Through all the space and time

      Погода в городе была самая что ни на есть английская: мелкий дождь и сырой туман. Брайан шёл по пустым улицам, вдыхал полной грудью влажный воздух, наступая в лужи и чувствуя себя при этом счастливейшим ребёнком. У него не выдалось ни дня, когда бы он мог спокойно подумать обо всём, что происходит. Он болтался в прошлом всего несколько дней, однако суматоха его порядком помотала. У него не было времени банально выйти на улицу и проветрить голову от навязчивых мыслей. А ведь когда-то он брёл по этим же переулкам, прикрываясь таким же зонтиком и думая о том, как лет через пятьдесят будет жить в мире с летающими машинами и говорящими роботами. Тогда это казалось за гранью реальности, но сейчас он бы душу отдал за то, чтобы остаться в мире, где люди всё ещё покупали винил и носили клёши. Да, там, в будущем, у него были семья, статус, деньги, слава и вообще всё, чего только можно было желать. Но здесь, несмотря на множество недомолвок, ему было безумно хорошо. Даже сырой воздух казался ему родней.       Сияя ностальгической улыбкой, он вошёл в студию, где его уже ждала остальная троица.  — Ты какой-то слишком довольный, — Роджер встретил его придирчивой ухмылкой, — выкладывай, что случилось.       От щемящего чувства радости хотелось петь и лезть обниматься, но Брайан лишь растянул губы в ответной усмешке: — Жена уехала. — Ну вы посмотрите! У него жена уехала, а он до сих пор трезвый! Это надо исправить! — хихикнул Фредди. — После репетиции идём к тебе! — Будем скрашивать твоё одиночество, — ехидно добавил Джон и поддел струны баса.       Брайан был совсем не против. Наоборот, он был обеими руками за такой поворот событий. За то жалкое время, что он провёл с парнями, им не удалось даже толком поговорить. К тому же, его молодой организм был вновь прекрасно восприимчив к алкоголю, а он до сих пор этим не воспользовался!       После репетиции все четверо нагрянули в ближайший винно-водочный, набрали вина, несмотря на возражения Роджера, что это — удел слабаков и женщин. Тейлор не унимался, поэтому взяли ещё виски, и через час компания, уже порядком захмелевшая, оккупировала гостиную Мэев. Джон пристроился на диване; на коленях у него покоилась голова Фредди; рядом с Меркьюри на полу растянулся хозяин дома, а Роджер, удобно подперев головой журнальный стол, закинул ноги на кресло и потягивал содержимое бокала. Они негромко о чём-то болтали, много смеялись, Роджер травил непристойные анекдоты, на которые остальные отвечали приглушенным фырканьем. Брайан наблюдал за друзьями и не мог перестать улыбаться. Они были такими же искренними и дурашливыми, какими остались на задворках памяти. Как раньше, только они вчетвером, без друзей и жён, сидели у кого-нибудь дома, пили пиво и играли в скрэббл. Или сплетничали и на спор хлестали текилу, не важно. И это было ужасно здорово — вновь окунуться в забытую атмосферу. Пустых бутылок на полу становилось всё больше, а откровенничать — всё проще. И Брайан спросил, уже мало контролируя то, что срывается с языка:  — А вот что бы вы делали, если вдруг — предположим, совершенно случайно — оказались в прошлом? — Я бы пригласил свою химичку на чашечку кофе, — мечтательно ответил Роджер. — Кто про что, — со вздохом отозвался Джон. — Ты её ноги видел? Не будь она меня старше в два раза, я бы преподал ей пару уроков! — всплеснул руками Тейлор. — Сам бы что сделал, умник? — Не знаю даже… много чего. Не уехал бы, когда Роберт сделал первые шаги. Да и когда Майкл заговорил…       Вопрос, похоже, натолкнул всех на размышления. Дикон и Тейлор вступили в шуточную полемику, чьи ноги всё-таки лучше: учительниц или медсестёр. Только Фредди молчал и чуть нервно пожевывал нижнюю губу. Брайан пытался представить, чем закончился их вчерашний разговор с Мэри и состоялся ли он вообще. Поэтому он повернулся к нему и кивнул: — А ты, Фред?       Фредди покачал головой и тихо ответил: — Я бы не знакомился с Мэри. Я её не заслуживаю.       Повисла тишина. Последняя фраза прозвучала уверенно, но тоскливо, как будто Фредди уже смирился с тем, что говорил. Брайан понял, что уточнения были явно лишними, и молча подлил всем вина. Сам выпил немного и снова повернулся к парням. Он смотрел на них и думал, как всё-таки прекрасна молодость. Роджер был очарователен даже с полным хаосом на голове, а особый шарм ему придавала расстёгнутая до половины рубашка с закатанными рукавами. Джон с бокалом вина будто сошёл с картины Боттичелли — такой же мифически-прекрасный с юным румянцем на лице. Фредди же был очень красив даже когда покусывал ногти, особенно когда падавший свет торшера изящно переливался на смуглых запястьях. Ими хотелось любоваться неотрывно, что Брайан и делал. Нет, его ориентация была прозрачней стекла, просто алкоголь хорошо действовал на воспалённый мозг. — Я хоть и бухой, всё равно вижу, что ты на меня пялишься, — Меркьюри лениво повернулся к нему лицом. — Хватит на меня так смотреть, я не для этого тут душу излил. Он облизнул полные губы и наклонил голову:  — Мне вот интересно, ты бы сам что сделал? Не связывался бы с кретинами вроде нас? Осмысленность улетучилась, оставив место лёгкому головокружению. Брайану было на удивление легко говорить, и он пьяно тряхнул головой: — А я и так в прошлом. Нет, серьёзно вам говорю, на дворе двадцать первый век, у всех есть мобильные телефоны, интернет, гаджетов всяких полно… а у вас (он указал на Роджера и Джона) — куча детей и даже есть внуки… — Ооо, кое-кто уже готов, — осклабился Роджер, — сейчас ещё пару стопочек, и ты уже в будущем…       А потом была долгая вязкая темнота, сквозь которую постепенно начал пробиваться свет. Вскоре оказалось совсем светло, и стали различимы светлые стены комнаты. Из раскрытого окна валил душный густой воздух. Дышать было тяжело, и Брайан с трудом мог пошевелиться. Органы внутри будто связались в один плотный комок, отчего тошнило и хотелось пить. Рядом что-то настойчиво жужжало. Мэй пошарил рукой по полу и поднял нечто холодное и гладкое. Приоткрыл один глаз — в руках вибрировал новенький айфон. — Какого чёрта… — сорвалось с языка. Взгляд устремился на экран. Нет…       Распахнутые глаза на усталом, испещрённом морщинами лице выражали неподдельный ужас. Нет…       Телефон в руках продолжал надрывно вибрировать в унисон с мозгом. Пожалуйста, нет!       Брайан со стоном закрыл глаза и вцепился грубыми пальцами в седые кудри.