На чьей ты стороне?

Я критично осмотрела своё отражение. Это было ужасно, не просто чудовищно! Как давно я последний раз надевала юбку? Год, два назад? В общем давно. Но даже форма ЯИДА ни в какое сравнение не шла с тем, что на мне было в тот момент. Тонкое, светлое, короткое и безбожно облегающее платье, подчёркивающее каждый изгиб, в котором поставить под сомнение мой пол не мог никто. Ко всему прочему, начала проявляться ещё одна моя не самая любимая особенность: несколько прядок на чёлке с правой стороны с рождения имели бордовый оттенок, контрастируя с остальными золотистыми. Я упорно закрашивала эту часть, однако перед первой миссией в спешке отложила всё на потом, и в последнее время начинала испытывать недовольство из-за того, что корни волос начали отрастать. Это было не очень заметно на первый взгляд, но бросалось в глаза при детальном рассмотрении. В школе в подобных случаях я обычно зачёсывала соседние прядки поверх красных, чтобы скрыть их, однако вечно прятать эту особенность не получится. Рано или поздно волосы отрастут слишком сильно. Настроение портила ещё и эта дурацкая белая ленточка на шее. Я видела подобные на сразу нескольких детях, правда красные. И что только могла означать такая странная разметка? Закрыв лицо руками, я постаралась унять смущение, худший день в моей жизни только начинался. — До сих пор не верится, что ты оказалась девочкой — Полли вздохнула. Именно она и принесла этот дискредитирующий наряд по приказу вампира вместе с «приглашением» в личные покои. — Я хотела тебе сказать, но не знала, как это сделать: «Ты, конечно прости, но я вообще-то не мальчик». Звучит абсурднее некуда! Рыжеволосая покачала головой: — Я до сих пор не понимаю, зачем ты это скрывала. Только лишние проблемы на себя навлекла. — Мне пятнадцать, Полли. Я уже подхожу под роль сексуального объекта, поэтому и скрывала пол из соображений безопасности, так всем было бы лучше… Девочка смутилась от такой прямолинейности. Всё же она была на пару лет младше меня и пока что вряд ли об этом задумывалась. — Для господина это не имеет значения. Просто хочу предупредить: прецеденты уже были и не раз. Я прислонилась к стене лбом, подавляя желание побиться об неё от безысходности ситуации. Мой самый большой кошмар постепенно воплощался в жизнь и единственным выходом из это безумия представлялось самоубийство. Я как-то по-новому оглядела свои руки, проводя пальцами по синим дорожкам вен. «Интересно, сколько времени уйдёт на то, чтобы кровь полностью покинула тело? И будет ли это так больно?» — Здесь есть окна без решёток? — Нет, после того, как Руи выбросился из западной башни, ни одного. Моё лицо исказила усмешка, полная осознания своей беспомощности: «похоже меня опередили». — Тебе стоит поторопиться. Кивнув, я оставила стену в покое. Всё же жизнь мне дороже: «Может быть в этот раз всё пройдёт гладко, а дальше посмотрим». Особняк был пропитан тем же холодом, что и его хозяин. Раньше я не замечала этого, поскольку носила штаны, однако воздушный подол, как минимум, раз шесть грозил подняться неприлично высоко, от вездесущих сквозняков. Я изо всех сил старалась избегать людных мест, обходя их за версту. Вот чего мне в тот момент уж точно не хватало, так это взглядов и шепотков малолетней шпаны. Заслышав быстрые приближающиеся шаги, я свернула за угол, но всё же, к большому разочарованию, успела оказаться замеченной. — Эй, а ты ещё кто? — начал было Луиджи, но осёкся, как только я к нему обернулась. Вот кого-кого, а его здесь точно не хватало. Чёрт, каким же просвечивающим было то платье! Из-за непередаваемого чувства стыда я готова была кого-нибудь уничтожить, чтобы выместить бурю эмоций, незадачливый мальчишка подходил на эту роль как нельзя лучше, однако пришлось, скрипя зубами, подавить порыв и продолжить дорогу наверх. Прямого приказа ослушаться было нельзя, я понимала, какими последствиями это может быть чревато, а лишние неприятности мне в тот были совершенно не нужны. Дверь натужно скрипнула, но всё же поддалась: она была чересчур тяжёлой