На чьей ты стороне?

Безмолвный стражник отпер дверь и поставил на пол небольшой пакет с кровью. Он делал это с периодичностью в три дня. До этого я даже не притронулась к еде, но на этой раз, как только дверь закрылась, встала, укутавшись в тонкое одеяло, и, опустив голову медленной слегка пошатывающейся походкой приблизилась к еде. В моей голове то и дело возникали мысли, а не слишком ли я переигрываю и выглядит ли это убедительно? Но я старалась не обращать на них внимания, сосредоточившись на плане. "Ещё шажок, рано, рано, пора!" Я быстрым движением перевязала камеру, стоящую у двери, одеялом, накинутым на плечи, для пущей убедительности ударив кулаком в зеркальную дверь. В ту же секунду запищала негромкая сирена, а ультрафиолетовая лампа резко включилась. Я молилась, чтобы моих актёрских данных хватило на то, чтобы сыграть всё идеально и упала на пол, якобы корчась от боли. При этом закинула распущенные волосы на лицо, чтобы не было видно, что никаких солнечных ожогов у меня нет. Благо ультрафиолет был слабее солнечного и не испепелял целиком. Это я усвоила ещё в прошлый раз. Через пару минут всё прекратилось, и в комнату вошёл рядовой вампир. Он не обращал на меня внимания и сразу направился к камере. Именно это мне и было нужно. Внезапно вспрыгнув, пока он не успел развязать узел, я набросилась на гостя сзади и повалила на пол. Один укус и противник лежал на полу, иссохший как мумия, однако не рассыпался пеплом, значит был жив. Мерзкое чувство от того, что я вот так выпила чужую кровь наполняло меня, но я гнала его прочь. Сейчас на это нет времени, однако вкус, оставшийся во рту, не давал забыть случившееся. Я связала вампира и заткнула ему рот заранее оторванным куском одеяла, а затем положила на кровать, укрыв остальной его частью, а сама надела длинный синий плащ рядового и вышла из камеры с помощью его карты. Пока что всё шло великолепно, однако самая сложная и непродуманная часть была только впереди. Дело в том, что я понятия не имела, где именно нахожусь и не могла быть уверена, что смогу выбраться. Стремительно шагая по коридору, я изучала окружающее пространство и наткнулась на лифт. Бинго! А мне сегодня везёт. Внутри оказался такой же самый обыкновенный вампир, я нервно сглотнула и вошла внутрь, нажав на единицу. Привычка рядовых держать голову низко сейчас была как никогда кстати. Мой попутчик вышел на следующем этаже, а я торжествующе поехала вниз. Все двери здесь были похожи друг на друга и только одна в самом конце разительно отличалась от остальных. Она была выполнена из какого-то дерева, имеющего красноватый оттенок и выглядела массивно и величественно, подобно королеве, стоящей в окружении подданных. Я положила руку на увесистую и ледяную ручку и, дёрнув со всей силы, резко её открыла... Впрочем после этого я также быстро захлопнула дверь и рванула в противоположную сторону. Вот, что получается при реализации не до конца продуманного плана. А ведь всё так хорошо начиналось! Я ожидала увидеть свободу, но вместо этого вломилась в кабинет второго основателя и пересеклась с ним взглядом. Если честно, я не отдавала себе отчёта, зачем пытаюсь спастись бегством, если эта идея, по сути, изначально являлась провальной. Возможно, у меня всё ещё оставалась надежда на то, что он не узнал меня, а следовательно тратить драгоценное время не будет. Хотя кого я обманываю. Короткий скрип двери и последующие отрывистые шаги заставили меня бежать ещё быстрее, несмотря на то что я и так была на пределе. Однако, вампир никуда не спешил, он двигался нарочито медленно. Звук моих ботинок, казалось, отдававшийся эхом в каждом закутке коридора, перемешался с медленными и уверенными движениями Урда. — Если не остановишься, я вновь буду вынужден что-нибудь тебе сломать. — Холодные слова без малейшего намёка на интонацию раздались позади и холодком пробежались по коже, заставив её покрыться мурашками. Я по инерции пробежала ещё пару метров, а потом замерла, не решаясь повернуться назад. — Подойди. — Очередная фраза, в которой сквозила бесконечная усталость и равнодушие. Несколько секунд я боролась с собой, а после неуверенно обернулась и пошла навстречу вампиру, всё больше зажимаясь от его пронзительного взгляда. Чувство самосохранения