Hitting Rewind

POV Джейкоб - Я свихнулась, да? – повторила свой вопрос Гермиона. - Нет. – потом я добавил, показывая, что продолжать тот разговор не хочу: - У тебя есть силы возвращаться на вечеринку? - Нет. – слабым голосом ответила она. – У меня голова побаливает. Больше всего мне сейчас хочется спать. И как она в таком состоянии поднимется на восьмой этаж сама? - Я тебя провожу до комнаты, хорошо? - Да, конечно. Спасибо. Я помог ей встать и открыл стеклянную дверь. Все Каллены вопросительно на меня смотрели – видимо, Эдвард до сих пор ничего им не объяснил. - Он просто проводит ее до комнаты, – шепнул он Белле. Потом обратился ко мне: - Джейкоб, как только сможешь, иди в кабинет Карлайла. Там мы все обсудим. Я еле заметно ему кивнул, и, поддерживая Гермиону, вывел ее в коридор. Едва скрывшись от посторонних глаз, она сняла туфли. Она что, действительно думает, что я позволю ей ходить по холодному полу босиком? - Не-е-ет, так не пойдет, – покачал я головой и взял ее на руки. Она рассмеялась. Это был не ее звонкий и веселый смех, а какой-то вялый и безжизненный. - Джейк, отпусти меня, я не маленькая девочка! – сквозь смех сказала она. - Для меня как раз-таки маленькая, – улыбнулся я. – Ты до сих пор не знаешь, сколько мне лет. - И сколько? - Я и в обычных обстоятельствах тебе этого не говорил, боясь, что ты хлопнешься в обморок, а уж когда ты в таком состоянии... Даже не надейся. Около портрета с Полной Дамой я все-таки ее отпустил. С вечеринки, кроме нас, еще никто не вернулся, в гостиной было мало народу. А те, кто были, недоуменно провожали нас глазами, но ни я, ни Гермиона, не обращали на них внимания. Я открыл дверь, ведущую в спальни девочек. Взяв палочку Гермионы, я прошептал: - Своякиус. Это заклинание взламывает защиту в женские спальни, надо только перепрыгнуть первую ступеньку. Так я и поступил. Сразу поднявшись на вторую, пропустив первую ступеньку, я помог Гермионе подняться. Отпер ее комнату простым заклятием «Алохомора». Девушка хотела было плюхнуться на кровать сразу же, но я не позволил. - И испортить такое красивое платье? Ну уж нет! Она выгнала меня из комнаты, заставив пообещать, что никуда я не денусь, пока она вновь не позовет. Через десять минут я вошел в ее комнату, она уже лежала на кровати в пижаме, смыв с себя весь макияж. - Пожалуйста, останься, пока я не усну. Я не смог сдержать улыбку. То же самое и абсолютно теми же словами неоднократно просила меня Ренесми, чем сильно раздражала Эдварда и Беллу, которым приходилось терпеть мою вонь в своем доме. Я, если честно, тоже был не в восторге от их сладко-приторного запаха, но мог терпеть эти тошнотворные запахи хоть вечно ради Несси. Я сел на стул рядом с ее кроватью и взял ее за руку. Она не была обжигающе-горячей, как у Ренесми, ее температура тела оставалась человеческой. Однако вопрос в том, сколько еще она останется нормальной для человека. - Ты тоже это вспомнил, да? – слабо улыбнулась она в ответ на мою улыбку. По-моему, она уже просто наполовину уснула, и не совсем понимает, о чем говорит. Гермиона подняла бледную руку и коснулась ею моей щеки. Я видел свою лицо на фоне ее комнаты в домике Эдварда и Беллы. Но на этот раз я слышал не свой голос, а голос Несси: - Пожалуйста, останься, пока я не усну. Виденье исчезло. Гермиона убрала руку. Я улыбнулся еще шире: - Конечно, помню. Как это можно забыть? - Вот бы вспомнить, когда это происходило. Мне кажется, или она борется со сном? Это не слишком хорошо у нее получается. - Извини, что испортила тебе вечер. - Это был один из лучших вечеров в моей жизни. Но она меня не слышала. Она уже спала. Я вздохнул, осторожно отпустил ее руку, и направился к кабинету Карлайла. В нем уже собрались все Каллены, до сих пор в парадных костюмах. Видимо по их лицам, Эдвард уже успел все им рассказать. - Так, Джейкоб, скажи мне все, что указывает на то, что она вновь становится Ренесми,– попросил Карлайл, достав пергамент и перо. - Она иногда думает о вас как о родственниках. - Дальше? - Она знает, что присутствие Джаспера может успокаивать. Карлайл промычал, показывая, чтобы я говорил дальше. - К ней возвращается память несвязными