Take Me To the River / Отведи меня к реке

Kalispell - Back To The Beginning by Sam Naxim

Это было неизбежно, предположила Энди, когда поднималась по лестнице к знакомому зданию, возясь с поясом на своих плиссированных брюках от Филиппа Лима. Она хорошо выглядела, она это знала. Тем не менее, с тех пор как она проснулась сегодня утром, ее уровень нервозности лишь увеличивался. Это казалось замкнутым кругом. Это было все равно, что вернуться к началу, к ее самым первым шагам в Нью-Йорке. Возможно, в этот раз она пойдет в другом направлении, а может и нет. В понедельник она встречалась с исполнительным редактором издательства Харпер и Коллинс и не чувствовала такого волнения. Вчера днем раздался звонок о вакансии в Элиас-Кларк, и Лили сказала ей, что она накаркала это в ту самую ее первую ночь в Нью-Йорке, просто позволив себе задуматься об этом. Она колебалась, когда специалист по подбору кадров прислал ей подробности, задаваясь вопросом, было ли вообще правильным искать работу в Элиас-Кларк или других известных издательствах, верный ли это выбор для нее прямо сейчас. Тем не менее, особого выбора у нее сейчас не было, и попытка выжить в Нью-Йорке за минимальную заработную плату не была тем, на что она была готова пойти. Она вложила большую часть своей жизни в издательское дело, пора начинать пожинать плоды. Когда она прошла через парадные двери, ее чувство дежавю начало рассеиваться. За последнее десятилетие интерьер вестибюля изменился, и она не увидела ни одного знакомого лица, когда подошла к столу службы безопасности, чтобы взять пропуск. Когда она поднималась на лифте легкая улыбка играла на ее лице от воспоминания того, как они с Эмили бежали, пытаясь успеть на двадцать пятый этаж быстрее Миранды, когда им было запрещено делить с ней лифт. Тогда все было проще. Ей не нужно было использовать свой мозг, просто следовать приказам. Офисы относительно нового и молодого издательства Элиас-Кларк под названием «Начало», были расположены на двенадцатом этаже и имели всю необходимую атрибутику современного офисного пространства, предназначенного для тысячи работников. Когда она вошла, она подумала, что надо пересмотреть предложение Лили о шопинге. Люди порхали в повседневной одежде, с пирсингом и татуировками даже не пытаясь их скрыть. Ей удалось найти администратора, и ее направили в офис по другую сторону от места общей работы, где две женщины сидели с кофе и ноутбуками, обсуждая огромную рукопись. Она постучала в открытую дверь, и из-за стола встала невысокая молодая блондинка. – Извини, только что возникла проблема со старой сетью, на использовании которой настаивает финансовая служба. Так много чертовых кабелей. Заходи и устраивайся поудобнее. Ты Энди, верно? – Да, это я, – сказала Энди, не зная, нужно ли закрыть дверь или нет. Перестав сомневаться, она вошла в комнату. Женщина, Кейтлин Грир, вернулась за свой стол еще на пару минут, прежде чем вернулась и плюхнулась в кресло напротив. – Ох, извини за это. Двигай свой стул сюда, и мы начнем, – быстро сказала Кейтлин, опять переключив свое внимание на ноутбук. Энди взяла стул и подвинула его к передней части стола. – Хорошо, – продолжила Кейтлин, глядя на свой экран. – Я ценю твое и мое время, поэтому перейду прямо к сути. Мы ищем кого-то опытного в этой области, который также сможет стать и наставником. У меня есть несколько младших редакторов, которым необходимо больше руководства, и твое имя было первым, которое попало на мой стол, которое я узнала. Твой LinkedIn также немного выделялся. Два года в «Нью-Йоркском Зеркале»? Энди кивнула в ответ женщине, которая, как она догадалась, была по крайней мере на два года младше ее. – Я закончила Стэнфорд по специальности журналистика, но… – Ожидания не совпали с реальностью? – перебила Кейтлин, она очень быстро говорила. Энди пожала плечами: – Можно сказать и так. Это была эра до Трампа. Я хотела заниматься расследованиями, но в то время туда не хотели вкладывать много денег. – Значит, издательство? Почему ты уехала из Нью-Йорка? Видя это, похоже, что ты искала что-то поспокойнее. Это точно не про нас. – Я потратила свое время в небольших издательствах, думаю я искала ... – Твой карьерный путь не имеет никакого смысла, – сказала Кейтлин, снова перебивая ее, махая на свой ноутбук в явном разочаровании от жизненного выбора Энди. – У тебя была стажировка в Бостоне в Рандом Хаусе! Зачем ты бросила такое большое издательство ради бедного и неизвестного в Вашингтоне? У меня есть рекомендации от абсолютно всех, с кем бы я не говорила, и ты хороша, и еще я прочитала последний роман Леи Лопес, так что я знаю, что они не лгут. Ты могла бы открыть свое собственное издательство к этому времени. Я явно что-то упускаю. Кейтлин посмотрела на нее взглядом, который говорил о том, что ее не устроит заранее подготовленный ответ. – Мой бывший муж получил повышение по работе. Ну, несколько повышений, – честно ответила Энди. Глаза Кейтлин опустились на ее свободную от кольца левую руку, и она кивнула в понимании, бросив на Энди взгляд, который