in the middle of Jeon hurricane

- А Гуки? - спрашивает Тэхён и хлопает аккуратно подведенными глазами. - Ну... мы увидим её дома, - Чонгук как-то неопределенно и загадочно подмигивает своей девочке. - А пока немного побудем вдвоём. Если что, Тэш, это свидание. Тэхён хмурится, прикусывает губу и придирчиво смотрит на своё отражение в витрине. - Черт. Ну почему ты не сказал заранее? Я выгляжу, как оборванка какая-то. Ким Тэхён ровно сто процентов времени выглядит как богиня. Очень, очень сексуальная богиня. - Ты очень красивая! Тэхён смотрит на Чонгука, и вдруг расплывается в широкой, обжигающей улыбке. Тянется к его уху и шепчет просто убийственно томно: - Но на мне не парадно-выходное бельё. - Это просто свидание, - стонет Чонгук и очень хочет наподдать по её упругой попке ладонью. - Мы просто сходим в кино, процелуемся весь фильм, а потом пойдем домой, и будет тебе и Гуки, и бельё. Тэхён смеётся, искренне и хорошо, но сама берет его за руку, целует в щёку и делает с десяток милых-милых селфи. Тут же выкладывает пост в инстаграм (Чонгук уверен, что сестра открутит ему яйца, ревнивая ведьма), гордо смотрит на проходящих мимо девчонок, потому что у неё самый классный в мире парень (и самая классная грудь). - Что мы будем смотреть? Чонгук читает на билете ничего не говорящее им обоим название, и Тэхён немного киснет. Она любит хорошие фильмы, кинотеатры и свидания. А тут всё наперекосяк. Впрочем, буквально через десять минут после начала фильма (среда, час дня, зал почти пустой) она забывает о том, что была недовольна чем-то, потому что Чонгук кладет руку ей на плечо и забирается пальцами во внушительный вырез (его же) рубашки, которую она носит при любом удобном случае. Он пробирается пальцами под красную хлопковую ткань в мелкую черную клетку, а потом под неплотную трикотажную ткань лифчика. Да, бельё и правда совсем не парадное, Тэхён такое редко носит - простое и однотонное, почти подростковое, если, конечно, не считать размера. Впрочем, Чонгуку совершенно наплевать, под каким бельем её трогать и что с неё снимать. Тэхён никогда не против, вот и сейчас она приваливается к нему, чтобы ему удобнее было ласкать, и вскоре он тянет вторую руку и уже откровенно сжимает её грудь в пальцах и шепчет ей «бог милостивый, какая же ты красивая». Тэхён любит быть красивой, и когда он вот так, без преувеличения, её боготворит. Чонгук наслаждается её грудью, венцом творения природы, а потом опускает одну руку ей под юбку, разводит ей ножки и просто сдвигает узенькую полосочку уже влажных трусиков в сторону. И трогает так, как сестра учила. Тэхён кусает губу, но не издаёт ни звука, только находит рукой его ширинку и пытается её расстегнуть. - Умница, - шепчет Чонгук ей прямо в ушко, - держись. Я планирую трахнуть тебя прямо здесь, любовь моя. Чонгук не видит, как Тэхён краснеет, взаправду краснеет, горячо и смущённо. Потому что одно дело ласкаться с ними обоими, они же одно целое для неё, вторая половинка её горячей души, и совсем другое - на глазах у посторонних людей. - Чон... - неуверенно начинает она едва слышным шепотом, но он мягко вводит в неё один палец, всего один, а она уже плывет. Только ножки осторожно, всё ещё неуверенно разводит. - Рядом с нами никого нет, - лукаво тянет он и медленно сгибает палец в её горячем нутре, прижимает какое-то чувствительное местечко там, и она только кивает. - И если ты будешь тихонечко-тихонечко, любимая, то всё будет хорошо. Очень здорово. Ты же так сильно хочешь, у меня вся рука мокрая. Жадная до ласки девочка... Тэхён делается горячей, потому что эти слова так заводят. И потому что смущают. И она правда опасается не справиться с тем, чтобы не шуметь. - И... что я должна делать?.. Иногда Тэ такая маленькая наивная девочка, что у Чонгука сердце делает тройное сальто. - Для начала, - шепчет он ей в губы с привкусом гигиенички, - помоги мне с этим, - он всовывает ей в руку квадратик упаковки презерватива. Тэ к ним не привыкла, но понимает, что это нужно. Она кое-как открывает упаковку, помогает себе зубами, потом долго возится, раскатывая скользкий латекс по горячему члену, и взволнованно кусает губы. Ей очень хочется быть хорошей девочкой, умничкой, потому что такое настроение. Чонгук это, конечно, чувствует, и мягко гладит её по голове. - Ты у меня такая славная, такая хорошая, детка. А теперь ты, любимая, очень осторожно сядешь ко мне на колени, и будешь как мышка. Тэхён сглатывает, перебарывая смущение, озирается по сторонам, но всё равно выполняет то, что он ей велит. То есть, медленно перекидывает ногу через его бедра, усаживается и крепко обнимает за плечи. А потом заводит руку себе за спину, обхватывает пальчиками подрагивающий от возбуждения член, и направляет его в себя. Очень хочется вскрикнуть, потому что всего этого для нее неожиданно много. Но она молчит, утыкается носом в шею своего парня, и задерживает дыхание. Чонгук шепчет ей «такая горячая», «такая мокрая, жадная, чувственная», «самая красивая», «любимая принцесса», когда двигает бедрами резко и максимально в таком положении быстро. Ему непривычно любить её и не трогать её грудь, но атмосфера запретности, адреналин и всегда желанная близость компенсируют этот недостаток. Тэхён очень боится выдать их обоих, поэтому не отрывается от напряженной горячей шеи, и только дышит часто-часто. Ей откровенно боязно, но так чертовски хорошо. Она чувствует его глубоко-глубоко, и любит его так сильно. А еще, от полноты эмоций, она сжимается изнутри, и от этого Чонгук всё же выдыхает едва слышный стон, когда кончает непривычно быстро. Тэ с этим не справляется. Чонгук понимает это только через минуту, но тут же устраивает её рядом с собой и ласкает пальцами очень быстро. - К черту этот фильм, - сдавленно шепчет Тэ, получив своё, - пошли домой. И снова берет его за руку, когда, чуть пошатываясь, выходит за ним из темного кинозала, ловко поправляя трусики под юбкой. Когда оба оказываются на улице, Тэхён протяжно кричит, давая волю своим желаниям. Просто кричит, а потом смеется, лукаво и бессовестно. - Извращенец, - нежно говорит она. - Извращенка, - в тон ей отвечает он. - Было классно. - Было очень классно, - поправляет Тэ, и целует его в щеку. Потом думает немного и делает селфи, прижимаясь алыми, искусанными губами к его щеке со следами румянца. Подписывает «люблю своего парня больше жизни», и требует кофе из старбакс и тортик, в качестве награды. Чонгук согласен сделать для неё всё на свете, безусловно. А потом у обоих синхронно пищат телефоны, оповещая о новом сообщении в их чатике на троих. «Судя по вашим лицам, секс был отменный». - Как думаешь, убьёт? - М... может, - решает Тэ, но не сдерживает самодовольной улыбки: она обожает, когда её ревнуют. - Купи ей кофе, может, это тебя спасет.