Ах, эти глаза напротив.. (научи меня любить)

— Ну, здравствуй, сынок. Сказать, что я удивился от услышанного, это ничего не сказать. Но вида показывать не собирался. — Ага, понятно, — ответил я. — Ну, я пошёл. И, развернувшись, пошёл к дому Егора. Мой парень, я отметил это краем глаза, поплёлся за мной с кошачьей переноской, и был не менее шокирован полученной информацией. — Илья, это правда я. Неужели ты не узнал меня? — раздалось в спину. Я резко остановился. Егор тут же легонько прикоснулся к моей руке. — Хах, — как можно более непринуждённо начал, стараясь показать, что мне вообще до пизды, блядь, на всё, что я похуист, что срать я хотел на всё это, что мне эта новость вообще побоку, — если Вы утверждаете, что мой так называемый отец, где Вы раньше были, а? Где Вы были, когда мне хуёво было? И вообще, как, блядь, я должен узнать своего отца, если я его не видел дохуилярд времени? Говорил я всё это, стоя к своему предполагаемому отцу спиной. Замолкнув, дал себе отдышаться после этой тирады, что вылилась из меня почти бесконтрольно. Но я не жалел, я не собирался фильтровать свои слова. — Но, Илья, ведь это ж я! Я твой отец! — Ага, я тоже смотрел этот фильм, — развернувшись, кисло усмехнулся я. А чего, блядь, этот человек хотел? Неужели я похож на дохуя тупого, чтобы после его слов побежать к нему навстречу как в дешёвых романах, потому что жутко скучал? Смешно, конечно. Во-первых, я себя не на помойке нашёл, чтобы с первым встречным-поперечным обниматься, а во-вторых, Егор первый меня и остановит, потому что он моё всё. И другого мне не надо. В подтверждение своих слов я крепко обхватил его руку. Я своего отца больше десяти лет не видел, как бы я его узнал? Да и вообще я не уверен, что именно этот мужчина — мой отец. Но словно в опровержение моих же мыслей в эту самую секунду меня поразила одна мысль. Я вдруг понял, почему в нашу первую встречу он показался мне знакомым. Он был похож на меня чертами лица, цветом глаз и волос. Ну, то есть это я был похож на него. Хотя это всё равно звучит как бред! — Где он тогда раньше был? И почему сталкерил столько времени? — Я.. я был вынужден тебя оставить. — Блядь, я что, свои типа риторические вопросы вслух задал? Вот дебил! — Я должен был уйти. — Знаете, все папаши так говорят, когда заявляются лет так через десять. Поэтому даже если Вы и очень типа скучали, я Вам не верю. Невозможно бросить ребёнка и полностью стереть его воспоминания о себе, а потом заявиться как ни в чём не бывало и тыкать ещё, а чё это ты меня, блядь, не узнал?! — Илья, послушай, пожалуйста, меня. — А если я не хочу с Вами говорить? Вы вообще в курсе, что пугали меня своими сообщениями, которые всегда попадали точно в цель? Что я места себе не находил, когда ощущал слежку, куда бы ни пошёл? Что я охуел оттого, что на мой день рождения в подарок мне пришёл телефон от кого-то и этот кто-то за каким-то хером обязательно встретится со мной лицом к лицу? — Но.. — Извините, нам нужно идти, новый член семьи уже хочет кушать, — и потащил Егора домой, но мой парень то и дело оборачивался. — Не смотри, блядь, на него. — Илья, это всё из-за Оли, мамы твоей, — донеслось мне в спину. — Она меня выгнала, как только узнала, что я полюбил другого человека, не её. Мужчину. Меня резко заколотило мелкой дрожью. Какая знакомая история! Как под копирку. Я ведь тоже влюбился в Егора, в парня, и мать, благодаря способностям Вагина к фотографии, выставила за дверь родного сына. — Солнце, дыши, — тихо произнёс Егор, поставив переноску на асфальт, отчего Батон недовольно пискнул, и принялся успокаивающе гладить меня по спине. — Всё хорошо, Илья. — Нехорошо же, Егор. Опять какая-то хуйня началась. Только я решил для себя, что готов простить мать, как появляется отец — кстати, я не до конца уверен, что это он и есть — и заявляет, что моя мать, узнав, что тот стал геем, выгнала его. Она, что же, из-за этого меня перестала замечать? Ммм, блядь, обожаю, когда нихуя не понятно! — Илья, я могу всё объяснить! — не унимался человек за спиной. — А если мне это нахуй не надо? — я всё ещё гнул свою линию, потому что уже сам не знал, чего бы мне на самом деле хотелось. Хотя нет, почему же? Очень даже знаю. Я хочу, чтобы мне перестали ебать мозг всякими неожиданными новостями, к которым я совершенно не готов. Но на меня их вываливают с завидной регулярностью. Наверное, чтоб не скучал. Сука, да только мне вот вообще нескучно, когда всё идёт без резких скачков, от которых жизнь похожа на американские горки. Я хочу стабильности! А расковыривать старые раны, зарубцевавшиеся шрамы не хочу. — Егор, пошли домой. Мы и так слишком задержались, — глухо произнёс я, но, уверен, слышно было и за спиной. Егор понятливо кивнул, взял кота, и мы потопали. — Илья, я буду ждать тебя столько, сколько потребуется! Я очень хочу тебе всё рассказать. На эту реплику я ничего не ответил, потому что сложно было что-то из себя выдавить, настолько