был полон сочувствия и симпатии. – Значит, ты вернулась, одинокая и готовая к новой попытке? Самонадеянность Кейтлин начинала раздражать. – Полагаю, можно и так выразиться, – выпалила Энди. – Окей, – кивнув сказала Кейтлин. – Окей? – переспросила Энди в растерянности. – Работа твоя, если ты этого хочешь, – сказала Кейтлин. – Действительно? – «Начало» - это издательство для миллениалов,* как ты, вероятно уже знаешь, – объяснила Кейтлин, – но весь наш бюджет на следующие шесть месяцев, как и наша репутация, поместится на журнальном столике, не говоря уже о книге про лабрадудля, которая стала вирусной, прежде чем мы что-либо поняли. Нам нужно больше доверия, или мы скоро утонем. Ты отредактировала несколько потрясающих книг, некоторые из которых заслуживали большего признания, чем получили. Я хочу, чтобы ты обратила внимание на хорошие истории здесь, и я хочу это сейчас, – сказала Кейтлин, набирая при этом что-то на своем ноутбуке с впечатляющей скоростью. – Я только что отправила тебе предложение по электронной почте, которое я подготовила, – сказала она, закрывая крышку ноутбука, – и мне нужен ответ к концу завтрашнего дня. – Больше не смогла никого найти для этого?– почти зашипела Энди. Кейтлин посмотрела на нее: – Нет, я выбрала тебя, – прямо сказала она, – и обычно я получаю то, что хочу, – закончила она, пожав плечами. Энди окинула взглядом Кейтлин с ног до головы и не сомневалась в этом. На ней было узкое платье металлического синего цвета, подчеркивающее каждый изгиб ее фигуры, от неизвестного дизайнера. Ее волосы и макияж были безупречны и когда она не была сосредоточена на одной из миллиона других вещей - ее взгляд был пронзительным и так и кричал «не связывайся со мной». Она была прямолинейна и резка, и сейчас, когда все личные вопросы закончились, Энди поняла, что это даже несколько освежает. Когда она спускалась в вестибюль, все казалось каким-то нереальным. Она пробыла там меньше двадцати минут. Когда двери лифта распахнулись, она пошла по мраморным полам фойе, планируя оставшуюся часть дня. Она была отвлечена настолько, что не заметила быстро приближающуюся к ней женщину, пока они не столкнулись. – Будь добра смотреть, куда идешь! – бросила она Энди, прежде чем с облегчением взглянуть на все еще нетронутую чашку Старбакса в ее руке. Она раздраженно оттолкнула Энди, побежав, чтобы поймать двери лифта, которые должны были вот-вот закрыться. Она была впечатляюще быстра на своих каблуках. Энди была уверена, что знает, на какой этаж она направляется, и усмехнулась про себя. Она отвернулась от этой сцены, покачав головой и пошла дальше к выходу, оставляя свой пропуск на посту безопасности. Выйдя на улицу, она вытащила телефон и начала просматривать предложение, которое прислала Кейтлин. Оно было привлекательным. Конечно, меньше, чем в Харпер и Коллинс, но им удалось ее заинтересовать, и всегда есть возможность переговоров. Это было нечто другое. Издательство для милленеалов, открывающее новые таланты. Может быть, это поможет выдернуть ее из рутины. Она кивнула сама себе и подняла глаза как раз вовремя, чтобы заметить, как Миранда Пристли поднимается по лестнице к дверям, перед которыми она так по-идиотски стояла. Миранда что-то быстро диктовала помощнику, который яростно печатал заметки в своем телефоне. Энди почувствовала фантомную боль в запястье при воспоминании о подобных утрах до изобретения айфона. Она огляделась, но спрятаться было негде, если только она не побежит. Ей не хотелось привлекать к себе внимание таким образом, поэтому она отошла в сторону и начала спускаться по лестнице. Прошло уже больше десяти лет. Она предположила, что Миранда не узнает ее, не говоря уже о том, чтобы помнить о том, кто она такая. Однако что-то, видимо, отвлекло внимание старшей женщины от ее помощника, и Энди увидела, нет, почувствовала взгляд в ее сторону. Миранда замолчала, слегка приоткрыв рот. Это было мимолетно, и, если бы Энди не провела с ней восемь месяцев в окопах годы назад, она, вероятно, и не заметила бы этого. Однако стало ясно, что Миранда точно узнала, кто она такая, и уж точно не ожидала увидеть ее здесь. Конечно, легкого шока было недостаточно, чтобы отвлечь Миранду, и главный редактор мгновенно вернулась к тому, что продолжила надиктовывать задачи своему помощнику. Она продолжала диктовать, как ни в чем не бывало, и прошла мимо Энди без всякого признака подтверждения узнавания, а ее ассистентка, продолжая делать заметки, открыла для нее дверь. А потом также, как и появилась, она исчезла. Энди выдохнула, даже и не заметив, что задержала дыхание. Она думала, что вероятность увидеть Миранду здесь будет в лучшем случае минимальной. Это было огромное здание, и Миранда никогда нигде не задерживалась. Она была благодарна, что все прошло без происшествий. Разговор с Мирандой Пристли не входил в список ее дел на то утро, да и вообще в любое другое утро, если уж на то пошло. Тем не менее, без сомнения ее заметили, и она могла только надеяться, что любопытство Миранды к ней будет нулевым. – Дерьмо, – простонала Энди.

