Сам себе дядя

      Озадачив проблемой одного из деканов, Поттер выдохнул спокойно. Всё же, несмотря на бушующие гормоны и подростковый возраст, Гарри ещё по памяти прошлой жизни знал, что очень многих бед и ошибок можно избежать, если вовремя обратиться с проблемой к тому, кто должен их решать. В данном случае это профессора, деканы и директор. По понятным причинам директору Поттер не доверял, а профессора Снейпа более-менее уважал, поэтому у него не возникло сомнений, что декан Слизерина проведёт тщательнейшее расследование и по его окончанию поделится результатами со слишком дотошными учениками.       В общем, после озадачивания «взрослого», Поттер посчитал инцидент исчерпанным и очень надеялся, что и остальные из его компании поступят также. И если за Сьюзан он мог быть спокоен: девочка обладала на редкость спокойным нравом и не любила вмешиваться в чужую жизнь (тем более удивительным оказалась её помощь Поттеру на первом курсе). То вот Дадли и Малфой, несмотря на принадлежность к змеиному факультету явно обладали повышенной тягой к приключениям. И если Дадли, немного побурчав, занялся очередным экспериментом: Поттер на всякий случай под мантией проследил за кузеном и, увидев, что тот снова что-то варит в одном из классов, перестал за ним следить, то вот Малфой, ужесточивший «слежку за Локхартом», подключивший к ней старшекурсников, был явной проблемой. Всё же Гарри надеялся, что, несмотря на таинственные нападения, лично для него год пройдёт без особых проблем.       Первым звоночком стал резко прекративший всю деятельность связанную с Локхартом Малфой. Нет, вначале Поттер успокоился, ведь вся их компания дружно переложила свои поиски на одного из деканов, ну а потом Гарри насторожился, так как слишком хорошо знал Драко и тот был слишком осторожным и упрямым, чтобы резко прекратить такое занятие, как слежка за подозрительным профессором. Да он на первом курсе почти раскусил Квирелла: когда Поттер после больничной палаты ознакомился с выкладками Малфоя, он очень сильно пожалел, что не привлёк того к операции по освобождению Дадли. Так как Драко знал много полезной информации по профессору ЗОТИ, которая бы очень пригодилась во время их со Сьюзен забега по ловушкам. И вот сейчас Малфой вдруг резко забрасывает интересовавшее его дело, как будто вообще никогда им не занимался.       Нет, Малфой мог сделать подобное, если бы посчитал слежку бесперспективной. Вот только пока профессор Снейп не сделал свои выводы и не вынес вердикт, утверждать подобное было бы глупо. К тому же, даже в этом случае, осторожный Малфой лишь уменьшил бы слежку и убрал бы её лишь через месяц или два.       Вторым звоночком стало странное поведение самого преподавателя. Нет, он всё так же устраивал свои представления на уроках, и Поттеру постоянно приходилось отыгрывать различные роли. Вот только в последнее время Локхарт стал смотреть на него и Сьюзан как-то странно, Гарри даже показалось, что профессор каким-то неведомым образом узнал об их разговоре с деканом Слизерина. Вот только в этом случае он должен был бы как-то отреагировать: оправдываться, угрожать, обратиться к попечительскому совету или в Виземгамнот, обвиняя школьников в клевете… Но ничего этого не происходило, поменялся лишь взгляд профессора: с обычного самодовольного на заинтересованно-подозрительный.       Третьим звоночком стал подозрительно изменившийся в последнее время брат близнецов: Рон Уизли. Поттер уже давно не общался с ним, да и в последние разы их разговоры заканчивались ссорой, и тем удивительнее было, когда этот юноша уже несколько раз за последнюю неделю пытался вновь завязать диалог. И в отличие от прошлого года он был гораздо сдержаннее, да и сами темы разговоров были вполне нейтральные, ничем не напоминая его предыдущие рассказы о квиддиче и о том какой он крутой игрок в шахматы. Так что Поттер, с удивлением сочтя Рона интересным собеседником, принял решение не рубить сгоряча и подождать, пока Уизли сам выложит причину перемены в его поведении. Рон подобное делать не спешил и даже проявил подозрительную для него тактичность, не став доставать Поттера вопросами о том, как он победил Воландеморта. В один из их разговоров Уизли поднял эту тему, однако получив ответ: «я не помню», - больше не стал задавать подобные вопросы, в основном обсуждая с Поттером свойства некоторых редких заклинаний.       В итоге Поттер принял подозрительность Рона на заметку, но сильно волноваться не стал. Решив просто поговорить с Малфоем. Однако тот вдруг стал на редкость неуловимым: в Большом зале его не поймать – он быстро ест и уходит, в гостиную Слизерина, куда Поттеру не попасть, ну а всё свободное время он проводит именно в ней. Впрочем, это как раз неудивительно: из-за таинственных нападений их компания приняла решение как можно меньше времени проводить вне защищённых гостиных, так что Малфоя можно было понять. В общем Поттер уже думал написать ему письмо с просьбой о встрече или попросить кузена передать подобное на словах, когда произошло то, чего он боялся больше всего: тревожный браслет Дадли нагрелся, на нём высветилась надпись: Третий этаж, недалеко от 312 аудитории. Срочно!

