На чьей ты стороне?

POV «Ферид Батори» На подземный город упала оглушающая тишина. Темнота — такая мрачная и холодная, обволакивающая всё вокруг, скрывающая в самых отдалённых своих уголках потаённые страхи и несбыточные людские надежды. В Сангвинеме день и ночь отделены друг от друга лишь разным цветом фонарей, не дающих этому месту погрузиться в окончательный мрак. Со стороны улицы лишь изредка доносились тихие шаги вампиров или шёпот их разговоров. Под покровом тени всегда совершались самые ужасные преступления, буду честен я и сам довольно часто пользуюсь сумерками, чтобы проделать что-либо незамеченным. В это пугающее время, когда никогда нельзя точно сказать доживёшь ли ты до рассвета, в этой ледяной тиши, лишь одно существо оставалось абсолютно безмятежным. Куколка спокойно дремала, от холода натянув одеяло до самого подбородка. Когда я находился рядом с ней у меня всегда возникало некое чувство спокойствия, а иногда и чего-то большего. Эмоция, для которой я пока что не нашёл необходимый термин. Я ощущал это, находясь рядом с ещё маленькой Анжелой, а затем и с Серафимой при её первом визите в столицу вампиров. Тогда я решил, что нашёл ещё одного человека, дающего мне внутреннюю упорядоченность и гармонию, но в последствии оказалось, что это одна и та же девушка. Ощущение, пожирающее меня изнутри, смог дать мне только один человек за долгие тысячелетия. — Что же ты со мной делаешь, золотце? Мне, конечно, было известно из записей экспериментов над полукровками, что они неосознанно притягивают к себе представителей обеих рас, у одних вызывая жажду крови, а у вторых половое влечение. Но тогда почему я больше не хочу тебя ранить? Нет, не так. Я до безумия желаю вновь ощутить тот приторно-сладкий и при этом солоноватый вкус, но изо всех сил сдерживаю себя. А всё потому, что не хочу твоей смерти. Мы оба прекрасно понимаем, что у тебя нет выбора. Ты обязана стать вампиром, иначе погибнешь. Если этого будут требовать обстоятельства, то мне придётся обратить тебя собственной кровью, но пока что… пока что я ищу основателя, значительно превышающего меня по рангу и, соответственно, силе. Девушка резко перевернулась на другой бок и, сморщив носик, стиснула правой рукой край одеяла. Я одновременно хотел разбудить Серафиму и желал ещё посмотреть на это умиротворённое состояние. Во сне она казалась чем-то непостижимым и неземным, неспособным на грехи нашего мира. — Шинья, пожалуйста: скажи, что это не правда! — тихий голос, в котором слышалась тяжёлая тоска, прокатился по всему помещению. По краям глаз куколки собрались капельки слёз и одна дорожка скатилась по левой щеке. Сердцебиение сильно участилось вместе с пульсом, подушка была сброшена на пол. Что же ей может сниться? — Не оставляй меня одну! не уходи! Шинья, нет! — Серафима резко распахнула глаза, не привыкшие к темноте, и уставилась в расписанный под звёздное небо потолок. Я нарочно в этот раз выделил ей другую комнату, чтобы больше ничто не напоминало Анжеле о прошлом пребывании в этом особняке. Девушка села и начала вытирать слёзы рукавами сорочки. — Всё в порядке. Он бы никогда так не поступил с тобой. Всё будет хорошо. Теперь ты не одна — куколка обхватила руками плечи и утешала саму себя. Со стороны это смотрелось безумно, но при этом очень притягательно. Она не видела меня, наблюдавшего за ней из самого скрытого беспросветной тьмой угла комнаты, но стоило девушке на секунду отвернуться и я уже стоял у неё за спиной. — Кто такой Шинья? В первое мгновение у меня слегка заложило уши. Серафима испугалась настолько сильно, что одновременно громко завизжала и кубарем скатилась с кровати, запутавшись в одеяле. — Ты! Что ты здесь