кричало, чтобы я как можно дальше и скорее скрылась ну или провалилась под землю, но иного варианта не было. Он же, в свою очередь, невозмутимо направился в сторону кабинета, придержав дверь и пропустив меня вперёд. — Садись — напротив письменного стола стояли пара сине-голубых кресел цвета морской волны, Урд указывал на левое и я не решилась перечить, помня о сломанной руке и силе старших основателей. Мне до сих пор не были ясны цели, которые преследовал Джиллес. Почему бы ему просто не убить меня или не покалечить за побег? Зачем все эти церемонии? — Рад, что ты очнулась. — Он уселся в кресло напротив. теперь нас отделял только большой письменный стол, казавшийся мне в тот момент ничтожным и маленьким. — Я не собираюсь причинять тебе боль. В тот раз это была лишь вынужденная мера. Прямо у меня перед лицом возникла стопка бумаг, скреплённых нитью. На обложке находилось сразу два моих имени и фотография в форме лунного демона. — Тебе ведь нужны ответы, верно? — Урд также быстро переложил файл к остальной кипе бумаг. — Нам нужна твоя сила и частично тело для некоторых незначительных экспериментов. — Он сделал неопределённый жест рукой, а я сразу напряглась из-за последней фразы. Так и знала, что ничего хорошего меня здесь уж точно не ждёт — Каких например? — неуверенно задала я вопрос с дрожью в голосе. — Выяснение силы, ловкости, выносливости, свойств крови и нечто в том же духе. Ничего глобального или опасного. Делать из тебя киборга, франкенштейна, серафима или что-то ещё в этом духе мы не собираемся. Мне не хотелось верить вампиру на слово. Уж больно много всего нелицеприятного я слышал о нём от близких. — Моя сила? — Я старалась вести себя увереннее, но наделе получалось наоборот. — Что именно вы имеете ввиду? — Нам нужен Риг Стаффорд и Первый. Я невольно подняла глаза. И он тоже сошёл с ума? Да я еле завалила того стражника, а тут такие цели. — Почему вы тогда не схватили его? Он же был на блюдечке и... Урд резко прервал меня жестом и я покорно замолчала. — Мы не до конца понимаем его природу. Второй основатель, как и первый нужны нам живыми. В той суматохе вряд ли бы удалось захватить их в плен. К тому же, ты была более лёгкой добычей. Мне не понравился взгляд, которым вампир меня изучал. Создавалось ощущение, что он прощупывает каждый сантиметр моего тела и сознания, отчего становилось неловко. — Не хочешь чаю? Эти слова прозвучали так внезапно и странно на фоне остальных. Я отрицательно покачала головой. Моё тело дрожало настолько сильно, что я бы точно разбила чашку. Даже сейчас создавалось ощущение, что меня колотит в лихорадке. — А зря... Ты сейчас не в лучшем состоянии. — Я в порядке... Вы правы мне нужна информация, но не столько обо мне, — Я кивнула в сторону файла. — Сколько о ситуации в мире, полувампирах и обо всём в целом. — Тогда у меня есть предложение. Он облокотился на стол, скрестив руки, тем самым приблизившись на пару сантиметров. Я, напротив, непроизвольно отодвинулась, что не укрылось от второго основателя. — Заключим сделку: ты помогаешь нам одолеть врагов, а взамен получаешь информацию и впоследствии права и обязанности аристократа. Ах да, ещё способствуешь нам в изучении абсолютных полукровок. — Как я могу быть уверена, что вы выполните свою часть сделки? — Я впилась пальцами в обивку кресла, чтобы сдерживать свои эмоции. — Я всегда держу своё слово, но, если тебе этого мало, то могу предложить клятву на крови. — Что это? — Древний магический обряд, не практикуемый ввиду своей опасности. Для него нужен специально обученный человек и демон, который убивает того, кто нарушил данное слово. Я неуверенно кивнула. Если это и правда работает, то лучше варианта не найти. — Ферид и Кроули. — Я заёрзала, теребя руками край плаща. — Что с ними? — Несколько дней прожарятся на солнце, а потом будут приговорены к заточению в камень на девять и шесть лет. — нахмурившись, сообщил Урд, собиравшийся закончить разговор — Можно ли как-то уменьшить срок? — Да... Но зачем это тебе? Я чувствовала себя максимально неловко, но продолжала говорить: — Отец не заслуживает такого наказания, а Ферид... Мне нужно отдать ему небольшой должок. — Понятно... — Джиллес ненадолго задумался. Дело Юсфорда пересмотреть не сложно. Он и правда