in the middle of Jeon hurricane

Даже если надеть на Ким Тэхён водолазный костюм девятнадцатого века выпуска, она будет выглядеть настолько сексуально, что окружающим не выжить. Впрочем, возможно, это только на вкус парочки безумных близнецов, ведь красота – в глазах смотрящего, но, если уж на чистоту, смотрящих хватает . Чонгук ревнует сладко и с откровенным удовольствием, потому что не ревновать же к родной сестре. Чонгук ревнует сладко и с удовольствием, легко затевает драки с каждым, кто засмотрится на его девочку хоть на миг дольше дозволенного, потом ходит довольный собой и морально сытый. Гуки, конечно, над ним посмеивается, и Тэ тоже, и в эти моменты они такие невыносимые девчонки, что хоть стреляйся. Тэ выглядит крышесносно горячо в любой одежде. - Мы будем смотреть ужастики, - заявляет она, смешно уперев руки в боки, и смотрит на близнецов с явной готовностью воевать. У неё густые тёмные брови, а волосы уже третий день почти белые, нежно пшеничные, сейчас убранные в неопрятный узел на макушке. Ей так идёт, что у Гуки уже почти вся фотоплёнка заполнена её фотографиями. Тэхён стоит, подбоченившись, на ней убойно милая пижамка нежно розового, фиолетового и голубого цветов, состоящая из шортиков и майки. Это было бы ужасно мило, вот честно, этот принт с изображением мультяшных единорожков, шёлковые бантики на шортах и бретельках майки, домашние гольфы и лохматые волосы… если бы это не было максимально горячо. Тонкая ткань майки явно не рассчитана на такие объёмы в груди, а ещё – совершенно не скрывает явно напряжённые соски, да и шортики явно подразумевались как нечто более пристойное на несколько более плоской заднице. Тэхён приседает каждое утро по пятнадцать минут, чтобы её попка была идеальной. Шорты прикрывают только верхнюю половину ягодиц, и Гуки тихонечко сглатывает. - Хорошо, милая, - Чонгук поднимает руки в знак полной капитуляции, - всё, что ты пожелаешь. Да, сестрёнка? - Сама же первая начнёшь хныкать и просить выключить этот ужас, - смеётся Гуки, но не спорит. Со своей принцессой они никогда не спорят. Тэхён забирается в узковатую для троих кровать между Чонгуком и Гуки, кладёт голову ему на плечо, устраивает ноги на её бёдрах, и полностью увлекается фильмом. Гуки не любит ужастики. Гуки любит Тэхён. Поэтому она выжидает какое-то время, пока Тэхён забудется полностью, а потом, словно невзначай, кладёт руку на её коленку, потом на бедро. Просто гладит, бездумно и очень нежно, ненастойчиво и легко… пока. Она пробирается под шортики снизу ловкими пальцами и с удовольствием отмечает, что принцесса не обременила себя бельём. Впрочем, для серьёзных ласк ещё рано. Гуки даже поглядывает на экран время от времени, когда Тэхён тихо пищит и ойкает, искренне пугаясь происходящего в фильме. Гуки ласкает, постепенно увеличивая напор, тянется и прихватывает губами чувствительную мочку ушка, увешанную серёжками. У Тэ всё тело чувствительное, как у героини порноромана. Тэ снова вздрагивает, не поймёшь, от чего именно, и Гуки гладит её подтянутый животик, твёрдый от напряжения, а потом забирается под майку и наталкивается пальцами на ладонь брата. Можно было подумать, что он будет невинно смотреть фильм, а не трогать сочную грудь, на которой просто помешан. Гуки довольно улыбается и сжимает пальцами правый, тоже требующий ласки, сосочек. Тэ дышит медленно и тяжело. Гуки знает, что пижамные шортики уже мокрые между сжатых ножек, она чувствует одуряющий пряный запах своей девочки, уникальный