Зло

— Что? — переспросила Ангра, сбитая с толку неожиданным посетителем. Впрочем, на её месте от такого посетителя был бы сбит с толку любой.       Тириан, оказавшись в комнате, с по-настоящему детским восторгом осматривал помещение. А уж как загорелись его глаза, когда он увидел то, что находилось под потолком. Правда, вскоре он погрустнел, от осознания, что применить всё это по прямому назначению невозможно к кому-то смертному. А поскольку бессмертных он знает только двоих и это Богини, мысль об использовании всей этой прелести сразу вылетела из его головы. Тогда-то фавн, наконец, вспомнил, зачем явился в обитель Богини. Тут-то Тириан сделал… приветственный поклон?       Кажется он пародировал приветствие высших слоев общества Атласа низшими, выражая таким образом почтение Ангре. Впрочем, несмотря на искренность сего поступка, поклон был исполнен настолько коряво и неумело, что в том же северном царстве это могли принять разве что за издёвку. Удивительнейшая и не лишённая сюрреализма картина второго гостя обители древней. — Богиня, мне и ученому выдали задание помочь вам разобраться с вашим Проявлением. — с истинной радостью заговорил Келес — Так что в любой момент, как Вы захотите, мы будем готовы помочь вам с этим. До тех пор мы будем ждать вас в восточном зале. — последовало с его стороны уведомление. Ещё некоторое время безумец так стоял, но, удостоверившись, что его Богиня, услышав его, пока что ничего делать не намерена, покинул её обитель, направляясь в назначенное место.       Сама же Майнью, откровенно говоря, придавалась бездействию ещё со времени воссоздания собственной темницы. Всё это время она посвятила лишь наблюдению за отмеченной ей пятеркой. — Тогда… — мелькнула мысль в голове девушки-гримм, развернувшейся в сторону массивной двери. Древняя прошла мимо неё, закрыв ту легким движением руки. Теперь, когда на девушку пало больше света, можно увидеть, что она сильно изменилась.       Чистая белоснежная кожа потемнела до оттенка пепла. На лице и открытой части рук виднелась чёрная паутина чего-то под кожей, будто тянущаяся к ещё «чистым» участкам. Костяной растительный узор на платье и пальцах, созданный, чтобы не касаться и не разрушать растения, исчез. Сами ногти выросли и заострились, став похожими на таковые у какого-нибудь беовульфа. Уши её теперь были вытянутыми и заостренными, как у какого-нибудь эльфа из старых сказок. А на голове, заставляя кожу в тех местах пойти трещинами, из лба выросли два больших чёрных закрученных рога. Лишь одно осталось без изменений — леденящий душу взгляд.       Если раньше Ангру легко было принять за странного фавна, или, хах, человека, с которым случилось нечто, вроде болезни или мутации, то сейчас она выглядела совершенно не от мира сего. Настоящий демон, сошедший со страниц книг религиозных писаний. Увидел бы её кто из прошлого, лишь убедился, что она является воплощением зла. Впрочем, саму Майнью её новый образ нисколько не волновал. Твёрдым шагом она шла по тому же пути, что и фавн, вскоре оказавшись в нужном месте.       Действительно, там их было двое: Тириан и Артур. Первый просто валял дурака, развалившись на своём месте. Последний же на свитке наблюдал «битву» древней с командой «CRDL», точнее один конкретный момент, постоянно тот то перематывая, то останавливая. Как несложно догадаться, смотрел он за действием Проявления своей госпожи. — Богиня! — первым заметил её присутствие Келес, вновь исполнив свой «поклон». О! Вот теперь и Уоттс заметил, не удержавшись от мимолётной гримасы отвращения от игры своего напарника. Для выходца Атласа было неприятно видеть подобное издевательство над этикетом морозной столицы. — Вы пришли. — подавив в себе неприязнь от издевательства над этикетом морозной столицы, молвил её выходец — Значит можно начинать? — вопросил тот у тёмной сущности, вставшей перед ним. — Да. — раздался её тихий, почти шипящий, голос, что, вопреки его громкости, было прекрасно слышно по всему залу. — Отлично. — степенно кивнул мужчина во фраке — Во время просмотра записи у меня возникло множество теорий о вашем Проявлении, что мы сейчас и проверим. К сожалению, совершенно точный результат получить не представляется возможным, так как слишком больших затрат потребуют подобные, уж извините, но неоправданные исследования. — вздохнул мужчина — Впрочем, выявить закономерность работы вашего Проявления для создание рабочей схемы лучшего использования вашей способности, мы можем. — на всякий случай поспешил он добавить. Хотя сама Ангра так ничего не ответила, лишь остро впившимся в человека взглядом намекая на дальнейшее. — Кхм… — прочистил горло Уоттс, — Итак, в исследовании нам добровольно согласился помочь Тириан, так что проводить испытания мы будем на нём. Для начала вам следует коснуться его. Из записи ясно видно, что ваша способность работает при тактильном контакте. — последовало с его стороны. И едва тот договорил, а Ангра уже исчезла с места. Она уже стояла возле фавна держа его за предплечье. — Есть повод судить, что данная способность работает в зависимости от эмоционального настроя применяющего. — проговорил учёный, что-то быстро печатая на своём свитке — Попробуйте настроиться на какую-либо эмоцию, только, прошу, не гнев. По крайней мере, не сразу. — обратился он к древней… — Тириан, ты же должен незамедлительно сообщать, если почувствуешь что-либо особенное. — …и к безумцу. И первая легко выполнила требование. Сейчас вспомнить чувство потери, что и до сих пор не прошло, для неё не составило труда. — Чувствую! — воодушевленно прокричал фавн — Чувствую! — но его воодушевление очень быстро померкло, — Так пусто. Неужели… Нет, они ещё со мной, но я будто их потерял. -…сменяясь грустью и тоской. Что же, Уоттс получил подтверждение некоторым своим мыслям.       