и тугой, мне потребовалось несколько секунд, чтобы преодолеть её и войти в тускло освещённое парой свеч помещение. Не знала, что вампирам вообще нужен свет, тем более уж больно обстановка была мягкой, скорее даже располагающей. По крайней мере мне всегда нравился живой огонь, он источал неповторимое тепло одним своим видом, но этого седьмой основатель уж точно знать не мог. Кстати о нём, сам хозяин особняка непринуждённо откинулся на спинку кресла, полуприкрыв глаза, но даже в подобный момент он не выглядел расслабленным, скорее наоборот походил на пуму, сидящую в засаде, готовую в любой момент резко сорваться вслед за добычей. — Ты очаровательна, — улыбнулся вампир, при моём приближении — я даже как-то приятно впечатлён, не ожидал, что ты окажешься такой милашкой, словно куколка. — Зачем эти издевательства? — Издевательства? И кто по-твоему тронет тебя теперь? — он притянул меня за обод импровизированного ошейника, коим послужила ленточка — Кроме меня, разумеется? — Я и раньше не сильно то и страдала, вам не стоило так переживать из-за этого. Он чуть склонил голову вбок, вновь нацепив учтивую улыбочку. — Твоя речь стала быстрее из-за того, что теперь говоришь о себе в женском роде и не тратишь время на замену местоимений и окончаний, а значит до этого ты чаще представлялась девочкой и решила поставить спектакль только здесь. Занятненько… — Но ведь это вы начали, приняв меня за мальчика. — Из-за предсмертного окрика твоего дружка. Он тогда назвал тебя Сим, но ведь это не настоящее имя, верно? Я чувствовала нарастающий страх, не понимая, почему вампир решил поболтать, вместо того, чтобы просто выпить кровь, запугав меня ещё сильнее. Как же я ненавижу оттягивать неприятное событие, лишь начинаю сильнее себя накручивать. Ему явно не могла быть интересна моя персона, так зачем всё это? Из вежливости, чтобы расположить к себе? Навряд ли, после того, что было вчера. Неопределённость и нелогичность его поступков, которую я не могла объяснить лишь сильнее настораживала. — Да, но зачем это вам? Всё равно ведь называете большинство детей кличками. Аристократ коротко усмехнулся, накрутив ошейник на палец, тем самым слегка пережав мне доступ к кислороду. — Неужели ты умрёшь, если скажешь, как тебя на самом деле зовут? К чему такая скрытность? Я же не спрашиваю размер груди или обхват талии, не требую выдать конфиденциальную информацию, лишь хочу завязать разговор, который ты всячески обрываешь. Ну почему у него все темы сводятся к тому, чтобы заставить собеседника чувствовать себя максимально неловко? К чему вообще это уточнение моих пропорций? Вампир ведь и сам всё прекрасно видит через это обтягивающее платье. Как же я ненавижу тех, кто судит о человеке лишь по его внешним данным, особенно, когда это затрагивает лично меня. — Серафима… — Значит Сима. А фамилия? — Зачем? Аристократ закатил глаза. — Похоже, на адекватное общение ты не настроена, что ж, прискорбно. Батори медленно потянул за ленту сильнее, предоставляя выбор: приблизиться к нему почти вплотную, сев на край дивана спиной к аристократу, или рисковать быть задушенной. — Знаешь ли, в этот раз меня не интересует твоя кровь, но вот поговорить хотелось бы. Мне редко перепадают взрослые экземпляры, тем более с поверхности — он выдержал небольшую паузу, ожидая чего-то и продолжил уже менее миролюбиво. — Выбивать из тебя крупицу за крупицей необычайно тягостно, к тому же, скучно. К счастью, имеются способы попроще и приятнее. Скажи-ка, ты левша? — Нет. — в тот момент я и понятия не имела к чему был задан тот вопрос, но уже через пару мгновений пожалела, что не соврала. Он закатал правый рукав платья, одновременно поправляя подсвечник, одиноко расположившийся на столе, а затем резко поднёс мою руку тыльной стороной вниз к верхушке пламени. Резкий жар мгновенно охватил конечность, отчего я попыталась отшатнуться, однако цепкая хватка оказалась мёртвой. Ледяные пальцы сомкнулись вокруг сонной артерии, слегка надавливая на неё когтями. — Только попробуй дёрнуться, и я сверну твою прелестную