Magnus frater

***

Внутри роскошного салона автомобиля воцарилась гнетущая тишина, нарушаемая лишь едва различимым шуршанием пакета с пончиками. Я оказался в ситуации, которая казалась бы абсурдной для любого человека: похищен красивым незнакомцем с ангельским лицом, на роскошной машине, мчащейся по пустынным улицам Лондона. Однако я ощущал странное спокойствие, словно подобные ситуации были для меня обыденностью. Тело не поддавалось панике, оно было непоколебимо, как скала перед надвигающимся штормом. Наконец, прерывая гнетущее молчание, мужчина напротив меня заговорил. Его голос был глубоким, но в нём ощущалась скрытая усталость, будто он уже много раз задавал этот вопрос: — Кто ты такой? — его глаза, сверкающие ярко-синим светом, не отрывались от меня, пристально изучая каждую черту моего лица. Он сидел, закинув ногу на ногу, его поза излучала уверенность, но в ней же сквозила напряжённость. Я не торопился отвечать. Спокойно дожевывая пончик, я наблюдал, как за окнами машины мелькают дождливые улицы города. Ливень становился всё сильнее, размывая контуры зданий, и я заметил, что указатели всё чаще указывали на аэропорт. Мы явно направлялись туда. — Это сложный вопрос, — наконец произнёс я, повернувшись к нему лицом, оставаясь невозмутимым. — И сегодня я не планировал ни с кем разговаривать, тем более с вами. Но раз уж вы меня похитили, то, возможно, представитесь? Проявите хоть немного учтивости. Мужчина напротив меня слегка нахмурился. Очевидно, такой ответ он не ожидал. В его глазах на мгновение мелькнуло недовольство, но он быстро взял себя в руки. — Виктор. Виктор Франкенштейн, — представился он, его голос стал более формальным. — Теперь твоя очередь. Я задумался на мгновение. Сновидение, в которое я попал ранее, несмотря на тьму в нём, казалось сейчас нереально ярким и наполненным странными, но знакомыми образами. Именно оно являлось для меня источником информации, в котором я узнал имя «Кадис Этрама Ди Дензел». В глубине души я чувствовал странную связь с этим именем, оно отзывалось в груди, словно это и было моё настоящее имя. Возможно, так оно и есть. Имя «Дензел» звучало в моей голове с особой значимостью, и я решил представиться именно так. — Кадис Этрама Ди Дензел, — произнёс я, чётко осознавая, что другого варианта у меня просто не было. Имя, которое я назвал, словно ударило Виктора молнией. Его лицо мгновенно изменилось: взгляд, полный уверенности, вдруг стал затуманенным, а его губы сжались в тонкую линию. Казалось, он попытался осмыслить то, что только что услышал. Тишина в салоне стала ещё более ощутимой, а дождь за окном усилился, словно отражая внутреннюю бурю Виктора. Он на мгновение отвёл взгляд, уставившись в затонированное стекло, за которым шумела непроницаемая водяная завеса. — Дензел? Не Рейзел? — голос Виктора стал настороженным, словно он пытался разобраться в случившемся. Его слова резанули по тишине, как нож по натянутой струне. — Мой брат? — повторил я, стараясь придать голосу нотку уверенности. На самом деле, я был уверен, что братом голоса из сна, Рейзелом, я вряд ли являюсь. Но что-то внутри подсказывало мне, что использовать это имя было правильным решением. Виктор замер, переваривая услышанное. Его взгляд, полный задумчивости, скользнул по залитому дождём окну, где ничто не напоминало о внешнем мире. Казалось, что этот вопрос его серьёзно беспокоил, но он не торопился делиться своими мыслями. — Мне ничего не известно о брате моего Мастера, — наконец произнёс Виктор, сложив руки на груди. Его голос звучал напряжённо, но он явно ожидал от меня какого-то объяснения. Его недоверие было очевидным, и это заставляло меня насторожиться, но я сохранял спокойствие. Я сделал небольшой глоток чая из стакана, стоящего на подлокотнике, пытаясь выиграть время и собраться с мыслями. Говорить о чём-то, в чём я сам не был уверен, было нелегко, но я решил действовать хладнокровно и по ситуации. Этот человек хоть и не знает меня, но знает… моего брата? А любая информация мне сейчас пригодилась бы, учитывая, что в голове у меня сейчас царила полная пустота. Только фразы из сна были, но это несерьёзно. — Хорошо… — наконец выдохнул Виктор, снимая очки и начиная массировать переносицу, словно его внезапно охватила