Stargazing: Сборник тишины.

      Ведение личного дневника, ведет к приобретению и поднятию писательского стажа.       Наработки, очерки помогают развить умение ценить, оценивать, думать и говорить литературным языком. Красивым языком. Ведь когда хочешь описать значимое в своей жизни событие, превосходное место, фонтан переполнявших тебя чувств. Скорбь, злость, страдание. Любовь, ненависть, восторг. Свободу…       Как это? Как ты видишь свободу? Ты задумывался об этом хоть раз? Как ты сможешь описать ее?       Как что-то невероятное, что не передать словами? Нет, слишком банально… Что-то несуществующее — тогда какой смысл ей вообще восторгаться и жаждать ее?       Рич не понимал. Сидя в тени дерева и глядя на ежедневник в толстом переплете темно-красного цвета из полу-кожаной отделки и перечитывая, то, что написал, мальчишка недовольно хмурился, потирал пером висок, перечеркивал все написанное, брал листок за край и выдирал. Для братьев не было секретом то, что Рич хочет написать книгу об этом мире, об их жизни и предстоящих приключениях. Поэтому не отвлекали. Но всегда сочувственно смотрели как очередные очерки летели куда-то за плечо и их утаскивали белки.       Сколько эта книжечка уже выстрадала, когда юное дарование садилось описывать будни из своей жизни.       От одной неудачной или не понравившейся записи, бумагу вырывали, скомкивали и выбрасывали в урну. Иногда мимо, а иногда даже в окно. Но рыжий мальчишка с большими, добрыми оранжево-карими глазами не знал, что дедушка из дома по соседству, подкармливающий голубей, иногда брал скомканные листы и читал их. Читал и оставался довольным.       И вот, в который раз, возвращаясь после тренировки с Дэном, Элиотом и Лео, Андре разочарованно ухнул, держа запачканными в чернилах пальцами свой старенький дневник, в котором появилась не очень длинная и еще менее содержательная запись о том, что сегодня произошло. Он так никогда не сможет передать нужную структуру своему рассказу. Может, следует почитать больше художественной литературы? Однако, стоило мальчику пройти к воротам шикарного особняка, как он заметил дедушку из соседнего дворянского дома, что сидел на ступеньках рядом со своим двором и держал скомканный листок бумаги, подозрительно напоминающий те, что когда-то обитали в дневнике Андре. Мальчишка прищурился, и чтобы убедиться не смело подошел поближе, а потом и вовсе покраснел. Дедушка поднял на юного дворянина взор и улыбнулся. — Прекрасный рассказ. Рич еще сильнее покраснел, округлив в неверии глаза, и глядя на соседа, а старик продолжил. — Вон из того окна вылетают каждый день листы, — он указал на дом семейства Ричей, на верхнее окно, где была непосредственно комната самого рыжего, — я здесь каждое утро бываю, и не даю мусорщикам забрать такие драгоценные листы. Все-таки не каждый день в наше время встречаются Автобиографисты, которые посвящают в такие красочные детали своего читателя… Мне нравится… рассказ пропитан светом. — А разве… не жуткой детской наивностью? — почему-то не смело поинтересовался Андре. — Это вроде нормально… — улыбнулся пожилой дворянин, — с первого письма, вроде, было указано, что Автору 10 лет… так почему же его письмо должно содержать взрослый подтекст? Рич сделал недоуменное выражение лица. — Хотя это и опасно порой, знаешь? — улыбнулся собеседник, — Будь это страницы из личного дневника, и попади они в руки врагов, они узнают о создателе сия рассказа все. — Так информативно?! — опешил мальчик. — Да… и характеры других мальчишек хорошо раскрыты. Я бы сказал, очень наблюдательный и умный этот писатель… Не расточай он так беспощадно свои дары, получился бы превосходный роман, но я бы посоветовал ему почаще вставлять метафоры… чтобы не выдать своих секретов…       Почему-то на этих словах протянул рыжику страничку из его дневника, улыбнулся, посмотрел в сторону темневших от заката крыш, и поднялся в свой дворик. Рич провожал старика до самого входа взглядом, так и стоя на своем месте, все еще, будучи румяным, придерживая пальцами смятые очерки. И только сейчас он заметил, как много в этой страничке написано. И почти ничего не позачеркнуто. От удивления мальчик сам углубился в чтение собственных выложенных на бумагу мыслей, в которых была изложена тоска от осознания мелочности некоторых людей (события с экспериментом Огненного Лиса), вечная запертость в четырех стенах, отсутствие кислорода там, где он просто необходим и цветущая за окном вишня… Но в принципе, все описано достойно, и похоже на послание кому-то.       Мальчик слабо улыбнулся и посмотрел в сторону своего дома, роняя взгляд на сад, и дерево рядом с его окном. — Я постараюсь…