Apocalypse now

— Ты в порядке? — Более-менее. Взрыв их почти не задел, потому что по счастливой случайности они все находились у барной стойки, у противоположной стены. Столики, правда, попадали, ополченцы рассредоточились по оставшейся нетронутой части зала, а Каин увлек Мэй за кожаный диванчик. Агнес они прихватили с собой чисто машинально, и теперь монашка сидела, сжавшись в комок, и прикрывала голову руками. — Они начали действовать быстрее, чем я ожидал. — Угу. Мэй отстранилась от Каина, все еще прикрывавшего ее, и выглянула из-за дивана, чтобы оценить обстановку. На месте красивой и уютной веранды теперь зияла уродливая дыра. От раздевалки тоже совсем ничего не осталось: теперь там высилась простая куча кирпичей и строительного мусора. А ведь там был Огюст. Мэй передернула плечами, чтобы избавиться от неприятного липкого чувства вины. Сейчас на него совсем не было времени. Раздалось несколько одиночных выстрелов, заставивших ее снова нырнуть за диван. — Что там? — спросил Каин. — Бронемашина и пятеро в проходе, — процедила сквозь зубы Мэй. — Неизвестно, сколько на улице. — По мощности взрыва я думал, что там будет танк. — Нет, банальный динамит. Агнес рядом тихо всхлипнула, отвлекая их от разговора. На самом деле Мэй и сама прекрасно понимала, что пустым трепом только время тянула. Но у них с Каином не было никакого оружия, кроме чертовой биты! А способности крусника сразу было решено использовать только в крайнем случае, иначе они рисковали собирать Каина по кускам. Мартин и остальные, кажется, пытались отстреливаться. Без особых успехов, но все же. Им в любом случае надо как-то прорываться, иначе их тут всех похоронят. — Есть идеи? — спросил Каин. Мэй покачала головой и перехватила биту поудобнее. Сделала глубокий вдох. Ей не нравился этот план, но что-то надо было делать. — Попробую захватить бронемашину, — произнесла она. — Прикрой меня, что ли. Пока все заняты перестрелкой, можно попробовать хотя бы пару человек застать врасплох. А там — отобрать оружие, захватить транспорт… Мэй надеялась, что все получится, и что на Каине это никак не отразится. Им вообще следовало не высовываться лишний раз и дожидаться Исаака, но что получилось, то получилось. Это вообще не их вина! Радовало хотя бы то, что Агнес, в отличие от той же Эстер, не висла на ней, не пыталась лезть с непрошенными советами и вообще сидела и боялась молча, а не действовала на нервы. Умная девочка, ничего не скажешь. Ее даже немного жалко. — А ты не высовывайся, — велела монашке Мэй. — П-поняла! — Вот и умница, — Каин похлопал Агнес по макушке. Мэй еще раз осмотрелась, чтобы скорректировать свой маршрут. Повсюду валялась сломанная мебель, многие столики перевернуты, стулья и удобные диванчики — тоже. На полу валялись осколки от разбитой посуды и окна, из которого раньше открывался неплохой вид на террасу. Окно. Отлично. Не давая себе передумать, Мэй короткими перебежками двинулась к окну. Зайти со спины и атаковать внезапно — звучало не так уж и безнадежно. Им вообще повезло: лорд хоть и раскошелился на бронемашину, но людей послал не так уж и много. Вероятно, полагал, что одного взрыва хватит, чтобы напугать обнаглевших горожан, да вот только явно просчитался. — Пригнись. Мэй едва успела нырнуть за один из столиков, когда услышала короткий приказ Каина. На самом деле в шуме стрельбы оказалось чудом, что она вообще смогла что-то там услышать. Но зато увидела появившегося в разбитом окне крупного мужчину с автоматом в руках. Он, кажется, их тоже заметил, но что-то просвистело мимо уха Мэй, и мужчина вдруг схватился за шею, захрипел, заваливаясь назад. — Какого… В пару прыжков Мэй сократила дистанцию и перемахнула через раму, приземлившись рядом с трупом. Из шеи мужчины торчал крупный осколок стекла, а под телом уже стремительно образовывалась лужа крови. Мэй чертыхнулась, выдернула