усталость. — Ты знаешь, где сейчас находится твой брат, господин Рейзел? Я снова задумался. Ответить на этот вопрос было сложно, учитывая, что мои знания о прошлом были крайне размытыми, а точнее их вовсе не было. Но я решил следовать своей интуиции и подсказкам, которые дал мне голос во сне. — Я не знаю, где он. Мы с ним давно не виделись, и… нахождение в гробу на дне океана определённо повлияло на мою память. Многое в моей голове покрыто туманом, и что-то вообще исчезло, — мои слова звучали спокойно, но в них ощущалась скрытая неуверенность. — Вероятно, почти всё исчезло. И это не попытка обмануть вас, а суровая реальность, с которой я столкнулся сам совсем недавно, пробудившись в гробу на дне океана. Виктор продолжал сверлить меня взглядом, явно пытаясь что-то выудить из моей души. Я же взял оставшийся пончик и неспешно начал его есть, чувствуя, как напряжение в салоне постепенно нарастает. Взглянуть в окно было бесполезно – дождь уже перешёл в настоящий ливень, превращая мир за стеклом в неразличимую массу. Мы сидели молча, пока Виктор не вздохнул, словно приняв какое-то решение. — Понял вас, — наконец сказал он, и в его голосе прозвучала нотка смирения. — Скажите, у вас есть какие-либо планы на ближайшее будущее? Вернётесь на Лукедонию? Я помедлил, раздумывая над его словами. Лукедония… это слово казалось мне смутно знакомым, но всё же далеким. — Лукедония? — повторил я, пытаясь выкрутиться. — Нет, на родину я возвращаться не собираюсь. Но, возможно, в моих ближайших планах полёт с неким Виктором Франкенштейном в неизвестность. Я прав? Как ни странно, я имел некоторое представление об аэропортах, самолётах и прочих технологических достижениях человечества, хотя не совсем понимал откуда. Возможно, гипноз имеет куда более широкие возможности. Но это пока лишь мои догадки. На моё замечание Виктор слегка усмехнулся, словно услышал старую, но добрую шутку. — Хм, вы меня раскрыли. Буду откровенен: я прибыл сюда из далёкой страны, надеясь встретить своего Мастера – вашего брата. Но реальность оказалась куда более непредсказуемой и, признаюсь, приятной. — его улыбка была самодовольной, но не злобной. — Тем не менее, пока я не могу полностью убедиться в том, что вы действительно брат моего Мастера. Однако я доверюсь вашим словам, так как моя интуиция подсказывает мне поступить именно так. — Благодарю, — кивнул я, стараясь скрыть своё напряжение. — Но запомните, — вдруг сказал Виктор более строгим тоном, и я почувствовал, как в груди возникло чувство тревоги. — Если вы каким-либо образом подорвёте моё доверие, я буду вынужден вызвать вас на поединок. Надеюсь, вы даже без памяти понимаете, о чём я говорю. Его предупреждение прозвучало ясно и недвусмысленно. — Да, я понимаю. И не вижу причин для конфликта, — поспешно согласился я, не желая испытывать на себе его силу. — Мы можем помочь друг другу, и этим нужно пользоваться. — Отлично, — Виктор вновь расслабился, и чувство тревоги исчезло так же внезапно, как и появилось. — Как я уже упоминал, ваш брат является моим Мастером, и я, как его верный слуга, ищу его по всему миру уже долгое время. Именно поэтому я в кратчайшие сроки прибыл сюда на своём личном самолёте. Сейчас мы направляемся к нему. Я хотел бы предложить вам отправиться со мной в страну, откуда я прибыл. Там вы получите всё необходимое: жильё, деньги, информацию. И я постараюсь решить все ваши вопросы, в том числе связанные с памятью. — Заманчивое предложение. Но что потребуется от меня? — спросил я, подозревая, что в его словах может скрываться подвох. — Ничего особенного. Просто будьте рядом со мной и ведите спокойный образ жизни среди людей, — он пожал плечами, ненавязчиво поглядывая в окно. — Я уверен, что ваш брат появится именно там, где будете находиться вы. Это облегчит мне поиски и минимизирует ошибочную информацию, как это произошло сегодня. Ситуация становилась всё более странной. Ещё вчера я был лишь полутрупом на волнах, а сегодня влиятельный человек предлагает мне почти всё, что только можно пожелать, в обмен на простое присутствие. Логично было бы обдумать всё как следует, но... — Я согласен, но у меня есть одно условие, — неожиданно для себя сказал я. — Слушаю… — Виктор заинтересованно наклонился вперёд.