отрывками, которые ставят ее в тупик. Карлайл опять промычал. - К ней возвращается способность передавать мысли. - И я теперь почти не могу ее видеть, – вставила Элис. Опять мычанье. - Она постепенно вновь становится полу-вампиром. - Как? – поднял глаза Карлайл. - Ее кожа стала очень бледной и, кажется, очень слабо светится на солнце. - Это все? Я кивнул. - Но из-за чего это происходит? – спросил Эммет. - Наверное, со смертью Дамблдора его заклинания перестают действовать. Другого объяснения я не вижу, – вздохнул Карлайл. - Карлайл, пожалуйста, ты же знаешь, что ненамного больше нас в этом смыслишь, – закатил глаза Эдвард. - И что ты предлагаешь? – поинтересовалась Эсми. - Спросить того, кто смыслит, – сказал Эдвард так, словно это очевидная вещь. – МакГонагалл, то бишь. К тому же, у нее в кабинете висит портрет Дамблдора. Мы можем прямо у него и спросить. Я был согласен с Эдвардом – впервые в жизни. - Сейчас еще не так поздно, она, надеюсь, не выпроводит нас за дверь, – сказал Карлайл, покосившись на часы. – Пошли. POV Гермиона Я не сразу осознала, где я нахожусь. Все мои пять чувств сильно заострились, и это меня, если честно, волновало больше, чем мое местонахождение. В ноздри лезли два запаха: свежести и леса с правой стороны, который почти не ощущался под невероятно сильным приторно-сладким. Через несколько минут я уже сообразила, что в комнате, не считая меня, находятся девять человек. Ну, или не совсем людей. Запах свежести и леса принадлежал всему одному из этих девяти, остальные восемь отличались своим приторно-сладким. Я прекрасно слышала вдохи и выдохи всех девяти людей (или не совсем людей), находящихся в комнате. А также я видела все настолько отчетливо, что сначала это меня сильно обескуражило. Я смотрела на свои пальцы. А свои ли? Моя кожа гораздо темнее. Эти пальцы были почти что белыми. Они скользили по роялю, и теперь все мои мысли заняла пъеса, которую я играла. Это так: когда я играю на рояле, то для меня больше никого не существует, кроме клавиш и моих пальцев, которые по ними скользят. Пъесу, которая я играла, я не знала. Однако я вскоре я обнаружила, что умею ее играть, и как – одному Господу известно. Я даже умела играть ее с закрытыми глазами. Однако вскоре она закончилась. Я опустила крышку рояля и встала. Послышался голос: - Несси, это так красиво... «Несси»? Ренесми, что ли? Почему ко мне обращаются этим именем? Я встала, обернулась, и опешила. Я была в огромной комнате, точнее гостиной, которая была такой красивой, что прямо дух захватывает. В ней, как я и думала, были девять людей. И, как ни странно, все они были мне знакомы. Карлайл, Эсми, Розали, Эммет, Элис, Джаспер, Белла, Эдвард. У самых дверей, которые стояли справа от рояля, стоял Джейкоб, которому и принадлежал запах свежести и леса. А Джейк что тут делает? И, самое главное – что я здесь делаю? - Моя школа, – усмехнулся Эдвард. Окна здесь были стеклянными. Я обнаружила, что сейчас ночь, поэтому то, что внутри, было видно гораздо лучше, чем то, что снаружи. Я увидела в отражении спины Калленов и Джейка, который стоял боком. А также меня. Стоп. Меня? Да это же не я! На меня уставилась высокая девушка двадцати-двадцати пяти лет, с длинными мягкими медными волосами. Ее кожа была необычайно белой, черты лица совершенно отличались от моих. И вообще она была куда красивее меня, не уступала в красоте даже Калленам. Единственным сходством между нами были глаза. Карие глаза, цвета молочного шоколада. Наверное, это и есть Ренесми. Но почему я вдруг оказалась в ее теле? Я открыла глаза, тяжело дыша, как от ночного кошмара. Я опять находилась в своей спальне в Хогвартсе. Согласно часам, сейчас была половина пятого. Небо уже начало светлеть, хотя до рассвета было далеко. Обычно после таких реалистичных снов я не помню абсолютно ничего. Но сейчас та сцена все равно стояла перед глазами, и я чувствовала, что это действительно произошло со мной. Как я все-таки оказалась в теле Ренесми? Не успела я поразмышлять над ответом, как опять провалилась в сон, на этот раз без сновидений. И не вставала уже до девяти утра. Сегодня в одиннадцать отъезжает поезд, который повезет нас