С тактильным контактом Ангра, испытывая какие-нибудь эмоции, транслирует свои ощущения связанные с ними на свою жертву. Вполне очевидно. Только появившись в этом мире, девушка почти не испытывала эмоций, потому-то её проявление не работало: стоило той коснуться кого-то, испытывая гнев, скорее всего, хоть и не очень сильный, она передала ему чувство боли и из своего прошлого. Странная штука — память. Хм-м-м… Напрашивается также вывод, что древняя не может контролировать это. — Действует всё время пассивном режиме. — рассуждал Уоттс — Ум-м-м… В этом ещё стоит убедится, пусть многое и свидетельствует сему. Помимо этого, важно ещё определить какова сила эмоций, что могут стать тригером механизма способности. — качал тот головой от обилия стольких дел даже при таком урезанном их раскладе — Попробуйте испытать гнев, но при этом постарайтесь, насколько это возможно, желать не причинить вред Тириану. — было новое распоряжение. Гнев.       Ангра в мыслях представила лица своих палачей, но гнева не последовало, уступив место чувству потери. Возможно, та ненависть шла с древней скорее по инерции, а теперь… У неё появились новые эмоции, среди которых, ещё толком оные не испытав, девушка-гримм инстинктивно чувствовала затесавшийся в их ряды гнев.       Но как тогда до него добраться? Неужели всё, что она узнала за то время, что она прибывает в этом мире не поможет ей? Гнев. Гнев легко можно вызвать у той Янг. Как его эффективно вызвать? Подвергнуть опасности Блейк. Кого нужно подвергнуть опасности, чтобы у самой Ангры появился гнев? Сейлем? Синдер? Кого-либо из пятёрки за которой она наблюдает? Нет. У неё нет никого, кто был бы ей так важен. Как ещё можно вызвать гнев? Но тут она вспомнила, кого-то, кого видела очень давно. Слишком давно. Её память не сохранила воспоминаний о тех днях, днях её детства, но два лица из того времени она не забудет никогда. В мыслях она произнесла единственное имя "Ахура Мазда" и... — А-А-А-А-А-А! — неожиданно возопил «скорпион», отчего древняя отпустила того, резко отпрянув от страдальца, грохнувшегося на пол. Безумец, как и его хвост, что ранее был скручен для лучшей скрытности вокруг пояса, сотрясали конвульсии.       Этот фанатик, вызываясь на сие задание, хотел быть полезным одной из своих Богинь. Более того, он надеялся разделить её ощущения, а заодно и не позволить кому-то недостойному это сделать. Да, он не знал наверняка, как работает её Проявление, но, учитывая её историю, и то, что подвергшийся действию проявления испытал невероятную боль, догадаться об общих чертах несложно. Тирион думал, что с его безмерной верой, он сможет всё выдержать. Хах, он ещё никогда в своей жизни так не ошибался!       То что сейчас с ним произошло невозможно было описать словами простых людей. Не важно, как вы это представите себе, оно всё равно окажется в тысячи раз лучше реальности. Безумец, что на первое место всегда ставил служение Богиням, что легко бы пожертвовал жизнью ради них, впервые понял, что есть что-то, ради чего он бы без колебаний предал Сейлем и Ангру. Лишь бы никогда больше не повторять то, что он только что испытал! Впрочем, «понял» — слишком большая привилегия для агонизирующего разума. Почувствовал, но пока ещё не осознал.       И это называется болью? Смешно! Какая жестокая обманка. Это слово передает столь мало от реальности, что создание подобной обманки безусловно должно быть преступлением против жизни! И такое же преступление заставлять кого-либо испытывать ЭТО.       И это Ангра Майнью испытывала на протяжении тысячелетий?! Она действительно свыклась с этим чувством?! Как-то сложно поверить, что по ЭТОМУ можно скучать! Иронично и до болезненнoго смешно, но сама мысль о подобном казалась безумной даже для безумца. Воистину, она Богиня! Простым смертным, вроде него, Тириана, не дано ни понять её, ни даже разделить частицу её чувств. Для смертных даже нескольких мгновений этого будет избытком. Один Артур, глядя на не самое красивое зрелище перед ним, сохранил хладнокровие. — Ожидаемо. — его пальцы быстро бегали по свитку, что-то записывая, в то время как в голове уже крепко закрепилась наиболее вероятная модель механизма Проявления.       Осталось лишь провести несколько мелких тестов, чтобы удостоверится в жизнеспособности теории, и на том работа учёного, считай, будет закончена. Как он и говорил, для построения более точной модели потребуется неоправданно много ресурсов и времени. Впрочем, так всегда и со всеми. Обычным охотникам приходится довольствоваться даже меньшими крохами информации.

