Irony of fate

Если вы любите красоту, то делайте, пожалуйста, все возможное для того, чтобы ее создавать. Макияж лишь один из способов.

***

— Офигеть!       Шираюки не знала, кому принадлежал этот восторженный возглас, но с уверенностью могла сказать одно: человек явно констатировал факт. Юкидо-сэмпай, третьекурсница, которая была ответственна за новичков, провела их по просторным коридорам университета в актовый зал, который по случаю церемонии открытия сегодня был украшен цветами, шариками и большим плакатом с надписью «добро пожаловать, первокурсники!» на французском занавесе.       Аканэ могла только открывать и закрывать рот, словно выброшенная на суходол рыба. Этот зал был роскошен…а еще битком набит людьми. — Улыбнись, на тебе лица нет, — стоящая рядом брюнетка обратилась к Шираюки, и она удивленно уставилась на нее. Эта девушка без преувеличения была красива: миловидное бледное личико с легким макияжем контрастировало с густыми локонами цвета вороньего крыла, которые были заплетены в косу, переброшенную на левое плечо. В ее аквамариновых глазах виднелся веселый блеск, да и в отличии от Аканэ она, судя по всему, действительно была рада этой церемонии. — Здесь слишком шумно, — вздохнула Шираюки. Брюнетка кивнула, поправив сумку на своем плече. — Я тоже не очень хорошо переношу такие скопления людей, но, в конце концов, мы пробудем здесь всего пару минут, поэтому нам нужно собраться с силами, верно? — девушка снова весело улыбнулась, ожидая ответа Аканэ. — Пожалуй… — Тогрул Кихал, — она встала к ней вполоборота и протянула Шираюки руку. — Отделение косметологии, первый курс. — Аканэ Шираюки, — красноволосая протянула свою в ответ для рукопожатия. — Косметология, первый курс… — Как здорово, — Кихал улыбнулась и отстранилась, устремив свой взгляд на сцену, где в этот момент их приветствовал директор университета, — рада знакомству, Шираюки.       Аканэ кивнула и вся обратилась вслух. Приветственная речь высокого мужчины в черном костюме была скучной, но красноволосая заставила себя вслушиваться в его монолог, повествующий об ответственности, которая требовалась в стенах этого университета, упорстве и желании добиваться поставленных целей. — Благодарю за внимание. Желаю всем вам успеха в студенческой жизни, — директор поклонился и удалился, а его место у трибуны заняла высокая блондинка — судя по всему, заведующая одной из кафедр в Отани. Ее лукавая улыбка и внимательный взгляд приковали внимание Шираюки к себе. — Все вы поступили в этот университет с определенными целями. Кому-то приглянулась кафедра международных отношений, кто-то решил попробовать себя в науках, а некоторые пришли сюда с целью стать известными артистами, визажистами или режиссерами. Вы избрали свой путь, поэтому я очень надеюсь на то, что все сумеют преодолеть препятствия, которые на этом пути образуются. По всем вопросам, которые касаются организации досуга и клубов вы можете обращаться ко мне, Гаррак Газельт, двести шестой кабинет на втором этаже. После церемонии открытия вас ожидает небольшая экскурсия, которую проведут старосты отделения. На этом все, — женщина уже собиралась отойти от трибуны, когда внезапно подалась вперед, словно вспомнила нечто важное. — От лица всех первокурсников в этом году выступит Сузухара Аой-кун с отделения вокала. Поприветствуем же его! — Гаррак снова улыбнулась и зал тот час же разразился аплодисментами. Шираюки показалось, будто на несколько мгновений ее оглушило, поэтому она прикрыла глаза, пытаясь совладать со своей паникой, но когда открыла их снова — Газельт уже исчезла.       