Another chance

Глава 2.

Взрывной фейерверк.

Прошла неделя, за время которой Дурсли успели порядком наскучить Джокеру. От любого бездействия простаивал его гениальный ум, что было совершенно непозволительно, и он предпочитал всё свободное время тратить на изготовление своих изобретений. Испытывал он их на Дурслях, которые теперь передвигались по дому, как по минному полю. Ближе к концу недели ему удалось собрать достаточно материалов для приготовления взрывчатки, что сулило много веселья в грядущей перспективе.

***

Вернон Дурсль чинил машину в гараже, когда в приоткрытую дверь вошёл Джокер. Заметив, что на него не обращают внимания, мальчик принялся с задумчивым видом посвистывать и осматривать висящие на стене ремонтные принадлежности. Его взгляд остановился на пожарном топоре в углу. — Я тут вспомнил одну историю… Когда-то давно жил один придворный врач… И к нему постоянно приходил один и тот же человек… Он жаловался на то, что у него болит голова… Ничего не помогало! Самые лучшие лекарства оказывались бессильны… И тогда лекарь схватил топор и отрубил ему голову! Она покатилась по полу, замерла, открыла глаза и произнесла: «Спасибо, мне теперь намного лучше, но есть новая проблема… Я не чувствую своего тела!» Ха-ха-ха! Джокер саркастически рассмеялся. Дядя Вернон несколько секунд молча смотрел на него, а потом понемногу его стала смешить нелепость и комичность происходящего, и он тоже рассмеялся. Посмеиваясь, Джокер подошёл к Вернону:   — Ты, наверное, считаешь меня неблагодарным ребёнком, да? Что я не умею чувствовать и ценить всё прекрасное, что для меня делаешь ты и твоя жена? Прости. Джокер протянул ему руку для рукопожатия. Вернон попятился назад: поведение Гарри было очень странным, но искренняя улыбка на его лице подкупала. В глубине души дядя прекрасно понимал, что он долгие годы издевался над ребёнком, но его самомнение тешило то, что перед ним извиняются. Дурсль ответил на рукопожатие, и в тот же миг его тело прошил разряд тока, заставляя сердце замереть и прекратить свой бег. Джокер склонился над ним и посмотрел в закатившиеся дядины глаза: — Ты прав, я не умею.

***

Петунья и Дадли, связанные по рукам и ногам, сидели на кухне и громко мычали, силясь что-то произнести через кляп. Вошедший Гарри заставил их ещё сильнее задёргаться и затрястись на стульях. — Тише-тише-тише, чего вы нервничаете? Разве я похож на маньяка, на психопата? Видите? Мои руки пусты. Я всего лишь хочу сыграть с вами в игру. Позади ваших стульев прикреплена взрывчатка. Срабатывает она очень просто: стоит кому-нибудь открыть дверь на кухню и… Динь-дон! Пятизвёздочные райские отели приветствуют вас! Ха! А сюда я кладу нож. Можете попробовать добраться до него и перерезать верёвки. И-и-и… мы начина-а-аем! Джокер вышел из кухни и аккуратно прикрыл дверь, активировав взрывные устройства. Затем взял телефонную трубку, набрал полицейский участок и завопил, чтобы его могли услышать Дурсли: — Алло, алло! В наш дом проникли грабители, помогите, Тисовая улица, номер четыре, нас держат на кухне! Дом наполнил восторженный смех.

***

Пять полицейских машин примчались спустя считанные минуты. Копы рассредоточились по территории вокруг, осторожно подбираясь к дому и держа оружие наготове. Несколько человек вошли в дом со стороны чёрного входа, ещё четверо заняли позиции у парадного крыльца, остальные взяли на прицел окна. Дадли Дурсль сумел доскакать на своём стуле до стола и попытался взять зубами нож. Где-то снизу раздался звук поднимающихся шагов. Петунья дико заверещала и вытаращила глаза. Дверь в кухню вылетела от сильного пинка. Два офицера встретились взглядом с Дурслями.   — Чт… Мощный взрыв сотряс дом. Ударная волна выбила стекла в близлежащих домах и заставила взвыть сигнализации автомобилей в окрестности. Джокер, наблюдавший за всем, пожал плечами:   — Безумие, безумие, безумие… Вот, что способно изменить мир к лучшему. Да… И динамит. А-ха-ха-ха-ха!