я был потрясён полученной информацией. *** Мы зашли в квартиру. — Хочешь поговорить? — впервые за всё то время, что мы шли после этой невротъебенной встречи, спросил Егор. Он прекрасно понимал, что мне нужна тишина, поэтому молчал всю дорогу. И я молчал, думая о произошедшем. — Давай попозже. Пойдём лучше в комнату, полежим. Я что-то так устал. — Конечно, солнышко, — и мило "клюнул" меня в уголок губ своими. — Ты иди тогда, а я догоню. Я разулся, помыл руки и пошёл в комнату. Рухнул лицом на кровать и тяжело вздохнул. Блин, неужели это происходит именно со мной? Как в кино, честное слово! И что мне теперь делать со всем этим? У всех родители как родители. Находятся рядом со своими детьми, поддерживают их, воспитывают, ругают за шалости. И почему у меня не так? Мало того, что отец меня бросил в детстве и ушёл к какому-то мужику, так ещё и матери на меня резко стало похуй после того, как она самолично выставила за дверь моего родителя. Что-то это мало похоже на совпадение. Может, она меня и не любила никогда? А мне просто перепадал излишек чувств, которые дарила мать моему отцу? А когда он ушёл, любить стало некого и она стала самой собой, безразличной ко всему? И, может, я реально себе надумал и вообразил на основе Мишкиных слов, что она раскаивается? Почему всё так сложно? Вдруг дверь открылась и тут же закрылась. Я даже не дёрнулся на звук, продолжая не подавать никаких признаков жизни. — Илюш, смотри, кто пришёл, — ласково произнёс Егор, отчего сердце в бешеном ритме зашлось. — Не хочу. — Эх, ты, — по-доброму отозвался мой любимый и положил что-то на постель. А потом я услышал тихое "мя". И всё-таки позволил себе повернуться на спину. — Батону грустно. Так же, кстати, как и мне, — Егор лёг рядом, прижавшись к моему боку. — Как ты? — Не знаю, — я уставился в потолок, тяжко вздохнув. — О чём ты думаешь? — О том, что хотел бы нормальную семью, в которой никто никого не выгоняет за то, что он другой ориентации. — Думаю, твой отец сам принял решение уйти, не желая обманывать твою маму. — Ага, а она за это на меня обозлилась, ну, то есть потеряла ко мне всякий интерес. Почему? Почему за безрассудный поступок отца должен был расплачиваться я? В чём я-то виноват? Котик пискнул, пытаясь залезть на мой живот, но, очевидно, с первого раза не смог. — Ты ни в чём не виноват, Илья. Это дела твоих родителей, — серьёзно заявил Егор. — Ты во всём прав, конечно. Только почему же тогда я оказался на линии огня? Почему мне пришлось жить с этим столько лет? Я не понимаю, чем заслужил такое отношение матери? Что я сделал? В голову вообще закралась мысль, что она меня и не любила никогда. А всё, что я помню, это лишь отголоски чувств к отцу, в котором она души не чаяла. А когда он из её жизни исчез, всё прошло. И я стал не нужен. — Не надо так говорить, — Егор обнял меня поперёк груди. — Ты же не знаешь всего. Ты сам говорил, что хочешь поговорить с мамой. Так возьми и поговори. Может, это поможет узнать тебе что-то важное, необходимое. — А если нет? — А если нет, то это пойдёт в копилку твоего жизненного опыта. — Как у тебя всё красиво. Но мне почему-то после сегодняшнего расхотелось с ней говорить, — вздохнул я. — Если поверить словам, то мать выгоняет из квартиры за ориентацию не в первый раз. Блин, что ж так сложно? — я покачал головой. — А что с отцом делать? Ну, если это реально он, конечно. — Документы у него спросим, обязательно, — попытался разрядить обстановку мой парень. — А вообще я думаю, что и с ним тебе надо поговорить. — Не слишком ли много разговоров для одного меня? — вопросил я. — В самый раз, солнышко моё, — и уткнулся носом в мою шею. — Ты ж хочешь во всём разобраться? — Наверное, — я пожал плечами. — Егор? — Мм? — Я тебя люблю. — И я тебя люблю, Илья. *** На разговор хотя бы с одним из родителей решиться было непросто. Да чего уж, вообще нереально. Я вмиг растерял весь свой энтузиазм. Совсем недавно я прокручивал в голове разговор с матерью, а сейчас совершенно не хотелось об этом даже думать, не то что представлять. Да ещё и отец — если это действительно он — постоянно мелькал перед глазами. Он не подходил ко мне, не заговаривал со мной, а просто молча наблюдал с небольшого расстояния и так, чтобы я точно его видел. Короче, дистанционно капал на мозги, чтобы я всё-таки выслушал его. Хотя и Егор с Матвеем не отставали. Они тоже хотели, чтобы что-то сдвинулось с мёртвой точки, чтобы я перестал бегать от самого себя. Но я ж и не бегал! Ведь, да? Я просто не хотел рыться во всём этом дерьме, потому что мне и так было нормально. Нормально! Потому что я бóльшую часть сознательной жизни за двадцать один год прожил с мыслью, что не нужен собственным родителям. Не понимаю, что сейчас-то изменилось? Почему я должен по первому зову бежать к отцу и прощать его за то, что он меня бросил, пусть даже и имелась веская на то причина?! Он не объяснил этого тогда, а я не хочу слушать его