из рук мертвеца автомат, проверила количество патронов и перевела в режим одиночной стрельбы, чтобы их экономить. — Что тут? — Каин выбрался следом. — Надо же, я попал! — Биту возьми, — буркнула тихо Мэй, наспех обшаривая карманы у трупа. — И вот нож. Их даже не потрудились окружить! Практически все сгрудились у этой дыры в стене. Часть людей, конечно, уже успела рассредоточиться внутри, не заходя далеко, но сам факт! Их не воспринимали всерьез! — Давай просто удерем? — предложил, вздохнув Каин. — Пока они тут убивают друг друга, мы можем запросто сбежать. Смотри, даже полиция не спешит на помощь. — Потому что все куплено. — Так и я о том! Нам зачем ввязываться в это? — Так весело же, — криво усмехнулась Мэй и сорвалась с места. Из-за долгого времени, проведенного в госпитале, ей казалось, что все тело заржавело. Никаких нагрузок, никаких волнений, вредной пищи, алкоголя и сигарет. Только стерильная палата, лекарства по расписанию и процедуры. Даже после выписки Мэй послушно продолжала пить таблетки. А ведь раньше она бы сбежала из палаты, как только почувствовала бы себя лучше. В этот же раз Мэй словно что-то потеряла там, в тех кипельно-белых стенах. А может, где-то еще раньше? В часовне? В гетто под Лондиниумом? Как бы то ни было, Мэй хотела вернуть это «что-то». Или хотя бы сделать вид, что она целая, что ни одного кусочка себя любимой не потеряла. Раз. Прицельный одиночный в голову. Какой идиот вообще решил не надевать хотя бы каску на время штурма? Два. Мэй прикрылась заваливающимся трупом от тут же раздавшихся выстрелов. Наконец-то их заметили. Три. Оказалось, что Каину вообще-то и не надо активировать крусника, чтобы потягаться силами с несколькими вооруженными противниками. Он двигался настолько стремительно, что в один момент все просто увидели, как голова одного из мужчин раскололась словно арбуз. Несчастный даже по инерции продолжал жать на крючок, пока не рухнул к ногам уже стоявшего рядом Каина. — Твою мать! — Какого хера?! Мэй отбросила труп в сторону и метнулась к бронемашине. Времени смотреть на то, как Каин разбирается с толпой, разом переключившейся на него, не было. Несколько выстрелов прогремели в опасной близости от нее, из машины высунулся водитель, но его тут же подстрелили, заставив выронить из раненой руки пистолет, а Мэй еще и добавила, ударив беднягу прикладом в лицо. — Давай помогу! — к ней подскочил Райнхард, запыхавшийся и грязный. Он рывком выдернул водителя через окно и бросил на землю. — Какого хера вы творите?! Что это за монстр? — А… Последняя автоматная очередь как-то резко стихла, будто захлебнулась, и Мэй обернулась, чтобы посмотреть, что там случилось. — Каин! — выдохнула она. — А? — откликнулся тот. — Что такое? Серьезно, ему еще сигареты в зубах не хватало для полноты картины! Весь перемазанный в крови Каин стоял посреди трупов и лениво похлопывал битой себя по плечу, будто ничего не произошло! У одного из мужчин из горла торчал тот самый нож, который Мэй отдала Каину ранее, а вот тело другого… Оно что, серьезно было разрезано наискось? Это с какой силой надо… — Он вообще кто такой? — мрачно поинтересовался подошедший Мартин, и Николя согласно кивнул. — Монстр! — подхватил Райнхард, за что Мэй не удержалась и двинула ему дверцей по лбу. — Блять! А ты что?! Надо было все-таки дать Каину его придушить. Слишком несдержанный, слишком болтливый. Только раздражал и лез, куда не просили. — Пасть закрой, — сухо произнесла Мэй. — Заберите у трупов оружие, и нам надо валить отсюда. Пошевеливайтесь. Каин! — Ну, чего тебе? — отозвался, насупившись, тот. К ним он так и не подошел, держался на расстоянии. Вряд ли Каин не желал пугать простых людей (ему всегда они были до лампочки), но тогда почему держался на расстоянии? Неужто боялся показать, что его где-то ранили? Нет, тут другое. — Лицо вытри, — со вздохом попросила Мэй.