может с лихвой отделаться двумя годами да и вампиров его ранга после Японской кампании сильно поубавилось, но Батори я бы дал пожизненное, если бы законы позволяли, а потом сбросил камень, в котором он находится где-нибудь неподалёку от Марианской впадины. — Урд невесело усмехнулся. Впервые в его голосе прозвучал оттенок какой-то эмоции. Мне показалось или он сейчас пытался пошутить? В этом я была полностью согласна со вторым основателем, но Ферид делал для меня и хорошие вещи, было бы невежливо ничем не отплатить ему за это. Пусть седьмой прародитель и поступил со мной гадким образом, нельзя ему уподобляться. — Пожалуйста! Что я могу для этого сделать? Вампир посмотрел на меня отсутствующим взглядом, а затем вздохнул и сделал жест рукой подойти. — Я могу уменьшить ему срок... Скажем, до трёх лет, но за это ты заплатишь кровью. — Хорошо. — Кивнув, я встала и начала собирать волосы в хвост, но Урд жестом руки остановил меня. — Не сейчас, когда вернёшься в человеческое обличье. Он нажал на какую-то кнопку и через некоторое время в комнате появился юноша, судя по внешнему виду, слуга или дворецкий. Главное, что он был человеком. — Данил, препроводи гостью в комнату в северном крыле. Только перед уходом проверь решётки на окнах и запри дверь снаружи. — Второй основатель говорил на английском, чтобы мы оба понимали, о чём идёт речь, затем он обратился уже ко мне. — Уж прости, но после столь блестящего побега и до заключения договора, я не смогу тебе доверять. Естественно. Я молча кивнула и по привычке поклонилась перед уходом, вызвав удивлённый взгляд у юноши. — Японка. — пояснил Джиллес Данилу и тот поспешно вывел меня. За всю дорогу мы не обмолвились ни словом. Я была под впечатлением от случившегося, а юноша, похоже, не горел желанием общаться. Так и начался новый этап в моей жизни. На следующий день у меня взяли анализы крови и ДНК. Второй основатель не солгал, все опыты были адекватными и не требовали особой выдержки. Они не были похожи на эксперименты, которые ставили над людьми в Японии. На моей родине, если ты попадал в руки учёных, то уже не возвращался прежним, если вообще выживал. Совет основателей в лице Джиллеса, в первую очередь, интересовали мои способности. Они не имели возможности изучать абсолютных полукровок или, как их называли вампиры, ведьм ранее из-за отсутствия технологий, так что я, можно сказать, была первым подопытным. В скором времени мы со вторым основателем заключили договор, скрепив его кровью. В качестве демона использовали Изанами, по-прежнему не выходившую на контакт. За это её сковали заклинаниями и цепями и отправили в ад. Кичи могла освободиться только, если кто-то из сторон нарушал условия договора. В противном же случае, она бы так и осталась вечно пленённой. Мне в какой-то степени было жаль её, но постепенно и это забылось. Путём долгих проб и ошибок, исследованиями было установлено, что оптимальным вариантом питания будет доза в сто миллилитров каждый день, но, что более удивительно, я не могла существовать, будучи вампиром беспрерывно. В противном случае приходилось увеличивать количество потребляемой крови в геометрической прогрессии, но даже так я понемногу начинала терять контроль над собой. Психика не выдерживала. Из-за этого, было решено, что одну неделю в месяц я буду жить в качестве человека, а остальное время вампиром. Меня не особо радовала перспектива несколько часов мучатся от голода, прежде чем возвращаться в изначальное обличье, однако быть человеком было приятно. Разумеется, несмотря на договор, доверия ко мне было мало. К примеру, кровь второго основателя мне не давали ни разу, и лишь раз раздобыли кровь Крул, в остальное же время использовали вампиров рангом не ниже десятого для эффективности тренировок. Как же их было много! Меня заставляли оттачивать каждое движение, причём со всевозможными видами оружия. Двадцать один день беспрерывных занятий и единственная неделя отдыха. Хотя... Если честно, мне в какой-то момент даже начало нравиться. Я никогда до этого не испытывала такой контроль над телом, могла отвечать за каждое движение и сражалась уже не неуклюже, а идеально. Не раз мне приходилось отрабатывать приёмы в "непредвиденных ситуациях", чтобы быть готовой ко всему. Например, чаще