Теперь вместо нее за трибуной стоял блондин, который уже дважды попадался на глаза Шираюки. Его поза была скована — он сильно ссутулился и явно напрягся, потому что даже со своего места Аканэ могла видеть, как часто он моргает. Губы парня подрагивали, он постоянно теребил одной рукой клетчатый шарф, параллельно разглаживая на трибуне извлеченный из внутреннего кармана листок с речью. — М-мы впервые оказались на перепутье. Год н-назад многие наслаждались жизнью в с-старшей школе, а уже сегодня изменилось а-абсолютно все. В стенах этого у-университета вы заведете себе новых друзей, быть может, встретите любовь в-всей своей жизни, достигнете поставленных целей и, так или иначе, прославитесь. Стиснув зубы, в-вы будете бороться за первенство…или наоборот — позволите с-себе плыть по течению, — эти заикания вызвали смешки в зале, но Шираюки стояла молча, с сожалением поглядывая на Сузухару. Кому вообще пришла идея так издеваться над человеком, который явно побаивается такого скопления людей? — …и поэтому я желаю вам т-терпения и сил. В-все в ваших руках. — Браво! — крикнул кто-то, и публика снова зааплодировала. Даже если это и не была насмешка, парень за трибуной стушевался и вновь стал теребить свой шарф, беспокойно поглядывая по сторонам. Он казался маленьким ребенком, которого окружила стая волков в надежде отведать сегодня человеческого мяса, и от подобного сравнения в груди Аканэ зародилось одно из самых ужасных чувств — жалость. Благо, что после своей речи Сузухара поспешно скрылся за кулисами и гомон стих. — Будущие визажисты, пожалуйста, следуйте за мной! — услышала Шираюки, но найти источник голоса ей не удалось. Кихал пришла Аканэ на выручку и потянула красноволосую в сторону невысокой девочки, которую уже окружили их одногруппники. — Меня зовут Тономура Рина, я староста отделения косметологии. Если у вас будут какие-то вопросы — не стесняйтесь писать мне в лайн* или твиттер, — рыжеволосая улыбнулась, отчего на ее щеках появились милые ямочки. — Пока мне здесь нравится, все такие приветливые, — пробормотала Кихал, записывая номер телефона Тономуры-сэмпай. Шираюки сделала то же самое, попутно выпытав номер новой подруги.       Их «небольшая экскурсия» без малого длилась час. Тономура показала первокурсникам не только кабинеты, отведенные для визажистов, но еще и аудитории, в которых им предстояло изучать английский и японский языки, историю и математику. Наверняка будут еще дисциплины, но Шираюки не слишком-то вникала в разговор о них, рассматривая невероятные узоры на потолках здания. — Это кабинет Гаррак-сенсей, она заведующая кафедрой косметологии и по совместительству ваш куратор. Занятия начнутся уже завтра, поэтому советую вам морально подготовиться к первой тренировке. — Какой еще тренировке? — переспросил один из парней, который постоянно что-то записывал в свой ежедневник. Его взгляд тут же устремился в сторону Рины, которая задумчиво потирала подбородок, поглядывая на табличку с номером «206». — Что-то вроде проверки ваших способностей. Первогодки всегда сдают экзамен Гаррак-сенсей и демонстрируют свои таланты лично, друг на друге. Конечно, во время экзамена вы сдавали практическую часть, но приемная комиссия и личный взгляд сенсея — разные вещи, поэтому советую выбрать партнера и обсудить возможные мейкапы уже сейчас. — Шираюки, что скажешь? — Кихал улыбнулась, заглядывая в лицо Аканэ. Красноволосая тут же кивнула, закусив губу.       «Бездарность вроде меня не должна разочаровать Гаррак-сенсей. Это возможность показать себя…» — Увидимся завтра, детишки. Помните — личка в лайне и твиттере всегда открыта, но после десяти вечера отвечать не буду, — Тономура усмехнулась и показала ребятам язык. Они рассмеялись и помахали сэмпаю рукой — хотя внешне Рина была похожа скорее на старшеклассницу. Такая же милая и забавная, как и большинство девочек того возраста. — Я тебе вечером напишу, вместе подберем что-то к завтрашнему дню, окей? — уже у ворот университета сказала Кихал, делая в своем телефоне заметку. — Конечно. Мне еще предстоит подумать, что со всем этим делать, — Шираюки достала из сумки смартфон и наушники. Она махнула рукой на прощание и поспешила прочь в сторону остановки. — Эй, пацан, — даже несмотря на то, что в наушниках играла музыка, Аканэ без труда услышала галдеж. Она краем глаза заметила Сузухару и троих парней весьма привлекательной наружности — но только наружности, потому что их сердца явно были чернее сажи. То, что они