***

      Локхарт солнечно улыбался всем студентам, на ходу отвешивая старшекурсницам комплименты, от которых те млели. «Тупые курицы», – думал Гилдерой.       – Мисс Ривз, вы сменили причёску? Вам очень идёт! – довольная райвенкловка слегка зарделась, а профессор пошёл дальше, обдумывая невесёлые мысли.       «– А ведь я пошёл преподавать в Хогвартс, чтобы повысить продажи моих книг, а в итоге всё вылилось в … это…»       Да уж. Чего профессор не ожидал так это то, что его раскроют. И кто? Второкурсники! И если бы не глупость близнецов Уизли он бы так и ходил в неведенье. Впрочем, главное: он не поддался панике и не начал затирать хвосты сразу же после того, как услышал о своём катастрофическом положении. Ведь прошло уже две недели, а его так никто и не обвинил. Впрочем, наиболее активные: Малфой, Гойл и Панси, которые организовали за ним слежку, уже и не вспомнят, что профессор слишком подозрительный. Всё же в магии Разума Локхарт продвинулся достаточно далеко. Поттер и Боунс поймать пока не получилось, впрочем, они, скорее всего, самая спокойная часть их компании и на рожон лезть не будут, а вот Грейнджер и её постоянного спутника Крэбба пришлось обработать кардинально. Всё же у девчонки явный талант: когда Локхарт затирал «ненужные» воспоминания, он бегло проглядел мысли девочки… Её работа впечатляет: столько про него нарыть не смог бы даже аврорат. Впрочем сейчас они уже ничего не докажут: воспоминания стёрты, а все улики исчезли, и даже если девочка снова попытается найти что-то, то ей придётся начинать сначала.       Осталось только разобраться с Дадли. Вот кто точно не оставил своих целей по выведению Локхарта на чистую воду, так это он.       «– Неужели Дурсль и вправду думает, что я не вижу его подозрительные взгляды? Глупый, мелкий паршивец! Впрочем, для своего возраста он довольно неплох, так как помимо взглядов он ничем себя не выдал. Да и выловить его, наверное, труднее чем Поттера, несмотря на то, что Дадли часто ходит один. Эх, насколько проще было с Грейнджер и Крэббом – нужно было лишь несколько дней покараулить у библиотеки. Впрочем, неважно, сегодня я разберусь с Дадли и останутся только Поттер с Боунс. А вот Снейпа я трогать, пожалуй, не буду – будет интересно узнать: что бывший пожиратель сможет на меня нарыть. Вот и посмотрим, кто в большем почёте: Герой, кавалер Ордена Мерлина, или обычный профессор, да ещё бывший раб Тёмного Лорда, со втоптанной в грязь репутацией…»