делаешь?! — Действительно, что же я забыл в собственном доме, находящемся в стране, которой на данный момент безраздельно владею? — Как давно?! Её взгляд пылал злобой и ненавистью. Никогда ещё куколка не была такой живой и яркой. — Хм… Дай подумать — я задумчиво бросил взгляд на старинные часы, стоящие напротив кровати — чуть больше получаса. Божечки! Ну чего ты так волнуешься? — Это некрасиво, невежливо, аморально! — она прямо-таки задыхалась от возмущения, но с разницей в росте в двадцать сантиметров смотрелась крайне мило. — Ой! Да брось. Мне просто стало интересно твоё самочувствие. Может быть, я хотел извиниться за то, что слишком сильно давил на тебя за завтраком? Скептический взгляд. Мда… кого я обманываю? — И всё же… Кто такой Шинья? — мысль о том, что золотце может принадлежать ещё кому-то кроме меня, разъедала без остатка. Девушка нехотя залезла обратно на кровать и устроившись поудобнее нехотя начала свой рассказ. Она прекрасно понимала, что я так просто не оставлю её в покое. Наконец-то начала делать выводы из нашего продолжительного знакомства. — В тот день, когда произошёл конец света, мы сидели дома и ни о чём не подозревали. Всё, что я помню — это внезапный грохот и человеческие крики. Я до сих пор не знаю, почему мама не погибла мгновенно. Видимо, из-за того, что в скором времени у меня должен был родиться братик-вампир, её организм стал менее восприимчив к тому человеческому заболеванию. Одна из стен разрушилась. Оттуда показался всадник апокалипсиса. Он хотел меня схватить, но мама подставила себя под удар и умерла. Пока это чудовище несло её к своей пасти, чтобы съесть, Юрико успела кинуть мне вот этот медальон. Это чудо, что его не забрали в армии. Я выбежала из дома и направилась, куда глаза глядят. Внезапно, на пути возник ещё один монстр. Он отшвырнул меня в стену, и я потеряла сознание. А затем — куколка остановилась и на её лице впервые за повествование появилась улыбка — Я увидела его. Генерал-майор Имперской Демонической Армии — Хиираги Шинья. Ему было всего шестнадцать, но он не побоялся ответственности и взял меня с собой. Этот человек стал для меня наставником. Он пристроил меня приёмным ребёнком в клан Ичиносе и в дальнейшем постоянно оберегал. Учил, занимался, старался помочь. Он тот, кто дал мне имя и новую жизнь среди людей. Я очень благодарна ему за всё, что он сделал для меня. Таро, Рико, Яйой, Сейчас без сомнений можно назвать этих людей моей второй семьёй. Шинья, Гурен, Макото, Шусаху Йоичи, Юичиро, Мицуба, Сахэ, Шиноа, — Она на секунду замерла и продолжила с непередаваемой грустью: Теруко, Кэзуми, Тоши, Сакэ и Кэзухи. Последние пятеро уже давно мертвы, но я постараюсь их никогда не забыть. Это смешно… Я клялась отомстить их убийце, а сейчас мило с ним беседую. Моя жизнь кардинально изменилась за последние два месяца, но, если бы мне дали выбор, я бы снова и снова переживала всё это, чтобы найти отца и брата. — Никто не запрещает тебе попытаться добиться расплаты за погибших товарищей. На меня посмотрели с нескрываемым неодобрением. — Я больше не поддамся на эту провокацию. Одолеть тебя без необходимых сил, навыков и даже без демонического оружия? — Ну, скажу по секрету, если оторвать вампиру голову под палящим солнцем без защитного браслета демоническим оружием, то он превратится в пепел. — Легко сказать… — Не спорю, но если бы ты и сама приняла свою сильную сущность, то заручившись поддержкой старшего основателя… — Ферид — Надо же… Золотце в кое-то веки назвала меня по имени — ты посреди ночи поднял меня на ноги и при этом требуешь осмысленных разговоров. Я знаю, что вам - вампирам отдых ни к чему, но не соблаговолите ли вы подарить мне такую малость, как здоровый и