На чьей ты стороне?

«Сибуя» — Аой! — Курэто Хиираги наблюдал за очередным экспериментом и одновременно изучал досье подопытного — Почему мы ни разу до этого не предпринимали попыток превращения вампира в нечто более стоящее, нежели просто очередное демоническое оружие? — Вы не давали подобных приказов, сэр — чётко и хладнокровно ответила помощница. — Это мне и так известно. Я спрашиваю почему учёным за столь большое количество времени ни разу не пришло в голову использовать для создания серафима вампира, а не человека? — Осмелюсь предположить, что похожие мысли возникали, но не были реализованы за неимением постановления. — В любом случае, в этот раз всё должно получится. Союз двух серафимов это огромная мощь, с которой человечество наконец-то опередит этих жалких кровососов. Эй! Шинья, ты согласен со мной? — Так точно! — генерал-майор стоял неподалёку от Курэто и с холодной решимостью, так не шедшей и несвойственной его вечно улыбающемуся лицу, смотрел на происходящее. Его закалённое в многочисленных боях сердце не испытывало ни капли жалости к пленному вампиру, однако ныло от другой боли, которую мужчина приглушил совсем недавно. После битвы в Нагое его отношения с Гуреном заметно ухудшились. Хиираги не мог простить лучшему другу, что попав в плен к неприятелю, он смог спастись, а Серафима нет. Ему стыдно было признаваться самому себе, но ещё после первой разлуки Шинья внезапно осознал, что всем сердцем полюбил свою подопечную. Той самой нежной и чистой первой любовью. Их разница в возрасте составляла девять лет, но генерал-майор никогда прежде не встречал более чуткой и умной девушки. Всё то время, включая последнее сражение, он всё искал время сказать это самой Серафиме, но не успел и сейчас бесконечно винил себя за это. Потеряв, любимую вновь, он не представлял жизнь иначе, как бесконечную месть её убийцам. В первую очередь, он подозревал того вампира седьмого ранга, которого девушка однажды описывала ему. В ближайшем будущем как раз планировалась операция по захвату Сангвинема, так что затея генерал-майора не выглядела совсем уж нереальной. С силой, полученной от двух серафимов Японская Имперская Демоническая Армия действительно станет непобедимой, поэтому Хиираги сам вызвался во всём помогать Курэто во время эксперимента. Внезапно подопытный резко задёргался. По его телу прокатились клубы искрящихся фиолетовых молний, рот открылся в беззвучном крике, не проходящем через толстое стекло, а за спиной веером раскрылось три пары синих крыльев, объятых голубым огнём. — Это неизвестный горн! — пыталась перекричать электрический шум Сангу. — Великолепно! — Глаза генерал-полковника, в которых отражался ужасающий эксперимент, были полны безумного азарта, свойственного старшим основателям, прожившим не одно тысячелетие: Мобилизовать все войска! Завтра же отправляемся на взятие Сангвинема! — Есть! — отдала честь Аой и отправилась передавать приказ главнокомандующего.

