Another chance

— Эй, бородатый, какой ещё Хогвартс? Ты из той секты, что верит в извращенца с накладной бородой, влезающего в дома через дымоход и подкладывающего в носки детишек подарки? — Джокер искоса смотрел на здоровяка.   — Я не понимаю, о чём ты говоришь, Гарри, — великан задумчиво поскрёб подбородок. — Меня зовут Хагрид. Я здесь по приказу профессора Дамблдора, директора Школы чародейства и волшебства. Ты волшебник, и должен учиться магии. — Да… Ты… Ты повтори мне это ещё раз. Я хочу по достоинству оценить этот интересный способ упрятать в психушку! Меня поместят в комнату с мягкими стенами, и добрая медсестричка с усталым взглядом будет трижды в день пичкать препаратами. Хагрид озадаченно посмотрел на мальчика. — Что ты! Хогвартс — это вовсе не больница, а школа магии, среди её выпускников очень много знаменитых людей. Ты — Гарри Поттер, очень известный в нашем мире волшебник. Ты смог победить Того-Кого-Нельзя-Называть, чего ещё никому не удавалось.   — И ты тоже волшебник?   — Ну… — замялся Хагрид, — у меня давно отобрали палочку и решением суда запретили колдовать. Её это… переломили пополам. Но я привинтил обломок от неё к своему зонтику и иногда украдкой использую магию.   — Знаешь, я верю только в то, что вижу своими глазами. Ты есть, магии — нет. Улавливаешь связь, м? Тебе ведь не составит труда превратить вот эту палку в гранатомёт? — Джокер криво улыбнулся. — Э-э-э… Превратить во что???   — Та-дам, я вижу, как мыслительные процессы в твоём головном мозге пытаются донести, чего же всё-таки я хочу от тебя, — Джокер сделал вид, что сосредоточенно задумался. — Давай облегчим твою задачу. Взорви здесь что-нибудь! Поколебавшись минуту, Хагрид решил, что ничего страшного не будет, и направил зонтик на мусорный бак у здания неподалёку, что-то пробормотав себе под нос. Из кончика зонта вырвался красный луч. Бак взлетел в воздух и перевернулся, всё его содержимое рассыпалось по газону. — А-ха-ха! — Джокер в диком восторге запрыгал на месте. — Пожалуй, это один из лучших дней в моей жизни! Это меняет всё, всё! А-ха-ха-ха!

***

Джокер одобрительно похлопал в ладоши, глядя на то, как разошлись в стороны кирпичи в стене «Дырявого котла», открывая проход на Косой переулок:   — Ха! Даже по моим меркам это выглядит неплохо!   — Это магия, Гарри, — улыбнулся Хагрид. — Ты встретишь ещё много удивительных вещей. Например, сейчас мы пойдём в банк гоблинов и снимем с твоего счёта немного денег, чтобы можно было купить учебные принадлежности.   — Банк гоблинов? Эта затея мне определённо нравится! Глаза Джокера лихорадочно заблестели. Банк «Гринготтс» оказался высоким белоснежным зданием с отполированными до блеска бронзовыми воротами. Он сильно выделялся роскошной отделкой среди окрестных лавок и магазинчиков. У входа стоял гоблин в ливрее. Увидев Гарри и Хагрида, он улыбнулся и пропустил их. Подойдя к гоблину за стойкой, Хагрид произнёс:   — Доброе утро. Мы тут с э-э-э… я то есть тут… в общем, со мной Гарри Поттер, вот, и он хотел бы снять денег со своего счёта. Джокер хлопнул себя по лбу и закатил глаза.   — Доброе утро, сэр, — вежливо обратился к нему гоблин, — у вас есть ключ?   — У меня есть, — ответил Хагрид и достал маленький золотой ключик, — профессор Дамблдор передал. И ещё вот письмо насчёт того, что находится в сейфе семьсот тринадцать. Управляющий гоблин, видимо, прекрасно понимал, про что ему говорят, поскольку не сказал более ни слова, подозвал своего помощника и велел ему проводить Хагрида и Гарри к сейфам.   — Бородатый, — Джокер пихнул в бок Хагрида, — чего это вы там припрятали?   — Не могу тебе сказать, Гарри, это большая тайна! Личное поручение профессора Дамблдора! — с важным видом ответил великан. Джокер подумал, что можно было бы выпытать из Хагрида всю нужную информацию с помощью нервно-паралитического газа. Но до тех пор, пока он не будет создан, затея была отложена на неопределённый срок. Забравшись в тележку под управлением гоблина, они медленно поехали по железной дороге в узком каменном коридоре, освещённом факелами. Уже через минуту Джокер начал скучать.   — А что это у тебя там за рычаг на пульте управления? — спросил он у гоблина.   — Это регулятор скорости, сэр, — произнёс гоблин в ответ.   — Регулятор, говоришь… Давай-ка мы проверим, как эта штука работает! А ну дай сюда! Джокер оттолкнул гоблина и вдавил рычаг до упора. Тележка, покачиваясь и едва не подлетая, с огромной скоростью помчалась по рельсам. От каменных сводов эхом отразился истерический смех.

***

Всё ещё икая от поездки на тележке, Хагрид привёл Гарри в магазин мадам Малкин:   — Теперь нужно купить тебе мантию, в Хогвартсе не носят магловскую одежду.   — Я что, на кришнаита похож?!   — Гарри, это обязательное правило для всех. Волшебники в нашем мире носят мантии.   — Ваш мир погряз в условностях. Джокер, напевая себе что-то под нос, зашёл в магазин. Вскоре раздался женский крик, звук чего-то упавшего, а потом ухмыляющийся Джокер вышел из магазина, неся под мышкой небольшой свёрток:   — Я заметил, что лезвие у лица сокращает время ожидания в любой очереди. Вот, что я называю магией!