полноценный сон, лорд Батори? *** Иголка аккуратно проходила сквозь ткань, оставляя за собой след из светло-коричневых нитей. На ситцевом платке начали образовываться некие размытые контуры картины. Стежок за стежком она вырисовывалась всё чётче и чётче. Сколько часов я уже сижу здесь, занимаясь вышивкой? Пять или шесть, наверное. Странно, почему у вампиров часы располагаются далеко не в каждой комнате. Для таких бессмертных созданий это должен быть самый главный атрибут, ведь они не чувствуют ни усталости ни голода. Хотя… Можно ли назвать жажду желанием насытиться? Так. Всё. Хватит. Если я не займусь чем-нибудь другим, то такими темпами смогу написать целый учебник по философии. Отец так и не вернулся за целый день да и вряд ли сможет в ближайшую неделю. Ферид скорее всего отправил его куда-нибудь очень далеко и надолго, лишь бы Кроули не мешал планам седьмого основателя. Со стороны их отношения кажутся смешными до крайности. Два брата, притворяющиеся отцом и сыном, равные друг другу по силе, которые то ли дружат, то ли ненавидят друг друга. Я пока что не могу понять какие между ними отношения. Иногда, эти двое похожи на лучших друзей, а иногда на заклятых врагов. Ну вот, я снова пытаюсь отвлечься чем-то посторонним. Выбор, к которому сегодня с утра призывал Батори — это главная проблема всей моей жизни. Безусловно, и отец, и сам Ферид хотят, чтобы я осталась с вампирами. Все эти слова насчёт права решать самой ложь… Даже если я захочу вернуться к людям, меня силой напоят кровью и запрут в Юкухаси во что бы то ни стало. У меня нет выбора… Казалось бы можно смириться и не беспокоиться о будущем, но какая-то часть меня начинает нестерпимо бунтовать при мысли об этом. Я начинаю чувствовать стыд перед Шиньей, Гуреном, Макото и своими живыми и мёртвыми товарищами. Отнюдь не каждый человек получает шанс стать вампиром, но это и не привилегия. Огромная мощь и вечная жизнь идут в комплекте с полной безэмоциональностью и бесконечной жаждой крови, убийств и насилия. Признаться честно, меня не привлекает ни один из этих пунктов. Я… просто хочу быть одновременно с обеими частями моей семьи, но это невозможно на данный момент. Хотя не все вурдалаки такие. Отец искренне любил маму и нас с братом. А Ферид... Этот шут гороховый ни секунды не может прожить без умышленной драматизации событий и излишней театральности. Я решительно отложила вышивку и обратилась к девушке-служанке. — Аяко? Мы с тобой мало знакомы и мне кажется, что это необходимо исправить! Хочешь я помогу тебе с расстановкой книг. — Это было бы очень мило с вашей стороны, но лорд Батори велел сделать это мне… — Извини, но возражения не принимаются. Если что, скажешь ему, что это было только моим решением. Молча забрав у неё одну корзину, полную старинных фолиантов, я направилась к дальнему стеллажу, раскладывая толстые тома в алфавитном порядке по полкам. На что он рассчитывал, доверяя Аяко подобную работу? Вряд ли она знает языки, на которых написано большинство книг. Честно признаться, я и сама не со всеми знакома… Закончив с первой корзиной я повернулась в сторону служанки. — Похвальное рвение. По коже волной прокатились мурашки, я застыла, боясь повернуться на звук голоса. — Спасибо. Стараюсь, как могу. — Зайди в мой кабинет на пару минут. — Ферид подмигнул и скрылся в дверном проёме. Я обратила внимание на то, что Аяко выглядела до жути испуганной и с нескрываемым ужасом смотрела в сторону выхода. — Эм… Всё в порядке? Служанка вздрогнула, кивнула и попыталась одобрительно улыбнуться. — Анжела! — раздалось из коридора. — Иду! Обещаю, что скоро вернусь, и мы продолжим — Обратилась я уже к Аяко. Седьмой основатель привалился к стене в ожидании