Глава 16. Продолжай, если осмелишься
4 марта 2019 г., 20:48
The XX - I Dare You
Энди сидела в халате и стучала телефоном по ладони. Контакт Миранды был открыт там и ждал, но она не могла заставить себя позвонить. – Привет, извини, что вывалила на тебя свою жизнь прошлой ночью, – сказала она вслух слишком бодрым тоном. Ну, это было бы немного поверхностным извинением, учитывая, что она изливала свою душу Миранде много раз и без принуждения. Они не разговаривали почти месяц и ее нервы подводили ее среди бела дня. Это было глупо. Она знала, что это глупо. Она позволила своему гиперактивному воображению взять над ней верх, создав между ними ситуацию, которая теперь была чревата... чем-то. Если бы у нее была способность вести себя нормально, когда ей это необходимо, она бы не была в таком беспорядке. Она снова посмотрела на телефон. Миранда попросила ее позвонить. Все будет гораздо хуже, если она проигнорирует просьбу – не только лично, но и профессионально. Имея это в виду, она подняла очки на голову и стиснула зубы. Телефон зазвонил. И звонил. И в конце концов звонок перешел на голосовую почту. Энди вздохнула. Это было достаточно разочаровывающе, подумала она, когда вызов прекратился. Телефон ожил через несколько мгновений и упал на пол, продолжая звонить оттуда, или нет. – Черт, – выругалась Энди, когда нырнула за ним и ответила. – П-привет. – Андреа, – сказала Миранда, вместо приветствия. – Я - ты сказала позвонить, так что я звоню, – тупо ответила она. – Это очевидно, – сказала Миранда с намеком на веселье в голосе. Энди сопротивлялась желанию выругаться. – В смысле, я хотела позвонить, – поправилась она. – Действительно? – Конечно, я так бы и сделала. Просто ты говорила, что занята, и я не хотела тебя беспокоить. – И это останавливало тебя раньше? – ответила Миранда с намеком на вызов в голосе. Энди замолчала. – Нет, не думаю, – ответила она в конце концов. – Хм, – только и сказала Миранда в ответ. – Ты не облегчаешь мне задачу, – возразила она. – Я не знала, что это моя работа – делать легче эту дружбу для тебя. Особенно учитывая то, что это не я бежала к двери в последний раз, когда мы были вместе. – Бежала!? – пробормотала Энди. – Я не бежала. – Я видела, как олимпийские спринтеры бегают медленнее. Я думала, тебе необходимо немного пространства. – Зачем мне необходимо пространство? – нервно хихикнула Энди. Господи, этот разговор не в ее пользу. Миранда была в настроении надавить, и она продолжала загонять ее в угол раз за разом. – Ты мне скажи. – Ты заставляешь меня нервничать! – выпалила Энди. – С каких пор? – потребовала Миранда. – С...недавнего времени, – заикаясь произнесла Энди, открывая гораздо больше, чем намеревалась. – И что же я такого сделала в последнее время, что сделало тебя такой пугливой? – Ничего, – быстро ответила Энди. Слишком быстро. – Ну, ясно что это что-то, – сказала Миранда. – И что бы это ни было, советую тебе разобраться с этим до следующей среды. – А что будет в следующую среду? – То же самое, что происходит каждую среду, или ты хочешь что-то изменить? Энди чуть не подавилась из-за этого, но взяла себя в руки, прежде чем ответить. – Нет, в следующую среду все будет прекрасно. – Тогда и увидимся, – сказала Миранда, прежде чем закончить разговор. Энди застонала, когда откинулась на диван, еще раз обдумывая свой жизненный выбор.***
Праздничный период, к счастью, прошел без происшествий. Энди знала, что со стороны, вероятно, кажется немного грустным проводить Рождество в одиночестве и пижаме, смотря старые рождественские фильмы; но иметь квартиру в полном распоряжении было блаженством, по которому она не понимала, что скучала. Возможно, это было цинично, но она не считала себя настолько глупой, чтобы верить в то, что семейное Рождество в Огайо закончилось бы иначе, чем хлопаньем дверей и дорогой сменой рейса, чтобы уехать оттуда пораньше. Рождественские фильмы были единственным местом, где существовала магия Рождества, и, честно говоря, она была в порядке с