Наследие драконов: Принцы драконьих островов

Воздушные сани слетались к флигелю Янтарина сплошной чередой. Домашние дрейки несли их с самых дальних окраин островов. Все, кого пригласили и о ком не вспомнили, спешили показать дочерей и племянниц Его Высочеству. О том, что принц задумал жениться, говорили на каждом дворе. Событие это могло стать не менее судьбоносным, чем отлёт Великой Драконицы, ведь все понимали, что Янтарин не только капризен, но и не питает никакого интереса к государственным делам. А это значило, что если он и его супруга станут монархами, то именно королева будет заправлять всем. Янтарин приказал выставить в самом большом зале кресло, настолько изощрённо украшенное, что его можно было принять за трон. Велел навалить туда гору подушек. А сам устроился сверху, перекинув ногу через подлокотник. Слуга стоял на коленях возле трона с серебряным блюдом, и Янтарин время от времени загребал с этого блюда горсть винограда, а потом по одной ягодке закидывал себе в рот. Его медно-рыжие волосы бесконечным потоком лились по плечам, падали на подушки и переливались в свете Древа Веры. Шёлковая куртка и узкие бархатные штаны делали его фигуру стройной и гибкой на вид. И многие драконицы, входившие в зал, искренне вздыхали, глядя на него. Одна за другой они приседали в реверансе и рассказывали о себе, о своей семье, о достоинствах своих характера и магических дарованиях. Янтарин скучал. В бесконечном потоке этих красивых лиц, он не видел ни одного, на котором хотелось бы остановить взгляд. — Пускай лучше приходят вечером на бал, — махнул он рукой. — Мне надоело и я устал. — Осталось всего пятеро, Ваше Высочество, — мягко произнёс Горлифен, на чью долю совет жрецов возложил нелёгкое бремя объяснений с Его Высочеством. — Прочь! — завопил Янтарин так, что его голос зарезонировал под потолком. — Я не хочу никого больше смотреть! Вы все мне надоели! Я не буду же… Горлифен щёлкнул пальцами. Голос принца оборвался на середине, рот остался открытым и он, яростно вращая зрачками, замычал. — Ваше Высочество! — торопливо зашептал Горлифен. — Очень вас прошу, не обижайтесь на меня! Но и обижать прекрасных гостий не стоит, их семьи могут стать вам хорошими союзниками. Янтарин снова замычал. — Я понимаю, что вы утомились! Хотите, позову слуг, они разомнут вам ноги? Хотите, попрошу принести ещё вина? Янтарин продолжал яростно вращать зрачками, но мычать больше не стал. Только со злостью ткнул в собственное горло и погрозил Горлифену кулаком. Наставник вздохнул и провёл одной ладонью над другой, снимая заклятие. — Ваше Высочество, молю! Помните, что я сказал! — Я не буду больше никого смотреть! — прошипел принц. — Соври им что-нибудь! Скажи, что пришло время всем готовиться на бал! А мне лучше ответь на один вопрос: что, что б его гарпия за ногу укусила, делает сейчас мой брат? — Ваш брат собирается покинуть острова и отправиться к своей возлюбленной, как вы и предполагали. — Я хочу, чтобы мой слуга последовал за ним! — Отряд, который собирает Сильверин, будет небольшим. Будет сложно объяснить в нём присутствие постороннего дракона. Но не волнуйтесь, — поспешно добавил Горлифен, видя, что Янтарин снова начинает злиться. — Мы обо всём уже позаботились. С ним отправится один из самых преданных храму жрецов. — Хорошо, — нехотя согласился Янтарин. — А теперь выйди и прогони всех прочь. Горлифен подошёл к двери, чтобы выполнить приказ. На мгновение Янтарину показалось, что там, в приёмной, мелькнуло чьё-то лицо… Тёмные, как ночное небо, глаза, от которых по телу пробежался огонь. Но прошло мгновение, и дверь закрылась у Горлифена за спиной. — Давен, как ты думаешь, какой должна быть моя идеальная невеста? Давен, по обыкновению стоявший на страже внутри покоев принца, а не снаружи, как того требовали традиции, поперхнулся волшебным воздухом островов. — Прости… те? Ваше Высочество? — Давен! Я ведь просил не обращаться ко мне так формально! — Ваше Высочество проявит величайшую милость, если пояснит, о чём он сейчас спросил! — Ну… — Сильверин потянулся. Он уже собирался отходить ко сну и потому снял дневную одежду и остался в одной длинной и немного прозрачной нижней рубахе. Пушистый ковёр, устилавший каменный пол, приятно щекотал его босые ступни. Волны серебряных волос ниспадали по спине до самого пола. Со спины Сильверин вообще походил на девушку, и эта мысль внезапно породила в сознании Давена цепочку соблазнительных видений, которые он тут же отогнал от себя одним единственным словом «невеста». — Ваше Высочество хочет жениться? У него, возможно, даже есть кто-то на примете? — У меня много кто на примете, — признался Сильверин. Он немного удивился тому, что Давен в кои-то веки знает о придворных интригах меньше него. Однако, тут же рассудил, во-первых, что у Давена нет возможности напрямую общаться с советом магов, а старейшины вполне могут держать ситуацию в тайне, потому как вопрос о том, кто из принцев вступит в брак первым, стратегически