***

Проявление.       Оно есть у каждого, у кого есть душа. То, чем все до единого гримм обделены. Именно душа делает Ангру особенной среди всех тварей ночи: единственная в своем роде. Именно она напоминает девушке о том, что некогда та была не чудовищем, но простым человеком. Она прошла через то, что многие бы назвали адом, ставшим ей подобием родного дома. Выжить в нём могло лишь «чудовище», но душа, искорка света, осталась с её владелицей даже после всего пережитого. Даже эмоции… Хах, удивительно.       «Плоть людская удивительно хрупка и ненадёжна»: ей-ли, способной неаккуратным движением при рукопожатии оторвать конечность собеседнику, не знать. Маленькая вспышка силы, и все вокруг в лучшем случае потеряют сознание от её давления, если кости себе не переломают. Всё же не стоит сравнивать слона и моську.       Впрочем, таких казусов больше не произойдет: по крайней мере, случайно, ведь её сила и контроль оной после всего пережитого стали на порядки выше, чем у тех же всё ещё непонятных людей.       Эти непонятные создания были что тогда, что сейчас крайне суетливыми. Они никогда не оставались без движения, и, стоит внести даже небольшую дисгармонию в их жизнь, могут быть спровоцированы на ещё большую суету. Древняя чаще всего совершенно не понимала мотивы тех или иных их поступков. Взять хотя бы Янг, неудачно бросившей вызов Адаму Таурусу: наверное, это самая яркая иллюстрация провала Ангры в понимании людей.       Её намеренная провокация не возымела даже близко такого эффекта, как всего-лишь случайное событие. Кажется, Майнью всё продолжает топтаться на месте. Хотя надо бы признать, что в последнее время та в своей депрессии и не особо-то старалась исправить положение, всё ещё исполняя роль теневого зрителя. Казалось бы, смысл… — Возможно… стоит, наконец, что-то сделать? — мелькнула у Ангры мысль. Прошлое оказалось всё-таки закрыто. Будущее также сокрыто туманом неизвестности. А настоящее же… — Пожалуй, мне есть с чего начать. — подумала древняя, вставая с насиженного места.