***

— Хах, то есть он сначала игнорировал Ватикан, а теперь требует помощи? Да за кого он нас считает?! Наглая скотина! Голос Франческо ди Медичи даже через видеосвязь больно резал по ушам. Катерине стоило огромных трудов не поморщиться, чтобы не потерять лицо перед братом. Отчасти она могла понять гнев Франческо. Новый лорд Брюгге демонстративно игнорировал Ватикан, как и остальной Альянс, а теперь, когда запахло жареным, решил просить у них помощи в обмен на свою лояльность. Что-то в этом мире никогда не поменяется. Хоть Юг де Ватто и убил вампиров в том регионе, легче от этого никому не стало. — И что вы будете делать, уважаемый брат? — холодно поинтересовалась Катерина. Ей нездоровилось. И последнюю неделю она провела в Милане, отдыхая и набираясь сил. Хотя даже тут работа не давала покоя. Вот и это совещание настигло Катерину так неожиданно, что в спешке пришлось надевать деловой костюм, чтобы выглядеть сносно. Не облачение кардинала, но хоть что-то. — Как что? — голограмма Франческо покрылась рябью, но быстро стабилизировалась. Он усмехался. — Пошлю туда людей. Сестра, тебе не следует переживать, ведь данный вопрос не касается твоего отдела. Лучше потрать силы на выздоровление. А уж Бюро Инквизиции разберется с еретиками! Разберется, как же. Катерина была почти уверена, что от Брюгге камня на камне не оставят. Франческо буквально грезил этими дурацкими крестовыми походами, вечно ему на месте не сиделось. И Бюро Инквизиции было под стать ему — такое же дурное поголовно. — Благодарю за заботу, дорогой брат, — Катерина сдержанно улыбнулась. — Я буду молиться за ваш успех. И отключилась первой. У Мэй, кажется, был один хороший друг среди инквизиторов. «Брат» Треса. Они неплохо общались, по крайней мере, Катерина частенько их видела вместе. Поначалу ее это удивляло, потом она уже просто махнула рукой и даже закрыла глаза на то, что Мэй чинила чужого киборга в их конструкторском бюро. Мэй Лан. Пропала без вести. Тела ее так и не нашли, только промокшие насквозь вещи. Снова она не могла похоронить своего человека как полагалось. Катерина вздохнула и покачала головой. Ей хотелось бы верить, что Мэй выжила каким-то чудом, но почему же тогда она не связалась с Ватиканом? Были ли у нее на причины? Что произошло на дирижабле на самом деле? — Сестра Кейт, Абель не выходил на связь? — Нет, госпожа. Вот опять. Абель снова винил во всем себя, и Катерина злилась из-за этого на Мэй. Как она могла так поступить? Знала ведь, как болезненно воспримет Абель ее исчезновение, так почему же? Почему он снова и снова должен это переживать? — Разыщи его и передай, чтобы отправлялся в Брюгге. Похоже, там происходит что-то интересное. В любом случае, мы не можем позволить Франческо творить, что ему вздумается. — Вас поняла.

***

Все это Мэй уже было знакомо: и прятки в катакомбах, и затравленные взгляды ополченцев, и даже огрызающийся на окружающих Райнхард с синяком на лбу, про который его спрашивали даже больше, чем про то, что случилось на поверхности. — Как их еще здесь не нашли? — удивился Каин, послушно подставляя лицо, пока Мэй, за неимением платка, вытирала ему кровь рукавом рубашки. Засохшая кровь оттираться никак не хотела, а Каин наотрез отказался пойти и просто умыться, прилипнув к Мэй намертво, поэтому щеки у него уже приобрели нездоровый розовый оттенок, натертые чуть ли не до блеска. — Ну, в свое время нас тоже не нашли сразу, — Мэй пожала плечами. — Просто диву даюсь, — вздохнул Каин. — Ни организованности, ни мозгов. В лучших армейских традициях. — Не желаю этого слышать от того, кто даже умыться не может сам. Каин стиснул ее в объятиях и уткнулся носом в живот, фыркнул тихо. Мэй вздохнула и погладила его по голове. Злиться долго не получалось, особенно когда Каин делал так. — Как ты вообще тот труп располовинил? Я же просила не использовать… — Я просто приложил чуть больше силы и использовал нож, — Каин поднял взгляд и широко улыбнулся. — И никакого крусника. — Ты! — выдохнула Мэй. — Я в порядке. Продержусь еще сколько-то. Но нам бы все равно поскорее встретиться с Исааком, чтобы не искушать