этим. К тому времени, когда наступила запланированная среда, она была хорошо отдохнувшей и чувствовала себя более сосредоточенной, чем когда-либо. В конце концов, Миранда была Мирандой. Последние несколько месяцев она снова и снова нажимала на кнопки без каких-либо трагических последствий. Что бы немного подтолкнуть? Миранда делала то же самое с ней. Она открыто издевалась над ней по телефону во время их последнего звонка. Это было похоже на игру в кошки-мышки; пограничное тестирование. С какой целью, одному Богу известно, но сегодня вечером Энди собиралась выяснить. Она расправила плечи и уверенно зашагала вверх по лестнице к таунхаусу. Она нажала на звонок и стала ждать. И ждала. И ждала. Она наклонилась в сторону и попыталась заглянуть в боковые окна. В фойе горел свет, что, по крайней мере, указывало на то, что кто-то был дома. Она потянулась, чтобы снова позвонить, когда дверь открыла Миранда, одной рукой она прижимала телефон к уху, а на другой был поднят указательный палец, чтобы заставить Энди молчать. Выражение ее лица могло расплавить стекло, и это было до боли знакомо. Кто-то облажался. – Скажи ей, чтобы она вернулась в офис и исправила это, – сказала Миранда тому, кто был на другом конце линии. – Мне все равно, даже если она будет там до завтрашнего утра. Если она планирует работать в следующем году, она сделает это до того, как я зайду в здание, – закончила она и завершила вызов. Миранда сделала вдох, прежде чем признать присутствие Энди простым: – Андреа. – Привет, – ответила Энди, холодный вечерний воздух обвился вокруг ее голых лодыжек. Миранда не пыталась ответить, предпочитая стоять в дверях и не торопясь осмотрела Энди с головы до ног. Когда ее взгляд вернулся к глазам Энди, выражение ее лица было задумчивым, когда она отошла в сторону и махнула ей внутрь. Энди почувствовала, как ее только что пропустили через сканер всего тела в аэропорту, но она стряхнула это, и бросив сумку сняла пальто. Миранда потянулась к нему, когда оно соскользнуло с ее плеч и быстро поместила в шкаф. Энди стояла на месте и смотрела, как опытные руки повесили ее пальто на вешалку и оставили рядом с тем, что Энди всегда считала забытым пальто, но, по-видимому, это были статисты, которые накопились в гардеробе Миранды и были отправлены сюда для гостей, которым могли понадобится. – Наверх, – просто сказала Миранда обернувшись. – Хорошо, – пожав плечами, ответила Энди, схватила сумку и последовала за ней. Привычка, казалось, диктовала их действия так, как они обычно устраивались, но, когда Энди начала распаковывать свои вещи, Миранда остановила ее. – Это был долгий день, – сказала она в качестве объяснения, прежде чем махнуть в сторону бутылки красного, которая уже дышала на кофейном столике перед ними. Энди потянулась к нему. – Так и есть, – сказала она, наливая каждому по бокалу, прежде чем осторожно поставить бутылку на стол и передать бокал Миранде. – Но, приятно вернуться, – убежденно сказала она. Миранда наблюдала, как она поднимает свой бокал. – Ты выглядишь более расслабленной, чем в прошлый раз, – заметила она. Сразу к делу, подумала Энди. – Это были странные несколько недель. Миранда внимательно наблюдала за ней. – И как Нейт? – спросила она прямо. – Взволнован своей новой работой. – Он, кажется, очень хотел поделиться этим с тобой. – Думаю, он хотел разрядить обстановку. В Чикаго было грязно, – объяснила Энди. – И Нью-Йорк был всем, что ты когда-либо хотела. Прошел полный круг, не так ли? И с таким безупречным временем. Тон Миранды подсказал ей, что это далеко не совпадение, что Нейт снова оказался в Нью-Йорке. Это заставило Энди задуматься. – Когда он вернется? – спросила Миранда с беззаботностью, прежде чем сделать глоток вина. Разум Энди пытался понять, что здесь происходит. – Ну, когда-нибудь в новом году? Наверное? – смущенно ответила она. – Ты не знаешь? – сказала Миранда, ее брови слегка приподнялись от удивления. – Я не спрашивала своего бывшего мужа о подробностях его жизни, пока