Наследие драконов: Принцы драконьих островов

Время молебнов подошло к концу, и в саду, под сенью двух дерев, постепенно собирались зрители и участники. Фокусники раскинули в отдалении свои шатры и показывали огненные представления, чтобы занять тех, кто появился раньше прочих. С другого конца поляны менестрель наигрывал лёгкую романтическую балладу, а девушка в красном платье танцевала под звуки его музыки. Главных гостей — королевы и её сыновей — пока ещё не было. Давен остановился в стороне, опираясь на меч. Никто из собратьев по Страже не подходил к нему — в последние три дня разговаривать между собой им запрещалось. Задумчивым взглядом Давен обводил густеющую траву и силился поверить в то, что этот день наступил. Пальцы то и дело тянулись к шарфу, украсившему рукоять меча. Первыми должны были проходить «состязания оруженосцев», в которых принимали участие мальчишки, ещё не прошедшие посвящение. И хотя Давен по возрасту мог бы войти в их число, он и другие Стражи дрались позднее. Давен рассматривал лица участников, которых если и видел когда-то во дворце, то не знал по именам, и думал, могло ли случиться так, чтобы он оказался одним из них. Чтобы у него, как и у них, была семья, родители, мастер-рыцарь, которому он бы служил. Давен не скучал по обычной жизни, потому что ничего о ней не знал. Но ночные видения пробудили в нём нечто иное, прежде не знакомое. Желания, которых он сам до конца не понимал. «Будь ты одним из них, всё равно никогда бы не удостоился и прикосновения к нему, — с грустью подумал он. — Теперь же тебе будет даровано право по крайней мере стоять у него за плечом… А может быть, и говорить с ним, если ты победишь». Привычное и естественное стремление к победе незаметно сменилось другим — желанием быть ближе к прекрасному созданию, которое он называл своим принцем, касаться его… ещё раз испытать прикосновение мягких горячих губ… Всё это пугало Давена, но поделать с собой он ничего не мог. Наконец, когда солнце встало уже достаточно высоко, небо закрыла тень. Все, кто был на площади, запрокинули головы, а некоторые заблаговременно изобразили поклон. Синеву небосвода заслонили два огромных кожистых крыла. Мощное тело великой драконицы переливалось всеми оттенками золота. Неторопливо и величественно она опустилась на траву и замерла, обнимая себя хвостом. Все, кто находились поблизости, замерли в поклоне и оставались неподвижны несколько минут. Потом драконица зевнула, и над поляной разлились спокойствие и благодать — сигнал к тому, что можно начинать турнир. В одно мгновение стражи королевы обступили арену, и в центр вышла первая пара бойцов. Давен продолжал стоять неподвижно, прислонившись спиной к стволу дерева и скрестив руки на груди. С того места, которое он выбрал, когда пришёл, было отлично видно и бой, и королеву, и всё, что происходило по другую сторону от магических древ. Однако даже его самообладания не хватило, когда из прозрачного утреннего воздуха с лёгким звоном вынырнул юноша в алой мантии. Тряхнул волосами цвета тёмной меди и окликнул его: — Страж! Давен вздрогнул и обернулся на звук. Ладонь сама собой легла на рукоять меча, как его учили, хотя здесь, во дворце, почти невозможно было встретиться с настоящей угрозой. Юноша — скорее даже мальчик — с насмешкой смотрел на руку Давена. — Красивый шарф, — заметил он. Страж побледнел, но промолчал. — И да, я знаю, кто тебе его подарил. Давен продолжал молчать. Улыбка замерцала у юноши на губах. — Впрочем, не буду отвлекать. Тебе ведь нужно молиться, медитировать и соблюдать чистоту души, — рыжеволосый подмигнул. — Просто помни. Я всегда рядом. Я за тобой слежу. Раньше, чем отзвенела последняя фраза, силуэт юноши растаял в воздухе. Давен замер в недоумении, пытаясь понять, что это было, но обдумать произошедшее не успел. Раздался колокольный звон: Стражей вызывали на бой. Молча он подошёл к ящику, из которого каждый участник доставал жребий. Ему выпало биться первым. Противник Давена был той же комплекции, что и он. Всех Стражей подбирали строго одного роста, почти одинаковой ширины плеч. Даже цветом волос они должны были соответствовать своему принцу. И он, Давен, стал в этом исключением: дрался он лучше многих, и его оставляли в числе учеников до последнего, хотя у остальных волосы были как платина и только у него — как огонь. Клинки ударили друг о друга, бой начался. Давен одолел соперника довольно легко. Он чувствовал полную уверенность в себе, его мастерство всегда было лучше, чем у большинства, а воля к победе — сильней. Выбив меч из рук противника, Давен опрокинул его на землю и в церемониальном жесте занёс клинок. Раздались аплодисменты. Давен быстрым движением перевернул меч и в знак примирения протянул его побежденному рукоятью вперёд. Они разошлись по сторонам поля. У проигравшего ещё был шанс, Давену же предстояло ждать, когда определятся победители других боёв. К тому времени, когда это произошло, минуло два часа. Снова тянули жребий, и Давену выпало драться вторым. Он смотрел, как проходит первый бой второго тура, и видел, что обоим противникам он даётся тяжелей, чем предыдущие. Сам Давен почти не устал. Постоянные медитации приучили его часами стоять неподвижно, зачастую в неудобных позах, и при этом не терять концентрации. Наступила его очередь, и, отсалютовав противнику мечом, Давен вступил в бой. Второй его противник оказался осторожен и медлителен. Давену потребовалось время, чтобы нащупать брешь в его защите и, улучив момент, нанести удар по плечу. Меч вылетел у будущего Стража из рук, и тот сам опустился на одно колено, признавая поражение. «Как?.. — думал Давен с разочарованием, совершая клинком приличествующий ритуал. — Как можно проигрывать так легко? Тем более когда…» Взгляд Давена невольно скользнул туда, где возле лапы драконицы расположились троны двух принцев. Воин замер в неподвижности, даже не заметив того, медноволосого, который пытался его шантажировать. Он видел только синие глаза с искорками янтаря. Такие же точно, как в видении, которое приходило ему по ночам. Давен тряхнул головой, отгоняя наваждение, убрал меч в ножны и двинулся на своё место. «Два из трёх, — билось в голове. — Остался всего один бой». Давен поверить не мог, что победа достанется так легко. Началось новое ожидание, и это последнее тянулось бесконечно долго. Не потому, что бойцов оказалось больше — если первый тур состоял из девяти боёв, то во втором было шесть. В последнем, третьем туре, останется шесть участников, которые проведут между собой три боя. Из трёх победителей выберет сам принц. Давен же, никогда за всю свою жизнь не испытывавший по-настоящему сильных эмоций, теперь сходил с ума и терял власть над собственным телом от одного только понимания, что принц Сильверин смотрит на него. Руки тряслись, как бы сильно ни сжимал он рукоять меча. Время тянулось бесконечно долго. А стоило поднять взгляд от травы, как он сталкивался со взглядом этих синих настырных глаз. — Не оставь меня Прародитель во тьме ночной… — пробормотал Давен, но слова молитвы вылетали из головы раньше, чем он успевал их вспомнить. А проклятый принц, казалось, не интересовался ни ходом боя, ни сладостями, которые то и дело подносили вельможам. Всё его внимание было сосредоточено на одном-единственном огневолосом Страже, и к тому моменту, когда Давена вызвали на поле, руки у него так тряслись, что он боялся выронить меч, не нанеся ни одного удара. Противник же оказался сильнее всех предыдущих, и Давену не оставалось ничего иного, как уходить от его мощных ударов в сторону. За спиной он слышал неодобрительный гул толпы — Стражам не полагалось драться так. Взгляд синих глаз обжигал, и как ни старался Давен собраться, ничего не получалось. «Слабак… — думал он с тоской. — Как ты намерен его защищать?!» Однако именно эти горькие мысли его и спасли. Давен настолько увлёкся своими терзаниями, что напрочь забыл о том, что делают его руки. А мышцы, привычные к упражнениям с мечом, действовали сами собой. Давен не заметил, как удар за ударом стал переходить в атаку, пока наконец меч противника не вылетел у того из рук и не уткнулся остриём в землю. Давен рухнул на колени и поднял взгляд. Синие глаза с искорками золотого огня мерцали так близко, что едва не обжигали. — Следующий, — поторопил Сильверин кураторов турнира, и Давена под руки отволокли в сторону, чтобы мог начаться новый бой.