сделали в следующий миг моментально вывело Шираюки из себя — она просто не могла наблюдать за тем, как это трио задирает парня слабее их. Аой стушевался, всеми силами цепляясь за сумку и шарф, которые хотели отнять. — Вы что тут устроили, — Шираюки была ниже главаря этой банды на две головы, но какая к черту была разница, если они позорят не только себя, но и форму университета? — Немедленно прекратите. — Ничего себе, какая милашка, — парень с каштановыми волосами отпустил Сузухару и приблизился к Шираюки, заглядывая в ее зеленые глаза. Она была возмущена поведением этого придурка, но отчего-то уверенности в тот момент поубавилось. Этот взгляд не предвещал ничего хорошего. — Эй, парни, может поиграем в более интересную игру, чем задирание этого уродца? — Ты не имеешь права говорить что-то об уродстве, — она вспыхнула, сложив руки на груди. По крайней мере, пока они стоят посреди улицы он не посмеет ее коснуться. — Истинная красота — та, что в сердце, а не в таком смазливом личике, как у тебя. — Да она философ, не иначе, — главарь шайки ухватил Аканэ за руку и потянул на себя, обвив ее талию. На короткий миг тело Шираюки парализовало, но она тут же взяла себя в руки и со всей силы наступила каблуком на ногу брюнета. — Ай-ай-ай, — он цикнул языком, но не сдвинулся с места и на шаг. — Какая ты шаловливая. — Хватит, — тихо пробормотал Сузухара, отведя в сторону взгляд. — Вы хотели издеваться надо мной — издевайтесь, но не здесь. Не нужно позорить университет и эту девушку… — Какое предложение, — молчавший доселе блондин цыкнул и довольно ухмыльнулся, потащив за шкирку Сузухару куда-то в противоположную от остановки сторону. — Пойдем, Кей. Это стоит видеть, — парень с каштановыми волосами подмигнул и устремился вслед за другом.       Кей прищурился, окинув Шираюки внимательным взглядом. — Ты пойдешь со мной. — Отпусти!.. — она хотела бы запротестовать, но Кей наклонил к ней свою голову и прищурился, сосредоточив свой взгляд на губах Аканэ. — Будет весело, милашка, — брюнет отстранился и потянул сопротивляющуюся Шираюки за своими друзьями. Совсем скоро они вышли на улицу, которая в это время суток пустовала — даже машины не проезжали по дороге. Здешний частный сектор был умиротворенным и тихим — только изредка пробегали бродячие кошки.       Когда он втолкнул Аканэ в один из узких переулков между домами, Шираюки замерла, как вкопанная. На коленях перед двумя парнями сидел Сузухара — его шарф и сумка валялись в урне. Он, наверное, был так же шокирован, как и сама девушка. — Что вы делаете, идиоты? Неужели вам доставляет удовольствие такое… — она прикрыла ладошкой рот и попятилась, но наткнулась спиной на Кея. Тот ухмыльнулся и снова приобнял Аканэ за талию, подминая под себя. — Но это же весело. Мы просто хотим поблагодарит Аой-куна за такое милое приветствие на церемонии, — блондин потянул Сузухару за галстук на себя и его кулак замер у щеки парня. — Может, ты тоже хочешь поблагодарить Аой-куна, милашка? — Да что за бред ты несешь… — Шираюки вздрогнула, когда почувствовала, что рука Кея легла на ее бедро. — Не смей прикасаться ко мне! — она так испугалась, что ударилась своей головой о брюнета. Два других парня рассмеялись, и только сейчас Аканэ поняла, какую глупость она сделала — со своим ростом она едва доходила до плеча Кея. Попытка заехать в лицо этому улыбающемуся парню с треском провалилась, и охваченная паникой девушка принялась извиваться, как уж на сковороде. Шираюки хотела закричать, но Кей, почувствовав неладное, тут же зажал ее рот рукой. — Боже, неужели вы правда такие идиоты? — Сузухара, казалось, был спокоен. То состояние, которое минутой ранее Шираюки приняла за ступор, было всего лишь холодной собранностью. — Я ведь просил оставить девушку в покое и не позорить университет, что из этого вам троим было непонятно? — Ты вообще… — блондин уже замахнулся, но его кулак с легкостью был остановлен ладонью Аоя. Губы Сузухары сложились в такую пугающую усмешку, что невольно выступившие слезы Шираюки враз высохли от