Посмотрим, надолго ли тебя хватит

      Во время военных действий Кира и Еси, его мать и отчим были в отъезде. Поэтому, вернувшись домой, Наталья, мама Кирилла, была, мягко говоря, удивлена такими кардинальными изменениями в его внешности.       — Ну вот, теперь я окончательно убедилась, что ты мой сын! — Радостно воскликнула она при виде нового цвета волос сына.       — А что, прежде были какие-то сомнения? — Саркастично повёл бровью Кир.       — Не понимаю, в кого ты такой бука. А ты знаешь, у меня в восемнадцать тоже малиновые волосы были. Да и прическа та же…       — Преемственность поколений. — Пожал плечами Кирилл.       — Как сейчас помню: я, Катька, краска для волос и бутылочка портвейна. Сколько лет прошло, как тогда, так и сейчас, пить Третьякова не умеет! И как она меня покрасить смогла в таком состоянии — не понимаю.       — История повторяется. — Хмыкнул Кир. — Вечно эти Третьяковы…       — Так тебя Сенька красила? Сразу видно руку мастера!       — Ага, выгляжу теперь как самый настоящий п… придурок.       — А мне нравится! В мои годы за тобой бы все девочки ухлёстывали!       Спорить с мамой было бесполезно, поэтому Кирилл лишь тяжело вдохнул, накрыв глаза ладонью.       — А вообще, если тебе настолько не нравится, это дело можно и смыть. — Добавила она, уловив реакцию сына.       — Да я уже пытался, всё бесполезно. — Отмахнулся Кир.       — Ты знаешь, в моё время нормальной краски по доступным ценам почти не было, поэтому наши с Катькой эксперименты над волосами в пятидесяти процентах случаев ничем хорошим не заканчивались. Поэтому спасал нас только чудо-шампунь, смывающий краску. Где-то он у меня завалялся, кстати…       После некоторых манипуляций над волосами Кирилл поражённо уставился в зеркало, не веря своему счастью: этот отвратный малиновый, наконец, смылся, и теперь в отражении он видел почти натурального блондина.       — Мама, я тебя люблю! — Радостно завопил Кир, едва выскочив из ванной, и кинулся с объятиями на мать.       — Видишь, не такая уж я и бесполезная. — Улыбнулась она.       — Не прибедняйся.       — Кто бы мог подумать, что тебе так пойдёт блонд… — Задумчиво произнесла Наталья, не в силах налюбоваться сыном. — Нет, ну какая всё-таки Сенечка молодец, вот не покрасила бы она тебя в малиновый, так бы и не узнали никогда, что тебе лучше с осветлёнными волосами!       — И без опытов Третьяковой прекрасно прожил бы! Краска смылась — и слава богу! Это дело нужно обмыть!       — Тише, чего ты так кричишь-то! Гриша услышит! Ты же не забыл о нашем старом уговоре?       — Да-да, я примерный сын, не пью, не курю, не матерюсь. Три года прошло, ей богу, сколько можно шифроваться.       — Яйца курицу не учат! — Пропела мама Кирилла и высунула язык. — Домой пьяным не появляйся.       — Да помню я, помню. Сегодня ночую у друга. Будем допоздна уроки делать.       — Ну и с кем ты сегодня будешь «делать уроки»? С той блондинкой?       — Посмотрим. — Пожал плечами Кир.       — Ну ты хоть предохраняйся.       — Ма-а-ам!       — Что «ма-ам»? Между прочим, именно после таких «уроков» ты и появился.       — Ну, я не ты, крапива не цветы.       — Вот так, да? — Проворчала мама Кирилла и обиженно отвернулась.       — Ну не обижайся. — Протянул Кир и поцеловал её в щёку.