шейку — зловещий шёпот, раздавшийся над ухом добавил ситуации обречённости, заставив меня с ужасом наблюдать, как кожа на руке краснеет и покрывается неестественными пятнами, в то время как я была не в силах что-либо предпринять. Наверняка своеобразная пытка длилась не больше десяти секунд, однако для меня, вкупе с остальными событиями, она показалась вечностью. Пальцы нестерпимо жгло даже после того, как конечность была освобождена из пламени, кожа в некоторых местах полопалась и продолжала гореть, пусть уже не так сильно, как в огне, но всё ещё вполне ощутимо. Вампир, находящийся у меня за спиной не выпускал запястье, лишь сильнее его сжимая, словно пытался сломать. — Итак, — приторно слащавым тоном начал он — надеюсь теперь ты станешь чуть более разговорчивой, а иначе процедуру придётся повторить. Всё тело мелко дрожало. Я готова была пойти на всё лишь бы вновь не ощутить на теле языков пламени, слизывающих кожу слоями. — На чём мы остановились? — Ичиносе. — Как интересно… — в тоне аристократа послышалась лёгкое изумление, впрочем, оно могло быть наигранным — Что-то внешне ты не похожа на представителей этого рода. — Меня удочерили уже после апокалипсиса, потому что я не помнила ничего из прошлой жиз… Ай! Он вновь потянул ту же руку в сторону свечи, но на этот раз другой стороной и не так надолго. Ладонь обожгло скорее в качестве предупреждения. — Звучит крайне неубедительно: могла бы придумать историю получше. — Но это правда! Я понимала, что именно так всё и произойдёт, если я начну говорить. И от этого в груди расползалось склизкое отчаяние. Что бы я не сказала, он не поверит и лишь продолжит экзекуцию. Я вновь попыталась подавить нарастающий ком в горле, воспоминаниями о прошлом, однако из-за мысли о том, что я скорее всего никогда не смогу увидеть Шинью, Гурена, Мито, Гоши, Саюри, своих одноклассников, отряд, погибший не так давно, стало ещё хуже. Вампир перехватил меня за место ожога, причинив ещё большую боль, одновременно разворачивая лицом к себе. Плотоядный взгляд, сквозивший в чертах его лица вызывал в душе первобытную панику, непреодолимое желание скрыться от мучителя, который наслаждался тем, что загнал меня в угол. Вампир подался чуть вперёд, слизнув солёные слёзы, катившиеся по щекам. — Как же соблазнительно ты выглядишь. Ощущение реальности терялось, взгляд застилала пелена, я готова была провалиться под землю лишь бы больше никогда не встречаться с этим аристократом. Если он настолько заядлый любитель пыток, что готов применять насилие ради несоставляющих никакой ценности информации, то моя смерть будет крайне мучительной. Режущая боль в шее по щелчку пальца вернула меня в настоящий момент, полный бесконечных страданий только за тем, чтобы окончательно погрузить в блаженное забытье. Свет красных фонарей отбрасывал причудливые тени на улицах города, однако в особняке стояла практически непроглядная тьма, лишь свет одинокой лампы в библиотеке рассеивал её, заставляя выдуманных чудовищ прятаться по углам. Настоящие монстры, напротив, вышли на охоту. — Какая приятная встреча… Ещё и в таком неожиданном месте, посреди ночи — вкрадчивый голос пробрал тело до мурашек. Я так старательно избегала его в последние несколько дней, прекрасно понимая, что вечно прятаться не смогу, однако всё же не рассчитывала, что мы пересечёмся так скоро. — Я, признаться честно, успел соскучиться. — ледяные руки легли на плечи, обвивая шею со спины, надавливая на неё пальцами, пытаясь прощупать каждый сантиметр в поисках чего-то — Ты не покидала комнату, изо всех сил пыталась не попадаться никому на глаза, даже к еде не спускалась, неужели так сильно испугалась того раза? Ферид приподнял мою правую руку, на которой больше не было бинта, со всех сторон её осмотрев. — Поразительно! Регенерация у тебя, конечно, что надо. Кстати, может всё же расскажешь почему? — Я-я не знаю, — помня недавние игры с огнём, я не хотела давать мужчине повод для нового «развлечения» — раньше ничего такого не проявлялось… — Смертельных ран у тебя, я так понимаю, тоже