удивления. — Задирать слабых только потому, что так вы чувствуете себя сильнее… — Аой поднялся и одним сильным рывком перекинул тело блондина через себя, уложив того на лопатки. Парень с каштановыми волосами нерешительно застыл, поглядывая то на Кея, то на развернувшуюся перед ним картину. — Не стыдно? — Да я тебя сейчас на куски… — Кей оттолкнул Шираюки в сторону своего друга и с кулаками кинулся на Сузухару. Он ловко уворачивался от ударов — но только до тех пор, пока не оказался рядом с мусорным баком. Одним быстрым движением Аой снял с него крышку и выставил ее как щит, из-за чего Кей, не сумев вовремя сориентироваться, ударился об нее головой. Рука Сузухары даже не дрогнула — он просто сделал брюнету подсечку и тот упал навзничь. — Мне не нравятся такие игры, — оставшийся в сознании парнишка оттолкнул от себя Шираюки и дал деру из этого переулка. Сузухара только вздохнул, извлекая из мусорного бака свой шарф и сумку. — Спа…сибо? — Аканэ была настолько ошарашена, что не смогла выдавить из себя и слова. Она вообще не понимала, что только что произошло — был ли то сон, или же явь. — Ты очень храбрая девушка, но впредь, пожалуйста, не лезь туда, куда тебя не просят, ладно? — Аой улыбнулся, и отчего-то Шираюки показалось, будто она уже видела эту улыбку раньше. — Но тебе ведь угрожала опасность… — Аканэ едва сдержала смешок, готовый сорваться с ее губ. Этот парень, который так нервничал и заикался на церемонии открытия, за несколько минут уложил двоих соперников — даже усилий особо не приложил. Какая, к черту, опасность? — Со мной все будет хорошо. Давай уйдем отсюда, они скоро очнутся, — Аой ухватил девушку за руку и увлек в сторону улицы. Шли они быстро, но молча — Шираюки не могла осознать происходящее, а Сузухара, вероятно, просто не желал обсуждать эту тему.       В поле зрения девушки в какой-то момент попал испачканный шарф. Конечно, втянута в эту весьма нелицеприятную историю она оказалась из-за него, но он ее и спас… — Шарф. Давай я его постираю, — когда молодые люди подошли к остановке, Шираюки отвернулась и сложила руки на груди. — Не стоит. Забудь произошедшее как сон, потому что этот инцидент абсолютно ничего не значит, — Сузухара посмотрел на наручные часы и вздохнул, взлохматив свои волосы. Шираюки краем глаза заметила это и повернула к парню голову, прищурившись.       Определенно, с такой небрежной прической ему было намного лучше — убрать бы противные очки с толстой оправой еще, подобрать форму по размеру… — И все же, я обязана тебе, Сузухара-кун, поэтому позволь мне отблагодарить тебя, — Шираюки нахмурилась, услыхав раздраженный вздох Аоя. Он свернул шарф клубком и отдал в руки девушки. — Ну, будь по твоему. Как тебя зовут? — Аканэ Шираюки, первый курс отделения косметологии, — красноволосая чуть склонила свою голову в приветствии и принялась укладывать пропахший отходами шарф в сумку. — Мое имя ты уже знаешь, — подъехавшая электричка пресекла дальнейший диалог между молодыми людьми. Шираюки чувствовала себя неуютно в такой тишине, но и надеть наушники не могла — ей казалось, что это будет крайне невежливо по отношению к ее спасителю.       Только вот самого Сузухару подобное, кажется, совсем не заботило. Если в университете он казался Аканэ робким и стеснительным, то здесь буквально преображался на глазах: вел себя раскованно, исчезла даже сутулость и нервозность из его позы.       Тем для диалога не было, поэтому спустя пару минут эта тишина наскучила Шираюки. Она снова достала наушники и телефон, включая уже знакомую «Dream». Сузухара немного придвинулся к девушке и с интересом стал изучать ее лицо, отчего Аканэ с каждой секундой становилось все более неловко. Она достала из уха левый наушник и вопросительно уставилась на Аоя. — Что такое? Почему ты так пялишься на меня? — Ты фанатка Irony of fate? — он немного склонил голову набок, но взгляда не отвел. — Ну, допустим. Мне нравится их новый альбом, потому что он пронизан чувствами. И что с того? — И кто же привлекает тебя больше всего? — за толстыми