важен для будущего Островов. Сильверин это, конечно, понимал, но в его помыслах всё равно не было никого кроме Давена. Он не мог представить, как будет делить постель с кем-то другим, как будет кого-то ещё называть любимым или любимой… Однако, поразмыслив, Сильверин пришёл к выводу, что об этом совсем не обязательно говорить самому Стражу. Потому что Давен за прошедшие годы уж слишком привык, что принц никуда от него не денется. «И, видимо, ни во что не ставит все мои потуги…» — с грустью подумал Сильверин. «Конечно. Все знают, то не ценится, что достаётся даром». — А почему бы нет? Ты сам всегда говорил мне, что я должен быть ответственным и зрелым, думать не о всяких глупостях, а о королевстве драконов. В моём случае жениться — самое что ни на есть государственное благо. Вот я и решил подумать о нём перед сном. Скосив глаза на Стража, Сильверин некоторое время наблюдал, как по скулам Давена гуляют желваки. Потом отвернулся, прошёл к кровати и, забравшись в постель, укрылся пуховым одеялом. Демонстративно зевнул. — Одним словом, очень скоро нам предстоит это выяснить. — Что, это? — Кто станет мне самой лучшей женой. Завтра мы с тобой и ещё с парой доверенных драконов спустимся на землю и отправимся знакомиться с моими будущими возлюбленными. — Простите, Ваше Высочество, я вынужден отказаться. — Я приказал называть меня по имени! — Сильверин резко сверкнул на Стража глазами. — Думаешь, я уважу твою просьбу, когда ты ни один мой приказ в точности исполнить не хочешь? — Сильверин… — процедил Давен. — Поздно! Ты не заслужил моей милости. К тому же… — Сильверин опять зевнул. — Кто лучше справится с этой миссией, чем глава моей стражи? Ну в самом деле, не наёмников же мне с собой брать. Нет, конечно же, наёмников Его Высочество брать не собирался. Во-первых, ему нужен был Страж. Тому была масса причин, начиная от того, что ему всегда нужен был Давен. Продолжая тем, что Сильверин хотел посмотреть, как Давен будет помогать ему подбирать невесту. И наконец, заканчивая тем, что ему просто нужен был страж. Воин, который в случае опасности отвлечёт на себя врага, дав Сильверину время вспомнить необходимые заклятия и их произнести. Однако стражем дело не ограничивалось. Сильверин любил магию и магов и потому считал, что ему нужен второй маг. Он уже договорился с Заферином, однако предполагал, что наставник не станет подчиняться его приказам, потому решил позвать с собой ещё и Рау. Опять же, Сильверину нужен был не просто маг, который сможет и заменить его в случае чего, и поддержать разговоры Сильверина о магии. Ему нужен был независимый эксперт по невестам, каковым по понятным причинам нельзя было считать ни Давена, ни Заферина. Один вряд ли посоветовал бы что-то путное, потому что хоть и делал вид, что ему всё равно, но как прекрасно видел Сильверин, просто любил сидеть на двух стульях, оставаясь, одновременно, и неприступным благочестивым стражем, и явным фаворитом Его Высочества. К слову, если бы Давен узнал о том, какое впечатление производит, он бы очень удивился, потому что в его жизни вообще не было иных помыслов, кроме принца и его блага, правда благо это он видел несколько отлично от того, как представлял его Сильверин. Заферин тоже не мог считаться объективным советчиком, потому что Сильверин видел, что, с одной стороны, он хочет женить принца во что бы то ни стало. С другой, категорически не хочет женить его на ком-то, кроме чистокровных дракониц. Сильверин подозревал, что Заферин только для того и отправляется с ним, чтобы показать несостоятельность идеи искать невест за пределами островов. А вот Рау казался Сильверину весьма надёжным спутником. Они дружили с раннего детства, вместе занимались исследованиями в библиотеке и в лаборатории. С Рау всегда можно было обсудить и магию, и мифы о древних драконах. Это была ещё одна из причин, по которым Сильверин хотел взять с собой друга. Давен был прекрасен. Но Давен почти всегда молчал. И иногда Сильверин уставал говорить за двоих и был готов сдохнуть от тоски. В общем-то, Сильверин считал, что на этом отряд можно считать укомплектованным. Три мага и паладин Первородного представляли собой грозную магическую силу, перед которой должен был склониться самый злобный противник. Они обладали познаниями в самых разных областях, которые дополняли друг друга и могли сослужить в дороге хорошую службу. Они доверяли друг другу. Ну, или почти доверяли. По крайней мере, среди них не было злостных интриганов, и можно было не сомневаться, что атмосфера в отряде будет царить если не тёплая, то, хотя бы, дружеская. Сильверин собрал всех четверых у подъёмника, сделал глубокий вдох. Раскинул руки и опрокинулся вниз, на лету превращаясь в огромного ящера. Без единого слова трое спутников, наблюдавших этот фокус далеко не в первый раз, последовали за ним. Сильверин понял, что что-то идёт не так, примерно через четверть минуты. Когда увидел, что над облаками парят не четыре дракона, а пять.