***

«Озеро близ Сангвинема. Двумя днями ранее» — Красиво не правда ли? — Очень — чуть помедлив произнесла я, восторженно глядя на закатное солнце — Даже не представляла, что настолько. Озеро Бива и вправду восхитительное! Но всё же зачем мы здесь? — То есть тот факт, что мы просто гуляем тебя не устраивает? — усмехнулся вампир и ловко перепрыгнул на крайний камень, окружённый прозрачно синей водой со всех сторон. — Вывести человека на прогулку за пределы Сангвинема, чтобы полюбоваться природой? А вдруг я убегу? — От брата и отца, которых так долго искала, в ночь и без оружия? Я считал тебя более благоразумной, золотце! — В прошлый раз меня не остановил ни один из пунктов. — Не спорю. Но тогда меня не было рядом. Во время прыжка на очередной каменный выступ нога заскользила по гладкой поверхности, а тело, лишившись опоры, начало медленно и неизбежно терять равновесие. Ледяная рука резким движением притянула меня к себе. — Куколка, будь аккуратнее. Слишком близко! Почему он никак не отстранится?! Я попыталась легонько оттолкнуть вампира и тот отчего-то действительно слегка отошёл в сторону. — Скажи… После всего, что между нами было, ты боишься или ненавидишь меня? — Хитрые огоньки заплясали у бессмертного в глазах, не предвещая ничего хорошего. Он застыл в ожидании и буквально прожигал меня взглядом. От ответа на данный вопрос зависело нечто непонятное мне, но очень важное. Цель, которой добивался Ферид была спрятана в тёмных уголках его души и не желала быть узнанной ни при каких обстоятельствах. — Ни то, ни другое — начала я, внимательно следя за выражением лица седьмого основателя. — Первое время я чувствовала испуг и ярость, у которых не было разделения, но затем… Затем мне стало тебя искренне жаль. Жить в городе, до которого не доходят лучи солнца, не чувствовать эмоций и выходить наружу только ради множественного геноцида, в обычное время развлекая себя одиночными убийствами… Мне кажется, что подобное существование заслуживает сострадания. — То есть по-твоему у нас есть иной выбор? — Да… — чуть помедлив, произнесла я — Почему нельзя заключить мир и прекратить эту войну? Вампиры и люди могут жить сообща, если первые перестанут относиться к человечеству, как к скоту. Можно будет организовать новое общество, построенное на взаимоподдержке и обмене необходимыми для жизни ресурсами. Сангвинем — это всего лишь попытка, изначально созданная в угоду вампирам, но, если дать людям большую свободу, если разрешить им обрабатывать землю, в таком случае появится инфраструктура, обеспечивающая… Седьмой основатель, до этого сдерживавшийся, безудержно засмеялась. Я впервые видела его настолько весёлым. — Я, конечно, подозревал, что твоя любовь к людишкам может вылиться в нечто абсурдное, но даже не предполагал насколько. Это война закончится только победой одной из сторон. Вампиры чересчур горды и тщеславны, чтобы принимать скот за равных себе. Отстаиваемое тобой человечество же не сможет забыть все горечи и обиды и будет мстить нам до последнего вздоха. Поверь, я не первую сотню лет живу в этом мире, чтобы быть настолько наивным. Ты и сама прекрасно понимаешь нереальность своей идеи, но продолжаешь слепо верить в неё. Очаровательно! Золотце, ты удивляешь меня всё больше и больше! Я обиженно надулась. Почему моя мечта всего лишь пустой звук? Разве сами солдаты желают войны? Нет, они лишь расходный материал для таких манипуляторов, как Ферид. Курэто Хиираги и старшие основатели сидят в своих дворцах, в то время, как «пушечное мясо» отдаёт жизни за их идеи. Для сильных мира сего сражения лишь игры, увеселения против скуки и только. Отвратительно! — Как быстро теряется чувствительность? — У всех по-разному. Если у нас есть те, ради кого мы готовы отдать жизнь, то никогда. Твой отец смог полюбить и вернуть все утраченные эмоции. Хладнокровность лишь защитная реакция. Если вампиры в течение многих веков не абстрагируются от внешнего мира, то сходят с ума. Ты ведь говоришь и про себя в том