Полтергейст

      Надо бы спуститься ниже, как можно ниже. Нащупав ногой следующую ступеньку, попыталась встать. Голова тут же поплыла, а крутая лестница изогнулась дугой. Ступеньки внезапно показались такими далекими-далекими, будто бы я смотрела на них с высоты десятиметровой вышки, под которой, вместо бирюзовой воды бассейна, плескалась непроглядная чернота. Придерживаясь за стену, медленно, чтобы не кувыркнуться вниз, вернулась в исходное положение. Интересно, меня штормит от потери крови или от начинающегося выброса?       Дверь в бункер продолжала сотрясаться от мощных ударов, но пока стойко выдерживала натиск. Воображение живо нарисовало мутанта, как если бы я наблюдала за ним со стороны. Вот он отступает на несколько шагов. Одна нога чуть отставлена назад. Колени согнуты. Грудная клетка раздувается, словно меха. Истекающий кровью монстр собирается с силами и снова идет на таран.       «Выбьет или нет? Ставлю сломанный детектор Миклухи на то, что да. Вот же упертая тварь».       Мир за бетонными стенами окрасился в багряные тона. Словно там, обгладывая деревья, бушевал свирепый лесной пожар. Через широкую щель в двери виднелся пульсирующий, как свежая рана, краешек неба. Секунда, и я отвела взгляд: смотреть на алые всполохи, которые, казалось, прожигали сетчатку, было невыносимо.       Шею больно «ужалила» бетонная крошка. На поспешно прижатой к уколу ладони осталось пятнышко крови. Нехорошо. Дверь может быть и выдержит, а вот испещренная трещинами стена уже готова обрушиться.       «Да что же они все такие сильные-то? Одна дверь раскурочила, как нечего делать, другой ее доламывает», — думала я, сползая в подсвеченную красным темноту еще на несколько ступенек.       И вовремя. Неутомимый монстр успешно справился с преградой, отделяющей его от «еды» и безопасного убежища.       С оглушительным грохотом металлические пластины и часть стены завалили пол маленькой каморки, взметнув к потолку облако пыли. Прикрывая голову руками, я осторожно приподнялась над ступеньками.       Широко раскинув лапы, болотная тварь неподвижно лежала поверх груды бетона.       «Сдох-нет?»       В красном отсвете выброса и ослепительно-белых молний, вспарывающих небо и без устали жалящих землю, отчетливо вырисовывался силуэт монстра: огромный, величественный, внушающий ужас и трепет даже в своей неподвижности. О том, чтобы обойти его и выбраться наружу, не было и речи. Гипнотизируя его взглядом, чуть громче обычного выдохнула забившуюся в нос пыль. Взгляд зацепился за бетонную глыбу. Прикинула навскидку вес. Что если поднять ее и со всей дури опустить на голову, размозжив череп вместе с мерзкими щупальцами? Но для этого придется встать и подойти к кровососу поближе. А может, он только этого и ждет? Сил, видать совсем не осталось, раз сразу не накинулся. И лежит на животе так, подобрав ноги, чтобы в любой момент можно было вскочить.       Надо что-то решать. От смердящего запаха немытого тела и свежей крови, с которым не мог совладать ворвавшийся в бункер холодный ветер, становилось дурно. Промедление из нас двоих шло на пользу только мутанту. Регенерация, будь она не ладна. Отлежится же и снова в бой.       «Не паниковать и не делать резких движений. Ты сможешь», — уговаривала я себя, когда не получилось подняться с первого раза.       Не спуская глаз с кровососа, я сосредоточилась на своих ощущениях. Тело одеревенело и стало будто чужим. Суставы трещали, словно сухие поленья в костре. И только сердце работало исправно, как часы. Гул крови, оглушая, тревожным набатом звучал в голове.       Упираясь лопатками в стену, я все же встала на ноги. Покачнулась, теряя равновесие. И тут же навстречу взметнулась когтистая лапа. Смерть на кончиках пальцев пронеслась в миллиметре от горла, заставив отпрянуть и вжаться в бетон.       — Так и знала… — Тяжело дыша, я начала боком спускаться по лестнице, не решаясь повернуться к мутанту спиной. Ведь знала же, что притворяется, и все равно испугалась до чертиков. Хитрая тварь. Хитрая и умная.       