Ах, эти глаза напротив.. (научи меня любить)

— А теперь поиграем... Не знаю, почему, но по спине прошёлся неприятный холодок от его слов. Садюга! Если он над нами издевался так во время разминки, то что же будет во время игры-то? Брр, даже боюсь представить. Боюсь, конечно, но всё равно представлю. Вдруг Валера заставит, как в детстве, встать проигравших к стене, поставит мяч и будет пробивать им всем по пердакам? Ох, кошмар! А может, он возьмёт кнут и за каждый пропущенный гол будет им стегать? Или, что до трясучки страшно, проигравшие снова будут качать пресс. Вот это самое жестокое наказание. Мне бы не хотелось, чтобы такая поебень оказалась в голове у Вагина. — Сегодня у нас будет два капитана, — Вагин блеснул своими глазёнками, сучара. Ясно же что-то такое глупое задумал, по его обделённому интеллектом лицу всё видно. — Калинков и... — театральная пауза. Интриган чёртов, блядь! — И Чуйков, — оскалился он, уставившись на меня. Да и ещё так победно, будто я злой и кровожадный дракон, а он меня поверг всего мгновение назад. Но вот только я в этот момент не почувствовал нихрена. Ну, в принципе, ничего нового. А если по-честному, я ожидал чего-то подобного. Вот не понимаю я Вагина, вот хоть убей (его об стену, разумеется), зачем он палки в колёса вставляет команде? Нам с Егором (как странно звучит это в голове) надо друг к другу привыкать (а это ещё более странно), чтобы на поле лучше взаимодействовать. А Валера какую-то хуйню воротит! Не, мне-то похуй, хозяин — барин. Это как из фильма (только я перефразировал слегка): «— Парень в спортивном костюме, а снять — кто ты без него? — Гений, миллиардер, филантроп, королева вагин.» Хе-хе! И всё это наш несравненный Валера Вагин. Ну, первые три пункта вряд ли полностью описывали его, зато крайний. Это прямо в яблочко. Лучше и не придумаешь! Я усмехнулся, покачав головой, и посмотрел на своего оппонента. Он стоял ко мне боком и смотрел перед собой. Кажется, он задумался. И я последовал его примеру, почему-то резко вспомнив подслушанный вчера детский разговор на далеко не детскую тему. Он переживал. И мне от этого одновременно и приятно, и жутко. С одной стороны, он мог переживать из-за того, что неправильно сформулировал сказанное, имея в виду нечто иное, более глубокое, важное, а с другой — из-за того, что его игрушка в лице меня больше не отзывается на его "невинные" словечки. Я вздохнул. Как-то обидно. Снова. И... И снова раздался ёбаный свист от ёбанного во все щели Вагина. Я аж вздрогнул от неожиданности. — Разделяемся на команды и шуруем на свои позиции. Мы выбрали себе партнёров (блин, звучит как-то по-свингерски, Матвей бы по-любому заценил эту игру слов) по команде. В "цу-е-фа" выиграл я. И первым взял (бля, снова пошлятина всякая Мотькиным голоском) в свою команду Андрюху, нашего незаменимого вратаря. Думаю, без него нам не победить. Дальше мы чередовались. Егор тоже старался тщательно подбирать товарищей по команде. За такой короткий период, что он с нами, похоже, обо всех у него мнение сложилось. Разыгрывали мы. Я встал в центральный круг вместе с другим полузащитником. Надо сделать первый пас. Готовясь к этому, я неосознанно поднял глаза и перед собой увидел.. увидел, как в ожидании начала его язык скользнул по его губам... Это вызвало у меня небольшой ступор. Я опешил. Но, мотнув головой, всё-таки ударил по мячу. Игра началась. *** Матч закончился боевой ничьей. 