я не доверяю людям.

Ты продолжал смотреть на меня, все также фальшиво улыбаясь. Глаза заблестели от набежавших слёз, блин почти сгорел, неприятный запах отдавал в нос, но ты стоял и улыбался. Будто я смотрел на картину и оценивал, а самое ужасное — я ничего не делал, просто смотрел и молчал. Опустошенность, боль от утраты, страх, ненависть, слезы — именно так можно описать эту ситуацию. А я все также просто смотрел… — Всё отлично, — Шептал Руслан, — Всё отлично. — Зачем ты врёшь? — Опуская взгляд, отвечал я, было очень тяжело на душе. Я понимал, что он сейчас страдает, что спрашивать про его самочувствие — тупо, но, а что мне оставалось? — А что я мог ответить? — Снова прерывая мои мысли говоришь ты, более повышенном тоном, — Юлик, что мне сказать? Ты же все знаешь… Ты же знаешь, что с каждым днём мне только хуже. Единственное о чём я думаю — Аня. Я уже заебался, мне так хуево, просто нет слов. Ты не знаешь, какого это быть виновным в смерти друга! — Ты не виноват, — Делая длинные паузы, отвечал я, — Ты, блять, не виноват! Понял меня? Злость охватила меня и я подошёл близко, замахнулся, чтобы привести тебя в чувства, но к счастью вовремя остановился. Мне стало так страшно, что я сел на пол и зарыдал. — Мы сходим с ума, — Садясь рядом, говорил ты, — Мы медленно умираем, зачем нам страдать? — Замолчи, Руслан, мы будем жить! — Но я больше не хочу… Нас настигло снова угнетающее молчание. Мы оба сидели на полу, блин всё горел, от него ничего не осталось, лишь гарь. Дым наполнил всю кухню, дышать стало тяжелее, я опомнился и открыл окно. Мать Руслана сидела у себя в комнате, я более чем уверен, что она всё слышала, но почему она не вышла и не поддержала хотя бы своего сына? Может быть она вспомнила своего мужа, который тоже умер… — Я совсем забыл, чем занимался, — Вставая, говорил ты, — Вот, пока ешь, а я ещё приготовлю. Ты выглядел так жалко, руки дрожали, а красные глаза показывали всю боль… Я дотронулся рукой до твоего подбородка и медленно потянул к себе, нежный поцелуй, и красный румянец появился на так давно побелевших, от горечи щеках. — Всё будет хорошо, — С грустной улыбкой, шептал я, — Мы справимся, — Снова ложь. Мы не справимся, мы увязнем и умрём вместе, спрыгнув с крыши или может нас собьет автобус? Да это даже неважно, просто я потерял надежду на лучшее. Все, что было, навалилось как один большой ком. Этот ком придавил нас и не дает подняться, чтобы идти дальше. Я расстроен и снова погружаюсь в свои мысли. Почему все вообще происходит? Почему именно мы, как так получилось?.. Но я люблю тебя, и я всеми силами помогу тебе выбраться, мы сможем! Нет… Два человека, две личности, живущие во мне спорили, а я будто наблюдал за этим, но снова не смог ничего ответить, тря-я-япка. Ничтожество! Урод! POV Руслан. Я все еще ощущаю твой карамельный запах у себя в комнате, но тебя нет! Я схожу с ума! ДА, Я, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ПСИХБОЛЬНОЙ!!! Больно, как же мне больно, но смерть не выход. Ты же мне так говорила, Аня! Ты пообещала мне, что не будешь лезть! Пожалуйста! Пожалуйста! Прошу тебя!.. Зачем? Зачем ты делаешь так больно? Я устал извиняться, ты же умная, ты же всегда говорила, что нужно идти так, как считаешь нужным. Молю тебя!.. У меня лопнуло терпение и я закричал, лежа на полу. Юлик меня берёт на руки и поднимает, но я хочу объятий Ани: таких нежных и тёплых. Как она так делала? Как у нее получалось, своими холодными руками касаться меня и доносить только тепло и нескончаемое удовольствие. Я оказываюсь на кровати, и ощущаю бесконечно-медленные поцелуи, снова непонятные мне слова, похожие на монотонную серость этого общества. Мы так несчастны. Несчастные подростки, убитые и никому ненужные. Но это не так… Мы любим, нас любят, мы делаем все, чтобы понравится людям, и у нас это получается! Плевать, что не всегда, но все же получается! Мы делаем вид, стоп, почему я говорю за всех? — Руслан! Руслан, ты меня слышишь? — Кричит Юлик, и одновременно не сильно бьет по щекам, чтобы я очнулся, но я не хочу на это никак реагировать, я слишком сильно задумался, что уже погрузился настолько, что не могу остановиться. — Не бей меня, — Отвечаю я и снова закрываю глаза, я хотел только лишь тишины. Разве это так сложно? Сложно оставить меня одного? — Что случилось? — Снова поворачивая меня, спрашиваешь ты ласковым и манящим голосом, который я так сильно люблю. Я не хочу, чтобы ты страдал, Юлик, молю…и-извини. — Все нормально, могу ли я побыть хоть немного один? — Произнес я слишком грубо, хоть и мысленно стоял на коленях, моля о том, чтобы ты простил меня за все. — Да, — Резко сказав это, ты вышел немедля из комнаты. Сейчас я молчал, смотрел в потолок, интересно, сколько прошло времени, что начало темнеть? Я даже не заметил, как перестал видеть свой же, блять, потолок. Ты еще не заходил в комнату, да и матери не было слышно. Я встал и медленно направился в сторону балкона, протирая глаза, которые жутко болели. Даже не знаю почему. Я снова заплакал, больше не было того брутального опасного пацана, который постоянно ходил к директору и по нему текли все девки, я маленький мальчик, который пытается избежать проблемы, но лишь заглушает их пробкой состоящей из алкоголя, страсти и любви. Сначала получалось, но потом всё снова пошло по пизде… Я пытаюсь не думать о реальности, ужасной и отвратительной, где все хотят только сдохнуть, но не могу, я не так одинок, чтобы прощаться с ней. Дверь открывается, я вижу замученного Юлика, рукавом его кофты, которая была немного велика, я быстро вытер глаза и подошёл с сигаретой в руках. Пепел падал на пол, но никого это не волновало. Я обнял его, прижал как можно ближе себе, пытаясь передать весь свой страх, боль и отчаяние. Запах сигарет, дешевого алкоголя и приятного аромата наполнял эту комнату, пытаясь создать уютную атмосферу. Но если заглянуть глубже, то мы сможем увидеть весь мрак, всю гниль и печаль, именно это и убивало двух парней.

***

POV Даня. Вечер, и мы все равно вместе. Ты играешь, а я наблюдаю за тобой. Слышу твои небольшие вскрикивания, недовольства, и мне смешно. Мне весело и приятно находиться рядом с тобой. — Я пойду ванную сделаю, хорошо? — Я с тобой, — Сказала ты, продолжая играть. — Ч-что? — От услышанного мне стало не по себе. Я не верил в это, что за подарки? Блять, охуенно. Я направился в ванну, плюс тётя сказала, что оставит нас вдвоём. Видимо я слишком тупой, и не понял, что она хотела этим сказать, но именно сейчас до меня всё дошло. Я начал набирать воду, ванная была не слишком маленькая, но и не очень большая. Поискав в полках, я все же нашел пару красивых и ароматных бомбочек, положил их рядом, чтобы Лиза сама их погрузила в воду. Это вроде как нравится девушкам. Я выглядел как какой-то девственник, который позвал проститутку, и начал готовиться к «свиданию».