числе? Какое же чувство не отпустило тебя и заставило помешаться рассудком? *** — А нам что-нибудь будет за нарушение комендантского часа? Ферид отрицательно покачал головой. — За порядком следят обычные вампиры, а они не любят лезть в личные дела знати. — Это успокаивает… — Ну-ну… А вот была бы сама старшим основателем, не беспокоилась бы о таких мелочах — А вот была бы дома в Юкухаси или Сибуе, тоже бы не волновалась — ловко парировала я в ответ, вызвав неудовольствие своего спутника. — Золотце, я серьёзно. Чем быстрее обратишься, тем лучше. Сможешь получить голос в совете прародителей, будешь менее чувствительна ко внешним раздражителям, перестанешь тревожиться по пустякам и получишь возможность продвигать свои идеи. — А разве меня не будут воспринимать в качестве полувампира, желающего прибрать к рукам всю власть? — Ммм… Если не будешь кричать на каждом углу о своём происхождении, то вряд ли. Кроули же уже более восьмисот лет живёт под прикрытием и не жалуется. — Я… я боюсь, что стану безэмоциональным чудовищем. Мне не нужна ни власть, ни сила. Наверное, с людьми будет действительно лучше. — Не согласен с тобой. Они алчны и жестоки по своей сути. Мы же руководствуемся холодным мышлением. — Когда убиваете ради забавы в том числе? Мой спутник вновь хотел что-то возразить, но его прервал посыльный, появившийся из ниоткуда. — Лорд Батори, — слегка запыхавшись произнёс молодой вампир на вид ненамного старше меня: В связи с резким повышением человеческой активности в районе Сибуи Урд Джиллес в срочном порядке собирает совет. — Передай всем, что я буду через четверть часа — Это безотлагательно — Ясно. Тогда дайте мне пять минут. — Есть! — Эм… А как же я? Скоту ведь нельзя находиться вне дома после наступления темноты. Седьмой основатель вздохнул и демонстративно приложил руку ко лбу. — Во-первых, больше никогда не причисляй себя к скоту, а, во-вторых, я думаю, что ничего страшного не случиться, если ты посидишь в коридоре, пока идёт совещание. *** Меня в прямом смысле бросили в красивом мраморном коридоре, примыкающем к залу советов. Дворец королевы выглядел, пожалуй, ещё пышнее, чем особняк Ферида. Построенный в неоготическом стиле со множеством витражных окон, лепнины, колонн, поддерживающих высокие расписанные самыми разнообразными сюжетами потолки, и массивных зубчатых стен. Замок выглядел поистине достойным её величества. Интересно кто и в течение скольких лет строил это произведение искусства? Чего только стоилиодни мелкие ажурные детали, присутствующие в каждом сантиметре интерьера. От железных оград до внутреннего убранства. Мне было даже в какой-то степени совестно находиться в столь восхитительном и завораживающем своей красотой здании. Если сравнивать обитель королевы с обычными ничем неприметными домиками, в которых проживала большая часть населения подземного города, то даже дураку становилась понятна любовь вампиров к комфортной жизни. Совещание затягивалось. Длинная стрелка часов, вблизи которых я примостилась уже успела сделать три оборота с тех пор, как Ферид скрылся за дверью. Что можно обсуждать так долго? Я никогда не была близка к Генеральному штабу Японской Имперской Демонической Армии, но сомневаюсь, что наше руководство проводило такие долгие советы. Хах, я подумала наше! Всё же человеческое прошлое даёт о себе знать. Шинья всегда старался проводить со мной максимальное количество времени и первый бежал со всякого рода обсуждений стратегии. Однажды он даже прогулял подобное мероприятие за что получил выговор. Гурен, который сам проспал большую часть того совещания, ещё долго подтрунивал над лучшим другом на тему того, что он уделяет своей любимице больше времени, чем благосостоянию страны. Узнавать о предательстве Ичиносе, человека чью фамилию я с честью носила все восемь лет людской жизни было тяжело. «Какое тебе дело до верности Японской Имперской Демонической Армии? Не ты ли сама дезертировала?» — раздались в голове слова, недавно произнесённые