сейчас. По-моему, честно всё, разве нет? Но ни Матвей, ни Егор так не считали почему-то. Стоя в курилке, они постоянно странно переглядывались, отчего я каждый раз закатывал глаза. — Да говорите уже, харе тут мне секреты Мадридского двора разводить, — выдохнув дым, сказал я. — Илюх, вот ты мне скажи одну вещь, — Матвей начал очень издалека. — Ну, удиви, — я изогнул бровь. — Ты бы пошёл на встречу с Мишей после долгой разлуки? — Пошёл бы, — ответил я. — И не важно, сколько бы лет она длилась? — Допустим, — протянул я. — А твой отец как бы тоже после долгой разлуки хочет с тобой поговорить. В чём разница? — Он меня бросил. Его не было рядом столько времени, и он никак не давал о себе знать всё это время. Всё, разговор окончен, — процедил я и яростно затушил окурок. Даже не взглянув на парней, я пошёл обратно в универ. Пары-то никто не отменял вообще-то. — Солнце, постой, — Егор обхватил меня за предплечье, заставив притормозить. — Прости нас за излишнюю напористость, просто мы очень хотим, чтобы ты был счастлив. — Егор, я и так счастлив! Вы у меня есть. Зачем мне ещё кто-то? — Он твой отец. — Во-первых, не факт, может, аферист какой-нибудь. А во-вторых, он мне чужой. Я не понимаю, зачем он объявился спустя столько лет! Что ему надо-то? — негодующе заявил я. — Может, он осознал все свои ошибки и очень хочет их исправить, наладив с тобой контакт, — подключился Матвей. — Вы меня-то слышите? Мне и без него хорошо. Я не знал его раньше и согласен на то, чтобы не знать и дальше. — Ты не прав, — тихо возразил Егор. — Да, может, это и так. Но я не хочу эту боль бередить. Или ты забыл, как мне плохо было из-за матери. — Нет, Илья, конечно, нет, — мой парень покачал головой. — Тогда что ты сейчас от меня хочешь? Что вы оба от меня хотите? — Мы хотим, чтобы ты не жалел о принятых решениях, — начал Матвей. — Мы хотим, чтобы не страдал втихую, что так и не познакомился со своим отцом, когда была такая возможность. Поверь, лучше знать свою семью и недолюбливать конкретных личностей за что-то, чем лелеять боль и обиду беспочвенно. Может, он реально имел вескую причину. Илюх, может, он так долго тебя искал и только недавно обрёл. — Нахера было пугать-то странными сообщениями, преследовать и изучать каждый мой шаг? — задал я вполне резонный вопрос. — Чтобы узнать тебя: чем ты живёшь, как ты живёшь, в каких условиях, что за люди тебя окружают. Просто придумал для этого очень странный способ, тут я согласен. Но всё равно он хотел тебя узнать и делал для этого всё возможное. Я, нахмурившись, задумался над сказанным. Всё, что говорил Матвей, очень походило на правду и положительно встречалось моим сердцем. Но, блядь, отца столько лет не было рядом! — Илюш, — снова подключился Егор, — просто обдумай всё хорошенько. Мы постараемся больше на тебя не давить, потому что понимаем, как тебе сейчас тяжело, какие противоречивые эмоции бушуют в тебе. И примем любое твоё решение, каким бы оно ни было. — Матвей закивал. — Даже если мы с ним будет полностью не согласны. Это твоя жизнь, и тебе решать, возобновлять ли общение с отцом. Но просто нам бы хотелось, чтобы ты принял взвешенное решение, основываясь на фактах и доводах после разговора с ним, а не на эмоциях, действуя сгоряча. Не нужно рубить с плеча. Принятые таким образом решения ещё никому не помогали и пользы не приносили, — и замолк. — Хорошо. Я вас понял. И обдумаю сказанное. А обдумывать действительно было что. Они в качестве аргументов привели очень интересные вещи, поэтому меня вновь охватило смятение. Ну, что ж, пора в этом разобраться. *** Жизнь потекла своим чередом. После того разговора мой парень и лучший друг отстали от меня, давая время на осмысление. Потому что это только моё решение, и только мне решать, впускать ли после такого длительного перерыва отца в свою жизнь снова или нет. Они просто высказали своё мнение, к которому я обещал прислушаться. И очень благодарен за то, что больше они на меня не давили. Мы сидели с Егором в библиотеке и проёбывали пару. Ладно, шутка — Егор бы хуй на такое пошёл. Просто возникло нежданно-негаданно окно между парами. Препод не пришёл на лекцию, а закон пятнадцати минут для студента священен. Даже для Егора. — Пацаны! — запищал Матвей, подбегая к нам. — Что? — тихо спросил я. — Вы не поверите! — сбивчиво прокричал он. — Молодые люди, потише, пожалуйста! — Ага, — Мотя повернулся к недовольной библиотекарше и кивнул, а потом снова посмотрел на нас. — Ты такой гиперактивный, словно в столовке нашёл булочку своей мечты. А может, пора притормозить, а? — Илья, ты совсем, что ли? Это ж булочка, — мягко, с придыханием произнёс он. — К тому же фитнесы, диеты — это для лошар, у меня фигура — идеальный шар, — и расхохотался. Наверное, потому что это было абсолютной неправдой. У него фигура далека от шара. Слишком. — Так, молодые люди, делаю вам последнее китайское предупреждение! Ещё хоть звук — и вылетите отсюда с треском! — Что ж Вы