3:3. Стычек было много. Вагин же на это только свистел постоянно. Вот в жопу бы ему этот свиток запихнуть, пусть свистит себе на здоровье. Желательно где-нибудь у проктолога. Там ему самое место, нахуй! Я уже сидел в раздевалке, прислонившись головой к стене и прикрыв глаза. И проматывал в голове, как это было. Мне очень нравится анализировать ход матча, это помогает для того, чтобы выявить слабые стороны и совершённые во время игры ошибки: где можно было бы сделать хитрее, где правильнее было бы отдать пас, а не самому идти к воротам. Но в этот раз что-то пошло не так, совсем не по плану. Сейчас я думал лишь о том, как отбирал и пытался отобрать мяч у Егора. Мне даже на какое-то время показалось, что, кроме нас двоих, в спортзале не было никого. А, ну, ещё Вагин со своим ебучим свистком присутствовал, портя всю "малину". Он-то точно никуда б не делся. Зараза! Мы ведь даже первые минут десять вообще "без ворот" играли. Всё исключительно в центре поля происходило. Не могу сказать, что игра была грубой, но вот отбор мяча осуществлялся под отборный мат. Такой прямо самый что ни на есть качественный. Но мне, как ни странно, такая игра пришлась по душе. Я получил от прошедшего матча настоящее удовольствие. На этой тренировке и я, и Егор отрабатывали по всему полю: и в центре, и на флангах, и в нападении. Ну, да, мы были везде. Куда он, туда и я. Однако всё-таки первый гол забил я. Вырвавшись из-под его "опеки", я прорвался по левому флангу и, обогнув защитника, пробил в дальнюю девятку. У вратаря не было ни единого шанса. На этот гол я от Егора услышал только хмык. Серьёзно? Он подумал, что это случайность? Я быстро доказал ему обратное, проассистировав бежавшему параллельно сокоманднику. Меня так и распирало Егору кое-что продемонстрировать, оттопырив средний пальчик, однако ж не стал. Но, думаю, зря, потому как после этого начался бенефис Егора Калинкова. Сука, он так красиво вёл мяч. Все эти пасы, удары головой выглядели очень эстетично. Вот реально. Залюбоваться можно. Откуда такая техника, я до сих пор понять не мог. Я старался преследовать Егора, быть его тенью, когда он владел мячом. Но ничего целых три раза подряд противопоставить не смог, хотя и пытался изо всех сил. Однако без боя я не сдавался. Блядь, он подряд три мяча забил сам. Я в ахуе! В самом искреннем и кристально чистом, как слеза ребёнка. И лишь только в концовке мы сравнялись. По окончании, когда нам разрешило его Величество Валера покинуть зал, я даже не смог понять, что испытывал от игры, потому что думал о том.. о том, что.. ммм, блядь! Короче, о Егоре и его финтах на поле. — Илюх, ты чего домой не идёшь? — отвлёк меня голос и прикосновение к плечу. — А? — протянул я, открыв глаза. — Домой, говорю, чё не идёшь? — спросил Андрей. — Ээ, разморило что-то, — я почесал затылок и поднялся на ноги. — Сейчас переоденусь и пойду. Спасибо! — Ну, бывай, — парень улыбнулся и протянул руку на прощание, которую я тут же пожал. — Отличная сегодня игра была. И ушёл. А я остался наедине со своими мыслями. Но решил сильно не заморачиваться, так как побоялся вновь впасть в анабиоз, поэтому поспешил начать переодеваться. *** — Илья, Миша! — раздалось сразу, как только я зашёл в квартиру. По интонации матери я понял, что раздеваться мне не надо. Поэтому я, даже не сказав ни слова, кинул сумку и хлопнул дверью с той стороны. На мгновение от этих её слов стало немного обидно. Ну, просто прозвучало как команда собаке. Типа "фас"! Илья, хороший мальчик, принеси палочку! Хгрр! *** — Здрасьте, позовите, пожалуйста, Обирина Михаила из третьего "Б". Скажите, что