***

В паре километрах от Аэропорта Рочестер. Пригород Лондона

Ресторан быстрого питания KFC Chatham

— И как, вкусно? — поинтересовался Виктор Франкенштейн, его голос был спокойным, но в глазах читалось странное смешение любопытства и недоумения. Он сидел напротив меня, скрестив руки на груди, его осанка была безупречно прямой, а лицо оставалось неподвижным, словно выточенным из камня. Мы устроились в одном из многочисленных заведений KFC неподалёку от аэропорта. На столе передо мной были разложены три подноса, доверху наполненные разнообразной едой из местного меню – от острых крылышек до бургеров и картошки фри. Я поглощал всё это с нескрываемым удовольствием, стараясь, впрочем, соблюдать приличия. В зале было не больше десятка человек, не считая сотрудников за кассой, и почти все они, включая самих кассиров, время от времени бросали на нас любопытные взгляды. Это неудивительно – два статных мужчины в безукоризненных костюмах, явно не из бедных, сидели в обычной забегаловке. Один из них, то есть я, поглощал пищу с таким аппетитом, что невозможно было отвести взгляд, в то время как другой, Виктор, смотрел на всё это с выражением лёгкого шока. Я поднял глаза на Виктора и усмехнулся, потягивая лимонад через трубочку. — Если бы не было вкусно, я бы это не ел, — сказал я, откинувшись на спинку пластикового стула. — И чего только люди в дорогие рестораны прутся? Виктор медленно кивнул, словно осмысливая мои слова. — Действительно, — согласился он, но в его голосе сквозило лёгкое сомнение, будто он всё ещё пытался понять, что привело меня сюда. Это было моё условие – перед тем как отправиться в неизвестность, я хотел наесться чего-то настоящего, мясного и острого. Голод преследовал меня с самого момента, как я впервые осознал себя в этом теле, и хотя пончики с чаем лишь слегка притупили его, они никак не удовлетворили мои истинные потребности. Так что, оказавшись в машине Виктора, я настоял на остановке в ближайшем KFC. Его удивление по поводу моего выбора всё ещё вызывало у меня улыбку. Взяв в руки очередной острый кусочек курицы, я слегка наклонился вперёд, наслаждаясь видом на улицу через большое панорамное окно. Летний дождь, только что начавшийся, барабанил по стеклу, оставляя на нём узорчатые дорожки, смывая пыль и делая воздух свежим и влажным. За окнами был виден оживлённый городской пейзаж – люди сновали туда-сюда, кто-то спешил в здание аэропорта, другие искали укрытие от внезапного ливня. — Ты хоть расскажи, куда мы летим и какие у нас планы? — спросил я, снова вернувшись к еде. На этот раз я взял что-то в лепёшке, набитое курицей и зеленью, и откусил от него большой кусок, наслаждаясь сочным вкусом. Виктор, словно стряхнув с себя оцепенение, немного выпрямился и начал говорить: — Летим мы в Южную Корею, — его голос был ровным, но теперь в нём ощущалась некоторая деловитость. — Это небольшое, но динамично развивающееся государство на другом конце земного шара. Там находится моя основная база, дом и работа. По прибытии мы отправимся ко мне домой, где я начну оформлять для вас документы. Это необходимо, чтобы избежать проблем с властями в будущем. Всё остальное – на ваше усмотрение. Мне требуется лишь ваше присутствие в пределах города, где нахожусь я. Остальные условия вы можете оговаривать сами, но в разумных пределах. Я кивнул, переваривая услышанное, и одновременно с этим замечая краем глаза, как молодые девушки за парой столиков от нас украдкой фотографируют нас на телефоны. Их глаза блестели от волнения, а лица сияли неестественной румяной – явно от восхищения. — Но у тебя же наверняка есть идеи по этому поводу? — предположил я, возвращаясь к разговору, прежде чем откусить ещё один сочный кусок курицы. — Конечно, — Виктор слегка наклонился ко мне, понизив голос. — Я давно готовился к появлению своего Мастера. Для этого дела я построил полноценную школу, где числюсь директором. Это идеальное место для социализации, и, честно говоря, я удивлён вашим поведением, господин Дензел, — он замолчал на мгновение, будто обдумывая, как лучше подобрать слова. — Обычно Благородные ведут себя иначе в обществе людей, а вы выглядите… — Как лев в свинарнике, — сорвалось у меня с языка прежде, чем я успел осознать, что сказал. Я хотел ответить иначе, но это сравнение показалось мне наиболее подходящим. — Видимо, потеря памяти многое меняет, хотя не могу признать, что некоторые трудности остаются. Но ты планировал социализировать моего брата, сделав его учеником среди подростков? — Это старшая школа, где учатся уже вполне взрослые юноши и девушки, — пояснил Виктор, слегка улыбнувшись. — С вашей внешностью ни вы, ни ваш брат не будете сильно выделяться на их фоне, а любые странности можно будет легко списать на всё что угодно. Я задумался на мгновение, размышляя над его словами. Всё это звучало странно, но в то же время... логично. Я кивнул, решив, что в любом случае будет интересно посмотреть на эту школу. Иных вменяемых альтернатив у меня всё равно пока не имелось. — Хм, будет интересно взглянуть на твою школу. Если мне понравится, то и брату моему тем более, — заверил я его, хотя в душе всё ещё оставались сомнения относительно моего «брата». Виктор впервые за всё это время расслабился и улыбнулся, словно мои слова сняли с него какое-то невидимое напряжение. Неспешно жуя очередное блюдо, я вдруг понял одну простую вещь, которая до сих пор ускользала от меня. — Мы ведь можем перенести всё это в твой самолёт? — спросил я, внимательно глядя на Виктора. Он слегка растерялся от моего вопроса, как будто только сейчас осознал, что мог бы предложить это с самого начала и не мучиться в зале ресторана. — Да, в этом нет никакой проблемы… — слегка кривя губы, согласился он, тут же вставая с пластикового стула. — Сейчас возьму пакеты на кассе и отправимся на самолёт. Я быстро. — Идеально, — удовлетворённо кивнул я. Одним ловким движением руки я снял с шеи белую салфетку, которую аккуратно повесил в самом начале, чтобы не испачкаться. Бумага осталась абсолютно чистой, что вызвало у меня лёгкую улыбку. Руки и тело совершали каждое движение с такой элегантностью, что даже я был удивлён. Мышечная память, вероятно, играла свою роль, делая мои действия естественными и точными, даже когда я не старался это делать специально.