так кричите? Мы вообще-то в библиотеке, — манерно, издевательски тихо и спокойно высказался Мотька, отчего я зажал рот руками, чтобы не заржать в голос. И что было смешнее, определить было просто невозможно: то ли то, что сказал Матвей, то ли выражение лица этой тётки. Она реально прихуела, когда её Мотя её же оружие отбрил. — Так, — голос у работника библиотеки чуть дрогнул, — я предупредила! — и пригрозила пальцем. Мы все трое синхронно кивнули. И когда она успокоилась и занялась своими делами, Матвей сел к нам на диван. — Так что случилось? Надеюсь, что дело не в булке всё-таки, — усмехнулся я. — Короче, мне на почту, пока я был в столовке, — начал Мотя, на что я закатил глаза, а Егор прыснул от смеха. — Харе ржать! Надо было со мной в таком случае идти. Зависть — плохое чувство! — Всё, извини. Мы полностью осознали свою вину. Продолжай, пожалуйста. — То-то же! Так вот, на почту мне пришло письмо. По практике, — вкрадчиво произнёс Мотька. — Вы ж помните, я к Великовскому хотел? — Мы с моим парнем синхронно кивнули. — Бля! — звонко воскликнул он, тут же умолкнув, и воровато глянул в сторону стойки библиотекаря. Она была пуста. Друг облегчённо выдохнул. — Короче, меня берут! — взвизгнул от восторга он, взмахнув руками. — Меня берут на стажировку в компанию Игоря Великовского, прикиньте! — Да ладно! — я подался вперёд. — Матвей, это охуенно! — и обнял его. — Искренне поздравляю. — Спасибо, Илюх! Сам до сих пор не верю. — Я тоже за тебя очень рад, — сказал Егор и крепко пожал моему лучшему другу руку. — Я уверен, что они предложат тебе остаться. — Ой, заткнись, — смущённо огрызнулся он. — Боюсь, как бы раньше срока не выперли. — Что, и зарплату будут платить? — поинтересовался я. — Ну, вроде, — Матвей неуверенно пожал плечами. — Хотя я не знаю точно. Да и похуй мне на деньги, если честно, — он махнул рукой. — Главное, это такие огромные возможности, опыт, общение с разбирающимися в своей работе людьми. Я прямо до сих пор не верю! Мотька говорил об этом так воодушевлённо. И я был искренне рад за него. Он действительно достоин работать только с лучшими из лучших. Я уверен, у него всё получится! Матвей — очень вдумчивый, склонный к тщательному анализу человек. Немногие знают его такого, чаще как взбалмошного, несерьёзного и крайне не ответственного. Но это совершенно не так, уж я-то своего лучшего друга знаю. И он в период практики обязательно всех покорит своей изобретательностью, наблюдательностью, правильной, не мешающей работе непосредственностью и удивительным складом ума. — Тогда предлагаю это отметить стаканом отличного компота! — предложил Егор. — Пфф, — начал Матвей, — бери выше. Стаканом отличного киселя! Мы тихонько рассмеялись и пошли в столовку, пока книжный цербер не показалась из своей норы. *** Закончились пары, поэтому мы, явно довольные сим фактом, пошли домой. Выходя из здания университета, я привычно заметил отца, что стоял неподалёку и курил, подняв ворот пальто. Сегодня действительно погода выдалась ветреной. Он поймал мой взгляд и, улыбнувшись, отсалютовал сигаретой. Я машинально кивнул в ответ и тут же отвернулся, испытав дикую неловкость от всех этой ситуации. Почему он не подойдёт ко мне и не заговорит со мной снова? Я ж могу так и не решиться на разговор с ним. Может, для принятия решения мне нужен шаг с его стороны?! Блин, хотя кого я обманываю? В глубине души я уже всё для себя решил и разложил по полочкам. Но в реальности осуществить задуманное почему-то было так не просто. Всё то время после разговора с Егором и Матвеем я думал об их словах. И, как бы я не хотел признаваться в этом, склонялся к тому, что поговорить с отцом стóит. Даже нужно. И, прежде всего, это необходимо именно мне. Потому что я совершенно не знаю его. Потому что, а вдруг у него реально была весомая причина оставить меня? Потому что, а вдруг..? — Прошу прощения. Я сбился с мысли, когда шедший мне навстречу студент случайно задел меня плечом. — Ничего, — я покачал головой, а потом снова метнул взгляд в сторону мужчины в пальто. — Подойди к нему, — шепнул Егор. — Я вижу, ты хочешь этого. — Что? — шокированно протянул я. — Нет, не хочу. Я просто задумался, — отмахнулся я. — Ладно, пусть будет по-твоему. Просто знай: я тебя вижу насквозь. Я закатил глаза. Вот ведь проницательный какой! Блин, я не знаю, что мне делать! — Илюх, у тебя в глазах паника, — уведомил Матвей. — Ага, челом бью, селянин, прямо глаза мне открыл! — высказался я, после чего ребята на меня очень странно посмотрели. — Так, всё, пошлите домой. Нехуй тут стоять и яйца морозить. — Ссышь? А спонсор сегодняшнего дня "Вопрос от Матвея". "Вопрос от Матвея" — прямой как рельсы, сразу в лоб. — Да вроде пока нет, — неуверенно протянул Егор, зайдя мне за спину. — Э, вы охуели, что ли? — взвился я. — Я сказал: мы идём домой. — Егор, — задумался Матвей, — а с каких это пор Илья главным стал? — Вот и мне интересно, — мой парень потёр