за ним брат пришёл, — оповестил я бабульку на "ресепшене", которая сидела и мрачно пялилась в какую-то газетку. Хмм, наверное, никак слово в кроссворде вспомнить не могла или думала, куда бы на этот раз съездить, чтобы купить картошку на три рубля дешевле, чем она стоила в нашем районе. Услышав меня, она угрюмо подняла голову и потянулась к телефону, а я принялся ждать брата, попутно оглядывая помещение, которое видел уже не одну сотню раз. Однако на этот раз кое-что (а точнее кое-кто) привлекло моё внимание. В углу сидела до боли знакомая фигура, из-за чего сердце забухало, будто рвавшаяся с цепи бешеная собака. Я оказался в смятении. С одной стороны, я хотел сделать вид, что не заметил его, но с другой.. с другой — я прямо-таки ощущал, что какая-то неведомая сила тянула меня в тот угол, чтобы расставить всё по своим местам. Меня порывисто дёрнуло к нему, и я встал над его головой. Но всё-таки подошёл к парню очень тихо, так что остался незамеченным. Егор сидел, слегка расставив ноги, и тёр веки основанием ладоней. Он выглядел каким-то уставшим, измотанным. Даже захотелось дотронуться до его плеча, чтобы.. чтобы что? Успокоить? Поддержать? Не знаю. Но главное, что я успел вовремя одёрнуть руку, чтобы не совершить этой большой ошибки. Просто сиюминутный порыв, который мог мне дорого стоить. Поэтому я мысленно поблагодарил оставшиеся крупицы адекватности за то, что передумал. Однако просто так уйти я не мог, поэтому: — Егор.. — шёпотом позвал я. И совершенно не ясно, почему: то ли чтоб бабулька-охранница не услышала, то ли чтоб сам Егор. Но он услышал, а мне захотелось уже буквально через несколько мгновений убежать куда-нибудь, скрыться, испариться, раствориться. Потому что он, отняв руки от глаз, поднял на меня свой взгляд. Я приложил просто колоссальные усилия, чтобы не отшатнуться от него. Но не как от какого-то прокажённого, а потому что меня чуть не сбило с ног волной его эмоций, что плескались на дне выразительных глаз. Это было слишком.. слишком нереально, будто не со мной и не с ним. Как в каком-то фильме, потому что я не верил, что стоял сейчас напротив Егора и смотрел ему в глаза, в которых столько горечи было, что я аж на языке её ощутил. И, что самое удивительное, продлилось это всё не больше десяти секунд. По прошествии этого времени мгновенно всё переменилось, устаканилось. Взгляд снова стал надменным и слегка прищуренным, даже грешным делом промелькнула мысль о том, что мне всё это почудилось только что. Если б не одно "но". У меня просто неимоверно тряслись руки. И не от холода. От напряжения. — Егор, — я предпринял ещё одну попытку начать разговор, — я.. — Егорка! — Но не смог, потому что вдруг раздался радостный, звонкий голосок Алины, а затем уже она сама подбежала к нам. — О, дядя Илья, здравствуйте! Миша тоже уже спускается, — ответила она. — Привет, Алин, — кивнул я и постарался улыбнуться, пряча дрожащие руки в карманы куртки. — Привет, сестрёнка, — сказал Егор, к которому я тут же повернул голову. Он искренне улыбался, глядя на Алину. И ямочки эти снова. Я поспешил отвернуться, выглядывая Мишу. — Я сейчас, Егорка, — она чмокнула его в щёку и поскакала к раздевалке, оставив на банкетке свой портфель. Опять образовалась тишина. Я на Егора не смотрел. Да нафиг надо! Уже ведь глянул и поплатился за это — до сих пор трясло. — Илюша, — издалека крикнул Мишка, помахав мне ладошкой, — я переоденусь только, хорошо?! — оповестил брат. — Конечно, малыш, не торопись, — ответил я, после чего