***

      Обычно Яна приходила в школу пораньше, в отличие от Еси, которая появлялась там, в лучшем случае, ко второму-третьему уроку. Сегодня был один из тех немногих дней, когда Есения Третьякова собственной персоной явилась аж к первому уроку — химии, на которой преподаватель, и уж тем более ученики, предпочитали выспаться.       — Янчик, у меня отличные новости! — Заявила она, беззастенчиво усаживаясь на край парты.       — Зная тебя, я заранее сомневаюсь, что новость отличная… — Пробормотала Яна, доделывая на уроке домашнюю работу по математике.       — Да здравствует natural beauty! Наконец-то мне не придется каждый день наносить по три слоя тоналки.       — То есть…? — Филатова отвлеклась от построения графика производной и подняла глаза на подругу.       — Филатова, ну чё ты тупишь-то! — Возмутилась Третьякова. — Маркер! Я наконец-то смыла художества твоего брата! Это дело надо обмыть.       — А всё так хорошо начиналось… — Вздохнула подруга.       — Сегодня у Дени намечается вписон. — Как ни в чём ни бывало продолжила Еся. — «Гараж», пивчанский, водочка, ну как обычно.       — Боже, Сеня, нет. — Яна протяжно вздохнула и закатила глаза. — Только не вписка, и только не у него!       Вписки Дениса Метелина, их одноклассника, редкостного бабника и конченого раздолбая, вернее, конченого бабника и редкостного раздолбая, славились на всю школу. Всё происходящее на них было из разряда «необъяснимое и невероятное». И, разумеется, Кирилл и Еся постоянно фигурировали в «сводках» подобного рода мероприятий.       — К тому же контрольную по физике я написала хорошо, не зря тогда в школу приперлась. Сегодня столько поводов выпить, что я просто не могу себе отказать! — Казалось, Третьякова даже не слушает ее. — Собираемся в восемь.       — Нет, нет, нет, это очень, очень плохая идея, ты опять набухаешься в дрова и начнёшь вытворять всякую дичь.       — Ну, так на то и расчет. — Невинно рассмеялась Третьякова, но заметив серьезное лицо подруги, продолжила. — Пффф, да я шучу, все будет в порядке. Давай просто расслабимся сегодня.       — У меня репетитор. И вообще, даже не думай об этом! Я никуда не пойду, ты никуда не пойдешь. Сиди дома и не рыпайся.       — Видимо, сегодня мы монашки. — Расстроенно проворчала Еся.       — Так, Третьякова, обещай мне, что ты туда не пойдёшь.       — Конечно, мамуля. Сижу дома, учу уроки. Никакого алкоголя.       — Вечером проверю. — Хмыкнула Яна.