***

      Рон Уизли сидел в заброшенном классе и быстро строчил в маленькой чёрной тетрадке. Подумать только! И Джинни скрывала от него такое сокровище! Впрочем, он тоже не особо горел желанием разглашать кому-либо существование Тома. Ну уж нет: давать доступ к запретным знаниям кому-то постороннему он не будет! И, конечно же, было бы полным идиотизмом с его стороны светить заветной тетрадкой перед одноклассниками, как это делала Джинни. Непозволительная глупость. Впрочем, чего ещё ждать от этой избалованной девчонки.       Рону с детства было не просто. Ему всё время приходилось донашивать одежду за братьями. А Джинни… Ей всегда доставалось всё новенькое! Она ведь мамина радость. Единственная дочь! А он, Рон, всего лишь шестой сын… Да ему даже палочку новую не купили! Впрочем, скоро всё поменяется!       Каким же он раньше был самодовольным глупцом! Не смог даже подружиться с Гарри Поттером, а как оказалось: достаточно было всего лишь найти интересную для него тему и не лезть в личное пространство. Всего два маленьких совета от Тома и он уже без проблем общается с героем магической Британии! И пользы от этого общения море. Нет, вначале, конечно было не очень здорово: пришлось лазить по книгам, но потом… проверив выкладки Поттера по одному из случайно увиденных в одном старом издании заклинанию, Рон понял, что тот получил свой статус совсем не зря. Он точно гений, и наверняка будущий Тёмный Лорд: предложить подобное применение рядового заклятья…       Наверняка он поступил на Харплафф, чтобы сбить всех с толку: ведь по одному его виду и манерам сразу видно - аристократ. Да и компания у него соответствующая: Сьюзан Боунс – племянница главы ДМП, да и просто очень симпатичная девочка. Если бы она не ходила хвостиком за Поттером, то Рон возможно… нет, для подобного ему не хватило бы духу. Но каков размах? Привязать к себе родственницу одного из ведущих глав министерства магической Британии, причём с первого года! Сразу видно будущего Лорда! Малофои – один из богатейших родов в мире, к тому же аристократы! Полумна Лавгуд – как оказалось видящая… По крайней мере по слухам, но… если бы это не было правдой, то Малфой бы ей не заинтересовался. Гермиона Грейнджер… Да, зубрилка, но пусть и со скрипом, но Рон вынужден был признать, что лучше Гермионы в деле поиска нужной информации нет. Дадли Дурсль… казалось бы, маглорождённый родственник, который будет тянуть на дно… Так нет – он действительно крут в зельеварении, и Уизли не удивится, если тот превзойдёт Снейпа и станет самым молодым мастером зельеваром! В общем компания у Поттера прекрасная, нужно только в неё грамотно влиться… И у Уизли есть        очень неплохая возможность это сделать. Ведь для него, пока он шарился по библиотекам и газетам в попытке найти совместные интересы с Поттером по совету Тома, оказалось не трудно выяснить, что же за тетрадка попала ему в руки. О да, бывший Тёмный Лорд явно не слишком разборчив в анаграммах. Так себя подставить, зная, что один из центральных кубков в зале наград принадлежит некому старосте Слизерина Томасу Марволо Реддлу… Рон примерно прикинул: сколько требуется тёмному артефакту, чтобы подчинить среднего мага. Месяц, полтора. Прошло уже две недели, да и рисковать у него никаких резонов нет. А значит у него около недели на то, чтобы выбрать: какому Лорду служить - старому или новому, ведь наверняка если предложить Воландеморту возрождение, тот с радостью уцепится за нового слугу. Да и Поттер скорее всего будет очень рад, если ему сдадут конкурента с потрохами…

***

      Профессор Снейп задумчиво перебирал пальцами очередную книгу.       «– Невозможно!» – думал он, – «неужели всё магическое сообщество настолько слепо?»       Когда второкурсники подошли к декану Слизерина и высказали тому свои подозрения, тот отнёсся к ним скептически. Но всё же: он не Макгонагалл и если сказал, что проверит – значит проверит.       Вот только он даже в мыслях не мог предположить, что дети окажутся правы. А пока на это намекало всё. И книги профессора, и данные из библиотеки Малфоя, в которую у него был неограниченный доступ: для друга Люциусу было не жалко, и работа обливатором в министерстве…       «– Когда-нибудь Альбусу аукнется его манера набирать к себе в школу непонятно кого!» – профессор со злостью отбросил книгу и взял другую, – «одержимый, недоучка, больной заразной магической хворью, бывший разрушитель проклятий, сошедший с ума, и теперь преступник, притворяющийся героем! И это список профессоров ЗОТИ за последние пять лет. А ведь раньше преподаватели были не лучше. Дамблдору явно нужно пересматривать кадровую политику и тогда никакие надуманные проклятья от Лорда не будут довлеть над должностью.»       Новая книга тоже не порадовала профессора. И если верить всему тому, что он прочитал… Всё просто кристально ясно. Вот только улики все косвенные. И понятное дело, что показания бывшего пожирателя не будут и сикля старого стоить против пафосных речей Героя и кавалера ордена Мерлина. Осталось только попытаться раскрыть глаза Дамблдору. Уж если у кого и хватит влияния вынести на суд эту череду чудовищных преступлений, то только у него. Прихватив с собой наиболее провокационные издания, профессор Снейп направился в сторону покоев директора.       «– Надеюсь, что вы сможете разобраться с этим, директор», – думал Снейп, стоя перед горгульей.       – Лимонное повидло, – назвал он пароль и зашёл внутрь.