Мишка скрылся в раздевалке. Блядь! Как бы хотелось побыстрее съебаться отсюда, потому что рядом с Егором я ощущал себя странно, непонятно. — Чуйков, ты чего хотел-то? Снова поговорить надо? — в своей излюбленной манере, хмыкнув, спросил Егор, специально ли, ненароком ли, припомнив мне тот разговор перед парой, когда я извиниться перед ним хотел за его разбитый нос. Услышав эти слова, я, странно дёрнувшись, неосознанно мотнул головой в его сторону. Ну и зачем, спрашивается, мне приспичило заводить этот дурацкий разговор? Я вдруг понял, что ни о чём с этим человеком у меня поговорить не получится. Никогда не получалось. В единственный раз, когда нам выпала такая возможность, я разозлился и строил из себя зомбака целую неделю, а он.. а вот хрен знает, что он делал. И уже как-то не очень хочется выяснять, почему он переживал. И переживал ли вообще! Может, это просто детская фантазия разыгралась, потому что я увёл Мишу с дня рождения раньше запланированного и сорвал малышне их игры. Дети ведь в этом возрасте очень ранимы и обидчивы. Так с чего я вообще решил, что Егор переживал из-за ситуации со мной? К тому же я вообще разговор Миши и Алины подслушал. То есть знать об этом не должен был. Да, сейчас я кое-что увидел в его глазах. Но только потому что застал его врасплох. Мало ли, о чём он там думал. Может, он "Хатико" смотрел и в данный момент вспоминал о том, что хозяин пса больше никогда не вернётся, а собака будет до конца ждать его на вокзале, но так и не дождётся. Или, может, со своей девушкой поругался. Подумав об этом, я почему-то нахмурился. Не, ну, у Егора может быть девушка. Он же симпатичный, даже красивый. Особенно для парня. Да и загадочный. Девушки таких любят. Интересно, а меня вот можно назвать загадочным? Не, вряд ли. Я больше скрытный. Я не рассказываю, не потому что хочу создать вокруг себя ауру таинственности и какую-нибудь интригу, а потому что просто не хочу. — Чё, опять родную речь забыл? — насмешливым тоном. Мои губы тронула улыбка. Как будто услышал что-то давно забытое, но приятное. Кажется, я.. я скучал по этому?! Да кого я обманываю! Я капец как скучал по этому! Я же с сигаретой в руке ещё тогда, сидя на подоконнике, понял, что мне нравилось наше общение, гадкие словечки с его стороны, раздражение и несдержанность — с моей. Ведь даже сегодня на тренировке он ни разу ничего мне не сказал дерзкого, едкого или язвительного. Был только мат и единоборства. А этого мало, чертовски мало... — А вот знаешь, — довольно легко начал я, — что я тебе скажу.. — Илюша, я готов! Только мы ж Алину проводим? — перебив меня и весь мой воинствующий настрой, Миша выбежал из раздевалки, а за ним плелась Алина, которая никак не могла застегнуть куртку. Обратив на это внимание, я решил помочь. — Иди-ка сюда, давай помогу, — я присел на корточки. Ребёнок, не раздумывая, подошёл ко мне. — Не получается, — проскулила она. — Сейчас всё будет, — я аккуратно взялся за собачку и попробовал потянуть, пытаясь понять, почему куртка не застёгивалась. Оказалось, молния зажевала ткань. Я освободил застрявший кусочек, после чего молния вновь начала выполнять свои прямые обязанности. — Ну, вот, теперь нормально, — сказал я. — Спасибо, дядя Илья, — Алинка мне улыбнулась, отчего и я не смог сдержать ответной улыбки. — Не за что, принцесса! — я встал на ноги и повернулся в сторону Егора. Он вроде бы и с Мишей о чём-то переговаривался, и в то же время смотрел на нас, на меня. И смотрел благодарно, тепло, как мне показалось. Но как