*пару часов спустя*

      Конечно же, как обычно, Третьякова послушала подругу и сделала наоборот: в назначенный час (а на вписки Еся всегда приходила вовремя, в отличие от уроков в школе) она уже стояла на пороге квартиры Метелина. И через каких-то пять минут, развалившись на диване, заняла место среди парней из параллели.       — Пацаны, делаем ставки! — Провозгласил один из них.       — Я думаю, сегодня Дени спит во-он с той блондиночкой! — Загоготал другой и кивком указал на упоминаемую девушку.       — Ей хоть шестнадцать-то есть? — Хмыкнула Еся, с интересом разглядывая гипотетическую жертву.       — А хуй знает.       — Как прозаично. — Усмехнулась Третьякова.       — Я ставлю на Марину.       — Серьёзно? На эту писклявую шмару? Тебе деньги девать некуда? Так ты их мне отдай, а я уже найду им достойное применение.       — Ничего ты не понимаешь, Третьякова. Есть у неё свои… достоинства.       — Нет, а как ты себе это представляешь? Ты с ней молча трахаться хочешь или как? Кляп в рот — и проблема решена.       — Никогда бы не подумал, что ты такая извращенка, Третьякова. Сама-то на кого поставишь?       — Во-он на ту брюнетку в зелёном свитере.       — Нет, ну задница у неё, конечно, ничего, но почему именно она?       — По крайне мере, ей есть шестнадцать и она не шлюха, говорящая на ультразвуке. Кроме того, Дени её пока что не оприходовал, насколько мне известно.       — Если она не шлюха, почему она согласится?       — Потому что это Метелин, боже. — Закатила глаза Еся. — Он любую уломает.       — Что, даже тебя?       — Ага, сейчас. Мечтать не вредно!       — А ну да, конечно-конечно! Ты из тех, кто предпочитает Исаева.       — Час от часу не легче! Уж лучше Метелин, чем эта ошибка природы.       — Ну вот видишь, не прошло и года!       — Ой да идите вы в баню! Может вы ещё и поставите на меня?       — А на тебя уже поставили. — Ухмыльнулся её одноклассник, расписываясь на листе со ставками. — Первая в списке, между прочим.       — Чего-о? — Завопила Еся, резко подрываясь с места, чтобы посмотреть на список. — Кто?!       Наверное с минуту она молча смотрела на листок, в шаге от того состояния, когда глаз начинает дергаться.       — Ну, Исаев, сука! Подумать только, даже косарь не пожалел! — В сердцах воскликнула Третьякова, теряя всяческое терпение, резко подорвавшись с места в поисках вышеупомянутого.       Кирилл, уже успевший опустошить несколько бутылок пива, был слегка подшофе. Однако останавливаться на этом он, конечно же, не собирался и занял место поближе к алкоголю. Там его и застала Еся, заставив своим криком подскочить и опрокинуть на себя недавно начатую бутылку «гаража».       — ИСАЕВ, собака ты сутулая!       — Зелёнка, блять! — Кир даже немного протрезвел от такого внезапного вторжения и даже попытался спасти свою толстовку, но вскоре оставил это дело. — Блять, ты меня преследуешь? Какого хуя ты здесь?       — Тебе мало того, что ты из меня зека сделал, и это нихуя не смывалось целых две недели, так ты теперь ставить на меня решил?! Исаев, ты что, совсем в край охуел?       — А что я, виноват что ли, что ты пить не умеешь? — Нагло усмехнулся Кир.       — И это мне говорит человек, которого уносит с одного бокала вина!       — Это было не вино, это было армянское вино!       — Что, конечно, резко меняет дело! — Фыркнула Еся.       — Знаешь что, Зеленка! Спорим, я выпью больше тебя и останусь на ногах?! Или тебе слабо?       — А ты меня на слабо не бери, я и согласиться могу! Метелин, наливай!       Через несколько минут Денис, хозяин квартиры, поставил перед ними две одинаковых пивных кружки с какой-то мутной тёмной жидкостью внутри.       — И что это за бодяга? — Поинтересовался Кирилл, морща нос от странного запаха.       — Яблочный сок, фанта, кола, «гараж», немного текилы, немного водки, немного абсента… А вы вообще уверены, что хотите знать весь список?..       — Нет! — Одновременно завопили оба.       — И правильно! Я бы тоже предпочёл такое не знать. Короче, я смешал всё, что было. Если вы выпьете это до дна, унесёт вас далеко и надолго. Если не на Марс, то на Луну так точно.       — Ну что ж, завещание я написала давно, телефон похороните со мной. — Выдохнула Еся, придвигая к себе кружку.       — Уже зассала, да? — Хмыкнул Кир.       — Смотри и учись, мальчик! — Фыркнула она. — Пьём до дна. Дени, начинай обратный отсчёт.       Под крики восторженной толпы отчаянные спорщики одновременно начали вливать в себя «коктейль» Метелина. И также синхронно они с грохотом поставили свои опустевшие кружки на стол.       — Ахахаха, ну я, вообще, другого результата и не ждал. — Заржал Метелин, обнимая Третьякову и Исаева за плечи. — Что делать будем? Победила дружба или как обычно?       — Ещё чего! — Возмутился Кир. — Как вопрос решать будем, а, Зеленка?       — По понятиям и по-пацански. — Заплетающимся голосом произнесла Еся. — Я вызываю тебя на дуэль.       — Как дама, можешь выбрать оружие.       Недолго думая, Третьякова схватила подушку с дивана и накрыла ею лицо Исаева, вжимая того в пол.       — Неплохо. — Протянула Еся, глядя на попытки Кира отдышаться. — Я выбрала. Денис, ты же не против?       — Да ради бога! — Вскинул руки хозяин квартиры. — Вы после моего чудо-коктейля выжили, а это дорогого стоит. Моё вам уважение!

***

      Яна ждала свой автобус, только что закончив занятие с репетитором. Она была крайне уставшей и держалась на ногах лишь благодаря мыслям о том, как она, удобно устроившись в кресле в компании интересной книги и пледа, попивает чаёк. Из этих сладких грёз её вырвал звонок телефона.       — Филатова, тут пиздец, — начал, едва она приняла входящий вызов, Денис Метелин, по голосу которого было понятно, что он уже далеко не трезвый. — Тут Исаев и Третьякова…       — Куда ехать? — Резко прервала его Яна, чуть ли не взвыв от гнева и досады.