Кровосос медленно опустил руку. Загнутые, как у хищной птицы, когти чуть слышно клацнули о бетон.       Помню, когда была ребенком, прабабушка рассказывала мне, как однажды, возвращаясь поздним вечером с работы, повстречала хозяина тайги. Она говорила, стены комнаты таяли. Сквозь них проступали вековые ели и первые холодные звезды над ними. И я отчетливо видела медведя со смерзшейся шерстью на груди и ледяными иглами на загривке, замершего на припорошенной снегом тропе. Серебристое облачко пара вырывалось из приоткрытой черной пасти, влажных ноздрей и таяло в темном небе. А вокруг ни души — только напуганная до смерти молодая девчонка и огромный бурый медведь. Тогда, по малолетству, я не поняла, о каком таком животном ужасе она говорит. Это же самое настоящее приключение: с почтовой сумкой наперевес наткнуться в лесу на косолапого, который еще не залег в спячку. Для меня, живущей в огромном мегаполисе, все рассказы о жизни в маленьком северном городке были похожи на сказки, в которых дружно жили бок о бок и звери, и люди. Да и разве могут от страха становиться ватными и отниматься ноги, а человек забывать как дышать?       А вот теперь поверила. Могут. Только лечь и прикинуться мертвой — для меня непозволительная роскошь.       Скользя ладонью по ледяной стене, я чувствовала, что идущая из недр земли дрожь усилилась. Но вопреки здравому смыслу и выработанному за годы алгоритму действий при землетрясении, продолжала спускаться вниз, рискуя в любой момент быть погребенной заживо. Мозг же услужливо подкидывал картинки из далекого далека. Только бы не прислушиваться к тому, что происходит за спиной. А судя по звукам, доносящимся сверху сквозь вой и рев разбушевавшейся стихии, кровосос оклемался и ползком на брюхе последовал за мной в подземелье. Монстр хрипел, отхаркивая сгустки крови и слизи, как будто проверял: исправно ли заработали зажившие легкие. И он не торопился, зная, что никуда от него не денусь.       «Только бы не заперто», — подумала я, подавив в зародыше приступ паники, когда добралась до крохотного пяточка, служившим основанием лестницы, и нащупала дверной косяк.       Рука свободно ушла в темноту. Металлическая дверь оказалась распахнута настежь. Пригнув голову, переступила порог. Проход с низким потолком, меньше метра в ширину, больше напоминал укрепленную траншею под прокладку труб, чем коридор подземного сооружения. Шагая в кромешной тьме, куда не проникали красные отсветы выброса, я решила не отрывать ладони от стен, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве.       Вдруг левая рука провалилась в пустоту. Еще туннель?       «Так, думай, только быстро. На что похоже?», — мысленно подстегнула я саму себя, услышав вдалеке противный металлический скрежет.       Мутант протиснулся в коридор.       — Чтоб ты там застрял…       Исследуя на ощупь открывшийся проход, я знала, что, будь у меня с собой фонарик, увидела бы штольню, уходящую вбок от основного туннеля. На ее стенах — глубокие рытвины от бура и разноцветные прожилки какой-нибудь руды. Это точно камень, а не бетон. Я еще раз провела рукой по шероховатой поверхности, собирая склизкую грязь, и тут же обтерла руку об пропитанную кровью штанину. Знать бы наверняка, что эту жидкость можно пить, прижалась бы к ниточке ручейка пересохшими губами. Да и воздух в этом коридоре был совсем другой: безжизненный и затхлый. Но стоило мне снова вернуться в траншею, как по ногам сразу потянуло сквозняком.       Как пить дать, штольня заканчивалась тупиком. Однако, соваться в нее, чтобы проверить гипотезу, было крайне опасно и неосмотрительно.       