествие! Плохо, что я не знаю, куда мы пойдём. Это осложняет выбор одежды. Сомневаюсь, что это театр, раз местом встречи Паша назначил Центральный парк. Что ещё? Не знаю. По мне так лучше просто прогуляться. Но выбирать я предоставлю своему кавалеру. В конце концов я остановилась на фиолетовом облегающем платье длиной чуть выше колена, чёрном болеро и элегантных чёрных туфлях с открытым носом. В качестве аксессуара выбрала кулончик в форме сердечка. Волосы я решила превратить в локоны как на матче. К счастью, необходимые вещи у меня остались с того дня, и теперь они послужат приятной цели.       Разложив вещи на кровати, я ещё раз их осмотрела. Вдруг раздался звонок в дверь. Я взглянула на часы. Они показывали половину пятого. Андрюха и Ванька сейчас ещё были у Дэна в больнице. Дашка на радио. Ей и Ярику предложили записать сингл, и сейчас они корпели над записью. Костя таскался по магазинной экскурсии, устроенной Маринкой, попутно заходя в каждый бутик, где Мэр перемеривала половину ассортимента. Костя уже прислал мне три SMS-ки с просьбой вытащить его, а заодно и Мэр из этого многоодеждного хаоса. Пока у меня были дела, и я не спешила бежать на выручку. Сейчас меня заинтересовал вопрос: кто мог прийти? Я оставила вещи и пошла открывать дверь. За ней был тот, кого я никак не ожидала увидеть.       — Здравствуй, Инна, — сказал Лёша.       Боже, только не он. Зачем, зачем, зачем? Сердце бешено забилось. Мысли перепутались, но я на удивление быстро привела их в порядок. Зачем он пришёл?       — Здравствуй, — я побоялась произнести его имя.       — Инн, нам нужно поговорить.       — Не думаю, что есть о чём, — ответила я, по-прежнему стоя в дверях и преграждая ему путь в дом.       — Инна, — в его глазах была мольба, — пожалуйста.       Я задумалась. А может, стоит поговорить с ним и расставить все точки над «i»? Я должна убедить саму себя, что Лёша мне не нужен, что он остался в прошлом.       — Ну, хорошо. Только ненадолго, у меня дела, — соврала я и отступила от двери.       Я никогда не могла обмануть Лёшу. Не знаю как, но он всегда мог понять, когда я говорю правду. И, кажется, сейчас моя маленькая ложь не ускользнула от его проникновенных карих глаз. Логинов зашёл и осмотрел комнату. Я шла за ним. Он, как обычно, был совершенен. Мне захотелось запустить пальцы в его шелковистые волосы, коснуться его сильных рук, прильнуть к мужественной груди, поцеловать его мягкие губы. Я поспешно отвела от Лёши взгляд и попыталась выбросить эти мысли из головы. В это время он повернулся.       — Милый домик. Узнаю твой вкус, — сказал он своим завораживающим голосом.       — О чём ты хотел поговорить? — я не могла больше терпеть его общество, и это было не потому, что оно было неприятно.       — Мне плохо без тебя, — сказал Алексей, глядя прямо в глаза. — Тебе ведь тоже.       — Нет, с чего ты взял?       — Вижу это в твоих глазах. Инн, — он сделал шаг навстречу. Я не отошла. — Что бы я ни делал, о чём бы ни думал, все мысли возвращаются к тебе. Я хочу всё вернуть. Прости меня, я был не в праве в тебе сомневаться. Я должен был стоять до конца и не отпускать тебя, — Лёша стоял практически вплотную. — Прости меня.       В его глазах я увидела истинное сожаление. Его рука коснулась моей, и огненная волна пронеслась от того места, где он коснулся. Чёрт.       — Уже поздно, Лёш, — я убрала руку.       Он подошёл ещё ближе. Такая близость была уже недопустимой. Я чувствовала на себе его дыхание.       — Ты нужна мне, Инна. Я люблю тебя, — в голосе слышалось желание.       Лёша стал медленно наклонять ко мне лицо. Его руки беспрепятственно коснулись моего тела. Я не сопротивлялась. Миллиметр за миллиметром он приближался. Меня охватил жар, который я всегда испытывала, когда Лёша был так близко и его действия доходили до предела. Внезапно его губы накрыли мои, и мы растворились в долгом, заволакивающем здравый рассудок поцелуе. Его губы были такие же мягкие, объятия такие же крепкие и надёжные. Я словно вернулась в то время, когда мы были вместе, когда он был моим единственным, и мы были счастливы.       Лёша стал настойчивее и крепче прижал меня к себе. Я и не заметила, что отвечаю ему, иду навстречу всем телом. Нет, я должна остановиться, но как же это трудно. И всё-таки я это сделала. Просунув руки между нами, я оттолкнула Лёшу. Он отстранился, но объятий не разжал, только смотрел на меня с неким удивлением.       — Всё в прошлом, — сказала я ему прямо в глаза, по-прежнему сжимаемая в кольце его рук.       — Что? — не веря, сказал Лёша.       — Ты слышал.       — Нет. Я не верю, — он расцепил руки. — И ты только что доказала, что это не так.       — Я поддалась порыву, Лёш. Это ничего не изменит.       «Дура! Дура! Дура! Что ты несёшь? Ты ведь его любишь, и он любит тебя. Чего тебе надо? Он же признал свою ошибку» — кричал внутри голос. Я решила ему не внимать.       — Не может быть. Ты любишь меня, Инна. Ты всё ещё меня любишь.       — Нет, это не так, — почти прокричала я.       — Да ну? Ну, так скажи, что не любишь. Скажи прямо мне в глаза, — требовал Лёша.       «Ну же говори. Говори» — твердила я себе. Но как бы я ни уговаривала себя, я не могла это произнести. Ну почему? Это ведь так просто.       — Что ты молчишь? — нарушил моё замешательство Лёша.       Я не знала, что ему сказать. И я не хотела, чтобы он был здесь. Я ведь полгода пыталась забыть его, но у меня не получалось. Когда же я встретила Павла, и мои воспоминания о Лёше стали уходить на задний план, он появился и с новой силой разжёг затухающее пламя. Чёрт возьми, нет. Я не позволю Логинову вот так одним появлением разрушить то, к чему я успела прийти.       — Так и знал. Иди сюда, — удовлетворённо сказал Лёша и снова шагнул ко мне. На этот раз я шагнула назад.       — Нет, — твёрдо сказала я. — Уходи.       — Что? — непонимающе спросил парень.       — Уходи, Лёш, и больше никогда не возвращайся.       Я сказала это ровным голосом, и он не подвёл меня ни на одном слове.       — Ты не можешь, Инн. Не разрушай нашу любовь.       — Нет.       Я заметила боль, которая нарастала в нём с каждой секундой. И я знала, что он чувствует, потому что то же самое сейчас испытывала сама. Я прощалась с ним, прощалась так, как должна была, когда уезжала из Зеленогорска. Теперь я возвращаю долг.       — Ты вошёл в мою жизнь нежданный. Ты показал мне, что значит быть любимой, всегда знал, что мне надо и что я хочу. Ты заботился обо мне и доставлял радость. Когда я была с тобой, я словно парила над землёй.       Я говорила с мечтательной улыбкой на губах и, глядя куда угодно, но только не на него. И это не потому что я боялась увидеть в его лице что-то, что меня сможет остановить. Просто так было легче. Я облегчала душу, говорила ему то, что копилось у меня на сердце. С каждым словом я чувствовала, как освобождаюсь, как маленькими кусочками груз скатывается с души.       — Ты понимал меня, как никто другой. Понимал и любил, — я посмотрела на Лёшу. Оттуда меня встретила невыносимая боль. — Я знаю, ты любил меня, и я любила тебя. И я, наверное, никогда не забуду, что ты был в моей жизни, — я засмеялась, но смех был горьким. — Буду своим внукам рассказывать, что был такой Алексей Логинов, который всегда знал, что для меня настоящее и который открыл мне такое неизведанное ранее чувство как любовь.       — Инна, — хриплым голосом начал Лёша. Надо же, я никогда не слышала у него такого голоса. И насколько я помню, он никогда не сжимал руки в кулаки, даже когда злился. Сейчас же они побелели от того, с какой силой он их сжал. Главное, не остановиться. Если всё кончено, то кончено. Это всё. Поэтому я не дала Лёше договорить.       — Уходи, Лёш, — беззаботно прощебетала я, — правда, иди. Прости, что не сказала этого тебе тогда. И прости, что я вообще была в твоей жизни. Это неправильно. Мы не могли, не должны были встретиться. Пора исправить эту ошибку.       — Я много что делал неправильно. Но не считаю нашу с тобой встречу ошибкой. Я благодарен судьбе за то, что она свела меня с тобой, Инна. Раз ты хочешь, чтобы всё было кончено, так и будет, — в его взгляде я читала боль, сожаление, разочарование. Разочарование во мне. — Но я хочу, чтобы ты запомнила: те ощущения, которые ты дарила мне, я пронесу через всю жизнь. Какой-то частью своего сердца я всегда буду любить тебя.       После этих слов Лёша развернулся и пошёл к двери. Я пошла следом. На крыльце он остановился и резко повернулся. Встретившись со мной, он лишь сказал:       — Прощай, Инн.       — Прощай, Лёша. И спасибо, — тихо ответила я.       Я простояла у двери, пока Логинов не скрылся с глаз. После этого я закрыла дверь и пошла в комнату. Вдруг у меня подкосились ноги, и я упала. Упала и начала рыдать. Из груди рвался крик боли и страдания, который уничтожал меня изнутри. Только что я поставила последнюю точку, выгнав Лёшу из своей жизни. Но стало ли мне легче?