стеклами очков Сузухары виднелись внимательные карие глаза. Он немного прищурился, а уголки губ приподнял в улыбке. — Неотразимый сердцеед и по совместительству солист группы Зен Вистериа, или, быть может, холодный и уравновешенный гитарист Оби Кимура? А, наверное, ты предпочитаешь бесшабашного клавишника Митсухиде Луэна, м? Или барабанщика Реджи Шенезард, который своей невинностью покорил не одну девушку? — Я безумно рада, что ты так осведомлен о членах этой группы, Сузухара-кун, но мой интерес немного отличается от твоего. Я слушаю музыку и текст, а не людей, которые это исполняют, и плевать мне хотелось на их характер или внешность. Если девчонки визжат при виде своих кумиров — значит, они создали свой идеал. Я же просто наслаждаюсь их новым альбомом и хорошим голосом солиста. — Ты странная, знаешь? — Аой усмехнулся и откинулся на спинку сидения, уставившись в окно.       «Это я-то странная?! Он только что целой бравадой разразился о группе, описал все их характеры и вообще… Вдруг он какой-то извращенец?! А я еще и шарф его стирать собралась…» — И нет, я не извращенец, — Сузухара хмыкнул, склонив свою голову на плечо Шираюки. От его волос пахло ванилью, но одежда успела пропитаться неприятным запахом просроченных продуктов. Аканэ отвернулась и поморщилась, не зная, что с этим делать. — Ты откуда такой ясновидящий взялся на мою голову? — она вздохнула, почесав правую бровь. — У тебя на лице все написано, — Сузухара отстранился и взлохматил свои волосы. Этот жест для Шираюки был таким привычным, что она невольно вздрогнула. Все парни на планете так делают же… Ведь так? — Ничего у меня не написано. Отцепись, — она нахмурилась и уставилась на вид за окном. Дальнейшая дорога прошла в тишине, а спустя пятнадцать минут Аой встал со своего места и, поправив сумку, подошел к двери электрички. — Отцепился. Шарф можешь оставить в моем шкафчике или занести в девяносто вторую аудиторию утром. Кстати, Шираюки, — Аканэ возмущенно посмотрела на блондина, не припоминая, что разрешала обращаться к себе так фривольно. — Можешь звать меня по имени. — Э?.. — она несколько раз моргнула, но Аой только весело улыбнулся и, махнув рукой на прощание, вышел из электрички. — Что это вообще было?

***

      Все утро Аканэ словно на иголках была: то ли из-за того, что сегодня она познакомится с Гаррак-сенсей, то ли из-за предстоящей встречи с Сузухарой.       Быть трусихой и положить в шкафчик шарф было проще, но Шираюки твердо для себя решила вернуть вещь прямо в руки владельца. Бегать и увиливать от ответственности было совершенно не в духе девушки. — Я ушла! — Аканэ быстро обулась и взяла пакет с шарфом. Она выбежала из дома и стремглав помчалась к остановке. Опаздывать не хотелось, и как же рада была Шираюки, когда на последней минуте влетела в электричку, которая снова была полна людей. Ехать в такой толпе — не самое приятное занятие, но выбирать не приходилось.       Извечной спутницей Шираюки в поездках всегда была музыка. Вот и сейчас девушка не стала отказывать себе в удовольствии сбежать от этого гула голосов, который уже пробирался в сознание паникой.       Дорога до университета больше не имела значения, пока в ушах стоял голос Зена Вистериа. Не то чтобы этот парень нравился ей — она сама предпочитала темноволосых и собранных парней, таких как Оби, к примеру, но вот его голос и умение подать себя на сцене восхищали. То, как он вкладывает свою душу в эти песни, то, как он раскрывается перед слушателями — все это поражало Шираюки.       