меня. Довольно странное поведение для такой важной особы, как он. — Произошло что-то важное? — Да… — вампир на секунду замялся, что мгновенно вызывало у меня нехорошее предчувствие — ко мне поступили некоторые важные бумаги, и я вынужден обратиться к тебе, чтобы проверить их достоверность. — Но почему ты считаешь, что я могу разбираться в ваших документах? Батори выложил на стол небольшую стопку и перевернул её лицевой стороной. — Я... отказываюсь. Это предательство. На деревянной поверхности находился подробный план Сибуи и наиболее важных стратегических объектов, а также досье на весь командный состав. — Это не просьба. Да и какое тебе дело до верности Японской Имперской Демонической Армии? Не ты ли сама дезертировала? А в архивах числишься мёртвой. — Ферид помахал перед моим носом бумагой, которая лежала отдельно от остальных— Серафима Ичиносе. Годы жизни — 2007-2020. Пропала без вести во время битвы за Нагою. Ух ты! Так тебе всё же 14! — Там ошибка. Я родилась в 2005. — То есть, 16? — на его лице появилось предвкушающее выражение — По-моему, прекрасный возраст для обращения! Думаешь фокус со внезапным возвращением сработает во второй раз и не вызовет никаких подозрений? Ты действительно предполагаешь, что они поверят тому, что ты дважды была среди моих фаворитов и смогла уйти живой? — Я… В фаворитах? Спасибо за комплимент, конечно, но можно как-нибудь выйти из их числа? — Обижаешь. Ну разумеется нет! Вернёмся к делу. Какие ещё доводы тебе привести, чтобы доказать, что эти сведения крайне важны для нашей стратегии и тебе незачем так упорно сопротивляться. — Никаких. Я буду с тобой сотрудничать во вред собственным сослуживцам только через свой труп. — Это легко можно устроить. Впрочем, а как насчёт сделки? В обмен я могу сдать человека, предоставившего мне вот это. — Вампир похлопал по стопке. Только чур ты первая! — Я тебе не верю — Божечки! Ты перешла Рубикон*! — седьмой основатель всплеснул руками — Скажи пожалуйста, когда я тебя обманывал?! — весомый довод. Хитрил, умалчивал, недоговаривал чего-то. Да, такое было, но, по крайней мере, Ферид действительно ни разу не солгал мне. — Хорошо, но если соврёшь, то я перестану с тобой разговаривать. — глупая угроза. Чем я только думала? Вампир опёрся на подлокотник кресла и сверлил меня красными, как будто наполненными кровью глазами, чем очень сильно мешал сосредоточиться. Бумаги, предоставленные неким шпионом, действительно были достоверными до мельчайших подробностей. Признаться честно, некоторые из описанных в них сведений были неизвестны и мне самой. Дойдя до предпоследнего документа, я на секунду остановилась и, перечитав спорный момент ещё один раз, перевела слегка недоумевающий взгляд на Батори, который от нетерпения начал отбивать когтями какую-то мелодию по поверхности стола. Со стороны это зрелище смотрелось довольно жутко. Вампир предпочитал носить перчатки при детях, чтобы не пугать их лишний раз, но видимо теперь я вошла в круг так называемых фаворитов, а потому он начал вести себя более раскованно. Это, безусловно, льстит, но вместе с тем немного устрашает. — Здесь небольшой недочёт в досье Юичиро Хакуя. — Ммм? Вы знакомы? — Да, учились в одном классе, а потом участвовали с их отрядом в операции по уничтожению Лукала Вескера. — Факт того, что седьмой основатель знает рядового солдата напрягал. — Этот тип всегда выводил меня из себя. Так что за недочёт? — Здесь указано, что он дезертировал из ЯИДА. Я никогда не встречала бойца, который был бы более предан начальству и настолько сильно ненавидел всех вас. Да, и ума бы у него не хватило на подобные самостоятельные действия. Ферид усмехнулся чему-то и тут же, как не странно, решил