не было. Я согласно кивнула. Разве что лихорадка, которая поразила меня сразу после встречи с Шиньей, но она прошла всего за неделю, в то время как некоторые страдали ещё целый месяц. Всё же вирус дал осложнение на многих детей. — Понятно. Внезапно прикосновения исчезли, Батори словно отвлёкся на что-то другое. Только тогда я осознала, что он рассматривает открытую книгу, которую я от страха так и не выпустила из рук. — Занятненько, неужели ты понимаешь текст? — Да, я немного знаю латынь… — почва медленно уходила из-под ног. Языки – мой самый большой талант, моя гордость в тот момент обернулись против меня. — Quam bonum est? Hoc encyclopedia est admodum complexu. Bellum orbis Terrarum est magis ambiguum tempus.* Я намеренно выдержала небольшую паузу, чтобы показать, что якобы не сразу поняла текст и ответила с небольшим запинанием, которое прозвучало крайне фальшиво. — Tolerandos, sed ego saepe errare. Amo historiam, et ego iustus volo ut lego aliquid in loco. Вампир коротко рассмеялся, покачав головой. — Что ты снова пытаешься скрыть? — он запустил пальцы мне в волосы, начав медленно перебирать кончики, однако одну прядку дёрнул весьма сильно: как раз ту часть чёлки, что совсем немного отросла, отчего с некоторых ракурсов стали заметны красные корни. — Повторюсь, актёрских талантов ты лишена напрочь, однако продолжаешь ломать комедию, притворяясь тем, кем не являешься. — Что вы имеете в виду? — Меня пугали действия, которым я не могла дать объяснения, а меняющееся настроение вампира порождало чувство опасности, из-за чего в его присутствии приходилось сохранять постоянное напряжение. — Такая трусишка… Можешь расслабиться, я не так давно перекусил и на этот раз трогать тебя не собираюсь, но удовлетворить интерес хочу. Ты когда-нибудь посещала подземные города до этого? — Нет. — Странно, латынь - мёртвый язык. Грамматику можно выучить и по словарям, однако идеального произношения добиться в разы сложнее, а ты говоришь без акцента. Я невольно дёрнулась, когда острый коготь прошёлся по шее, очерчивая ровный круг по всему её периметру. — Зато у тебя есть немного странная интонация в некоторых словах на японском. Это практически незаметно, и не режет по ушам, однако всё же не отменяет того факта, что латынь ты знаешь в разы лучше, я угадал? Кольцо замкнулось, рана была совсем неглубокой, однако меня пугал сам факт её наличия. Каждый раз при нашей встрече вампир раз за разом оставлял на моём теле какие-нибудь отметины и, казалось, делал это, не задумываясь. — Я не помню своего детства, поэтому не могу сказать ничего точно и… Меня резко прервали, не дав закончить оправданий. — Может и так, однако ты бегло владеешь языком, который используют между собой только вампиры и здесь остаётся лишь два варианта: либо тебя натаскивали, подготавливая в качестве разведчика, либо же ты каким-то образом связана с нами непосредственно. Сколько тебе, кстати, лет? — Четырнадцать или пятнадцать, я не могу точно сказать. — И из них ты помнишь только последние восемь? Я утвердительно кивнула, сжав ткань платья на коленях, аристократ продолжал полосовать шею лёгкими порезами, стремясь доставить дискомфорт, в очередной раз доказывая мою беспомощность перед ним. — Д-да, не могли бы вы прекратить? — Божечки! Что-то я задумался. К моему удивлению, седьмой основатель и правда убрал когти, грациозно упав на соседнюю подушку дивана, и чуть притянул меня ближе одной рукой, отчего сердце на секунду пропустило удар. — Ну и куда ты шарахаешься? — недовольно произнёс он, облокотившись на левую кисть и тем самым приняв обманчиво умиротворённую позу, — Твоё сердечко тааак быстро колотиться, боишься? — Ещё бы, вы намеренно добиваетесь именно такого эффекта. — Не стану отрицать, мне нравится чувствовать власть над ситуацией, но разве ты не такая же? Холодный металл блеснул в руках вампира, а я испуганно замерла, разглядывая направленный мне в лицо старинный пистолет середины прошлого века, однако уже через секунду, ствол полетел ко мне в руки. — Он заряжен, образец немного