***

– Что ты имеешь в виду, под тем, что она ничего не сказала? – смущенно переспросила Лили, когда Энди рассказывала ей о своем утре позже вечером. Они обе сидели на старом диване Лили, с китайской едой на вынос. – Именно это, – сказала Энди, протягивая руку к другой коробке с едой, – она ничего не сказала, но я точно знаю, что она меня узнала. Лили закатила глаза, откинувшись со стоном: – Агрх, я уже забыла, сколько ты можешь съесть, – пожаловалась она, положив руки на живот, закрыв глаза и опустив голову на подлокотник. – И, – продолжала она с закрытыми глазами, – я думаю, что ты параноик. Прошло сколько? Одиннадцать лет? Черт, я даже не помню помощника, который был у меня два года назад. – Я знаю, это звучит безумно, но я знаю ее. Она узнала меня. – Возможно, Элиас-Кларк не такая уж и хорошая идея. Ты уже начинаешь сходить с ума еще даже не приступив к работе. Энди бросила подушку в нее, попав в лицо. Лили подскочила и бросила ее обратно в нее. – Ты, знаешь, наверное ты права, – сказала Энди, когда поймала подушку в воздухе. – Конечно я права. Слушай, я знаю, то время было определяющим в твоей жизни, но Миранде, вероятнее всего, было наплевать. Я бы не беспокоилась об этом. Даже если она узнала тебя, что она может сделать? Вызовет тебя на разговор? Выследит тебя в офисе? Я очень сомневаюсь в этом. Энди снова откинулась на мягкий диван Лили. – Ты права. Конечно, ты права. Должно быть, я схожу с ума, – простонала Энди. – Дело во всем этом, возвращении сюда и Элиас-Кларк. Это будит старые воспоминания и путает мысли. – Ну, разберись с этим дерьмом, Сакс, ты начинаешь через пять дней. А до тех пор у тебя есть пять дней, чтобы начать что-то свое. Сделай что-нибудь. Что угодно. Пиши о Миранде-чертовой-Пристли, мне все равно, просто начни что-нибудь. Я вижу это постоянно у художников. Тебе просто нужно начать заново, и тогда все получится. – Может, мне стоит написать о том, что она бессмертна, – сказала Энди. – Она выглядела так же, как и раньше. Как это вообще возможно? – Пьет кровь девственниц? Энди фыркнула: – Я бы не удивилась. Ее помощники выглядели такими же напуганными, как и раньше. Один из них чуть не вытолкнул меня из фойе. Лили недоверчиво покачала головой: – Я не знаю, как ты это делала. – Это просто Миранда, – сказала Энди, не уверенная, сможет ли она передать значение. – У тебя просто нет другого выхода. Конечно, она ужасна, но есть что-то такое в ней, что заставляет тебя хотеть угодить ей. Это как твой любимый учитель и твой самый страшный критик в одном лице. Ты делаешь это не просто потому, что должна, а потому что хочешь. – Тогда это звучит как культ «Подиума», а Миранда его лидер. Ты это понимаешь, верно? Энди засмеялась. В этом не было никаких сомнений. Для последователей «Подиум» был единственной религией, в которую они верили. Энди, конечно же, изменила свое мнение насчет моды, но она больше не могла слепо следовать за ней. Индустрия могла многое менять в глобальном масштабе, независимо от того, как она ценила искусство. Была причина, по которой ее одежда была дорогой, и это было сделано для того, чтобы убедиться, что она не была сшита в грязной мастерской. Ну ... по большей части. – Ты же не планируешь пить виски с колой до отключки? – спросила Лили. – Не волнуйся, сейчас меня не так легко расстроить. – Мы говорили о Миранде Пристли большую часть последнего получаса,– сказала Лили со знающим тоном, пристально глядя на нее. – Не будь так чертовски уверена.