Добро с копытами

      -Е-е-ей! - совершив в воздухе сальто и перевернувшись вверх ногами, Флаттершай с высоты в пять метров упала спиной на вершину огромной белой зефирины и тут же вновь подлетела вверх, словно бы ее подбросил батут. - Ва-а-ау! А с едой играть, оказывается, весело.       Расправив крылья в момент, когда находилась в верхней точке своего взлета, нежно-желтая пегаска, грива которой разметалась в стороны и сейчас напоминала прическу Пинки Пай, с довольным выражением мордочки спланировала на край большой шоколадной печенюшки, плавающей в бескрайнем молочном море. Все это время за розовогривой летуньей, сидя на каменистом островке из халвы с апельсиновыми драже, с озадаченным выражением мордочки наблюдала темно-синяя крылато-рогатая кобылка, рост которой был чуть ниже чем у Найтмер Мун, но все же заметно выше обычных пони (уступая в этом только принцессе Селестии, которая вовсе возвышалась над любыми жеребцами и кобылками).       - Когда Мы предлагали тебе создать любой сон по твоему желанию, то никак не думали, что ты выберешь именно... это, - принцесса Луна обвела правым передним копытцем пространство перед собой.       - Ну... - понивильский ветеринар смутилась, слегка опустив мордочку и заставив челку упасть на лоб. - Просто я всегда хотела увидеть молочные реки и кисельные берега.       - Хм? - средняя из аликорнов Эквестрии отломила от своего островка небольшой кусочек, а затем, обнюхав и лизнув кончиком языка, отправила себе в рот. - Нам кажется, что это не кисель.       - У меня не получилось представить то, что было нужно, - левой передней ногой еще больше взлохматив гриву, призналась Флаттершай, после чего вскинула голову и прищурившись, спросила: - Разве мы не договорились, что ты будешь пытаться говорить на современном эквестрийском, без использования множественного числа при обращении от себя?       Если бы в данный момент кто-нибудь заглянул в сон нежно-желтой пегаски, он стал бы свидетелем необычной картины: темно-синяя крылато-рогатая пони, потупив взгляд, будто провинившийся жеребенок, шаркнула правым передним копытцем перед собой и потемнела мордочкой. Ее ответ прозвучал значительно тише, нежели предыдущая реплика:       - Прости, я просто забылась.       "Как сказал ассистент пьяного хирурга: "Доктор! Доктор! Он от нас прячется!"".       Вздохнув и перелетев с печенькового плота на остров из халвы, розовогривая летунья боднула лбом бок аликорна, заставляя ее посмотреть на себя. Когда же старшая кобылка повернула мордочку, отвлекаясь от интереснейшего занятия - самокопания, ее первая в этом новом мире подруга привстала на задних ногах и толкнула владычицу снов передними копытцами.       Недоуменно вскрикнув, принцесса Луна плюхнулась в молочное море, но тут же вынырнула, и отплевываясь, поспешила выбраться на берег. Однако же не успела она добраться до суши, как рядом с ней в молоко с новым всплеском упала свернувшаяся в клубок нежно-желтая пегаска, тем самым еще раз окатив темно-синюю аликорна брызгами.       Взобравшись обратно на остров и глядя, как со шкуры стекают белые капли, сливаясь в целые струйки, крылато-рогатая пони встряхнулась всем телом, будто собака после купания, из-за чего её шерстка встала дыбом, придав своей хозяйке вид пушистой плюшевой игрушки. Только грива осталась свисать вниз мокрыми сосульками.       Флаттершай, весело хихикая, выбралась на сушу вслед за принцессой Луной, тут же став целью для сердитого взгляда повелительницы снов. Добавив в голос недовольных ноток и громкости, темно-синяя аликорн спросила:       - И зачем ты это сделала, маленькая пони?       - Вам нужно развеяться, ваше высочество, - все еще посмеиваясь, заявила розовогривая летунья. - Да и выглядите вы сейчас весьма забавно, так что можно сказать - оно того стоило.       - Значит, так? - в глазах принцессы Луны сверкнул озорной огонек, она припала на передние ноги - и сжавшись словно пружина, задними копытцами с силой пихнула свою собеседницу, отправляя в полет вдоль поверхности молочного моря.       - Яа-а-а еще вернусь! - подскакивая на молочной поверхности, словно плоский камень и оставляя за собой след из расходящихся в стороны концентрических кругов, ветеринар расправила крылья и раскинула в стороны все четыре ноги, полностью отдаваясь ощущению того, чего никогда не сможет испытать в реальном мире.       - Кажется, мы слегка перестарались, - приложив правое переднее копытце к подбородку, с чувством вины произнесла крылато-рогатая пони. - Сон получился большой: мне нужно снова учиться контролировать объемы сил. Эх! Знать бы заранее о всех негативных последствиях этой авантюры... Ну да чего сожалеть о сделанном?       Расправив крылья и подпрыгнув на несколько метров вверх, повелительница снов начала скользить в пространстве вслед за розовогривой летуньей, нагнать которую удалось только рядом с еще одним островом, на этот раз состоящим из куска красного мармелада. К тому моменту, когда принцесса Луна только приземлялась, ветеринар уже выбралась на берег.       На несколько секунд установилась тишина: пусть кобылки и общались в довольно бесцеремонном стиле, но некоторая скованность оставалась с обеих сторон - все же Флаттершай не привыкла к обществу королевских особ, а Луна старалась сдерживаться, чтобы не обидеть и не напугать маленькую пони. Наконец нежно-желтая пегаска произнесла:       - Пинки здесь определенно понравилось бы.       - Ты так думаешь? - сложив крылья, усевшись на круп и подогнув под себя задние ноги, темно-синяя аликорн стала наблюдать, как собеседница скручивает гриву в тугую косу и выжимает впитавшееся молоко.       - Огромная игровая площадка, состоящая из сладостей, которые не портятся от времени... - ветеринар усмехнулась и стала повторять процедуру выжимания на хвосте. - Она будет в восторге... В особенности, если окажется здесь не одна.       - Думаю, я смогу устроить один общий сон для тебя и твоих подруг, - задумчиво кивнула крылато-рогатая пони. - Может быть, завтра?       - Я предупрежу девочек, - согласилась Флаттершай. - Луна, а ты не думала создавать массовые игровые площадки во сне, но так, чтобы пони сами могли выбирать один из нескольких вариантов? Уверена, это будет очень популярное развлечение...       - И пони тогда окончательно перестанут бодрствовать ночью, - невесело фыркнула повелительница снов, прикидывая в уме затраты сил и заклинания, которые можно было бы использовать для столь масштабного проекта (идея ее заинтересовала, не в последнюю очередь из-за возможности утереть нос сестре, умудрившейся за тысячу лет построить почти идеальный мир для пони).       - Зато во сне ты сможешь воплотить все свои мечты, показав жителям Эквестрии всю красоту звездного неба, - подмигнула собеседнице Флаттершай. - А еще это можно использовать, как способ пополнить казну Эквестрии...       - Не поняла, - после секундного замешательства все же призналась принцесса Луна.       Нежно-желтая пегаска упала на спину, широко расправила крылья и прижав к груди и животу ноги, стала задумчиво говорить:       - Представь себе такую схему: ты создаешь общий сон для всех пони Эквестрии и объявляешь, что с сегодняшнего дня и в течении следующего месяца они смогут посещать самые разные места, как реальные, так и вымышленные, поучаствовать в приключениях героев фантастических книг, исполнить все свои самые заветные мечты... И для этого нужно только лечь спать.       - А через месяц? - склонив голову к левому плечу, темно-синяя аликорн по-новому посмотрела на свою первую за многие годы подругу, которая хоть и робела в ее присутствии, но успешно скрывала свою неуверенность, с каждым часом общения позволяя себе все больше вольностей в обращении.       - А через месяц каждому взрослому пони Эквестрии придет налоговая квитанция, в которой будет пункт оплаты осознанного сновидения, - зажмурив глаза, розовогривая летунья помахала в воздухе всеми копытцами. - Кто захочет продолжить приключения и отдых со всеми удобствами - будет платить абонентскую плату. В противном случае сны будут самые обыкновенные... Ведь все должны получать награду за свои труды? Разве что для совсем маленьких пони и жеребят, учащихся в школе, можно сделать исключение. Кстати: во сне ведь можно слушать лекции?       - Читать - нельзя, слушать - можно, - подтвердила владычица снов. - И ты бы стала платить за осознанный сон?       - Если не слишком дорого, то - несомненно, - отозвалась ветеринар. - Тут нужно делать ставку на массовость, так как пони среднего достатка гораздо больше, чем богачей... Хотя и для последних можно придумать какой-нибудь особый тариф.       