устарел, но ты наверняка сможешь разобраться даже в такой модели — я без труда взвела курок, этот экземпляр и правда был крайне примитивен в обращении. Признаюсь честно, всегда питала страсть к ножам и стилетам, но вот с огнестрельным всегда была на «вы», в отличии от Шиньи. — Зачем вы это делаете? — Ты ведь ненавидишь меня, верно? Так почему бы не попробовать отомстить? — его глаза горели всё тем же безумным блеском, однако я не спешила наставлять оружие на аристократа. Чересчур внезапной оказалась ситуация. — Это обыкновенный пистолет, он не принесёт вам никакого урона. — Ага, но, если стрелять в голову, то я могу потерять сознание на несколько секунд. Думаю, этого времени вполне хватит, чтобы сбежать. — У меня проблемы с меткостью — призналась я, чтобы отказаться от этой затеи. Соблазн и правда был велик, однако он был лишь очередной западнёй, игрой для седьмого основателя, иначе Батори вёл бы себя совершенно иначе. — Если ты не попадёшь с расстояния в метр, это будет позор для всей Японской Имперской Демонической Армии. Впрочем, ничего нового. Давай же, покажи, что подготовка прошла не зря. Я привычным движением вложила пистолет в правую руку, всё ещё сохранившую остаточные следы ожогов. Не для того, чтобы воплотить слова вампира в жизнь, а просто проверить одну гипотезу. Ферид, несмотря на направленное в его сторону дуло, вёл себя всё также невозмутимо, на его лице застыло предвкушение, а в глазах так и сквозил неприкрытый азарт, желание поиграть со смертью. Имея неоспоримый козырь в рукаве, он не испытывал ни капли страха или сомнений. Всё же бессмертие отравляет разум. — Я не испытываю кровожадного удовольствия от причинения боли, не утруждайте себя. А так вы правы, уже поздно. Повернув флажок предохранителя, я вернула оружие обратно хозяину, поднявшись с места. Его поведение сводило меня с ума своей непредсказуемостью, и, пока Фериду не пришло в голову что-либо ещё безрассудное, следовало ретироваться. — Сказал солдат, на чьём счету наверняка жизни множества рядовых вампиров. — усмехнулся мужчина, с лёгким огорчением в голосе, однако всё же принял оружие назад. — Ошибаетесь, я никого не убивала. Та вылазка должна была стать первым моим заданием. — Вот это везение! — короткий щелчок и последовавший за ним залп выстрела, заставил меня остановиться с книгой в руке. Пуля вошла в стеллаж, на который я ставила фолиант в паре сантиметров выше головы. — Завтра в полдень, хорошенько отдохни и не опаздывай. Молча кивнув и привычно почтительно склонив голову, я покинула библиотеку, но стоило только выйти за её приделы, как тут же сползла по стене вниз, закрыв лицо руками. Как же близко, он ведь мог промахнуться! Мне никогда не понять, что творится в голове аристократов, особенно этого. — Сим, дорогуша, не хочешь присоединиться? У нас тут небольшой турнир по шахматам, а у Кайоши, как назло, нет пары. — Я не очень хороша в стратегическом мышлении… — Заметно, — после этих слов я почувствовала нарастающую обиду — но нам очень не хватает человека, а ты как раз ничем не занята. Фраза была произнесена с нажимом и не предусматривала отказа, поэтому пришлось подчиниться. Детишки гурьбой наблюдали за состязаниями с наигранным восторгом, эта фальшь сильно раздражала. — Шах и мат, — после того, как я произнесла эту фразу в третий раз, стало невообразимо скучно. Ещё бы, всеми моими соперниками оказались дети, было бы крайне неловко, если бы кто-нибудь из них смог меня обыграть. — Что ж, а вот и финал — вампир потёр руки в предвкушении чего-то интересного. — Я очень удивлюсь, если продержусь хотя бы с десяток ходов перед поражением. — Я тоже — он невинно улыбнулся, в то время как я ощутила очередной укол в свою сторону. Неужели этот аристократ действительно считает меня глупой или просто хочет вывести из себя? Деревянные фигуры опускались на клетки доски с приглушённым и почему-то приятным звуком, хотя с каждым ходом меня в буквальном смысле зажимали со всех сторон, впрочем, рассчитывать на победу в этой неравной партии было бессмысленно. Стиль игры