in the middle of Jeon hurricane

Тэ хочет секса плюс-минус всегда. Ей почти двадцать один, она дьявольски красива, чертовски раскрепощена, её фигуре смело могут завидовать все порноактрисы студии brazzers, при том, что всё своё и совершенно натуральное. Обожаемое кое-кем безумным. У Тэ лёгкий и довольно покладистый характер, с ней несложно договориться, она легка на подъём и обожает приключения. Она смешливая, но вредная и ехидная, заслуженно самовлюблённая и горячая настолько, что поверить в то, что она настоящая – практически невозможно. Единственное, что Ким Тэхён ненавидит всей душой – чёртовы рамки, условности и ярлыки. Она справедливо полагает, что никому ничего не должна, если только сама того не пожелает, а значит, никогда не станет отказываться от чего-либо, порицаемого двуличной ханжеской моралью современного общества. Это устраивает всех троих примерно на двести процентов из возможных ста. Чон Чонгук (двадцать лет от роду) стоит в коридоре четвёртого этажа университетского общежития, и слушает AC\DC в новых airpods максимально громко. Да ещё и перечитывает ответы к предстоящему тесту по экономике, потому что думать о том, что там, за дверью в библиотечное складское помещение, отлично справляются без него – невыносимо. Но сегодня его очередь стоять на стрёме, и это, вроде как, справедливо. Вчера Тэ стонала под ним в кабинке туалета, что располагается в максимальной близости к деканату и кабинету директора. Чонгук приваливается спиной к двери и бездумно закусывает губу, когда чувствует, как эту самую дверь невежливо пинают с той стороны. Он тут же выключает музыку и ныряет в слабоосвещённое и довольно тесное помещение. - Что слу… Он не договаривает, отбрасывая конспект по экономике в сторону, потому что Ким Тэхён лежит на заваленном старыми книгами столе, широко разведя ноги в высоких чёрных гольфах, откинув голову, и смотрит на Чонгука снизу вверх так, что по его позвоночнику прокатывается разряд электричества напряжением в миллиард вольт. Сегодня у её кремового цвета лифчика застёжка спереди, и Чонгук подходит, раскрывая её двумя пальцами. - Что случилось, моя девочка? – теперь он повторяет свой недосказанный вопрос совсем другим голосом: низким, уверенным и откровенно возбуждённым. Гуки кладёт голову виском на согнутую коленку Тэ, и чуть медленнее двигает рукой, чтобы у неё появилась возможность сфокусировать внимание на парне. В небольшой комнате пахнет солоно и пряно, тяжело и очень возбуждающе. Чонгук гладит обожаемую грудь, прихватывает сильными пальцами напряжённые каштановые соски, и Тэхён хнычет, как хорошая деточка. Чонгук смотрит ей в глаза и мягко улыбается в ожидании ответа. - Ты же меня звала, принцесса?.. - Хочу… - Тэ едва справляется со своим голосом, - хочу твои пальцы тоже… Капризная чертовка. Капризная и взбалмошная, непривыкшая слышать «нет». Впрочем, это они, близнецы Чон, сделали её такой, позволяя ей всё на свете. Это немного странно, быть так близко с сестрой, потому что раньше они только подсматривали друг за другом, или даже откровенно наблюдали, не более. Но сейчас Тэхён просит о большем, ей ужасно хочется, и Чонгук сдаётся. Только коротко смотрит на сестру, с которой они всю жизнь понимали друг друга легко и без слов. «Ты не против?» - «Нет, ты же знаешь, что ей можно всё». Гуки даже кивает для большей убедительности, а потом засматривается на то, как её брат целует её девушку. Всё же это очень красиво. Но Тэхён дёргает бёдрами, требуя продолжения, и Чонгук, невольно задержавшись на левой (более чувствительной) груди своей девочки, всё-таки ведёт руку вниз и, помедлив какую-то секунду, трогает пальцами её откровенно мокрую, горячую киску. Он немного неуверен, потому что привык доставлять удовольствие несколько другим способом, но он очень-очень хочет приласкать так, чтобы она плакала, задыхалась от стонов, билась в оргазме и никогда от них не ушла. А потом в его голове взрывается сверхновая, потому что Гуки трогает его пальцы своими, мокрыми и ароматными, направляет его ладонь и помогает ввести их под нужным углом. Он чувствует пальцы Гуки в обжигающем тесном нутре их девочки. Гуки, конечно, умеет пальцами довести не только до Гонконга, но и дальше, и сейчас она просто учит, помогает добиться желаемого эффекта. Тэхён не выдерживает и стонет во весь голос, раскатисто и хрипло, громко и так пошло, что уши закладывает и в глазах звёздочки, потому что они оба ласкают её, так бесстыдно и так хорошо. Так, как она уже давно хотела. Гуки проталкивает и прижимает его пальцы максимально глубоко, и просто наблюдает, влюблённая больше, чем можно вообразить, а он, послушно двигая рукой в заданном темпе, наклоняется вниз и прихватывает губами торчащий сосок. Тэхён хватается за край стола за своей головой и снова стонет, не в силах сдерживаться. Тэхён кончает фантастически долго, содрогаясь всем телом, почти теряя сознание, а потом просто тяжело шумно дышит, никак не находя в себе силы даже на то, чтобы сдвинуть ноги. Чонгук снимает болтающиеся на её щиколотке трусики и немного размышляет, не убрать ли их в карман. Впрочем, впереди ещё две пары, а юбочка у Тэхён, как всегда, сильно выше дозволенного, так что он сам надевает тонкое бежевое кружево на бёдра своей девочки, пока Гуки с непередаваемым смаком облизывает свои пальцы. - Ну вот и как она будет сдавать экономику? – спрашивает Чонгук, доставая из сумки Тэ салфетки и вытирая руку начисто. - А что, - Гуки приподнимает бровь, - я должна была сказать ей «нет, малышка, я не буду его звать, в этот раз обойдёшься?» Чонгук прикидывает эту ситуацию, и обречённо вздыхает. Отказать Тэ, в принципе, невозможно, а уж когда она чего-то действительно хочет… - Хороший секс вредит экономике, - тихо смеётся Чонгук, и, погладив Тэ по щеке, берёт её на руки. - По крайней мере, успеваемости. Ничего, напишу тест за неё, не в первый раз, -отвечает Гуки, и мягко целует любимую девочку в уголок губ. - Как здорово, что вы у меня такие умные, - мурлычет Тэхён, и прижимается губами к шее Чонгука. А потом тихо-тихо шепчет, чтобы слышал только он: - Трахнешь меня сегодня вечером, любовь моя? Самостоятельно.