Нет, только вперед, не тратя ни секунды драгоценного времени на ненужные остановки, после которых, как оказалось, невероятно трудно заставить себя сдвинуться с места. Тем более, что кровосос уже наступает на пятки и дышит в затылок. Хотя… Я оглянулась, вглядываясь в темноту. Что, если и впереди — тупик, и из бункера нет другого выхода? Наверняка нет. А даже если и есть, то мой шанс найти его — один на миллион. Тогда пора прекращать эту агонию: нужно просто остаться на месте и подождать, пока он доковыляет.       Но… Но я не могу: слишком страшно. Нет у меня столько мужества, чтобы встретить мутанта лицом к лицу.       Живот скрутило от невыносимого ужаса. Не верилось, что Зона уготовила мне такую печальную участь. Для чего, спрашивается, было выдергивать меня из уютного, безопасного мирка? Чтобы как следует измотать в катакомбах и в итоге скормить оголодавшему монстру?       «Будь ты проклята…»       Подгоняемая страхом, слепая, как крот, через какое-то время я поняла, что заблудилась. Был ли это все тот же коридор или один из многочисленных боковых туннелей, было уже неважно. Помнила лишь одно: раненый кровосос не отставал, и где бы я не решила спрятаться, он легко найдет меня по запаху крови.       «Быстрей бы», — мелькнула постыдная мысль, и в тот же миг земля ушла у меня из-под ног.       Я совершенно упустила из вида то, что лестница, по которой я спустилась в бункер, могла быть не единственной в этих катакомбах. Вернее, я об этом даже не думала, пока не оступилась и не взвыла от боли, поспешно зажав рот ладонью.       — Кто так строит?! — злобно вопросила я неведомого архитектора, торопливо ощупывая ногу и гадая: сломан ли голеностоп или же отделаюсь вывихом и легким испугом. И внимательно прислушалась. Что-то изменилось. Появилось эхо, которого раньше не было. Если в туннелях босые ноги шлепали по полу, и звук шагов исчезал, не успев зародиться, то здесь он словно разошёлся веером и свободно устремился ввысь. Значит, коридоры и эта чертова лестница привели меня в какое-то помещение. Судя по акустике, оно должно быть довольно большим и просторным. Можно будет выпрямиться во весь рост. Присмотрелась. Точно, комната, сферическая, и мрак в ней не такой густой, как в туннелях. Кажется, я даже разглядела противоположную стену с темными прямоугольниками двери или шкафов. Не разобрать.       Так, а откуда идет свет? Запрокинув голову, заметила два крошечных бледно-розовых пятна на потолке. Что это? Вентиляция, трещины, или, может, это те бетонные трубы, которые торчали из-под земли на вершине холма? Если я права, то это точно не запасной выход.       В коридоре, из которого я так неудачно выпала, раздался жуткий, леденящий кровь, рев. Не помню как на одном дыхании перепрыгнула последние ступеньки и перебежала комнату. Затравлено оглянулась только оказавшись под аркой, соединяющей комнату и следующий коридор. А на том месте, где я только что сидела, растопырив длиннющие лапы, стоял кровосос.       «Ну, вот и все, отбегалась…»       И тут, в комнате, словно включили обезумевший транзистор. Резкий звук шел отовсюду, заполняя собой все пространство до самого потолка. Окатил оглушительной волной, чуть не сбив с ног. В пронзительном свисте и стрекоте, вперемешку со всплесками дикой музыки, слышались взрывы хохота и душераздирающие вопли. Чувствуя, как на голове от охватившего меня первобытного ужаса зашевелились волосы, я зажала уши, а грозный мутант волчком закрутился на месте и вдруг исчез. И тут же, перекрывая вой и гвалт, раздался громкий окрик:       — Замри! — А после — ничего. Все звуки как отрезало, и наступила еще более зловещая тишина.       Снова галлюцинация? Да плевать! Кровосос перешел в стелс-режим, а значит — сейчас последует нападение. Я сжалась в комок и прикрыла шею трясущимися руками, прекрасно понимая, что это меня не спасет.       Только бы не мучаться. Ни о чем другом не могу думать, слыша в темноте его рычащее дыхание. А оно все ближе и ближе. Сразу оторвет голову? Или, чего доброго, вздумает мстить за то, что, прежде, чем отобедать, ему пришлось долго рыскать по подземелью. Нет, до этого мутант вряд ли додумается. Он же не человек…