вампира был крайне похож на его обычную манеру общения: резкий выпад, призванный напугать и озадачить, шаг назад, чтобы отвлечь внимание и вселить ложную надежду, за которым следовала хитроумная атака, добивавшая соперника. — Ты проиграла — он изящным движением передвинул ферзя на пару клеток вперёд, одновременно угрожая моему королю и не давая ему ни шанса на бегство. — Это было ожидаемо — я развела руки в стороны, показывая, что принимаю поражение и решительно поднялась с места, чтобы покинуть помещение, надеясь, что лимит общения на тот день исчерпан. — Скажи-ка, а у тебя есть ещё таланты, кроме поражающего умения попадать в неприятности? — А зачем вам эта информация? Вампир кивнул в сторону растопленного камина, отчего мой язык мгновенно развязался. — У меня хорошая память, ну, ещё неплохо метаю ножи, но это вторично. — Ясненько, а музыкальный слух у тебя есть? — Не знаю, никогда не проверяла… Дети внимательно вслушивались в этот диалог, ловя каждое слово хозяина особняка. Судя по всему, это были любимчики, изо всех сил желавшие привлечь внимание аристократа, занять моё место в тот момент. — У тебя сильно гнулись фаланги пальцев, когда ты переставляла фигуры. Такое часто встречается у гитаристов и пианистов, вот я и предположил. Что ж… Он внезапно хлопнул в ладоши, и малыши с неохотой начали вставать, и, отдавая короткий поклон с большим неудовольствием покидать помещение. — Ты - останься, меня срочно сорвали сегодня днём, так что нашу маленькую встречу пришлось отложить, но не думай, что я обо всём забыл. Я замерла посередине зала на пол дороги к выходу. Последний ребёнок ещё и дверь прикрыл, повинуясь кивку седьмого основателя. — У тебя на лице сейчас такая гамма эмоций отобразилась: от страха и мольбы до злости и отвращения. Кстати, может ещё одну партию, скажем, на желание? — Зачем вы всё время ходите вокруг да около, вместо того, чтобы просто поскорее с этим покончить? — этот вопрос долго мучил меня, однако подходящего момента для того, чтобы его задать никак не находилось. — Я нагуливаю аппетит, к тому же, укус только для тебя является неприятной процедурой, которую хочется поскорее пережить, а мне он приносит удовольствие, иначе этот табун не разгуливал бы по особняку — аристократ сделал неопределённый жест рукой, а затем указал ею в сторону кресла, с которого я только что встала. Пришлось подчиниться и помочь вновь расставить фигуры в изначальное положение. В этот раз повадки вампира значительно отличались от того, что я видела только что. Больше он не играл в «кошки-мышки», а с каждым ходом старался как можно быстрее достичь победы. — С остальными детьми ты, я смотрю, совсем не ладишь — внезапно прервал молчание седьмой основатель. — Здесь нет моих сверстников, к тому же, мне не о чем с ними разговаривать. — Хах, ну да, ты ведь уже, считай, взрослая — как-то недобро хмыкнул он, делая рокировку, — очень советую сосредоточиться на партии, а не бездумно переставлять фигуры в надежде, что я поскорее закончу. — Почему вы так заинтересовались мной, имея целый батальон обожателей? — А как они себя ведут? Лгут, обманывают, притворяются, чтобы произвести впечатление, достичь желаемого, это бесконечно надоедает. Мне давно хотелось заполучить кого-нибудь с поверхности, ради интереса, а тут и случай подвернулся. И наконец, ты старше, а значит прекрасно понимаешь, что я могу не только кусаться. В общем, сплошная экзотика, а это всегда привлекает. Вампир на секунду задумался и одобрительно кивнул. — Умничка, вывела в пат. — Признайтесь честно, вы поддавались. Только вот зачем? — Хех, ну может быть самую капельку. Зато ты теперь имеешь шанс что-нибудь загадать. Я нервно перекинула чёлку, поражённо на него взглянув. Вампир уже второй раз подряд давал мне мнимую свободу действий, подталкивая к определённым решениям, чтобы посмотреть, какой вариант я выберу. — Только не думай, что я тебя отпущу или отложу трапезу. Что-нибудь маленькое и не очень значительное. — Дуэль. Аристократ выглядел слегка изумлённым, впрочем, мне опять же могло