***

Вейл выстоял. Хотя так говорит не совсем корректно: его спасли. Но кто? Или же, стоит сказать, «что»?!       Почти никто понятия не имеет, что тогда произошло, и лишь немногие «избранные» могут хотя бы догадываться об этом. Зато все помнят тот жуткий рёв, ставший для многих разумных причиной лишний раз вздрогнуть от ужаса, от которого и гримм бежали, словно запуганные волчей мордой овцы. Многих с тех пор даже мучают ночные кошмары, причин для которых хватало и без того чудовищного рыка. Сколько людей погибло? Скольких чудовища попросту разорвали? Даже Озпин, сильнейший охотник последних двух поколений Ренманта, не пережил эту ночь.       Впрочем, были и те, кто, наоборот, выгадал себе пользу с этого ада. Взять хоть того же Романа Торчвика, сыгравшего в этот раз на стороне гримм, с радостью воспользовавшегося сложившейся ситуацией.       Не было за его спиной более ни Синдер, ни её покровителей, что позволило быстро не только вернуть весь утраченный авторитет, но и приумножить тот, взяв чуть-ли не весь Вейл в свой кулак. Разумеется, обычным людям это было неведомо, но именно он теперь в королевстве всё решал: эдакий новый король Вейла, сокрытый в тенях, что, закономерно, действовал больше из собственной выгоды, нежели из интересов государства. Однако стоит отдать вору должное, ибо тот быстро привел четвёртое королевство из плачевного состояния в более или менее удобоваримый вид, пусть даже так с последствиями той бойни ещё работать и работать.       Отголоски той ночи будут преследовать жителей ещё очень долго, но когда-нибудь Вейл всё-таки вернет себе былое величие. Кто знает, может быть это произойдет и под неявным контролем Романа, у которого всё ещё была его напарница и пара клонов аловолосого фавна. В любом случае, лишь время покажет… Тем временем в том же государстве, довольно далеко от столицы, на острове Патч, в безопасном месте, где та выросла, находилась Янг. Она отдыхала в доме родном, горюя, потеряв, кажись, в той битве не только правую руку, но и волю к жизни. Блейк, как она выяснила по пробуждению, сбежала!       Для златовласки это стало, буквально, ударом в спину. Она даже порывалась отправиться за Белладонной, несмотря на своё текущее физическое и ментальное состояние, но отец и дядя, вовремя сориентировавшись, не позволили этому произойти. Впору бы по-привычке разозлиться, но… не получается. Просто не хотелось. — Как она могла предать нас? Как она могла предать МЕНЯ? — эти мысли крутились в её голове. Сама Янг была ранена, опустошена и как никогда раньше нуждалась в поддержке. Руби всё ещё не очнулась. Сяо-Лонг всё время была настолько погружена в свое отчаяние, что даже не сразу заметила, что уже не одна собственной в комнате. — Анри? — вырвалось у неё, переведя застывший взгляд на, казалось бы, галюцинацию в виде этой демоницы с подозрительно знакомым лицом. — Ангра.  — скупо дёрнула губами… иллюзия? — Хочешь встретить Блейк? — спросила она, протянув блондинке свою левую руку с чёрными когтями. *Разбилась посуда, лязгнув металлом где-то на стороне.* Тайанг Сяо-Лонг. Отец Янг, уронивший только что обед своей дочери, явно не желал, чтобы та принимала это предложение, посему решив тот час же броситься в атаку. — Гримм! — мысленно ругнулась единственная зрительница. Думать нужно было быстро, так как другого такого шанса может не появится. И хотя слишком уж это всё походило на какую-то сделку с дьяволом, от которой любой благоразумный человек отказался бы, Янг, ещё ничего не осознав, уже всё для себя решила. Как только девичья рука коснулась протянутой ладони, мир изменился.       Всё произошло столь быстро, что она не успела ничего понять. От перегрузок, обрушившихся на тело, златовласка едва не потеряла сознание. Несколько секунд той потребовалось на осознание себя в полёте. Перегрузки от набранной скорости были воистину чудовищны: хорошо хоть аура всё ещё была при Янг. Ещё немного времени потребовалось выбраться из ступора, чтобы понять, что летит она, будучи в руках Анр… Ангры, что, в свою очередь, летит на каком-то гримм птице, полностью покрытом костяной броней обтекаемых форм для лучшего полета. Ещё и, оказывается, летят они над океаном, а родного острова уже не видно даже на горизонте. Момент, когда всё изменилось, Сяо-Лонг вновь пропустила.       Ангра спрыгнула с твари ночи, начав на огромной скорости падать прямо в воду! О близнецы, они попросту расшибутся насмерть! Но тут, ещё до столкновения с поверхностью, по ногам Майнью начала стекаться к ступням и там же копиться, облепляя их, чёрная жидкость, что в ту же секунду приняла форму острого конуса патрона. Удар, и Янг, наконец, с сброшенной скоростью может вздохнуть чуть свободнее. Они оказались так глубоко, что свет солнца почти не достигал их через всю ту водяную толщу. После произошло что-то ну совсем фантастическое.       У Ангры появились два огромных крыла, которыми та взмахнула с ужасающей силой, отчего блондинка вновь почувствовала дикую перегрузку. Миг, и они вырываются из плена воды. Тогда крылья полностью раскрылись, позволяя их обладательнице планировать к… кораблю! Сильный удар, от которого, казалось, это высокотехнологичное судно пошатнулась, звук трескающегося дерева, и Майнью вместе с Сяо-Лонг уже стоит на палубе. Доски под её ногами разломались, не выдержав такого надругательства над собой, как и сама Янг, разлёгшаяся прямо там, где её положила Майнью. Златовласка, чьё сознание уже помахало той на прощанью ручкой, уже не смогла увидеть, как древняя, буквально, растворилась в воздухе, подобно миражу.