Уже у ворот Отани Аканэ спрятала в сумку телефон и наушники. Она сделала глубокий вдох и вошла внутрь. Шираюки не так хорошо запомнила расположение кабинетов в университете, но все же спустя десять минут нашла нужную аудиторию «92». Звонка на пару еще не было, поэтому Аканэ вошла и тут же поклонилась, извиняясь. — Прошу прощения, Сузухара Аой-кун здесь? — Ч-ч-что такое? — забитый голос блондина прозвучал с первой парты. Шираюки не видела его самого — он явно пытался укрыться за роялем, но сегодняшний Аой ни в какое сравнение не шел с тем, которого она видела вчера. — Твой шарф… — Аканэ откашлялась, прочищая горло. — Я пришла вернуть тебе твой шарф. Спасибо за вчера, — девушка обогнула белый рояль и поставила пакет на парту. Она быстро поклонилась и выбежала из аудитории прежде, чем успела услыхать перешептывания собравшихся там вокалистов. — Доброе утро, Шираюки! — Кихал уже устроилась возле окна. Она похлопала на место рядом с собой, призывая Аканэ занять его. — Доброе утро, — красноволосая вздохнула, когда поняла, что самое ужасное ждет ее впереди. Аканэ хоть и была не из пугливых, но предстоящая встреча с Гаррак-сенсей страшила даже ее — такую волевую и боевую девушку. — Говорят, Гаррак-сенсей очень требовательна, — прошептала брюнетка, когда Газельт вошла в аудиторию. — Но у нас с тобой все получится, я уверена, — Кихал подмигнула Шираюки и обратила свой взор на женщину, которая с улыбкой на устах рассказывала о предстоящих занятиях.       Как и говорила Тономура-сэмпай, первый урок был своеобразным экзаменом для визажистов. Гаррак провела их в специальный кабинет, который был обустроен как гримерка: здесь был регулируемый свет, удобные кресла, всевозможные инструменты для нанесения макияжа и даже несколько справочников ограниченного издания. Глаза Шираюки восторженно заблестели, когда она оказалась здесь — даже несмотря на разнообразие собственной косметички, этот кабинет казался раем, в котором собралось все, что душе было угодно. — Итак, разбейтесь на пары и попытайтесь удивить меня. Тематика макияжа — естественная красота. Постарайтесь подчеркнуть ее так, чтобы это не слишком сильно бросалось в глаза. По завершению вашей работы мы сделаем несколько снимков и в конце семестра сравним, как далеко вы шагнули в познании техник макияжа. Приступайте… — Гаррак хотела сказать что-то еще, но внезапно ее смартфон зазвонил. Приятная мелодия эхом отдавалась от потолков кабинета. — Прошу прощения, — Газельт быстро ответила на звонок и вышла, предоставив студентов самих себе. — Не будем затягивать? — голос Кихал вернул Шираюки в реальность. Она села в кресло и позволила подруге колдовать над своим образом, прикрывая глаза.

***

      Около часа у девушек ушло на то, чтобы воссоздать задуманные ранее образы. Если Кихал делала упор на губы Шираюки, то Аканэ старалась подчеркнуть глаза.       Гаррак все это время была на взводе, и казалось, будто мысли женщины далеко за пределами университета. Она беспокойно постукивала ногтями с аккуратным французским маникюром по столешнице, рассматривая фото, которые сделали студенты.       В соответствии со способностями учеников Газельт выставляла баллы, которые записывала в свой блокнот. Она вслух анализировала то, что видела, безжалостно критиковала и указывала на ошибки — то слишком сильно наведены брови, то недостаточно румян, то тон кожи слишком желтый. Вот как-то так и вышло, что до сих пор никто не смог получить высший балл. — Работа Кихал Торгул, — девочка, которая ассистировала Гаррак — Сакура Суо, кажется — подала фотографию Шираюки сенсею. Женщина покрутила ее в руках и вздохнула — в который раз уже! — отложив ее в сторону. — Слишком сильный акцент на губах, Кихал. Тебе стоит подобрать менее вызывающий цвет, иначе все внимание будет сосредоточенно только на них, — она сделала пометку и отложила ручку, подперев рукой голову. — Гаррак! — в кабинет буквально влетел мужчина в голубой рубахе и темных брюках. Его светлые волосы были взлохмачены до такой степени, что на мгновение Шираюки показалось, будто его шибануло током. Где-то в их глубинах затерялись солнцезащитные очки, которые упали, стоило мужчине остановиться прямиком перед столом женщины. — Гаррак, спасай, умоляю! — Да не могу я тебя спасти, Изана, — женщина схватилась за голову и встала, принимаясь мерить эту аудиторию шагами. — Второй курс на каникулах, третий — на практике, а первокурсники еще не готовы! Они не справятся… — О, — мужчина, которого Гаррак назвала Изаной, казалось, вообще ничего не слышал. Он рассматривал