показаться. Интерпретитировать его действия становилось только сложнее после каждого нашего разговора. — Занятненько… — Вы постоянно сомневаетесь в моих боевых способностях, упрекая ЯИДА в невозможности подготовить солдат, однако я хочу доказать обратное. В тот раз я впервые видела противника так близко, к тому же смерть товарища сыграла роль. Я требую реванша. — Значит ты всё же считаешь меня врагом. — Разве это не взаимно? Вампир хохотнул и качнул головой. — Дорогуша, ты мне не соперник, так, строптивая зверюшка, у которой нет ни шанса на победу. — Я знаю и не стремлюсь к ней, лишь хочу доказать, что не так безнадёжна, как вы считаете. — Как интригующе… Все бойцы, которые оказывались здесь до тебя либо поканчивали с собой, либо до последнего боролись, не желая уступать ни в чём, но уж точно не вели спокойные беседы. Он в привычной манере склонил голову на бок. Как же меня это пугало! Батори выглядел дружелюбно, по крайней мере пытался таким казаться, в особенности в окружении большого количества детей, однако после того, что аристократ провернул со свечой и пистолетом, я нервно вздрагивала от каждого его слова или движения. — Видимо, солдат из меня не очень — я развела руки в стороны под его пристальным взглядом, который пронизывал до мурашек. — Мне вот что интересно: на каком языке ты думаешь? — Из-за того, что вы общаетесь со мной в последнее время исключительно на латыни, то теперь снова на ней. Вампир и правда выглядел любопытным. Что за закон подлости? Я ведь напротив стремилась вызывать равнодушие с его стороны, но получилось наоборот. — Видишь ли, наречие, которое ты чаще всего употребляешь, является самую малость устаревшим лет так тысячу назад… Широко используют его только вампиры, и то моего возраста. Это заявление седьмого основателя меня во многом удивило, поскольку до этого никто не акцентировал на этом внимание. Пришлось старательно подбирать слова, чтобы не вызвать новых подозрений и не сболтнуть лишнего. — В ЯИДА только оттачивали знания, но носителей там не было. Вы были правы меня готовили на должность агента, но лишь используя исходные данные. — Хочешь сказать, что ты владеешь ещё чем-нибудь кроме латыни? Я замешкалась на пару секунд. На основе которой из моих фраз он сделал это предположение? Вампир кровожадно усмехнулся, глядя на мою заминку: — Пойду что-ли перемешаю угли в камине… — Немецкий, польский, китайский, ещё несколько, но не разговорном уровне. Я в общих чертах понимаю практически все европейские языки, но не могу свободно на них изъясняться. — Какой же ты сразу стала общительной после одной маленькой пытки, — он вкрадчиво улыбнулся — надо будет потом повторить для профилактики, но сейчас у нас другое незаконченное дело. Ты безумно меня заинтриговала, дорогуша. Редко встречаются подобные потерявшиеся в жизни образцы. Он сделал жест рукой, подзывавший ближе. Вампир хотел, чтобы я подошла сама, доказала своё подчинение, и это было в разы хуже. Медленно встав, и сжав кулаки так, что ногти больно впились в ладони, я сделала несколько неуверенных шагов навстречу. — Тебя так колотит от ужаса, неужели я настолько страшный? — гадкая, самодовольная улыбочка растекалась по лицу мужчины, меняя его до неузнаваемости. Хищный оскал, который доселе лишь мелькал в некоторых движениях и повадках аристократа, предстал в полной красе, отчего ноги отказывались повиноваться. Все инстинкты кричали о том, что необходимо бежать как можно скорее, я просто не могла подойти ближе, отсрочивая момент неизбежной гибели. — Не трать моё терпение — в бархатном голосе читалась неприкрытая угроза, из-за чего я невольно сжала руки на груди, борясь с нарастающим страхом, который волнами захлёстывал сознание, заставляя меня тонуть в эмоциях с каждой секундой. — Мы же так мило общались только что, а сейчас ты еле сдерживаешь слёзы. Такая ранимая, — Ферид театрально вздохнул, чуть приподнявшись, чтобы притянуть меня ближе. Я не могла пошевелиться, чувствуя, как медленно теряю равновесие, заваливаясь вперёд, снова погружаясь в боль с головой.