Stargazing: Сборник тишины.

— Дэн, а ты знаешь? Что если человек умирает, то часы, когда-то ему принадлежащие… останавливаются…

      Дэнис опустил глаза на карманные часы на цепочке в золотой отделке, с выдавленными узорами вороньей головы, каких-то завитушек и колосков по бокам. Редкое и дорогое украшение, себе только знатные особы могут такое позволить. Мальчишка злобно усмехнулся. … Знатные особы, конечно…       … Могут позволить, да…       И, смотря, на какие деньги все это приобретается…       Сцепив зубы, мальчишка сильно стиснул корпус циферблата, надеясь, что от его силы лопнет стекло, но оно даже не почувствовала давления. Чертовски хорошая работа…       Когда шатен успокоился, он посмотрел перед собой. Он стоял напротив мастерской часов и прочего хлама, который сюда несли за ненадобность. Но на самом деле скупщик в данном месте, перекупал старье, чинил его, или разбирал, собирал заново и получал совершенно иную вещь.       Когда шатен над этим довольно жестким решением задумался, он не понимал…       Скорее всего, когда часы, которые он держит в руках, остановились. А остановились они… когда погибла его сестра…       Это был ее подарок. Подарок на 10-тилетие…       Да, по законам Олдо, подобные подарки можно дарить лишь в совершеннолетие, но когда это Мари Супрайн волновало вообще? Она была единственной, кто не боялся идти вопреки этим дебильным законам.       Скорбящая и фальшивая улыбка тронула губы мальчишки, и он взявшись за механический ремонтуар*, повернул его несколько раз, не спуская глаз при этом с циферблата. Ни одна из стрелок так и не стала двигаться, хотя бы приблизительно…       Мальчишка остановился взглядом на выгриверанной надписи внутри щеколды — «любимому брату» и застыл.       Рука опустилась, взгляд помутнел, глаза постепенно темнели теряя цвет, и становились все темнее и темнее, будто отражали мысли хозяина часов.

— Дэн, а ты знаешь? Что если человек умирает, то часы, когда-то ему принадлежащие… останавливаются…

      Отголосок родного голоса ударился в ушную полость. Пусть теперь это и была иллюзия. — Но я ведь… еще жив… — мальчишка с тоской посмотрел на циферблат снова, без всякого желания, и с ноющей болью на сердце, продолжил мысль, но про себя, — «Или… в тот день… я должен был умереть?..»       К счастью, его вопрос так и остался без ответа, так как дверь мастерской открылась и в проеме показался высокий и пухленький дедушка в очках, больше напоминающих своим стилем стимпанковскую конструкцию, на левом глазу перед окуляром было еще немеренное количество моноклей разных по размеру. Это и был Мастер. Следом на улицу выбежала рыжеволосая девочка в оранжево-розовом сарафане и подбежала к Дэну взяв того за руки. — Ты долго еще? Дэн, очнись! Мальчишка слегка вздрогнул и поднял взгляд. — Олис… — Пошли! Мы же уже все решили! — заверещала рыжая, потянув сводного брата за собой, за руку.       Когда дети оказались внутри. Дэн с неохотой и тоской поднес часы на цепочке к кафедре, и предоставил Мастеру осмотр. Он с болью наблюдал, как корпус раскалывают на двое, как внутренности часиков, шурупы, механизмы, пружины вынимают и осматривают каждую. Правда, потом снова собирают, пробуют заводить, но… безуспешно. — Не понимаю… — вздохнул старичок снова осматривая циферблат, и взялся за отвертку. Дэн такому прогнозу только усмехнулся. Они не пойдут… когда умерла Мари, часы остановились… — Они же в полном порядке… — слегка недовольно буркнул Часовых дел мастер. Он никогда не давал ни одному, своему клиенту, усомниться в своих навыках. Та и никогда не разочаровывал покупателей, вдыхая в их часы, шкатулки, механических кукол жизнь снова. И когда он хотел уже было снять крышку корпуса, Дэн его остановил. — Не надо. — А? — поднял на ребенка старичок глаза, всматриваясь в него через специальные очки. — Не чините их, это бесполезно. Та и я если честно, на время-то никогда не смотрю. — Вот как? — печально вздохнул мастер, а Олис во все глаза уставилась на брата, приподняв брови. — Вы их… здесь оставите? Они же вам теперь все равно без надобности… Шатен задумался, и провел глазами по витринам с разного рода изделиями и вещами находящимися в ремонте или под залогом, затем посмотрел на Мастера снова и заметил небольшую брошь в виде зерна у него на кармане, которая удерживала некоторые необходимые ему инструменты. Шатен прищурился. — А у вас есть навыки ювелира? — Ммм… нет… но есть знакомый… — недоуменно потер короткую пушистую бороду старичок. — Тогда… сможете договориться с ним? — попросил мальчик. — Что вы хотите? — приподнял Мастер очки на лоб. — Оформить заказ… механизм часов можете себе оставить, и все необходимое с этим, а корпус… непосредственно металл, отдайте на переработку в ювелирную лавку. Дедушка прищурился в ответ, пристально посмотрев на мальчика. — Сделайте мне из него ожерелье… цепь можете не трогать, просто удлинить. — сказал Дэн, не моргая глядя на старика. — М-м-м… — такое решение было неожиданно, да и ново для Мастера, но тем не менее, лучшей участи для данных часов было уже не придумать, раз руке Мастера они уже не поддаются… кто-то отнял душу у этого механизма, и кажется, истинный владелец часов умер… — Я… попробую… но нужно время. — Сколько требуется, столько и используйте, — сказал Супрайн, пожав плечами, — главное, до Дня Совершеннолетия всех дворян не тяните, у вас в запасе… целых 4 года. Шатен усмехнулся, и более ничего не говоря, покинул лавку. Мастер с Олис только переглянулись, и девочка усмехнулась. — Самого главного не учел… но это отличная идея… так и сделайте. — Э? — Оформите заказ на Принцессу Лиры, я заберу его через 4 года 14-го января.