подбородок. — Хватит меня стебать, сволочи! Опять спелись, — я закатил глаза. — Конечно. Мы ж регулярно пьём вместе, а с недавних пор и поём тоже, — подхватил Матвей, хохотнув, и поиграл бровями, намекая на совместный поход в караоке. — Вы как хотите, а я пошёл! И реально пошёл на выход, напоследок кинув взгляд на отца, что, блядь, — мне это точно не почудилось — сделал движение вперёд, но потом вернулся в исходное положение. — Ну, Илюш, — нагнал меня Егор. — Ты обиделся, что ли? — Ага, Илюх, на обиженных воду возят вообще-то. — Нет, я.. я думал, — я сделал паузу, — об отце, — произнёс я тихо, будто это какое-то ругательство и меня за это накажут. — Мне вообще до сих пор кажется дикой мысль, что этот человек реален, — я постарался улыбнуться. — Тааак! — протянул Матвей. — Тут без бутылки не разберёшься! Наш мальчик созрел на откровенный разговор. Что скажешь, Егор? — и ткнул ему локтем в плечо. — Полностью поддерживаю. — Блядь, опять пить, — заныл я, запрокинув голову. — Надо, Илюха, надо! *** Обосновались мы в нашей с Егором комнате. Родителей и Алины дома не было — они отправились к гости к Агриппине Ивановне, бабушке Егора и Алины. Я опьянел довольно быстро, потому что очень этого хотел. В голове появилась приятная лёгкость. Язык перестал напрямую коннектиться к мозгу, который, в свою очередь, перестал фильтровать инфу, которая с этого самого языка должна стекать. — Блин, ребят, вы не представляете, как не по себе даже в мыслях обращаться к кому-то этим словом. — Мы как будто о Волан-де-Морте говорим, — хмыкнув, произнёс Матвей. Я усмехнулся, а Егор притянул меня к себе ближе. Я положил голову ему на плечо и тяжко вздохнул. — Привыкнешь, солнце. Главное, сделать шаг навстречу. — Ааааа, — уныло протянул я, — мне так страшно. Мне вроде и хочется поговорить с ним, но в то же время я боюсь узнать от него что-то такое, что перевернёт мой мир кверху жопой! — Это неизбежно, — философски изрёк Мотька. — Ты обязательно узнаешь то, что может по-настоящему удивить. Ты ж его не видел столько лет и совершенно не знаешь, что изменилось в его жизни. Даже не так: ты не знаешь, что у него за жизнь, кого он вообще из себя представляет, ведь ты его совсем не помнишь. Даже не узнал, когда столько раз с ним лицом к лицу сталкивался. — Да, так и есть, — я зарылся носом Егору в шею. — Да ладно тебе, солнце! Мы ж с тобой. Всё разрешится, не переживай. Главное, не сидеть сложа руки. Принял решение — вперёд, чтобы воплотить в жизнь, чтобы не сомневаться и оттягивать. Чем дольше ждёшь, тем хуже будет. Мы когда с тобой воспитательную беседу проводили? — укоризненно спросил Егор, на что я мыкнул неразборчиво. — Вот именно. Уже целая неделя прошла. А ты так и не сделал ничего. А ведь маешься, это невооружённым взглядом видно. Но всё равно продолжаешь терпеть. — Да потому что он упёртый как баран, — подхватил мой лучший друг. — Ты этого ещё не заметил разве? — Со мной Илья ласковый и податливый. — Ага, зато когда дело касается чего-то, что его парит и ебашит не по-детски, он загоняться начинает и молчит, рогом упирается. Хуй его с места сдвинешь. — А ничего, что я здесь вообще-то? — я отстранился от своего приятного пахнущего любимого. — Ой, правда? Прости, не заметил, — нетрезво хохотнул Мотя, заставив и меня улыбнуться. — Давайте лучше ещё выпьем? — и не дожидаясь ответа, потянулся к бутылке, чтобы разлить на троих. — Нормальная тема. Тогда тост! — воскликнул Мотя. — Чтобы мы не жалели о принятых решениях и принимали их быстро! — Согласен, — вздохнул я. И мы все трое чокнулись. *** Через час Матвей ушёл домой. И мы с Егором остались вдвоём. По-быстрому убрали следы пьянки и завалились на кровать. Я прилёг своему парню на руку, пальцами которой он ласково водил по моему плечу. Я жался к Егору всё теснее. Я испытывал буквально физическую потребность в его близости. — Солнце? — Мм? — Ты ведь знаешь, что я желаю тебе исключительно добра? — поинтересовался мой парень. — Конечно. Хотя изначально я так не считал, — хихикнул я в его футболку на груди. — Так вот, я считаю, что ты должен знать обоих родителей. Какими бы они ни были, они тебя родили, поэтому априори ты нуждаешься в них. Так или иначе. — Егор, давай не будем об этом. Мне сейчас хорошо и спокойно, не хотелось бы рушить всё это тяжёлыми мыслями. — Хорошо, солнышко, — и чмокнул в макушку, — не будем. Я очень люблю тебя. — И я тебя очень сильно люблю, — я приподнялся и поцеловал Егора в губы. Мой любимый положил ладонь на мой затылок, углубляя поцелуй. Я прикрыл глаза, отвечая, когда он ворвался в мой рот языком. После этого я заёрзал и перебрался на парня сверху, не прерывая поцелуя. Он сжал мои ягодицы, жамкая в ладонях, отчего изо рта прямо в его вырвался удивлённый выдох. Происходящее начало заводить, распалять и возбуждать. Я сдавил его бёдра своими и сел на пах, одним ловким движением стянув с себя футболку и откинув куда подальше. Егор смотрел на меня снизу