***

Спустя час

Личный самолёт Виктора, стоящий на взлётной полосе, выглядел как воплощение элегантности и роскоши. Снаружи он был окрашен в глубокий металлический синий цвет, который блестел в свете прожекторов, отражая окружающие огни. Небольшой по сравнению с громоздкими гражданскими авиалайнерами, он казался куда более изящным и современным, как дорогая яхта среди обычных лодок. На хвосте самолёта виднелся аккуратный герб, выполненный в золотистых тонах, что подчеркивало статус и влияние его владельца. Внутри самолёт производил ещё более сильное впечатление. Всё было выполнено в тёплых, приглушённых тонах – от тёмного дерева, украшенного резьбой, до мягких кремовых ковров, которые поглощали звук шагов. Широкие, кожаные кресла, расположенные вдоль боковых стенок, были обиты самой дорогой телячьей кожей. Стены салона украшали изысканные картины и фотографии в серебряных рамках. На потолке мягко светились встроенные светильники, создавая уютную атмосферу, подходящую как для отдыха, так и для работы. Франкенштейн сейчас сидел напротив, слегка откинувшись в одном из этих кресел, будто бы погрузившись в глубокий сон. Его светлые волосы падали на лоб, а лицо казалось расслабленным, но я не верил в это. В этом человеке было что-то неуловимое, что постоянно держало меня настороже. Даже в такой момент он казался слишком спокойным, как будто всё происходящее – всего лишь часть его продуманного плана. Самолёт уже несколько часов летел над океаном, и за окнами простиралась бескрайняя пелена облаков, освещаемая последними лучами уходящего солнца. Я выбрал место у иллюминатора, чтобы избежать постоянного наблюдения со стороны Виктора. Отсюда открывался вид на вечернее небо, медленно погружающееся в сумрак. Облака под крыльями самолёта казались волнами, затихающими в море тьмы, а далёкие звёзды мерцали едва заметным светом. В голове всё ещё крутились мысли о том, как странно складываются события. Всё началось с момента, когда я очнулся в гробу. С тех пор судьба словно играла со мной, подбрасывая одно невероятное событие за другим. Я выжил в условиях, которые должны были бы меня убить. Сумел сбежать из лондонской больницы, не оставив следов. Научился использовать гипноз, что само по себе было совершенно необъяснимым. И вот теперь я сижу в роскошном частном самолёте, летящем на другой конец света. Всё это казалось настолько невероятным, что в какой-то момент я начал сомневаться в реальности происходящего. Но всё это было реальностью. Я мог касаться прохладной кожи кресла, чувствовать вкус еды, которую съел до этого, ощущать лёгкое покачивание самолёта. Это был не сон, а нечто более странное – жизнь, которую я не мог до конца понять. И хотя вопросы о моём прошлом и о том, кто я на самом деле, продолжали терзать меня, я понимал, что ответы могут ждать меня впереди. В Южной Корее, куда мы сейчас направляемся, возможно, я смогу найти ключ к разгадке всех этих загадок.