Феридом. Сложный вопрос. Наверное, это просто привычка. Я столько лет училась сражаться, чтобы защищать человечество и в итоге оказалась среди вампиров. Каламбур судьбы… И всё же… Если вернусь к людям, то меня не ожидает ничего кроме подозрений, косых взглядов и небеспочвенных обвинений в предательстве, а если останусь здесь, то рискую быть разоблачённой и убитой. Очень радужные перспективы! Вечно скрываться нельзя. Батори и сам скорее всего это понимает, но что-то умалчивает. Зевнув, я вновь взглянула на часы. Прошло ещё шестьдесят минут. Главное не засыпать. Если сейчас ослаблю бдительность, то могу уже не очнуться, но глаза так сильно слипаются. Ничего страшного не случится, если я вздремну на пару минут. Дверь с шумом отворилась и из зала выбежал разъярённый вампир, скрывшийся за поворотом. Через некоторое время группка знати, что-то оживлённо обсуждая грациозной походкой выплыла из помещения, не удосужившись даже посмотреть в мою сторону. Одна дама из той компании, всё же бросив беглый взгляд, отделилась от своей компании, и вышагивая вальяжно и медленно, будто бы она находилась на балу, опасно приблизилась, не сводя глаз. — Какое прелестное дитя! — заворковала аристократка, надевая маску дружелюбия — ты явно не из местных детишек, кто же тогда твой хозяин? Она априори считала меня лишь вещью, красивой куклой, с которой можно поиграть и выбросить. Подобное отношение вампиров к людям выводило из себя, но я постаралась ответить максимально вежливо, изображая наивную дурочку. — Ах госпожа, вы так любезны! Я и вправду не отношусь к остальным жителям этого чудесного города. Милорд Ферид привёл меня с поверхности. — Лицо вампирши слегка скривилось. Либо она почувствовала мою фальшь, либо осознала, что зря потратила время. Обвести вокруг пальца столь крупную рыбу, как Батори, у этой дворянки вряд ли получилось бы. Мило попрощавшись, аристократка, наконец, оставила меня в покое, чем принесла немалое облегчение. Все остальные участники заседания уже покинули совещание, так где же… — Браво! Я хотел было вмешаться, но ты и сама прекрасно справилась. Умничка! Продолжай в том же духе. — Довольный и улыбающийся седьмой основатель погладил меня по голове в знак поощрения, и как бы не нарочно провёл острым когтем по открытой шее. Его рука уже хотела было заскользить ниже по ключицам, но была схвачена. — Я так понимаю наблюдать со стороны за страданиями других это твоё хобби? — Ну почему же? Иногда я и сам их причиняю ради разнообразия. — Ферид ловко вывернул своё запястье из цепкой хватки и, не дав мне опомниться, прижал к стене, перехватив руки над головой. — Только не здесь! — А что такого? Все остальные уже покинули здание. Мы абсолютно одни. — Я ещё не восстановилась после прошлого раза и вряд ли смогу в ближайшее время, если ты осуществишь свою задумку. — Уже более весомый аргумент, но недостаточный, чтобы остановить меня. — Батори с наслаждением впился клыками в шею, заставив меня задрожать всем телом. Ненавижу, когда он вот так без повода и предупреждения набрасывается, ни оставляя ни шанса на протест. Почему именно сейчас? Я чётко видела, что он вчера довольно плотно позавтракал, учитывая, что вампиры питаются раз в три дня. Так ради чего же? Просто для увеселения, чтобы в очередной раз напомнить факт того, что мы находимся на разных ступенях по социальному положению? Секундочку… Вот только, если учесть, что мой отец потомственный дворянин и я сама полукровка, то единственное наше различие в моём отказе пить человечскую кровь. Значит, снова те же мотивы. Меня так просто не переубедить, вновь продемонстрировав своё превосходство. — Пре-кра-ти, пожалуйста! — голос срывался, кислорода не хватало, а уставший за день организм неприятно давал о себе знать. Вампир нехотя отстранился и как только он ослабил хватку я начала медленно сползать по стене. Силы ушли без остатка. Спать хотелось ещё сильнее. — Мда… Слегка перестарался — меня уже привычно взяли на руки и бережно вынесли из здания.