***

      Филатова залетела в квартиру Метелина в тот момент, когда Третьякова в очередной раз замахнулась на Исаева подушкой. На глазах Яны, конкретно выпавшей в осадок от увиденного, Еся налетела на Кира и, опрокинув его, накрыла лицо противника своим оружием, перекрыв ему доступ кислорода.       — Всё, всё, Сеня, брейк! — Яна попыталась оттащить буйную подругу подальше от своего брата.       — Больно надо! Лежачего не бьют. — Фыркнула Еся, напоследок пнув Кира и кинув в него подушку.       Злорадно рассмеявшись поражению Исаева, Третьякова умудрилась запутаться в собственных ногах и упасть навзничь на пол рядом с ним.       Оценивая масштаб проблемы, Филатова, мягко говоря, находилась в ступоре.       На полу валялись два пьяных тела, в которых с трудом можно было узнать её брата и лучшую подругу. И если с Есей Яна находилась в одной весовой категории и теоретически могла справиться, то что делать с Кириллом, она просто не представляла.       — Я уже позвонил Гордееву. — Метелин стоял рядом, навалившись на дверной косяк.       — Только его не хватало! — Уж кого-кого, а Яна Гордеева, лучшего друга её брата, Филатова хотела видеть в последнюю очередь.       У Яны не было совершенно никакого желания пересекаться с кем-то из окружения Кирилла: круг его общения никогда не внушал ей доверия, только вызывал неприязнь. Все его друзья казались ей самовлюблёнными, наглыми, напыщенными придурками, и, разумеется, неблаготворно влияли на её брата.       Впрочем, и сам Гордеев, казалось, недолюбливал Филатову, считая её высокомерной. Он был последним, к кому бы она обратилась за помощью, но в такой ситуации, ей ничего не оставалось, кроме как присмирить свою гордость и думать, как в относительной целости и невредимости доставить непутевых подругу и брата домой.       Вывод напрашивался сам: его помощь была просто необходима.       Даже в таком состоянии два малолетних алкоголика умудрялись драться, точнее, пытались, замедленные из-за алкоголя.       Пока Яна зависла, размышляя, Кир воспользовался ситуацией: перекинул ногу через неподвижную Есю и вжал подушку ей в лицо. Последовала ответная реакция: Третьякова, воспользовавшись эффектом неожиданности, потянула Исаева на себя и резко перевернулась, оказываясь сверху. Противники начали кататься по полу, пока Филатова не пришла в себя и не разняла дерущихся.       Гордеев не заставил себя долго ждать. По его внешнему виду было очевидно, что собирался он впопыхах — волосы растрепаны, худи помято. В его планы явно не входило забирать своего пьяного друга-раздолбая.       — Ну вы и петухи конечно… — Присвистнул Ян, оглядывая поле битвы.       По всей комнате ещё летали перья, покрывая всю квартиру. Еся развалилась в неестественной позе, закинув ногу на Кира. Кирилл любовно прижимает к груди подушку, точнее то, что от нее осталось после недавнего сражения. Яна сидит между ними в ожидании очередной вспышки гнева, готовая либо закричать, либо расплакаться. Все трое шумно дышат.       — Что-то мне не хорошо… — Вдруг икнула Еся и накрыла рот ладонью.       — Бля, я сейчас… — Невнятно пробормотал Кир и резко сел.       — Так, надо тащить их в ванную. — Уверенно произнёс Ян, мгновенно уловив суть проблемы, и без лишних слов подхватил Есю на руки.       Яна, не теряя времени, помогла брату подняться и доковылять до ванной.       Не без помощи лучших друзей, герои сегодняшнего вечера сложились пополам, выворачиваясь наизнанку. Третьякова стала весьма нецензурно, но от этого не менее страстно, целоваться с унитазом, пока Филатова заботливо придерживала её спутанные зеленые волосы. В то же время Исаев, чудом оставаясь на ногах, под чутким присмотром Гордеева склонился над раковиной.       После жаркого «лобзанья» Еся и Кир, перепачкав свою одежду, повалились в разные стороны, теряя сознание.       — Блять, нет! — Заорал Ян и затрясс друга. — Исаев, сука, только попробуй вырубиться!       