Подойдя к нежно-желтой пегаске со стороны головы, принцесса Луна наклонилась к ее мордочке и сложив губы трубочкой, слегка дунула в нос, заставляя розовогривую летунью поморщиться и открыть глаза. Отстранившись и нависнув над собеседницей, темно-синяя аликорн произнесла:       - Ты очень необычная пони... Я заметила это еще тогда, при нашей первой встрече, но не обратила внимания. Позднее этот факт просто ускользал от моего внимания, отсеиваясь, словно что-то неважное. Сегодня же я убедилась в своих наблюдениях окончательно.       Сперва, услышав слова крылато-рогатой кобылы, Флаттершай напряглась, но затем будто бы обмякла и успокоилась. В ее эмоциях, всколыхнувшихся бурными волнами, неожиданно наступил полный штиль, а на мордочке отразилось смирение.       - И что теперь? - глядя на собеседницу снизу вверх, спросила понивильский ветеринар и хранительница Элемента Доброты.       - Ничего, - пожала плечами повелительница снов и улыбнулась уголками губ. - Кем бы ты не была, но ты остаешься моим другом и доброй пони, а это главное. Но я бы не отказалась когда-нибудь услышать твою историю.       Перевернувшись на живот, Флаттершай поднялась на ноги и сделала пару шагов назад, затем уселась на круп и опустив голову, стала водить передним копытцем по мармеладной поверхности острова. Принцесса Луна ее не торопила, лишь села напротив и стала ждать, внутренне коря себя за то, что слишком поторопилась с этим "разоблачением", из-за чего теперь может пострадать только-только начавшая укрепляться дружба. Она и сама прекрасно знала, что некоторые вещи лучше не знать, а о чем-то даже вспоминать неприятно, но любопытство и необычное ощущение уюта, появившееся рядом с розовогривой летуньей, слишком сильно вскружили голову.       "Селестия права: рано мне еще возвращаться к государственным делам. Нужно сперва освоиться, восстановить навыки общения, привыкнуть к изменившимся реалиям... О предложении Флаттершай расскажу во время завтрака: наверняка сестру заинтересует подобный способ пополнить казну государства. Но сколько же это сулит проблем лично мне... Нужно набирать учеников, а то, боюсь, для поддержания подобной системы в рабочем состоянии, мне самой придется спать целыми сутками... О чем я вообще?".       - Это началось, когда мне было четыре года, - негромко, но решительно заговорила нежно-желтая пегаска, подняв голову и встретившись глазами со взглядом темно-синей аликорна. - Сперва это были отрывки очень реалистичных снов, где я была жеребенком... двуногим жеребенком с руками и без шерсти. Там, во сне, я жила в странном мире, где каменные дома возвышались до небес, железные повозки ездили по дорогам без помощи пони и летали в небе на широких неподвижных крыльях. К пяти годам сны стали почти ежедневными, а иногда даже во время бодрствования в голове мелькали образы предметов, далеких мест, странных событий. Мама и папа списывали это на мое слишком бурное воображение, а врачи после обследования не нашли ничего подозрительного. В конце концов к семи годам, когда меня отвели в начальную школу, я смирилась со своей странностью, тем более, что она мне не мешала, а в ряде ситуаций даже помогала. К примеру, идея пойти на курсы пегасьего копытопашного боя пришла мне в голову тогда, когда "я" из сна... пошел в секцию по карате.       - Пошел? - зацепилась за оговорку владычица снов.       - Во сне я была жеребчиком, - мордочка розовогривой летуньи мило потемнела от смущения, но она все же добавила: - Это сказалось на моем характере и... предпочтениях.       Прошла секунда, за ней вторая... Принцесса Луна прикрылась крылом и сдавленно захихикала, но затем ей в голову пришло озарение и она по-новому взглянула на свою первую за века подругу. Проказливо улыбнувшись, темно-синяя аликорн поднялась на ноги и повернувшись боком так, чтобы всю ее фигуру можно было оценить со стороны ветеринара и старательно скрывая собственное смущение, спросила:       - И как я тебе?       Обиженно фыркнув, Флаттершай отвернулась от крылато-рогатой пони, повернувшись к ней спиной. Все веселье принцессы Луны тут же как ветром сдуло: виновато прижав уши и склонив голову, она подошла к собеседнице, встав чуть позади справа, пару раз переступила передними копытцами, но так и не найдя слов, носом ткнулась в скрытое нежно-желтой шерсткой плечо.       - ... - крылья розовогривой летуньи напряженно прижались к бокам, но отстраняться она не стала, вместо этого заявив: - Я говорю серьезно и ничего не выдумываю.       - Верю, - поспешила заверить темно-синяя аликорн. - Просто пошутила неудачно. Извини...       - Ладно, - вздохнула понивильский ветеринар. - Со всеми бывает. Раз уж теперь ты обо мне все знаешь, ответишь на мой вопрос?       - Мне нравятся жеребцы, - едва осмыслив, что сказала, крылато-рогатая пони прикусила губу, а в уголках глаз у нее заблестели слезы от обиды на собственную несдержанность.       - И у меня нет никаких шансов? - повернув голову так, чтобы смотреть прямо на собеседницу, нежно-желтая пегаска состроила жалобный взгляд и поджала задрожавшие губы.       - А?.. - открыв от удивления рот, владычица снов отшатнулась и совсем не грациозно плюхнулась на круп.       При виде сконфуженного выражения на мордочке принцессы Луны розовогривая летунья звонко и искренне рассмеялась, оглашая пространство сна звуком, напоминающим звон серебряных колокольчиков. Темно-синяя аликорн сперва обиженно насупилась, поняв, что ее разыграли, но затем тоже рассмеялась, ощущая, как со спины словно свалился груз из тяжелых камней, а сковывавшее каждое движение напряжение наконец-то отступило.       - Флаттершай, это было подло, - отсмеявшись и краем крыла утерев выступившие-таки слезы, произнесла крылато-рогатая пони. - Этот поступок порочит твое имя как хранительницы Элемента Доброты!       - Шутка, не несущая прямого или косвенного вреда, злом не является, - парировала нежно-желтая пегаска, на секунду показав подруге кончик языка. - Иногда, ради блага пациента, врачу приходится причинять ему малое зло... Да и в каждой шутке, есть доля... шутки.       - Стоп-стоп: это с каких пор я - пациент? - владычица снов замотала головой и выставила перед собой передние ноги в защитном жесте: - Не отвечай! У меня от твоих фразочек уже голова кругом идет. Лучше уж задай свой вопрос - это хоть менее опасно для моей хрупкой психики.       - Хорошо, - розовогривая летунья невинно улыбнулась. - Что в Замке Двух Сестер с тобой сделали Элементы Гармонии? Мы ведь ими полноценно не управляли, а только направили силу.       - Заметила все же? - то ли спросила, то ли констатировала принцесса Луна. - Понимаешь... Еще до изгнания на луну я занималась делами, которые современные пони вряд ли одобрили бы. Нередко мне приходилось сражаться и применять не самую добрую магию... А еще мне приходилось обращаться к эмоциям, при помощи которых мои силы увеличивались и быстрее восстанавливались. В тот день, когда я попыталась свергнуть Селестию, меня уже нельзя было назвать принцессой Луной... а вот имя "Найтмер Мун" подходило как нельзя лучше. Не знаю, что ждало бы Эквестрию, если бы в том поединке победила я - но вряд ли она была бы такой, какой ты ее знаешь сейчас. Тысяча лет на луне - это тема для отдельного разговора: сейчас мне сложно судить, но кажется, что пару раз я все же сходила с ума - а затем умудрялась вернуть себе относительную адекватность. После того как мне удалось вырваться на свободу и отправить сестру на заслуженные выходные (на миг губы рассказчицы тронула усмешка, впрочем, тут же исчезнувшая), здравость рассудка поддерживали только натренированная воля и радость от свершения мести. Так что да - я использовала силу Элементов Гармонии, чтобы очистить себя от скопившейся тьмы, стереть часть воспоминаний и подправить расшатанные нервы. Не все получилось идеально, но... Я...       Замолчав, темно-синяя аликорн всхлипнула, постаралась успокоиться и не справилась с собой. Чувствуя, как слезы текут по щекам, она хотела было прикрыться крыльями, но ощутила, как ее крепко обнимают, а к груди прижимается кто-то теплый...       Проморгавшись, крылато-рогатая кобылка встретилась взглядом с розовогривой летуньей, которая виновато улыбнулась и произнесла:       - Прости, я не хотела тебя расстроить.       Вместо ответа владычица снов обняла Флаттершай в ответ и уткнулась мордочкой в розовую макушку. Взбунтовавшиеся эмоции начали постепенно успокаиваться, сознание же зацепилось за нежно-желтую пегаску словно за якорь, удерживающий корабль на месте во время шторма. Все ее тело мелко подрагивало, из глаз продолжали течь слезы...       - Все будет хорошо, - прозвучали простые слова, такие наивные и искренние, что им попросту невозможно было не поверить.