у меня была истерика на тротуаре, нет, – ответила Энди с оттенком недоверия. Уголки рта Миранды приподнялись, и она расслабилась на стуле. С другой стороны, Энди начинало казаться, что они с Мирандой ведут два совершенно разных разговора. Ей явно не хватает практики. Она потянулась за бокалом и сделала глоток. – Ты, кажется, не нервничаешь, – заметила Миранда через некоторое время, когда Энди позволила себе расслабиться в тепле Пино Нуар 2009 года из долины Санома. Миранда не часто отходила от европейских вин, поэтому было редкостью видеть бутылку Калифорнийского красного в один из вечеров. – Хмм? – Очевидно, то, что мешало тебе нормально вести себя в моем присутствии, прошло. Бокал Энди замер на пути к ее рту. – Полагаю, да, – осторожно сказала она, внезапно осознав, как сильно она не хотела этого разговора. Она просто хотела, чтобы все вернулось на круги своя, как было до их последнего катастрофического вечера здесь, на этом самом месте. Она была хороша в отрицании. – Я не думаю, что ты хочешь объяснить мне, в чем дело? – надавила Миранда. Энди нервно усмехнулась при первом же вопросе. – На самом деле нет. Ничего особенного. – И все же, все улики указывают на обратное. Энди узнала этот тон голоса Миранды. Он подсказал ей, что этот разговор будет продолжаться до тех пор, пока Миранда не получит удовлетворительного ответа. – Я хочу знать, почему, Андреа, – продолжала Миранда. – А мы не можем просто отпустить это? – Ты когда-нибудь видела, чтобы я что-нибудь отпускала? Энди усмехнулась и подняла глаза, чтобы встретиться с Мирандой. Другая женщина пристально смотрела на нее, выглядя слегка удивленной. Это было приманкой. Ну, двое могут играть в эту игру. Энди побарабанила пальцами по краю бокала, прежде чем опустошить содержимое в один присест и поставить его. – Ты ведь не возражаешь, когда я прикасаюсь к тебе? – спросила она, ее голос был тверже, чем она ожидала. Миранда подняла голову. – О чем ты говоришь? – Я думала об этом всю прошлую неделю, и я была очень свободна со своими руками, когда ты была рядом, и ты ничего не сказала. Тебя это не беспокоит? – Мне кажется, мы уже проходили это. – Значит, тебя это не беспокоит. – Нет, Андреа. Меня это не беспокоит. Энди потянулась за бутылкой и наполнила свой бокал. – Ты готовишь для меня ужин, знакомишь меня со своими дочерьми – ну, во всяком случае, с одной из них; ты позволяешь мне пить красное вино на этом диване, который, я уверена, стоит почти половину моей годовой зарплаты, зная, что я довольно неуклюжа. – Я предполагаю, что в этой обличительной речи есть какой-то смысл, – вмешалась Миранда. – У меня есть друзья. Это, – Энди замолчала, махая рукой между ними, – не ощущается как дружба. – Тогда скажи, как же это ощущается, – настаивала Миранда. Она пристально смотрела на нее, а ее лицо ничего не выдавало. Энди почувствовала, как дрожат ее руки, когда она глубоко вздохнула и поставила бокал на стол. Это не входило в ее планы на сегодняшний вечер, но что-то в лице Миранды толкало ее вперед. Энди хотела бы, чтобы ее профессиональное мастерство распространялось и на ее личную жизнь, но ее способность контролировать свое лицо, казалось, навсегда ограничилась офисом. – Это очень чувствуется как ... Внизу хлопнула дверь, и они обе вскочили со своих мест. Из холла раздался смех. Миранда посмотрела в сторону лестницы, прежде чем пригвоздить Энди взглядом. – Этот разговор еще не закончен, – сказала она низким голосом, когда близнецы начали подниматься по лестнице. Энди не могла отвести от нее глаза.***
Миранда смотрела, как ее машина отъезжает от тротуара, прежде чем осторожно закрыть дверь. Когда она повернулась, две молодые женщины стояли, скрестив руки на груди и соответствующими ухмылкам на лицах. – Ничего себе, ты не шутила, – сказала Кэссиди Кэролайн, прежде чем разразиться смехом. В этот момент Миранда поняла, что дни, когда она мечтала о том, чтобы девочки вернулись домой, закончились, и причем давно. И было совершенно очевидно, почему.
