Полтергейст

      Я это сделала… Сделала! Зачем?! Ведь собиралась же только наблюдать и не вмешиваться. Как будто опытные сталкеры, которые сумели проскочить мимо Выжигателя, без меня бы не справились с маленьким, пусть и хорошо вооруженным, отрядом монолитовцев. Если они перебьют друг друга, кто будет отстреливать мутантов, которыми кишит заброшенный город? Люди-то меня не видят, но кровожадные твари, которые сидят в каждой подворотне, чуют за версту и своего не упустят. Есть вероятность, одна на миллион, что я снова найду сталкеров в сером, это же их город, но, думается мне, раньше меня растерзают на мелкие кусочки, и никто никогда не узнает, где белеют мои косточки. Они же тоже невидимые!       Жизнь галопом пронеслась перед глазами, пока я, перепрыгивая сразу через две ступеньки, сшибая в темноте мусорные кучи и теряя шлепки, бежала вниз по лестнице. Скрываться больше не было смысла. Но грохот, производимый мной, просто потонул в канонаде, которая началась сразу же после моего «набата». Кисти рук ныли, а неприятная дрожь, прокатившаяся после удара по позвоночнику от макушки до пяток, показалась легким, приятным поглаживанием по сравнению с уколами бетонных крошек, которые, словно иглы, впились мне в лицо и шею. «Взял» бы монолитовец чуть ниже, и мне бы просто размозжило голову. Но вместо этого он, сам не ведая того, подарил мне драгоценную секунду, чтобы я успела отшвырнуть в сторону ненужный железный прут и броситься наутек.       Впредь мне надо быть осторожнее, намного осторожнее, если я не хочу сгинуть в этом Богом забытом месте, так и не разобравшись, как и для чего я сюда попала.       Приступ героизма прошел, и теперь инстинкт самосохранения гнал меня прочь от коридора с бесчисленным количеством пустующих классных комнат, в которых завязался нешуточный бой. От широкого холла с двустворчатой дверью, ведущей на просторный школьный двор, меня отделяли какие-то несколько шагов. Я уже могла различить на бетонном полу плоские прямоугольные пятна лунного света, такие же пыльные, как и тусклые оконные стекла, через которые он просачивался в помещение. Как вдруг здание сотрясли мощные взрывы. На мгновение показалось, что неведанная сила зачем-то приподняла огромное четырехэтажное строение над землей, а потом так же неожиданно резко опустила его на место.       «Да что они там вытворяют?!»       Ступеньки поплыли у меня под ногами, и я, потеряв равновесие, приземлилась на пятую точку, больно ударившись копчиком. Шлепанцы, слетев с ног, описали красивую дугу и с каким-то влажным всплеском, будто угодили в лужу, упали у основания лестницы. Ударной волной в окнах повыбивало стекла, в воздух облаком взвилась пыль, забиваясь в нос и горло, а на голову, припорошив волосы, сверху из всех щелей посыпались штукатурка и частички мелкого мусора. Оглушенная, вцепившись в перила, я с ужасом ждала, что вот-вот меня раздавит лестничными маршами, которые сложившись, как костяшки домино, обрушатся вниз. Многотонное здание школы скрипело и стонало, словно большой потревоженный зверь. Но постепенно все скрежещущие звуки стихли, бетонная конструкция замерла, пыль улеглась. Автоматные очереди и одиночные выстрелы раздавались все реже. Прислушавшись, я поняла, что поле боя переместилось куда-то вглубь третьего этажа, а после серии взрывов, прыти у враждующих сторон, похоже, заметно поубавилось. Они стали действовать более осторожно.       Придерживаясь рукой за перила, я поднялась на ноги: нечего рассиживаться, когда над головой рвутся снаряды и свистят пули. Шлепки лежали в пяти ступеньках от меня, и до выхода из здания было уже рукой подать. Но я, замерев, растерянно смотрела на свою обувь, которая, оставаясь на месте, покачивалась над полом, как будто медленно плыла по волнам. Я пыталась вспомнить, была ли на полу в холле вода или любая другая жидкость, когда я входила в здание, все-таки на улице моросил промозглый дождь, и пришла к выводу, что нет: вестибюль школы был абсолютно сух, и последнюю влажную уборку в нем проводили как минимум тридцать лет назад.       Шлепанцы продолжали колыхаться в воздухе. Невидимые волны как будто даже подталкивали их поближе к лестнице, словно говоря мне: ну же, возьми, осталось только протянуть руку. А я все смотрела на их плоскую подошву со стертым протектором и никак не могла заставить себя сдвинуться с места.       «Ты же помнишь, в каком месте оказалась?» — спросил меня мой внутренний голос, и я, мысленно кивнув, нагнулась, набрала пригоршню мусора, а потом, чуть размахнувшись, запустила мелкие камешки, песок и все, что попалось под руку, в свою обувь. Несколько легких соринок, срикошетив от плотной резины, отлетели далеко в сторону и исчезли в сумраке. Но зато весь остальной мусор увяз в неизвестной субстанции, точно в бесцветном киселе. Пол вокруг шлепанцев на мгновение потемнел и «уплотнился», и я ясно увидела, что все свободное пространство около лестницы заняло странное желеобразное существо, перегородившее собой путь к выходу.       Глазные щупальца еще не успели вытянуться на всю свою колоссальную длину, как я, с мыслями: «Фиг с ней, с обувью», — уже мчалась вверх по лестнице, обещая себе, что если (стоп, никаких «если»!) — когда я выберусь из этой передряги, то обязательно куплю себе абонемент в тренажерный зал. Рядом с домом недавно открыли новую «качалку», но я так туда ни разу и не заглянула, хотя ежедневно по дороге с работы, закрыв книжный магазин на ключ и включив сигнализацию, я засматривалась на неоновую вывеску. Мне казалось, что со мной все в порядке — стрелка напольных весов колебалась в пределах допустимого, — а вот теперь, когда легкие и икры горели огнем от запредельных нагрузок, я поняла, что сильно заблуждалась на свой счет.       Отделаться от слизня-переростка оказалось не так-то просто. Когда он перестал выдавать себя за часть напольного покрытия, у меня больше не осталось сомнений. Не бывает в Зоне травоядных — одни хищники. Вот и этот тоже, разбуженный грохотом, выполз из своего укрытия под лестницей в поисках легкой добычи. Вытянув в струну серое перламутровое тело, мутант играючи преследовал меня вертикально по прямой, легко скользя между лестничными перекрытиями. К моему неподдельному ужасу слизняк оказался проворней. Достигнув площадки третьего этажа, на котором шел бой, монстр бесформенной кляксой шмякнулся на пол и тут же расползся по стенам коридора, чуть ли не касаясь своим телом потолка, отрезая меня от пути к возможному спасению.       Не сбавляя скорости на повороте, прижимаясь как можно плотнее к перилам, я проскочила мимо мутанта. Оказавшись на четвертом этаже, я услышала за спиной громкий треск электрического разряда, а обернувшись, увидела отблески ярких голубоватых вспышек на облезлых стенах. Мутант же, шипя от боли, упорно продирался через «Электру», которая беспощадно жалила его мясистое тело.       Аномалия, которая явно не любила, когда ее тревожили большие скользкие слизни, активировалась как нельзя кстати. Переводя дыхание, я с надеждой вслушивалась в булькающие звуки, очень надеясь на то, что электрическая ловушка поджарит и прикончит монстра. Прихрамывая на обе ноги, я торопливо ковыляла прочь от лестницы, над которой показалось голова живучего чудища. Не надо было останавливаться: пока бежала, я почти не чувствовала боли, зато теперь каждый порез на ступнях, каждый содранный лоскуток кожи давали о себе знать.       Во многих классах не было мебели. Кабинеты стояли абсолютно пустыми, даже проводка, и та была выдрана «с мясом». В одном парты и стулья были сломаны и свалены в кучу под большим светлым пятном на стене, где когда-то висела меловая доска. Зато в другом школьная мебель была расставлена ровными рядами, даже стулья стояли аккуратно задвинутыми под парты, будто пройдет ночь, а утром — снова занятия. Но все комнаты, царил ли там бедлам или был идеальный порядок, выглядели одинаково жутко, и я перестала тратить драгоценное время, заглядывая в каждый дверной проем, рассчитывая найти надежное местечко, где смогу спрятаться от слизня. Я оглянулась: он уже почти полностью вполз в коридор и теперь активно вращал своими щупальцами-антеннами, стараясь напасть на мой след.       Тьма коридоров словно рассеялась и спряталась по закоулкам. Стало намного светлее. И дело было не только в распахнутых настежь покосившихся дверях классных комнат с огромными окнами на полстены. Через несколько шагов я остановилась. Бетонная плита, которая служила полом — ее не было, как и потолка над головой. Через огромную дыру в крыше в здание, пробиваясь сквозь плотную пелену облаков, лился тусклый лунный свет.       Не пройти, только если попытаться перебраться на другую сторону провала по узенькому бетонному бордюрчику вдоль стены, но с моими израненными ногами — это не реально, а если вспомнить, с какой скоростью передвигается склизкий мутант по любой поверхности, то не стоит даже и пробовать. Все равно догонит и сожрет.       Я села на край, осторожно свесила босые ноги и посмотрела вниз.       И почему из всех людей, которые сейчас носятся по заброшенной постройке, пытаясь уничтожить друг друга, эта тварь прицепилась именно ко мне? Не потому ли, что я — единственная, кто пошел обратной дорогой, тем самым нарушив неписанную заповедь Зоны: нельзя возвращаться по своим следам — примета плохая — сдохнешь.       