всего была тренировка с завязанными глазами, нередко меня поднимали ночью или учили драться со связанными конечностями. Один раз пришлось сражаться без руки совсем, но это прекратилось довольно быстро: от потери крови я не могла здраво оценивать свои силы и раз за разом проигрывала. К сожалению, именно серьёзные ранения являлись моим слабым местом. Сам Урд редко присутствовал на тренировках. Он, в основном, находился в Москве, а сюда во Владивосток приезжал редко. Обычно этим занимались шестые или седьмые основатели, пару раз Ки Лук и лишь единожды, когда мне дали кровь Крул, Лест Карр. И последнюю я бы хотела забыть, как страшный сон. Он играючи наносил огромное количество мелких порезов, пока полностью не извёл меня и даже тогда не останавливался. Это тренировочное сражение длилось около шести часов и не заканчивалось до тех пор, пока я просто не упала в обморок. Во время ежемесячных отпусков мне предоставлялась полная свобода действий, запрещалось лишь покидать пределы города. Чаще всего я любила проводить время за учёбой. Здесь много кто понимал английский да и японцы встречались, но владение русским было просто необходимо, иначе часто возникали недопонимания. Постоянная занятость помогала отвлечься от мыслей и переживаний, но иногда я всё же забиралась на небоскрёб и пыталась рассмотреть огни Японии, думая о прошлом, отце, друзьях и товарищах, иногда о Фериде. Мне была доступна информация любого уровня, поэтому я досконально изучала ситуацию в Японии. Оказывается, не она одна продолжала противиться повсеместному режиму. Ещё была Австралия, которую сложно было оккупировать из-за её дислокации. Однако, после того, как я покинула родной край, вампирам всё же удалось взять повсеместный контроль над ним и основать общество, похожее на российское. Правда в Японии чаще вспыхивали небольшие бунты и восстания, а также на её территории действовало огромное количество партизанских отрядов. Спустя примерно год жизни в таком режиме я смогла увидеться с отцом. Он выглядел усталым и очень за меня волновался. К сожалению, разговаривать наедине нам не разрешили, но и этого было достаточно. Я понимала, как тяжело ему сейчас приходится и пыталась подбодрить, но получилось вяло. После той встречи я чаще стала мечтать о возвращении домой, ведь там остались люди, которым я могла доверять. В России я не пыталась и не хотела ни с кем сближаться да и времени не было. Мне очень нравилось то, как здесь сосуществуют две расы. Урд смог выстроить грамотную систему взаимоотношений людей и вампиров. Человеческое общество продолжало вести прежнюю спокойную жизнь, разница была лишь в том, что теперь все главные посты занимали не они, а армию упразднили. Также было введено всеобщее обязательство по сдаче крови. Люди делились на три группы: доноры третьего типа, сдававшие определённое количество крови раз в неделю, второго, которые раз в месяц могли быть отправлены к любому вампиру, чтобы отдать кровь напрямую, и первого, закреплённые за одним определённым вампиром. Статус присваивался от возможностей и желания самого человека. А главное, такой повинности подлежали лишь граждане с 18 и до 55 лет, более того, они могли выбирать: например, объём крови для донора третьего типа определялся индивидуально и подлежал изменению в течение жизни, также человек мог сдать условные 300 мл раз в неделю либо приходить и сдавать понемногу каждый день, а доноры первого типа имели право поменять вампира, если их что-то не устраивало. Это было похоже на утопию. Изначально я искала подвох, каждый раз, в отпускную неделю гуляла по городу, слушала людей и удивлялась всё больше и больше. Конечно, кто-то был недоволен новым порядком. Возмущаться не запрещалось, однако все законы и требования исправно соблюдались, в особенности со стороны вампиров, чего не скажешь о ситуации в Японии. Я в очередной раз наблюдала за далёкими огнями, еле заметными человеческому глазу. До этого я жила, просто плывя по течению: нужно было закончить школу, затем войну, выжить, сбежать, потом были чувства, семья, эйфория, снова побег и выживание. Наверное, это и есть цель, ради которой я буду сражаться: Не хочу, чтобы кто-то ещё страдал, поэтому помогу в построении идеального мира и у себя на родине.