запах, который невозможно спутать ни с чем. Тэхён хочет их всегда. Гуки знает, что Тэхён всегда их хочет, и это совершенно взаимно. И сейчас она берёт на себя роль главной. Той, кто будет решать. Она коротко смотрит на брата, мол, не спорь, не мешай, тебе понравится, и мягко тянет Тэхён к себе лицом, к брату спиной. Гуки выделывает своим языком чёрти что, и не только с киской Тэхён, но и с её собственным языком. Тэ обожает с ней целоваться и может делать это часами. Гуки уже совсем не так ласково, как до этого, сжимает её грудь в ладони, теребит и оттягивает сосок, и Тэ вздрагивает всем телом, и тихо сладко скулит. Гуки опускает руку, просовывает её между ног своей девочки и довольно улыбается, потому что была права: малышка течёт между ними так сильно. Гуки улыбается довольно и хитро, не отрываясь от губ своей любимой, укладывает её удобнее, а потом одной рукой стаскивает шортики с упругой попки, но не дальше. Натянутая влажная ткань проезжается по распалённой нежной коже, и Тэ хнычет в голос. - Братик, - зовёт Гуки, - нашей принцессе долго ждать? Гуки звонко шлёпает по округлой ягодице, заставляя Тэ сильнее прогнуться в спине и подставиться, и снова целует её глубоко и жарко. - Ты сегодня пила таблетки? – спрашивает он, приподнимаясь на локте и прикусывая тонкую кожу за ушком любимой. Тэхён быстро и нетерпеливо кивает, и Чонгук зализывает свой укус, потому что она такая хорошая девочка. Такая умница. Значит, её можно без резинки. Гуки целует Тэ в губы, когда Чонгук, положив ладонь на горячую грудь под майкой, входит в неё одним медленным сладким толчком. Тэхён стонет своей девушке в губы и мягко, но настойчиво подмахивает, шепчет "чёрт, это так хорошо". Чонгук трахает её как в последний раз в жизни, и Гуки помогает ей насаживаться, придерживая за бедро. А потом Гуки тихо и очень сладко стонет, потому что чертовка Тэ засовывает руку под её трусики, где тоже давно мокро и горячо, и ласкает её в одном темпе с движением члена в собственном нутре. Тэхён тоже умеет ласкать. Гуки не привыкла шуметь, но она дышит так часто и так горячо, и шепчет «моя девочка, моя любимая девочка» так хорошо, что Тэхён сходит с ума. Очень хочется попробовать её на вкус. Чонгук двигается ритмично и очень классно, он действительно знает, как пользоваться своим членом. Тэхён чувствует обжигающие капли спермы у себя внутри, и её отбрасывает к самым дальним звёздам мощным броском. Гуки осторожно берёт её за руку и вкладывает перемазанные собственным соком пальцы в её рот, и контрастно ласково гладит по высветленным волосам. - Ну вот, - капризно тянет Тэхён, неожиданно быстро придя в себя и недовольно дёргая голой задницей. – Фильм уже кончился. Всегда с вами так, черти озабоченные. Чонгук смеётся и отвешивает Тэ очень смачного шлепка по попке. - Спасибо, сестрёнка, - зевает он, и ищет пульт, чтобы отмотать фильм почти на самое начало. – Ты чудо. - Извращенцы, - Тэхён смеётся, выбирается из кровати и полностью стягивает измятую пижамку, а потом открывает окно, стоя перед ним совершенно обнажённой. – Я курить, а вы – как хотите. - Ты знаешь, что это запрещено, милая? - Спать с двумя разнополыми близнецами тоже, вроде, не очень? – благо, уже глухая ночь, в комнате темно, поэтому вряд ли кто-то из прохожих её увидит. – Но мы же не собираемся бросать? - Я люблю тебя, - улыбается Гуки, поправляет сбитую простынь. – Иди уже сюда, будем смотреть твои ужастики. Честно – смотреть, и всё. Чонгук, если честно, в последнем не особо уверен.