лежащие на столе фотографии, перебирая их одну за другой. — Так вот ведь то, что нужно. — Я же тебе сказала!.. — Но Газельт замерла, когда взгляд ее наткнулся на предложенную блондином фотографию. — Это… — Ну-ка покажите мне Аканэ Шираюки, будьте добры, — мужчина сложил руки на груди и повернулся лицом к аудитории. Все присутствующие здесь студенты замерли, не зная, как реагировать на подобную просьбу. — Это я, — не в духе Шираюки было робеть — она поднялась с места и все одногруппники уставились на нее, пытаясь уловить суть происходящего. — Лгунья Гаррак, хотела зацапать ее себе, да? Жадина. — Я никогда не видела такого мастерства у первогодок, — Газельт закусила губу, гипнотизируя взглядом фото, на котором была изображена Кихал. Было видно, что Шираюки не впервой работать со светом и бликами на лице — она умело подобрала такую пудру, которая не позволяла коже блестеть в свете ламп. Губы визуально приобрели форму сердца за счет нанесенной светлой-розовой помады, покрытой сверху прозрачным блеском, и глаза Кихал были едва заметно подчеркнуты тенями, а не подводкой, как это принято у большинства девушек. — Аканэ… Шираюки, Мезуми Аканэ — твоя мама, верно? — женщина положила фото на стол и уставилась на девушку. Красноволосая сглотнула вставший в горле ком и медленно кивнула. — Достойно, очень достойно. — Забирай вещи и пойдем скорее! — Изана даже не пытался скрыть свое нетерпение. Он подобрал свои очки и закрепил их на голове. — Простите?.. — Это ты прости меня, — Гаррак вздохнула, качая головой. — Бери свои вещи и пойдем в мой кабинет. — Все будет хорошо, — видя встревоженный взгляд Кихал Аканэ просто не могла не произнести этих слов. Брюнетка кивнула ей, жестом указав на телефон. — Напишешь.       Шираюки быстро кивнула и сложила свои вещи в сумку. Она выпорхнула из аудитории вслед за Изаной и Гаррак, которые о чем-то тихо переговаривались. Совсем скоро они оказались у кабинета Газельт. — Я понимаю, что, наверное, прошу о невозможном, но ты — последняя моя надежда, Шираюки, — Изана плюхнулся в кресло и сокрушенно понурил голову, пряча лицо в ладонях.       «Я-то? Девушка, которая едва не провалилась на экзамене из-за практической части?..» — Изана Вистериа — менеджер группы Irony of fate, — пояснила Гаррак, присаживаясь за свой стол. — Они приехали в Киото незадолго до начала учебного семестра и какое-то время пробудут здесь, но вчера их штатному визажисту стало нехорошо, а уже сегодня он в реанимационной с аппендицитом. — Да, да, — Шираюки слышала в голосе Изаны неприкрытую усталость. — Поэтому я пришел за помощью к Гаррак — она уж точно не подведет меня с выбором специалиста. Завтра группа выступает в зале Бейрано, в центре города, и там будет уйма этих журналюг и фанаток. Без визажиста нам никак, выручай, Шираюки, — Вистериа сложил руки в молитвенном жесте, взывая к девушке. Аканэ несколько раз моргнула, не зная, что сказать.       Она спит. Точно спит. Ударилась головой в аудитории Сузухары и упала в обморок, или надышалась духов в кабинете Гаррак, или просто в коме, а все это — фантазия погибающего мозга. — Что?       Гарак хмыкнула, откидываясь на спинку стула. — Дубль два. Завтра концерт, а парням нужен мастер, который умело скроет все недостатки перед камерами телевизионщиков. Справишься, дочь легендарной Аканэ Мезуми? — Я? Ну да, справлюсь, — Шираюки с жаром закивала, не зная, как реагировать на эту новость. Она… Она точно не ослышалась? — Ты лучшая! — Изана встал со своего места и лучезарно улыбнулся, протягивая девушке визитку. — Завтра в шесть вечера позвони по этому номеру, я отправлю за тобой машину. Не вздумай добираться сама — нашему визажисту положен личный транспорт! — О-о… — Шираюки замялась, теряясь из-за внимательного взгляда Вистериа. Он благодарно поклонился девушке. — Кстати, спасительница, я вышлю тебе пару вип-билетов. Если захочешь — можешь пригласить друзей.       «Друзей… Разве у меня есть друзья?» — мелькнул вопрос в голове девушки. Она потупилась, невнятно пробормотав слова благодарности.