***

Ферид наблюдал за проходящими мимо людьми через затемнённое окно и помешивал ложкой напиток. Мда... Такого развития событий он не ожидал. Урд обставил его по всем фронтам. Ещё и этот Кроули, который упорно скрывал всю информацию о своей жене и почти не позволял им пересекаться. Седьмому основателю ещё тогда показалось это странным, но он зачем-то списал всё на ревность друга и очень зря. С тех пор, как его освободили, он ещё ни разу видел ни самого Юсфорда, ни кого-то ещё. Не было никакого желания. Учитывая тот факт, что Батори сильно запятнал свою репутацию на ближайшие пару десятилетий, лучшим решением было по возможности залечь на дно, но сделать это невзначай, чтобы всегда быть на виду у Джиллеса. Иначе говоря, обосноваться в России. Впрочем, с этим-то никаких проблем не было, жить здесь было пусть и не так вольготно, как в Японии, но вполне возможно, благодаря стараниям второго прародителя. Тем более, что и местные жители давно привыкли к вампирам и уже не сильно обращали на них внимание. Батори вновь лениво взглянул в окно. Как же ему хотелось выплеснуть злобу, разорвав горло парочке счастливых ребятишек, пробежавших мимо. Проблема была ещё и в том, что он не до конца понимал действий Джиллеса. А, когда Ферид не мог в чём-то разобраться, он находился в скверном расположении духа. Учитывая то, как второй основатель не переваривал нарушение собственных правил, он бы стёр всех бунтовщиков в пыль, но на деле наказание было довольно таки щадящим. На самом деле, когда кого-то приговаривали к заключению в камень более, чем на пару лет, это означало смертный приговор. Пытка была более изощрённой, нежели солнце. Без возможности к движению, оставленный наедине со своей вечной скукой вампир, испытывающий постоянные муки голода, медленно, но верно сходил с ума либо превращался в демона. Однако, Фериду это было не впервой. Он и так считал, что потерял рассудок пару столетий назад, но, несмотря на это, три года всё равно были тяжёлыми. Спасали только планы мести да воспоминания о прошлом. Но больше всего его волновало не время, потраченное в пустую и не потеря доверия. Совсем нет. Его главным просчётом стал Мефедрон - наркотик, обнаруженный в организме золотца. Кто же мог знать, что он передастся через кровь? Его употреблением, скажем так, баловались многие старшие основатели в тайне друг от друга. Это был единственный препарат, способный пробудить хоть какое-то жалкое подобие эмоций. Однако, он мог вызывать безумие и потому был запрещён, поскольку полная толерантность вампиров к гормонам, отвечающим за чувства, помогала им не лишиться рассудка в течение жизни. Побочных эффектов от его употребления у них естественно не возникало. Ферид, конечно, понимал, что у Анжелы может быть из-за этого незначительная реакция, после разового применения, но он не представлял, что Крул, холодная и безжалостная, внешне не показывающая ни единой эмоции, тоже его употребляет. По правде говоря, седьмой основатель и сам уже забыл, как именно должны вести себя абсолютные полукровки за столько веков, поэтому и не придал кашлю кровью золотка особого значения. Он слишком сильно был увлечён скорейшей развязкой событий, которую ждал так давно. Ферид сразу понял, что визит старших основателей не принесёт ничего хорошего, однако не предполагал, что они найдут информацию, неизвестную даже ему. И на том спасибо, что они не заметили, что Кроули обращён не его кровью, вот тогда он бы попал по полной. И не смог бы отделаться тремя годами. Хотя и это тоже было чрезвычайно мало для такого проступка. Могло ли произойти нечто, повлиявшее на решение Джиллеса? Или некто вмешавшийся? Единственным, кто имел на него хоть какое-то влияние в тот момент и был близко знаком с Феридом, являлась золотце, но после всего, что ей наговорили, она вряд ли решила помочь. А ведь он даже не сможет спросить