объяснить причину своего веселья. — Это долгая история о двух братьях, разлучённых одним ужасным вампиром, которого ты прямо сейчас видишь перед собой. Сейчас они счастливо живут в одной рыбацкой деревушке в нескольких часах пути отсюда. Мы пролетали над ней позавчера. Я как-нибудь потом обязательно поведую тебе этот занимательный рассказ целиком, ну а в данный момент ты обещала помочь Аяко. — Ты говорил, что назовёшь имя предателя. — А? Точно! Гурен Ичиносе. — бросил он небрежно и принялся что-то выводить в небольшой записной книжке, лежащей неподалёку. *** Если Подполковник и являлся шпионом, то генерал-майор мог быть с ним в сговоре. Нет, Шинья никогда бы так не поступил. Хотя. Они лучшие друзья юности, которые пережили множество трудностей, включая апокалипсис. Мой наставник и опекун — приёмный сын в семье Хиираги, так почему он не может ненавидеть весь правящий клан? Гурен и Шинья так преданно сражались в последней битве. Ичиносе готов был отдать жизнь за свой отряд и всех пленных. Их имён не было в досье. Батори сделал это нарочно или нужных документов просто не было по причине смерти этих двоих. Глупости! Мой же нашли. Не могу поверить, что Гурен мог пойти на предательство? А если Ичиносе или близким ему людям угрожали? Ведь седьмому основателю откуда-то же стало известно местоположение Юичиро. Этот хитрый кукловод сплёл паутину вокруг всех и каждого. Невольно запутаешься во всех его интригах. Обуреваемая такими мыслями, я резко завернула за угол и внезапно врезалась во что-то маленькое и тёплое. Передо мной сидели два мальчика с огненно-рыжими кудрявыми волосами, доходящими до плеч, на вид около семи-восьми лет. Совсем ещё малыши. Через несколько секунд их изучения я с удивлением заметила, что это близнецы, и один из них является девочкой. Дети испуганно смотрели на меня сиреневыми глазами. После минутного изучения друг друга мальчик прошептал что-то на ушко сестре и поклонился мне. — Приносим свои извинения. Мы не хотели вам навредить. Не будете ли вы так любезны показать нам, где находится выход? — Мы заблудились — Плаксиво подсказал девочка брату. — К-конечно, прямо по коридору, направо и по лестнице вниз. Малыши учтиво кивнули и поспешили в указанном мною направлении. Что не так с этими детьми? Они как будто не из этого века. Речь и манеры… Боже! О чём я думаю. Это столица вампиров здесь можно встретить что угодно и кого угодно! — Привет! Прости, что так долго. Ферид заставил меня проверять достоверность целой стопки документов. — Ты так спокойно называешь господина по имени? — Ага, это личные счёты. — Я взяла из рук у девушки парочку фолиантов и ловко расставила их по нужным местам. — Все в доме заметили, что он относится к тебе по особому. Слишком фамильярно. Никому до этого не разрешалось проявлять столько непокорности и неуважения. Лорд Батори бережёт тебя, как какую-то драгоценность. Манами рассказывала, что не так давно у Господина была одна девушка, к которой было похожее отношение, но всё же не настолько трепетное. — Служанка придвинулась ко мне ближе и прошептала на ухо. — поговаривают, что у неё получилось сбежать не только из поместья Лорда, но и из города в целом. Она пришла с поверхности. Из армии, кажется. Я не выдержала и безудержно захохотала. Аяко смотрела на меня с осуждением, но при этом как будто жалея. — Извини. Не подозревала, что слухи расползаются так быстро. Не хочу тебя огорчать, но я и та беглянка это один и тот же человек. Я рада, что хоть Манами осталась в добром здравии с тех пор, как я была здесь в прошлый раз. Может зайдём к ней, когда закончим? Девушка шокировано уставилась на меня. По её глазам явно читалось, что она не поверила ни единому моему слову.