***

— Мистер Поттер, сделайте, пожалуйста, плавный взмах вот этой палочкой. Десять дюймов, клён и волос горной серны. Джокер с изрядной долей скептицизма уставился на Олливандера:   — Я тебя сейчас правильно понял: ты хочешь, чтобы я помахал вот этим куском дерева, и произошло чудо, так?   — Это не просто кусок дерева, мистер Поттер. Это невероятно тонкий магический инструмент. Волшебные палочки, так же, как и люди, умеют чувствовать, и именно они выбирают волшебника, которому будут служить, а не волшебник — их, вопреки распространённому убеждению. Иногда мне даже кажется, что палочки живут собственной жизнью…   — Эй-эй! — Джокер пощёлкал пальцами перед лицом Олливандера. — Я уже минуту машу этой палкой! Выйдя от мастера волшебных палочек, Джокер принялся с интересом разглядывать свою покупку:   — Забавно. Тот тип, отправивший мою семейку в Вальхаллу, тоже владел палочкой с пером Феникса. Вот что я тебе скажу: у него не было вкуса. Разве стал бы настоящий злодей убивать своего врага? Я тебе отвечу. Нет! Иначе игра стала бы безумно скучной…   — Тот-Кого-Нельзя-Называть совершил много великих, и в то же время ужасных дел, — с дрожью в голосе произнёс Хагрид.   — Слушай, а чё ты боишься его имени? — наморщил лоб Джокер и заорал на всю улицу. — ВОЛДЕМОРТ! ВОЛДЕМОРТ!

***

Кое-как втащив свою тележку в вагон Хогвартс-экспресса, Джокер утёр пот со лба. К проектировщику этого поезда следовало бы применить пытки током. Настолько нелепые лестницы и узкие коридоры мог придумать только тот, кто на результате своей инженерной мысли ездить никогда не собирался. Упав на сиденье, Джокер уже было подумывал почитать школьные учебники или проспать до самого Хогвартса, как дверь в купе приоткрылась, и внутрь заглянул рыжий мальчишка.   — Здесь свободно, да? — он указал на сиденье напротив.   — То, что ты там никого не видишь, это ещё не значит, что там никого нет, — ухмыльнулся Джокер и сцепил пальцы рук.   — Ой, а ты Гарри Поттер, да? — взгляд мальчика скользнул по шраму в виде молнии. Не дожидаясь ответа, он вкатил свою тележку в купе и протянул руку для рукопожатия. — Меня зовут Рон Уизли.   — Я предпочитаю пожимать руку только в последний раз, — загадочно ответил Джокер и отвернулся к окну, показывая своим видом, что Уизли ему совершенно не интересен. Рон немного растерялся от того, что национальный герой отказался с ним здороваться. Сев у окна, он начал копаться в содержимом своей тележки и вытащил альбом с фотографиями.   — Вот, смотри, Гарри, — попытался он наладить контакт, — этот альбом мне подарила мама. Вот на этой фотографии изображён Альбус Дамблдор, директор Хогвартса. Он показал страницу со снимком Джокеру. Тот мельком взглядом по фото, после чего весело произнёс: — Дай угадаю: ты решил похвастаться тем, что твоя семья коллекционирует старых пердунов? — и снова отвернулся к окну. Некоторое время они ехали в полной тишине, нарушаемой лишь мерным постукиванием колёс. Каждый размышлял о чём-то своём. Потом дверь купе вновь открылась. В этот раз на пороге стояла девочка с густыми каштановыми волосами и строгим выражением лица. Джокер уже знал, что она спросит.   — Здесь свободно? — произнесла она. И, точно так же, как и рыжеволосый мальчик, не дожидаясь приглашения, она вкатила в купе тележку и уселась рядом с Роном.   — Меня зовут Гермиона Грейнджер! — воскликнула девочка. Джокер не ответил, а рыжеволосый обрадовался, что у него появился собеседник:   — Моё имя — Рон Уизли, очень рад знакомству! А напротив сидит Гарри Поттер. Только он почему-то не в настроении.   — Как? Тот самый Гарри Поттер?! — Гермиона радостно замахала руками. — Я читала о тебе, было сказано, что ты победил Того-Кого-Нельзя-Называть, самого сильного и опасного волшебника нашего времени! В ответ с противоположной стороны раздался храп.

***

Джокер проснулся от того, что в купе происходила бурная дискуссия. Гермиона вытащила свою волшебную палочку и что-то пыталась объяснить Рону: — Для того, чтобы сотворить заклинание, нужно затратить некоторое количество магической энергии. Чем мощнее заклинание, тем больших затрат оно требует. Одно из самых простых заклинаний — это Люмос. Смотри, сейчас я заставлю свою палочку засветиться!   — Ты превратишь её в торшер? — скучающим голосом спросил Джокер.   — Нет, Гарри, — учительским тоном ответила Грейнджер, — это заклинание вызывает огонёк на кончике палочки. Чем сильнее волшебник — тем большее пространство он может осветить. Говорят, что некоторым под силу было осветить даже целую пещеру! Смотрите! Люмос! Купе озарило слабое бледно-голубое сияние.   — А ещё это заклинание очень полезно, потому ч…   — Слушай, — перебил её Джокер, — есть какое-нибудь заклинание, вызывающее взрыв?   — Есть… Бомбарда.Но его изучают только на…   — А посильнее него есть что-нибудь?   — Есть ещё Бомбарда Максима, но я не понимаю, для чего тебе… — Отлично, на первое время мне этого хватит. В купе вновь раздался храп.