это у девушки лично. Хоть вслух это и не озвучивали, но и так было ясно, что ему запрещается даже приближаться к Анжеле, не то, что разговаривать. Вероятнее всего, она находится в Москве под постоянным надзором второго основателя. Исходя из этого Батори и решил обосноваться во Владивостоке. Он проиграл эту партию, не заметив очевидного шаха, а потому, вынужден сидеть здесь. Пусть Россия и была на данный момент самой прогрессивной страной в налаживании отношений людей и вампиров, даже здесь пить кровь, пусть и из бокала, считалось чем-то неприличным, поэтому для вампиров были организованы что-то вроде кафе с тёмными окнами, где они могли бы спокойно утолить голод. Также здесь были небольшие комнатки для доноров первой и второй степени и их провожатых. Довольно удобно, но Ферид, как и многие другие, предпочитал охотиться. Здесь же необоснованное насилие к людям было запрещено. По улицам ходили матери с колясками, бегали дети и подростки, гуляли влюблённые парочки. Кажется, сегодня был какой-то фестиваль. Седьмой основатель разглядывал счастливые лица и что-то внутри неприятно сжималось. Ему хотелось доставить этим людям боль, заставить их чувствовать такую же безысходность, какую он ощущал вот уже три года. Мимо спешила очередная компания, состоящая из юноши двух девушек. Они весело о чём-то болтали и ничем не отличались от общей толпы, но намётанный временем глаз Ферида почему-то зацепился за незнакомку, которая проходила ближе всех к нему. Батори несколько секунд изучал её и до него внезапно дошло, почему он остановил взгляд на девушке. Слегка остроконечная и смутно знакомая форма ушей в обрамлении длинных светлых волос. Ясно, всё же заточение не прошло для него бесследно. Теперь вампиру будет везде мерещится его золотце. Девушка смотрела в противоположную сторону и Ферид не мог разглядеть её лица. Ему почему-то неудержимо сильно захотелось, чтобы она обернулась. Желание затопило всё существо вампира до краёв, хоть он и понимал, что это просто игры разума, которому мерещится всякое. Впервые за долгое время вселенная его услышала либо сама девушка почувствовала долгий взгляд. Она изучающе посмотрела на тёмное стекло. На мгновение вампиру даже показалось, что его заметили, однако блондинка уже спешила за друзьями, от которых ненароком отстала. — Серафима, мы и так опаздываем! — С досадой заметил юноша и потянул её вперёд. Компания прошла мимо, а на душе у Батори остался лёгкий осадок. Как бы не хотелось, но эта девушка не могла быть ею. В то мгновение, что они встретились взглядами он заметил, что глаза у неё зелёные да и черты лица человеческие. Его золотце была вампиром. И несмотря на то что они крайне похожи только на основании этого выводы делать было нельзя. Ферид вышел на улицу и его тут же поглотил шум толпы. В голову пришло осознание того, что если он сейчас же не уйдёт, то точно свернёт кому-то шею. Седьмой основатель остановился у того места, где обернулась девушка и всмотрелся в тёмное стекло. всё верно. С этой стороны не видно ничего. Он сделал ещё пару шагов и чуть не наступил на какую-то цепочку. В другой раз он не обратил бы внимания, но украшение, висящее на ней, заставило вампира поднять изделие и внимательно рассмотреть. Хоть он не нуждался в кислороде уже много столетий, Ферид почувствовал, что у него перехватило дыхание. Сомнений быть не могло. На изящной цепочке висело то самое кольцо, что он подарил золотцу три года назад. Вампир огляделся по сторонам, но две девушки и юноша уже скрылись в неизвестном направлении. Получается, что глаза его не обманули. Она и правда здесь, но почему-то снова стала человеком. Батори несколько секунд сомневался, но потом присоединился к потоку толпы. Если кто-то увидит их рядом, его, скорее всего, больше не помилуют. Но в ту секунду Ферид готов был на всё, лишь бы взглянуть в её глаза ещё хоть один раз.