судьбу лишний раз. Тут Каин был прав. Им стоило разобраться со всеми делами здесь и поспешить найти Исаака. Как долго они еще смогут продержаться без его помощи? Мэй все-таки выпуталась из рук Каина и потрепала его за щеку. — Ненадолго тебя оставлю, скоро вернусь. Постарайся больше никого не пугать и не встревать в перепалку с Райнхардом, ладно? — В твоих же интересах прийти поскорее, Мэй, иначе я начну скучать, — рассмеялся Каин. Вот ведь! Мэй щелкнула его по лбу и направилась к небольшой группе повстанцев, чтобы хоть как-то принять участие в готовящемся штурме особняка лорда. Даже если ей не дадут слова — хотя бы просто послушает, а то сидеть в стороне, когда она же и заварила всю кашу, было неправильно и нечестно. — Гиблая идея, говорю тебе! — на Мартина наседал какой-то мужчина, потрясая автоматом перед его носом. — Да, вы принесли оружие и даже немного боеприпасов, но идти со всем этим на особняк — чистой воды самоубийство! — Гюнтер, послушай… — Нет, это ты послушай! Голову вскружила одна победа? Да вам просто повезло… Мэй заметила стоящую поодаль Агнес и подошла к ней. Монахиня нервно вздрогнула. Сейчас она походила на кролика перед удавом: вся съежилась, стала какой-то совсем маленькой. Боялась. Мэй вздохнула. — Да не трону я тебя, — с досадой произнесла она. — Я з-знаю, — заикаясь, ответила Агнес. — Просто вы… Ваш друг… — Он тоже не тронет. Монахиня ей не поверила — это было понятно невооруженным глазом. Она сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев, нервно сглотнула. Мэй понятия не имела, что успела увидеть Агнес в той заварушке, но и расспрашивать ее не стала. — В твоих же интересах послушать меня сейчас. — Д-да! Я вас внимательно слушаю! Ее боялись. Не из-за силы или каких-то поступков, а просто потому что Каин ее беспрекословно слушался. Это было неприятное ощущение, которое Мэй постаралась спрятать поглубже и сосредоточиться на текущих задачах. — Независимо от исхода ты должна будешь связаться с Ватиканом, — произнесла она. — Хотя сюда наверняка кто-то да приедет. Есть бумага и ручка? Даже клочок подойдет. — Сейчас! Агнес куда-то умчалась, а Мэй перевела взгляд на сидящего на деревянных ящиках Каина. Судя по виду, тот откровенно скучал. Но пока вроде как держал себя в руках. Каину вообще сложно было усидеть на одном месте без происшествий. То ли сам по себе характер у него такой непоседливый, то ли это все из-за дурного крусника, которого иногда переклинивало, но Мэй радовалась тому, что пока еще может останавливать его от необдуманных поступков. Однако долго это продлиться точно никак не могло. Так сколько у них времени в запасе? — Вот, держите, — Агнес вернулась с листом бумаги и ручкой. Мэй благодарно кивнула. — Слушай внимательно, — попросила она, отрывая клочок, и быстро написала что-то на нем. Сложила и отдала Агнес. — Есть два варианта. Первый и наиболее вероятный — сюда прибудет Бюро Инквизиции. Если среди них окажется брат Бартоломео, передай ему это. Он невысокого роста, с рыжими волосами, выглядит довольно молодо. Вероятнее всего, станет держаться ото всех в стороне. Если его не будет, то старайся не связываться с инквизиторами вообще и уж тем более ничего о нас не говори, поняла? — Поняла, — Агнес кивнула. — А второй? — Может прибыть оперуполномоченный из Министерства иностранных дел. Если такое случится, вероятнее всего это будет высокий священник в очках. Патер Найтрод. Он… — Мэй запнулась и вздохнула. — В общем, он в точности похож на Каина, только волосы у него длинные и серебряные. И ведет он себя как идиот. Судя по взгляду Агнес, Каин тоже так себя вел, но Мэй досадливо отмахнулась. — Передай ему эту записку. И… Ему ты можешь рассказать только обо мне. — А что если прибудут они оба? Записка-то одна. — Тогда отдашь ее тому, кого первым встретишь. Вот и все. — Поняла, — Агнес спрятала клочок бумаги в карман. — А что же вы? Почему сами не свяжетесь? Вы ведь из Ватикана, правда? Так почему… — Слишком много вопросов, — Мэй криво усмехнулась. — Меньше знаешь — дольше проживешь, поняла? Агнес снова быстро кивнула, в который раз заставляя увериться