Однако тот как ни в чём ни бывало откинул голову назад, на бортик ванной и, кажется, захрапел.       — И что теперь с ними делать? — Тихо уточнила Филатова и с надеждой посмотрела на Гордеева.       — Возвращать к жизни. — Бросил тот.       Скинув обоих в огромную ванную, Ян включил душ с ледяной водой наполную, направив струю на неподвижные тела Еси и Кира.       — Эй, подъем! — Он несильно пнул друга, на что тот лишь сонно причмокивая отвернулся. — Исаев, БАБЫ!       Ноль реакции.       — Даже не представляю, как вести их в таком состоянии домой… — Яна опустилась на бортик ванной и тоскливо посмотрела на спящих.       — Это чего же надо было намешать, чтобы так вырубило?! Вот Метелин, сволочь. Даст им какую-нибудь отраву и радуется жизни, ждёт кто из них первый помрёт. — Выругался Ян. — Ну, тут я бессилен, надо развозить по домам.       — Кириллу нельзя домой в таком виде. Там мой папа, для него сейчас Кир делает домашку у друга, по легенде.       — Ко мне его тоже нельзя.       — Значит, отвезём их к Сене, у неё все равно мама в командировке. А даже если она неожиданно вернётся, то всё поймет.       Пока Яна вызывала такси, Ян задумчиво смотрел на нее украдкой. Он вспоминал, как самоотвержанно она тащила брата в ванную, а позже держала волосы подруги над унитазом, забыв о брезгливости. Он вспоминал, сколько ещё знакомых ему девушек поступили бы также на её месте, но почему-то не мог назвать ни одной.       — Через минут пятнадцать подъедет. — Сказала Филатова, усаживаясь на стиральную машину.       — Отлично.       В воздухе повисла неловкая тишина. Гордеев посмотрел на недо-тусовщиков.       — Как всегда натворили дел, а нам разгребай… — Беззлобно усмехнулся он.       — Эти двое — как ментос с колой… — Задумчиво начала она.       — Поодиночке — супер, вместе — уничтожают все на своём пути. — Закончил за неё парень.       — Точно. — Улыбнулась Яна.       Снова угнетающая тишина.       — Нет, ну покрасить волосы Кира это, конечно, было жестоко. Особенно если учесть, как он трясется над ними. — Нарушил, наконец, тишину Ян.       — Ты тоже заметил? — Усмехнулась Филатова и повернулась к Гордееву.       — Я предлагал ему подстричься налысо, так он чуть в обморок не упал. Мол, краска рано или поздно смоется, а волосы так быстро не отрастут.       — Ещё бы он побрился, когда он на свою стрижку столько денег спустил. — Фыркнула Яна. — Хотя если бы его мама не рассказала ему про специальный шампунь, то ему бы всё равно пришлось побриться. Обычным он бы эту краску смыл где-то через полгода в лучшем случае.       — Еся держит марку.       — Она, на самом деле, совсем не такая стерва, какой хочет казаться, правда.       — Как и Кир вовсе не бесчувственный ублюдок. Ну ты, конечно, это знаешь, сестра все-таки.       — После его последней выходки я в этом на мгновение засомневалась… Сеня только волосами ограничилась, а он ей все открытые части тела расписал. И тоже ведь не смывалось ничем! В одном магазине закупались, что ли…       — Тебе, наверное, неприятно видеть, как они постоянно враждуют. — Сочувственно произнёс Ян. — Как-никак брат и лучшая подруга.       — Это их личное дело. — Пожала плечами Яна. — То, что они оба дороги мне, ещё не означает, что они обязаны между собой ладить. Хотя, конечно, жизнь была бы намного проще, если бы мне не приходилось всё время восстанавливать то одного, то другого после их очередного сражения.       Он улыбнулся и пристально посмотрел на неё, заглядывая прямо в глаза. От этого взгляда у девушки перехватило дыхание.       На телефоне Филатовой высветилось новое оповещение.       — Такси приехало… — Тихо прошептала та, опуская глаза.       Ян помог затолкать в машину их пьяных друзей, и долго настаивал поехать с Яной, так как время было позднее, а Кир и Еся тяжёлые. В конечном итоге, она всё же сдалась под его напором и, возможно, даже чуть-чуть переменила своё мнение об одном конкретном друге её брата.