Часть 10. Контраст
3 мая 2019 г., 18:02
Белый. Первое воспоминание о снеге
Он хмурился и жмурился, почувствовав холод, хотел спрятать лицо во что-то тёплое, а она смеялась и от этого становилось немного легче, спокойнее, хоть и всё же не понятно. Она была совсем рядом, тёплое дыхание прямо возле щеки и такой знакомый мягкий запах, стоило только обнять. Её руки приобнимают, а затем ненавязчиво отстраняют и подталкивают вперёд. — Ну же… Ноктис сжимая руки в кулачки пропрыгивает по дорожке и с улыбкой оборачивается. Шёл снег. Должно быть, она улыбалась…***
Красный. Смерть матери
Откуда взялись монстры? Почему они напали именно сейчас? Он мог лишь бояться. Это было действительно страшно. Она же боялась за него больше, чем за себя. Кровь… Такая горячая, тёплая и так же пугающая. Мама. Была мертва.***
Бело-красный. Память о больной
Глядя на цветок, довольно красивый, с белыми лепестками, Ноктис хотел улыбнуться, однако этого просто не мог сделать. С небес упала капля, затем ещё и ещё… — Нам стоит поторопиться. Инвалидная коляска поехала чуть быстрее, и мальчик вновь обратил внимание на цветок лишь когда оказался под навесом: — Похоже… на росу. Правда? — Да, и в самом деле. Взгляд был отстранённым, невидящим ничего вокруг. «Она должна быть красной! Красной! Как кровь…» — кричало его ускользающее сознание, но губы застыли лишь в подобии улыбки. — «Нет. Она не поправилась. Не вернулась домой. Она умерла. Хотел бы и я…» Calla легко выскользнула из руки, упав на землю.***
Белый. Мысли сброшенного с поезда
— Оох, ну и жарень… Вот бы сюда хоть немного снега, да, Нокт? Мне приснилось, что у меня во дворе большой сугроб, и вот разбегаешься, и каак прыгнешь в него! Как жаль, что сны не сбываются. — Смотря какие. — О, у тебя сбывались? Какие? — Ноктис лишь отрицательно покачал головой. — В смысле? Ты же говорил, что… Заметив, что парень замялся, кажется сообразив, что Люцис подразумевал дурные сны, Ноктис хлопнул того по плечу. — Давай, отыщем твой сугроб… — Что? Как?.. — А здесь кругом одни сугробы… — Промпто хмыкнул, уныние было громче свистящего ветра и ярче искрящего белизной снега. Почему? Что он сделал не так? Неужели всё, что они вместе пережили было ложью? Сном, в который он так хотел верить? Хмурый холодный и нелюдимый принц, которого он видел совершенно с другой стороны… Который даже говорил, что любит его. Так почему?.. Промпто ненавидел себя. Своё происхождение. Хотел бы, чтобы это было чужим разводом, но факты то и дело указывали на иное. Исчезни, сгори до тла, чёртова метка! Хотя бы сейчас исчезни напрочь! Да, он никогда бы не смог причинить вреда Ему, не мог этого представить. Но он был создан, чтобы убивать. А может… Ноктис всё же знал? Или подозревал? Действительно ли он ждёт его?***
Белый. Кровавый.
— Ноктис! Ноктис странно улыбался, казалось, что ему передалось безумие от Ардина. Странно, что он не сломался прямо сразу. — Ноктис! Он поднял взгляд, но разумность было сложно отыскать в расширенных зрачках. Гладиолус злился, ему было это совсем не по душе, он и сам был на грани, так теперь и принц ещё стал дурным. — Приди в себя! Он ударил Ноктиса по лицу, зная, что это вряд ли поможет. Принц даже не защищался, принимая пощечину, будто так и должно быть, по инерции лишь ступив назад. — Я ещё в себе, Гладио… — ответили внезапно спокойно и разумно. — По твоему виду что-то не сказать… Первым он потерял Игниса и кольцо. Сразу после того, как потерял Лунафрейю и всех тех других, кто был на его стороне. Но Игнис был первым из того окружения, что по идее обязался его защитить. Нет, конечно он верит, что ещё не всё потеряно, что он сможет его найти, но… Разве действительно не он виноват в своей слабости и том, что не может защитить других? Не может настолько, что не видя подмены избавляется от того, кто ему дорог. Кашель вновь подбивает его и хрипение принца Амицитию совсем не радует, но в этот раз он просто наблюдает. Хоть он и возразил, он услышал в словах непререкаемую волю упрямца короля. Всё же ребёнок повзрослел, вот только чрезмерно объяснять ничего он так и не стал. Возможно, этого и не нужно. Ноктис смотрел на окровавленные белые лепестки в своей ладони, словно на великое произведение искусства, в котором была сокрыта глубокая истина и Гладио всё же спросил: — И почему именно сейчас? — Сейчас самое время. Когда потом ещё? — Вновь эта непривычная улыбка Ноктиса. —…Надеюсь, мы скоро их отыщем. — Да…