вверх, игриво улыбаясь, а потом облизал палец и провёл по моему торсу. — Ах, — выдохнул я и двинул бёдрами, будучи на его полувставшем члене, что красноречиво упирался в мой зад и прекрасно чувствовался благодаря свободным домашним штанам на нас обоих. Егор рыкнул и перевернул нас, оказавшись надо мной. — Сам напросился, солнышко, — и вгрызся в левую ключицу. Я закинул руки ему на плечи и снова впился в губы. Я никогда столько не целовался, сколько это делаю с ним. С ним невозможно остановиться, это хочется делать бесконечно.. — Ммм, — выгнулся я, не успев додумать мысль, когда Егорова рука залезла под резинку моих трусов и сильно сжала мой уже на всё готовый ствол. — Егор! — чуть отстранившись от губ, жарко выпалил я, от неожиданности вцепившись в его плечи короткими ногтями. — Да, солнышко моё, — чмокнул в уголок губ и поскользил языком дальше, выборочно прикусывая кожу на груди, в районе рёбер, на животе. Я уже изнывал от желания, в моей голове возникали яркие картинки. — Егор, возьми меня. Грубо, — произнёс я и тут же вскрикнул. Мой парень тут же начал воплощать в жизнь мою просьбу, оставив след от зубов на животе. А потом он резко вскочил на ноги и стащил с меня штаны вместе с трусами, то же провернул и со своими элементами гардероба. И предстал передо мной идеальный в своей красоте. Я смотрел на него и не мог оторваться. — Хочу тебя, Егор, — выдохнул я и расставил ноги. — Ну уж нет, солнце. Переворачивайся и вставай на четвереньки. Моих губ коснулась предвкушающая улыбка, и я сделал так, как меня попросили. Стукнула дверца тумбочки. Так знакомо, что внизу живота стало значительно горячее. На меня сверху полилась прохладная смазка. — Ох, — я неосознанно прогнулся в пояснице от ощущений. — Прекрасный вид, солнце, — он шлёпнул меня по ягодице и тут же, словно извиняясь, широким жестом провёл по шлёпку языком. На этот раз я выгнулся специально, желая почувствовать его в себе. Егор быстро вогнал в меня два пальца. — А-ах, — выдохнул я. Он немного подвигал пальцами во мне, распределяя внутри смазку, и так же быстро их вынул. Регулярный анальный секс имеет свои плюсы! А потом Егор резко вошёл в меня по самые яйца. Ебануться! — Блядь, как же охуенно! — выкрикнул я, подкатив глаза и запрокинув голову. Мой парень сразу начал двигаться, даже не дав времени осознать, что он во мне. Быстро, часто, ритмично. В этой бешеной гонке его яйца то и дело встречались с моей промежностью, создавая по истине крышесносный звук, аж до мурашек. Тяжёлое дыхание на моей спине скручивало узел внизу живота. А потом Егор чуть приподнялся и задел простату. У меня подогнулись руки, и я упал грудью на кровать с громким стоном, ещё сильнее отставив зад. — Егор, — блаженно выдохнул я, голос дрожал в такт толчкам, — быстрее! — Ни слова больше, солнце, — и куснул за бок. Обхватив ладонями мои ягодицы и раздвинув их, мой парень начал вбиваться ещё более яростно, отчего я начал поскуливать от наслаждения. Я уже был на грани и сам стал толкаться назад, чтобы получиться свой заслуженный оргазм. Но у Егора явно было другое мнение на этот счёт. Он вышел и аккуратно перевернул меня на спину. На мой затуманенный желанием взгляд он склонился над моими губами. — Хочу видеть, как ты кончаешь, — выдохнул Егор и поцеловал, попутно входя в меня вновь. Я обхватил дрожащими ногами его торс, и он снова начал меня трахать. Вдруг замок на входной двери щёлкнул — из гостей вернулись родители и Алина. Я распахнул глаза и глянул на парня с примесью дикого страха и неуёмного желания. Егор мне только лукаво улыбнулся, накрыл мой рот рукой и задвигался быстрее. Я выгнул, охнув ему в ладонь. Мы с ним и раньше занимались сексом при его родителях, но точно не тогда, когда они могли в любой момент войти в комнату и застукать нас. Я снова впился ногтями в его спину. Егор двигаться перестал, быстро перевернул нас на бок, так, чтобы я лежал спиной к двери, и, накрыв одеялом, крепко обнял, скинув мою ногу со своего бока. — Что ты..? И тут дверь открылась, я так и обмер. — О, мам, привет! Как сходили? — непринуждённо спросил Егор, начав незаметно раскачиваться. Его член давил на простату, а его потирания об неё же вообще сводили с ума. — Илюшенька спит уже? — Ага, уснул в моих объятиях. Мне хотелось кричать, так хорошо мне было! Я закусывал щёку, глубже впиваясь ногтями в кожу на спине своего парня. Я сгибал пальцы на ногах. Я был так близко. — О, как это мило. — Ну, как вы сходили в гости? — не переставая двигаться, с улыбкой поинтересовался Егор, хотя вблизи я видел, что далась она ему ой как нелегко. Виски́ взмокли от напряжения, венка на шее билась как бешеная. Хотелось вобрать её в рот и немного пососать. — Нормально сходили. Только бабушка очень расстроилась, что ты и Илья не пришли. Почему-то ждала именно вас, — хмыкнула она. — Странно, — голос Егора дрогнул, он был готов кончить с минуты на минуту, — может, хотела отчитать, что плохо её цветы