Крепко ухватившись за торчащие из стены куски арматуры, чтобы раньше времени не грохнуться вниз, я осторожно перевернулась на живот. Слизень был уже в нескольких метрах и мчался ко мне на всех парах. Ноги мои болтались в пустоте, пальцы безуспешно тянулись, стараясь нащупать опору, но рукам все еще не хватало решимости оторваться от холодного железа.       «Всего каких-то три метра. Ну, может чуть больше… Хуже не будет. Прыгай!»       Свободное падение длилось не дольше секунды, но и за это время я успела пожалеть о том, что не спряталась в классе, не попыталась покинуть задние через окно по пожарной лестнице (даже не зная, есть ли она в этой части школы или нет) и что как следует не рассмотрела точку приземления. А вдруг там — битое стекло или ржавое железо, и я обязательно поранюсь?       Пятки и ладони больно и звонко ударились о бетонный пол, коленные чашечки жалобно хрустнули, но, в целом, все обошлось.       Прежде, чем с радостным воплем: «Еще жива!» — вскочить на ноги, я быстро посмотрела на потолок. Почернев от досады, слизняк возмущенно шипел и пузырился у самого края провала. Густая тягучая слизь, словно кисель через край кастрюли, капала, оставляя на полу рядом со мной жирные черные кляксы, а сам монстр уже потихоньку начал соскальзывать вниз.       В висках застучало, и сквозь нарастающий гул крови, помимо звуков крошащегося и осыпающегося под весом желеобразного монстра бетона, я услышала чьи-то шаги. Кто-то бежал в темноте. Не успела я подняться на ноги, как этот кто-то врезался в меня и, ругаясь на чем свет стоит и споткнувшись, по инерции перелетел через голову. От сильного толчка меня швырнуло на пол. Я чуть не взвыла от боли — удар армированным ботинком пришелся чуть пониже спины, — но тут же на четвереньках поползла в сторону, освобождая дорогу для еще одного бегуна в экзоскелете. Почувствовав вибрацию, слизень завис воздухе и нацелил глаз-антенну на вставшего на одно колено примолкшего сталкера. Другим же зорко продолжал следить за всеми моими перемещениями.       Вжавшись в стену, я смотрела, как боец в серо-зеленой броне с яркими оранжевыми вставками на шлеме, бедрах и груди — цветами «Свободы», — не спуская глаз с плотоядного куска слизи, точным движение отправил боезапас в гранатомет и прицелился.       — Миклуха, давай из подствольника его… — тихо проговорил появившийся из темноты второй сталкер, держа на мушке и обходя по дуге монстра, чье тело, словно натяжной потолок, зависло над коридором.       — Не учи ученого…       Воспользовавшись замешательством слизня — вместо одной мишени, перед ним появилось сразу три, — мне надо было бежать, искать другой выход на улицу, но вдруг стало интересно: «Электра» не причинила мутанту видимого вреда, только разозлила. Справятся ли с ним люди?       Выпущенный снаряд молниеносно преодолел расстояние до мутанта. Мне показалось, что граната просто-напросто увязла в студенистом теле, а потом слизня будто втянуло в дыру в потолке. Оба сталкера проворно нырнули в ближайшую к ним дверь, и я тут же последовала их примеру. Новый мощный взрыв сотряс здание школы от подвала до чердака, и отсиживаясь за стеной, я услышала, как в коридоре пошел самый настоящий дождь из ошметков раскуроченного тела мутанта. В моем буйном воображении моментально возникли забрызганные слизью стены и извивающиеся на полу в смертельной агонии куски серой плоти, и я несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь унять тошноту.       А свободовцы, любопытные как кошки, уже выглядывали из проема, чтобы посмотреть на останки монстра, и, видимо, остались довольны результатом.       — Сейчас блевану…       «Вслух зачем было это говорить?»       Я зажала ладонь рот и недовольно глянула на спины выходящих из комнаты мужчин. Они внимательно смотрели себе под ноги, явно стараясь не вляпаться в то, что осталось от слизня.       — Мерзость… — донеслось до меня из коридора. — Леос, подожди, не торопись…       Миклуха, кажется, это был он — сталкер, который одним выстрелом избавил меня от зубастой склизкой проблемы, — через минуту снова появился на пороге, но уже с детектором в руках. Он медленно вошел в комнату и оглядел пустой темный класс через дисплей. Потом что-то изменил в настройках устройства и снова провел рукой, поворачиваясь вокруг своей оси вслед за прибором. В проеме двери появился второй свободовец. Он тоже внимательно всматривался в мерцающий экран, светившийся у него в ладони:       — Ничего.       — Нет, ошибаешься, — задумчиво, со знанием дела, протянул Миклуха. — Слизняк за кем-то охотился, и этот кто-то все еще здесь.