только парень заметил, что я его засёк, тут же взгляд перевёл на моего брата. Типа не при делах. Ладно, подумаю об этом потом. Или вообще не буду. И так от этих мыслей голова кругом идёт, того гляди, упаду с этой дикой карусели. — Илюш, так что? — Что "что"? — не понял я. — Мы проводим Алину и Егора до дома? — Эээ.. а ты у Егора-то спрашивал? — я перекинул ответственность на Алининого брата. — Конечно! Он не против, — радостно ответил Миша и уставился на меня огромными глазами. Да уж, перекинул, называется, ответственность, только ещё больше закопался. — Ладно, хорошо. Я тоже не против, — решил я. Дети захлопали в ладоши, после чего взялись за руки и пошли на выход. — Маленькие вымогатели, — я усмехнулся. — Это да, — за спиной раздался голос, который был полностью со мной солидарен. Но я сделал вид, что не услышал, и пошёл вслед за детьми. *** Всю дорогу Миша и Алина весело смеялись, о чём-то болтая. Мы же с Егором шли чуть поодаль и молчали. Я, каюсь, мельком поглядывал на парня. Но с какой целью, я вряд ли смогу объяснить себе когда-нибудь. Сейчас он не вызывал у меня раздражения, злости или бешенства. Всё разом перестало меня тревожить. Почему-то стало легко. Даже молчать. Напряжения не было, дрожь прошла. Хорошо ощущать себя вот так... — Ну, вот мы и пришли, — как-то очень громко оповестила нас Алина. — Может, зайдёте на чай? — Нет! — в один голос ответил я и Егор. Удивительная солидарность! Только вот мой ответ нёс в себе посыл того, что я не хочу повторения той субботы, а вот что было в голове у Егора, понятия не имею. Может, он просто не гостеприимный, или у них в квартире не убрано, или ещё что-то?! Короче, не моё это дело. Дети, конечно, не особо обрадовались вердикту, но, к моему большому удивлению, спорить не стали. — Но вы же как-нибудь зайдёте к нам вместе? — грустно спросила Алина. — Конечно! — я постарался обнадёжить ребёнка. — А пока передавай маме своей привет, а ещё Клёпе и Огурчику и погладь за меня Плюшу. — Не, Плюшу не буду трогать, она царапается! Пусть лучше Егор погладит, — девочка посмотрела на своего брата. — Да, Егор, ты же передашь ей привет от дяди Ильи? — Д-да, — как-то неуверенно ответил Егор. — Хорошо. Пока, Миша. До свидания, дядя Илья. — Пока, — я помахал Алине. Миша на прощание пожал Егору руку, а с Алиной обнялся. Остались только мы с Егором. Я понятия не имел, что делать. Но всё решили за меня. Парень мне просто кивнул, а я отзеркалил его жест. И потом они направились в сторону дома, а мы с Мишей немного постояли и тоже пошли. *** Когда мы вернулись домой, сразу же разбрелись по комнатам. Судя по звукам, которые доносились из кухни, отчим уже вернулся с работы. Было слышно, как работал телевизор и некоторые слова из их с матерью разговора. Но в них я не имел желания вслушиваться, потому что мне было похуй, если честно, о чём они там трепались. Да хоть о том, что я херовый и неблагодарный сын, который не достоин ни их уважения, ни общения с ними. Меня уже давно не колышет отсутствие одобрения со стороны матери, потому что она каждодневно прекрасно демонстрирует, а главное, очень понятно, чтоб не возникало сомнений, своё отношение ко мне. Ну и отлично! Есть не хотелось, поэтому я, переодевшись, лёг на любимую постельку и взял телефон. От нечего делать решил посетить ВК. Ну, как "от нечего делать", в действительности дел было по горло. Как в деревенском туалете говна. Да и консистенция этих дел имела соответствующий вид. Короче, мне просто было лень что-либо делать. Когда я