поливали? — звонко хохотнул он. А меня начало накрывать. Я стал сам немного двигаться навстречу, чтобы получиться необходимое удовольствие. Я уткнулся ему в шею, чтобы не издать ни звука. Благодаря совместным усилиям я достиг оргазма. Сомкнул зубы на Егоровой шее, где она переходила в плечо, плотно обхватив его член собой. — Кто знает?! — она пожала плечами. — Ладно, пойду я, спокойной ночи. — И тебе, мам, — выдавил он из последних сил. Тётя Женя вышла, тихо закрыв дверь. — Ну, держись, солнце, — горячечно прошептал Егор. Он снова опрокинул меня на лопатки и начал вбиваться. Егору хватило всего пять глубоких толчков, чтобы кончить, после чего во мне запульсировал его член. Он извергался в меня мощной струёй спермы. А я начал обмякать. Руки-ноги ослабли, я уже не мог сильно сжимать своего парня ни конечностями, ни мышцами тем более. А Егор из меня выходить не спешил, принявшись покрывать моё лицо нежными поцелуями. — Сладкий мой, любимый, — приговаривал он. — Солнышко моё. — Я, жмурясь от ласки, довольно улыбался. — Ты ж знаешь, что я тебя люблю. — Знаю, и я тебя люблю, — я пытался поймать губами его поцелуи. — Поговори с отцом. — Слезай, короче, — вздохнул я, настрой резко изменился. — Ну, Илюш, — заканючил он, — всё, прости, не буду больше. — Слезай, Егор. В темпе вальса, — я начал толкать его в грудь. — Илья, извини, буду молчать. — Ты мне уже обещал это перед сексом. Но продолжаешь капать на мозг. Слезай, говорю. Я больше не хочу. Я устал. — Илюш, не обижайся, пожалуйста, — Егор приподнялся на локтях, чтобы разглядеть моё лицо. — Я не обижаюсь, просто бесит, что ты снова завёл эту ебучую шарманку. — Но как ты не понимаешь? Тебе же легче от этого станет. — Да я знаю. Но мне всё равно стрёмно, — я отвёл глаза. — Что мне сделать, чтобы ты не переживал? — Не дави. — Хорошо. Я тебя понял, — и начал медленно выходить. — Блин, прости, Илья. Я так хочу, чтобы ты не волновался, что не подумал, что своими словами я тоже заставляю тебя тревожиться. Он выходил ооочень медленно. Настолько, что мой ствол снова стал напитываться кровью. Вышел, а я томно выдохнул: — Стой, я передумал. Давай ещё разок. Егор посмотрел на меня удивлённо, но взгляд быстро заволокло желанием. — Обещаю, больше не буду говорить об этом, — и погрузился в меня опять. — Ах, — выгнулся я, расставив ноги как можно шире. — Я тебе верю. Егор начал двигаться. *** — Мявк-мяяяу-мяяя! Мяу-мяууу-мявк! Я резко открыл глаза. Походу, Плюша с Батошей что-то не поделили. И решил уже было наведаться на кухню, но так же, как этот резкий писк возник, он стих, а я тупо уставился в тёмный потолок. Спать перехотелось. Зато захотелось ссать. Я аккуратно, чтобы не разбудить Егора, слез с кровати и пошёл на выход из комнаты. — Ты.. куда? — зашевелился мой сонный любимый. — Спи, родной. Я в туалет. — Не задерживайся, — и зарылся в подушку лицом. — Без тебя плохо спится, — буркнул он. Я улыбнулся и, прихватив телефон с собой, — мемы сами себя не посмотрят — вышел за дверь. Сделав все важные дела, я отправился на кухню, чтобы налить себе воды. Но вместо этого, упёрся локтями в подоконник и уставился в окно. Вертел в руке телефон и думал об отце. Этот человек практически не выходил из моей головы с той самой памятной встречи, к тому же всё вокруг не давало отвлечься от мыслей об этом. И вроде бы нет ничего сложного в простой смс-ке, в которой я напишу, что наконец готов к этому разговору. Но что-то не даёт мне этого сделать, и... Вдруг в тишине квартиры уловил шлёпанье босых ног. — Солнце, ты чего в постель не идёшь? — зябко поёжившись, спросил Егор. — Думаю, — грустно выдохнул я. Мой парень подошёл и обнял меня со спины. — Если ты ждёшь, что я начну навязывать тебе своё мнение, то хрен тебе. Я урок усвоил, — и потёрся приятно колючей щекой о моё голое плечо. — Спасибо за понимание, — я положил свои руки поверх его. — Пойдём в кровать? — и принялся целовать заднюю поверхность шеи, вызывая табуны мурашек. — Пошли. Егор, взяв меня за руку, повёл в комнату. И только тогда я понял, что котов я нигде по пути не встретил. Где они спрятались, интересно? Да ладно, вру, конечно, сейчас мне было это совсем не интересно. Мы легли в кровать, мой любимый тут же оплёл меня своими конечностями и уткнулся в шею носом. — Люблю тебя, — шепнул он. — И я тебя люблю. Спасибо тебе, родной, за то, что ты у меня есть. — Я всегда буду рядом. Я перевернулся лицом к Егору и потёрся носом о его, после чего оставил целомудренный поцелуй на его губах и закрыл глаза, засыпая. *** Проснулся я от грохота крупных капель о подоконник. За окном уже было светло. Ну, относительно. По сравнению с ночью, конечно. Ведь тяжёлые свинцовые тучи сгущались всё больше, а дождю, думается, сегодня не будет ни конца ни края. Егор зашёл в комнату после душа. — Доброе утро, — и склонился надо мной. — Привет. Набегался уже? — От фанаток, — подмигнул он. — Чего? Сейчас договоришься и будешь бегать от меня и от моей