домой на рождественские каникулы. POV Джейкоб Мы стояли перед каменной горгульей, ведущей в кабинет директора. За всю свою жизнь я здесь был всего два раза. Восемнадцать лет назад, когда мы обратились за помощью к Дамблдору. И сейчас. Карлайл уверенно сказал: - Кейтнесс. Кажется, это какая-то историческая область на крайнем севере Шотландии. Необычный пароль, но все равно намного лучше «Лакричных палочек», которые были паролем восемнадцать лет назад, когда директором был Дамблдор. Горгулья пришла в движенье, и двигающаяся лестница привела нас к двери кабинета директора. Карлайл постучал в дверь, и послышался усталый голос МакГонагалл: - Войдите! Дверь сама открылась, и мы вошли в кабинет вслед за Карлайлом. Я оглянулся: кабинет изменился до неузнаваемости. То и дело жужжащие и издающие другие звуки странные предметы исчезли, и их место заняли стопки книг и кипы пергаментов. Стол остался тем же, но рядом с ним теперь не было золотого насеста, и не было прекрасного феникса Фоукса. Сама МакГонагалл сидела за столом в рабочей мантии, устало склонившись над каким-то письмом. За ее спиной был огромный портрет Альбуса Дамблдора. Мое внимание привлек и другой новый портрет с бодрствующим Северусом Снеггом. Гермиона рассказывала, что они с Роном и Гарри, рассказав МакГонагалл настоящую историю профессора, добились все-таки того, чтобы его портрет был размещен в кабинете директора. МакГонагалл подняла глаза и устало улыбнулась: - А, это вы, профессор Каллен. И, я вижу, не только вы. Присаживайтесь. - Не нужно, вы же знаете, что мы можем хоть вечность так стоять и никогда не уставать. «Говори за себя, Карлайл» - обиженно подумал я, но все-таки, разумеется, вслух этого не сказал. МакГонагалл, конечно, знает о том, что я оборотень, а Каллены – вампиры. Дамблдор все-таки убедил ее принять нас в Хогвартс. - Вы пришли по поводу мисс Грейнджер, верно? – спросила она, отложив в сторону письмо. - Откуда вы... - Ну а зачем же еще всем вам приходить в такой поздний час, если не поговорить о мисс Грейнджер. Что произошло? Эдвард рассказал ей обо всем – он гораздо лучше умел управлять словами, чем я. Карлайл вручил ей пергамент, на которым написаны признаки того, что Гермиона вновь становится Ренесми, хотя это должно было случиться всего через два года. - Да, я тоже склоняюсь к объяснению, что со смертью Альбуса его заклинания медленно теряют силу. Осмелюсь предположить, что ей осталось всего два месяца, до того, как она вспомнит все, и вернет себе настоящую внешность и способности. - Она вспомнит все? Через два месяца? – мой голос почти что срывался от радости. - Не все так просто, мистер Блэк, – перевела на меня взгляд МакГонагалл. – Альбус? – повернулась она к старому волшебнику на портрете. - Все правильно, Минерва, – кивнул он. – С этим будут кое-какие проблемы. - Какие? – быстро спросила Эсми. - С ней будет примерно то же, что и с ее приемными родителями. Поймав мой шокированный взгляд, Дамблдор кивнул. - Да, вы совершенно все правильно поняли, мистер Блэк. Восемнадцать лет назад, когда я удалил все ее воспоминания и добавил ложные, я планировал, что через двадцать лет, когда она вернет себе настоящую внешность и вновь станет полу-вампиром, я просто удалю все воспоминания, связанные с ее новой жизнью, и вновь добавлю удаленные. Однако я не предвидел, что умру через шестнадцать лет. Признаться, в год моей смерти я совершенно забыл о мисс Грейнджер и о том, кто она на самом деле. Однако сейчас вспоминать об этом уже поздно. Через два месяца к ней просто вернутся все воспоминания о вас, и воспоминания о ее настоящей жизни сольются в одно с воспоминаниями о ее... ложной жизни, если ее можно так назвать. Она окончательно запутается, кто она на самом деле. Она не будет знать, кем является. Ренесми или Гермионой, человеком или полу-вампиром, Грейнджер или Каллен. Она просто сойдет с ума. Мы все оставались спокойны. Я знал, что это все из-за способности Джаспера, и если бы не он, мы бы уже давно с Беллой, Эдвардом и психопаткой разнесли этот кабинет в порыве ярости. - Однако выход есть. И все зависит только от вас, мистер Блэк. Я напрягся. - Что мне надо сделать?