зашёл в ВК, увидел заветную единичку рядом с ярлычком "сообщение". Матвей отправил мне ссылку на видео. На порно. На гей-порно. В очередной раз. И сколько бы я ни говорил ему, что я, блядь, смотреть это не собираюсь, он не сдаётся. В основе своей, в ВК наши с Мотей переписки состоят из его ссылок и моих "фу, блядь, съебись в туман". И этот раз не исключение. Как раз он онлайн. Ну, посмотри хотя бы это. Оно реально хорошее. Качественное. Поверь, я хуйни лучшему другу не посоветую. Я тебе уже столько отличного порно скинул, а ты, зараза такая, всё нос воротишь! *видео* (16:38)

А я тебе в сто первый раз пишу, что ничего я смотреть не буду, грёбаный ты извращенец! (17:11)

Чё это сразу извращенец-то? Ты ж гетеросексуальное порно смотришь. И тебе нормально, не отплёвываешься. А от гомосексуального как чёрт от ладана бегаешь. В чём твоя проблема? (17:17)

Да блин, Моть, нет у меня никаких проблем. Я просто не хочу! (17:19)

Ты ж ни разу не пробовал, а такие выводы делаешь! (17:22) Сука, слова Матвея были капец как похожи на слова нашего физрука, когда я заговнился против появления Егора в команде. В тот раз у меня свою точку зрения отстоять не получилось. Однако по прошествии некоторого времени я начал понимать, что Егор — отличное приобретение, которое усилило команду. Вне всяких сомнений. И пусть у нас с ним имеются разногласия, он реально отменный футболист. Однако на гейскую порнуху это распространяться не будет. И точка! Если ты так сильно ссышь, давай вместе посмотрим! (17:23)

Каждая твоя новая идея хуже предыдущей. Просто невообразимо! (17:25)

Боишься, что понравится? Боишься, что возбудишься? (17:28) Писать надоело. Захотелось на лучшего друга наорать. Чтоб он понял весь масштаб моего негодования. Поэтому я зашёл в Вотсапп, выбрал диалог с контактом "Тётя Мотя" и нажал на "вызов". — Центральный психоневрологический диспансер, здравствуйте, слушаю Вас! — раздалось мне в трубке. Юморист херов, блядь! — Добрый вечер! Я бы хотел определить в ваше заведение своего друга. Он страдает навязчивым состоянием, — я решил ему подыграть. — И в чём же оно проявляется, позвольте узнать?! — как бы удивились по ту сторону. — Он пытается обратить меня в свою "веру", придав голубоватый оттенок. — А как Ваш друг делает это? — Оу, он мне периодически видео в личку присылает, — намекнул я. — Какого содержания? — было слышно, что серьёзный, заинтересованный проблемой голос Матвею с каждой секундой держать всё сложнее, но он старался. — Ну такого, как бы Вам объяснить.. — я выдержал театральную паузу, — мужики там сношаются друг с другом, ебутся как кролики, трахаются во все щели, которые только могут друг в друге найти, а иногда и в одну щель пытаются вдвоём залезть своими проворными хуями. Я закончил свою пламенную речь, которая отражала всю суть друга-извращенца во всей красе, когда услышал звонкий Мотькин смех. — Молодец, Илюх, а говорил, что не смотрел! — хохотал Матвей. — В смысле? Ты о чём? — не понял я. — Ой, ну, не скромничай. Твои познания наталкивают меня на мысль о том, что пару видео ты всё-таки глянул. — Пошёл ты! — беззлобно ответил я. — Мои познания исключительно из твоего личного опыта, — я сам начал смеяться. Вся эта ситуация выглядела настолько по-дебильному, отчего казалась до слёз смешной. — Я хороший рассказчик, — Мотя сам себя похвалил. — Ты себя ещё по головке погладь! — Да рано ещё, вечер только, — буркнул он. — В смысле? — снова затупил я. — Ну, мастурбировать, говорю, рано ещё. Свою головку я поглажу