в том, насколько с ней легче, чем с той же Эстер. И тем не менее взгляд монахини все равно по-прежнему был прикован не к Мэй, а к кому-то за ее спиной. И даже гадать не надо было, к кому именно. — И что он делает? — спросила Мэй, не поворачиваясь. — На вас смотрит. О-очень пристально, будто ждет чего-то. Жутко так, — поежившись, ответила Агнес. Жутко? Мэй озадаченно хмыкнула. Так вот значит каким взгляд Каина считали другие. Лично она никогда не считала тот жутким или страшным. Во взгляде Каина было много боли и какой-то непонятной тоски, иногда он становился совершенно стеклянным, иногда — невероятно теплым, но чтобы был жутким? Или она сама просто какая-то неправильная? — Хватит во мне прожигать дыру, — Мэй повернулась к Каину. — Иду я уже, иду. Нетерпеливый какой. — Ха-ха, просто тебе надо отдохнуть, Мэй, — смеясь, ответил тот. Агнес нервно передернула плечами, когда к ней, наконец, потеряли всякий интерес. Ей по-прежнему было неуютно, особенно когда взгляд натыкался на Каина, выглядевшего совсем чужеродно в их убежище. Он не был одет с иголочки и не вел себя агрессивно, но каждое движение, даже просто взгляд говорили о том, что этот человек опасен. Он ни с того ни с сего чуть не придушил Райнхарда, один расправился с несколькими вооруженными бойцами, а еще… Еще отчего-то безропотно слушался Мэй. И взгляд у него сразу менялся, стоило той обратить на него внимание. Каин казался Агнес чудаковатым, но смеяться над ним совсем не хотелось. Он много говорил, перепрыгивал с темы на тему, ластился к рукам Мэй и вел себя порой как малое дитя, но ясно было одно: Каин провел невидимую черту, переступать которую никому не позволял. Словно отгораживал себя и Мэй от всего мира, словно… Противопоставлял? Агнес помнила патера де Ватто. Тот был немногословным и казался холодным, но от него не веяло такой опасностью и жаждой убийства, как от Каина. И если бы не Мэй, были бы они еще живы? Нет, если бы не Мэй, ничего этого вообще не было. Каин ведь сказал, что занимается всем этим, только потому что его спутнице просто захотелось поиграть в героев. Он действительно словно настоящий ангел. Златокудрый и ослепительно сияющий, но совершенно отчужденный от этого мира. Жестокий, непонимающий простые человеческие чувства. Если Каин взаправду был ангелом, значит, он выбрал Мэй — служительницу Ватикана — чтобы через нее передать божью волю? — Эй, — грубый голос Райнхарда заставил Агнес нервно вздрогнуть и вынырнуть из крамольных мыслей. — О чем задумалась? — Да вот… — Об этих двоих, да? — он недовольно скривился. — Ума не приложу, что это за паршивец, и как эта мелкая вообще умудрилась с ним связаться, блять. Я ведь знал ее, понимаешь? Мэй всегда была осторожна. А как она дрожала после первого своего боя… — Вы ревнуете? Райнхард поперхнулся и зло глянул на Агнес, отчего та сразу же пожалела о своих словах. — Меня бесит, — процедил сквозь зубы он. — Бесит, что сделал с ней Ватикан. Мало того, что они в тот раз устроили бомбардировку, убив множество невинных людей, так ещё и эта дура, оказывается, сбежала к ним и все это время счастливо поживала, забыв о своих товарищах. Агнес неопределенно качнула головой. Она очень сомневалась, что все было действительно так. Судя по Мэй, по ее мешкам под глазами и вечно хмурому лицу не похоже, чтобы она жила счастливо в Ватикане. — Но господин Каин, — неуверенно произнесла Агнес. — Он, ну… Что если в Ватикане у госпожи Мэй было откровение? — Чего? — удивленно переспросил Райнхард и посмотрел на Агнес как на идиотку. — Какое в жопу откровение? — Господин Каин, — вновь повторила монахиня. — Разве вам не кажется, — тут она понизила голос. — Что он — ангел? Райнхард вдруг зашелся громким хохотом. Агнес обиженно надулась. Ну, конечно, чего она еще ожидала от человека, далекого от Бога? Лучше бы она у Мэй спросила, та ведь столько лет проработала в Ватикане. Она бы точно поняла. Или хотя бы не смеялась. — Ангел? — отсмеявшись, едко переспросил Райнхард. — Очнись, девочка, вашего бога не существует. А если и существует, Мэй уж точно не достойна его откровения. Поверь мне на слово.