скалки, — несмотря на слова, я улыбался. — Да я ж шучу, солнышко. Меня девушки не привлекают, ты ведь знаешь. Я бегал от фанатов. Под дождём. Классно, да? — и поиграл бровями. За это тут же получил щипок. — Ай! — рассмеялся Егор. — Всё-всё, угомонись. Докладываю: пробежал пять километров, на пути встретил только троих людей, ни на кого не засматривался, думал только о тебе. Ну, почти. Ещё о том, как хлюпали мои кроссовки. — Прощён, — благосклонно ответил я, погладив парня по щеке. — Кстати, на улице ведь такой ливень. Почему ты и в такую погоду круги нарезаешь? — "У природы нет плохой погоды, каждая погода — благодать..." — пропел Егор, чмокнув меня в нос. — Вставай давай, хватит валяться. — Да ну! Не хочу никуда. Да и дождь ещё такой, — и натянул одеяло до подбородка. — Учёбу никто не отменял. Мы на неё, если надо, даже на лодках поплывём, ясно тебе? — Ааа, — взвыл я, — какой же ты зануда! — и принялся вставать. *** Сегодняшний день отличался от всех предыдущих хотя бы тем, что на улице лило как из ведра. Сучий дождь! Не, я против него ничего не имел никогда, но когда надо куда-то идти — это блядский отстой. А Егор наказал радоваться первому весеннему дождю буквально в ультимативной форме. И я радовался. Матвей, завидев нас, тут же спросил, чего это меня так перекосило? А это я, блядь, так скалился радовался, что мне за шиворот воды натекло грамм уже триста. Недовольный я, радостный Егор и хохочущий над моей физиономией Матвей — вот же ж сволота — пошли на учёбу. Возле входа в университет снова стоял мужчина в пальто. Он стоял, притопывая на месте и держа в руках зонт. Он не заметил меня сразу, зато я всё отчётливо видел. Ёкнуло в груди. Мне стало жалко его, поэтому я решил подойти. Предварительно переглянувшись с ребятами, которые, тактично кивнув, поспешили зайти внутрь, я остался стоять с зонтом, а потом, когда мужчина отец обратил на меня внимание, решительно, пока не успел передумать, двинулся к нему. — Идите домой, не надо под дождём мокнуть, — начал без приветствий я. Не хотелось терять времени на бессмысленные слова, поэтому я перешёл сразу к делу. — Хорошо, сынок, как скажешь. От его тона что-то всколыхнулось внутри. И он реально собрался уходить. — Зачем? — приглушённо вырвалось у меня раньше, чем я успел прикусить язык. — Что? — он внимательно посмотрел на меня. Я растерялся. Я не хотел ничего спрашивать. Или хотел. Но вопросов было столько много, что выбрать какой-то один не представлялось возможным. Блядь, да я конченый! Походу, у меня биполярочка. То я не хочу его ни видеть, ни знать, то я хочу столько вопросов ему задать, чтобы разобраться во всём этом. Всё-таки заебала меня эта ситуация! Я от этого очень устал. — Нет-нет, ничего, — я покачал головой. — Вам показалось. И быстро рванул к зданию, от неловкости захотелось провалиться сквозь землю. На себе, всё больше удаляясь от фигуры в пальто, я чувствовал задумчивый взгляд, который вёл меня до самой двери. *** Нервное напряжение после этого недоразговора достигло пика. Что Егор, что Матвей — оба смотрели на меня взволнованно, но молчали, за что я был им благодарен просто бесконечно. В течение дня я много думал, был погружён в себя и выглядел крайне отстранённым. А всё потому что я перемывал кости своим мыслям, которые роились в моей голове. Но впервые я делал это осознанно, чтобы прийти уже к решению, от которого многое зависело. Под конец дня я понял, что без расстановки всех точек над "ё" больше не смогу, мне нужно узнать из первых уст, что же тогда произошло, почему я стал пустым местом для своей матери, а отец ушёл на долгие годы, дав о себе знать только сейчас. Могу ли я надеяться на искренность и честность с его стороны, раз уж он сам решил выйти из тени и теперь хочет поговорить? Очень хотелось бы в это верить, конечно. Одно я наконец решил для себя точно: я готов к этому разговору, к чему бы это ни привело. — Я сейчас приду, — я принялся натягивать джинсы. — Куда ты? — мягко поинтересовался Егор. — Покурить. Мой парень понимающе кивнул и больше ничего спрашивать не стал. Я был уверен, что он понял, к чему я всё-таки пришёл спустя столько времени: к единственно верному решению, на основе которого я уже буду делать все остальные выводы. Я вышел из подъезда. Небо посветлело, дождь всё-таки прекратился. Я зашёл за дом, закурил и, прихватив сигарету зубами, достал телефон. Затянулся и выдохнул дым, не сводя внимательного взгляда с мобильного. Горечь, что оседала на языке, приводила в чувства, отрезвляла рассудок. Тревога сегодняшнего дня начала отступать. Я докурил до фильтра и выкинул окурок, после чего разблокировал телефон и зашёл в список контактов. Долистал до "Знакомый незнакомец" и усмехнулся. Думал ли я, когда придумывал этому человеку такое название, что это окажется мой отец? Смешно, конечно. Выбрал строку "Разблокировать контакт" и нажал. А потом перешёл в сообщения.

Доброй ночи. Я хочу поговорить (22:27)