ближе ко сну, — предвкушающе промурлыкал Матвей. — Ну, фу, я больше никогда с тобой за руку здороваться не буду. — Как будто сам змея своего не укрощаешь! — он хмыкнул. — Укрощаю, но не рассказываю о своих приключениях ведь! — Прямо-таки приключениях: подрочил в кулачок, пискнул и кончил. Американские горки сплошные, — хохотнул Мотька. — Сволочь, — процедил я. — Ой, я что, ненароком задел твои чувства или чувства твоей руки, неизменной спутницы в этом твоём приключении, да?! Вы там, наверное, к этому событию тщательно готовитесь: ужин, свечи, поцелуи. Да? Я угадал? Скажи, что я угадал! — заканючил друг. — Блин, ты самая большая заноза в заднице, — прыснул я. — А ты любитель приключений! — Всё, хорош! — я решил притормозить, а то хрен бы знал, до чего мы с такими разговорами могли дойти. Я-то знаю этого извращенца. Ему только волю дай, он всё может в пошлятину превратить. Удивительная способность, честное слово! — Нет в тебе духа авантюризма, друг мой, — горестно вздохнул Матвей. — Ой ли, поглядите-ка на него, слышь ты, цаца, а тебе чего не хватает? — Ты действительно хочешь это знать? Нет, я могу рассказать, если хочешь. Мне вот совсем не сложно, точно тебе говорю, — голос по ту сторону приобрёл особые нотки, которые для других служили маячком, сигнальным огнём, и только для меня это означало, что пора "сматывать удочки" и уёбывать куда подальше, поэтому: — Нет уж, спасибо! Давай лучше уроки поделаем, что скажешь? — По телефону? Как в старые-добрые времена? — по-детски радостно спросил Мотя. — А почему нет!? Давно мы не занимались этим по телефону, — протянул я. — Прозвучало так, будто мы сексом по телефону будем заниматься, — захихикал друг. И я его смех подхватил, потому что сам, без его непосредственной помощи, умудрился проебаться. Ай да я! *** Закончив с уроками, мы решили, что пора прощаться и укладываться в люлю. — Пусть тебе приснится на хуе ресница! — нараспев пожелал мне Матвей. — На моём? — уточнил я. — Ну, это уж как ты пожелаешь, — ответил он. — Тогда пусть тебе — на пизде! — в отместку пожелал я. — На моей? — переспросил Мотька как ни в чём не бывало. — Ну, это уж как ты пожелаешь, — вернул я. В трубке раздался хохот. — Хорошо, постараюсь такое себе представить. Спокойной! — И тебе. До завтра! Звонок, который длился около пяти часов, закончился. А чё, через Вотсапп звонить, когда по всей квартире безлимитный WI-FI, по-моему, очень даже приятно. Ни мне, ни Матвею это не стоило ни копейки, только в конце месяца надо всего лишь снова внести платёж. И всё повторится по новой. Обожаю! Хотел было уже убрать телефон на тумбочку и лечь спать, как заметил "единичку" над иконкой "Сообщения". Открыв, увидел смс-ку от своего анонима. Знакомый незнакомец Спокойной ночи. Надеюсь, что ты разобрался в отношениях с тем человеком (21:47) Прочитав, я закусил губу. Не могу сказать, что разобрался, но дышать стало легче. И в прямом, и в переносном смысле этого слова. Поэтому:

Да. Кажется, да. Спасибо и доброй ночи (22:24)

Не успел я нажать на "отправить", как тут же пришёл ответ: Я рад (22:25) Вот это быстро, конечно. Как будто человек по ту сторону гипнотизировал телефон взглядом в ожидании ответа. А ведь прошло-то больше получаса вообще-то. Я, всё-таки отложив телефон, уставился в тёмный потолок, по которому гуляли тени от веток из-за света фонарей. На душе было спокойно. Но не ложное ли это ощущение спокойствия? Вдруг меня ожидает что-то такое, что изменит прежнего меня. Если это что-то уже меня не изменило...