***

— Ты чего тут встала? — Сузухара потянул Шираюки за руку прочь от университета, заметив, что девушка уже некоторое время пялиться на ворота. — Стою и стою, подумаешь, — Аканэ фыркнула и выдернула свою руку. Аой удивленно посмотрел на нее, но стоило кому-то из студентов показаться в поле зрения — Сузухара снова начинал вести себя странно. Он сразу ссутулился и моментально занервничал, меняясь буквально на глазах. Может, в обществе Шираюки ему просто было комфортно, поэтому Аой чувствовал себя более раскованным в ее присутствии? Наверное, с учетом вчерашних событий все так и было. — Пойдем уже, хватит стены незримые подпирать, — Аой вздохнул и отвернулся, шагая к остановке. — Слушай, Аой-кун, у тебя есть друзья? — Шираюки невольно замялась. Из-за своих увлечений Аканэ большую часть времени проводила в одиночестве, а потом как-то упустила тот момент, когда близких знакомых у нее не осталось совсем. — Друзья? — он резко остановился и Шираюки врезалась в его спину. Она ойкнула, потирая ушибленный лоб. — Ты меня точно видела в лицо? — Аой как-то грустно усмехнулся, гипнотизируя своим взглядом Аканэ.       Ну и что с ним было не так? Да, внешние параметры не подпадали под стандарты красоты — зализанные волосы, толстая оправа очков, этот шарф, который без преувеличения можно было назвать «бабушкиным», немного мешковатая форма… что, крест теперь на нем ставить?.. — А теперь ты думаешь, что я не такой уж и уродливый? — он хмыкнул, наклонившись к лицу девушки. — Открытая книга, ей-богу, — Сузухара потрепал ее по голове. — Ты не ответил на мой вопрос, — она недовольно попыталась пригладить образовавшееся на голове гнездо. Аой вздохнул, отворачиваясь. — Друзья… Есть люди, которые для меня как семья. Это, вроде как, называется дружбой, да? — Сузухара усмехнулся, возобновляя путь к остановке. — А почему ты спрашиваешь? Хочешь со мной подружиться? — Да не в этом дело, просто… — она обхватила себя одной рукой, пытаясь выразить свои мысли. — Ну, завтра я иду на работу, а в награду за помощь мне обещали пару билетов на концерт. Предложили позвать друзей, но… Я не уверена, нормально ли это — звать девушку, с которой мы работаем в паре и знакомы всего два дня. Или тебя… — Аканэ всячески избегала внимательного взгляда карих глаз. — Короче, ты не хочешь пойти завтра вечером на концерт Irony of fate? — А они выступают здесь, в Киото? — неподдельное удивление на лице Сузухары заставило Шираюки замереть. Она думала, что парень увлекается этой группой, по крайней мере такое уж впечатление сложилось у нее после вчерашнего диалога, а на деле… — Извини, Шираюки, у меня другие планы, — он вздохнул, забираясь в электричку. Аканэ последовала за ним. — Да ничего, я все понимаю. — Но по поводу той девушки… Позови ее, — Сузухара откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. — Друзья — это хорошо, но думай, кому ты доверяешь. — Я возьму это на заметку, — Шираюки задумалась, доставая из сумки телефон и наушники. — Хочешь? — она протянула парню один из них и уставилась в экран смартфона, выбирая песню. — Ну давай, — он пожал плечами и взял из рук девушки наушник. Аканэ включила один из первых синглов Irony of fate под названием «You will be surprised» и прикрыла глаза. — Мне тоже нравится эта песня, — как-то грустно пробормотал Аой. — Помню, как она писалась, — Сузухара дернулся, словно от удара. — Что ты там бормочешь? Заткнись и дай мне послушать песню, — девушка зевнула, склонив свою голову на плечо Аоя. Шарф пах ее домом, но пиджак Сузухары источал нежный аромат ванили. — Да, прости, — он хохотнул и умолк. Аканэ даже задремала под этот спокойный и пронизанный болью трек, когда внезапно почувствовала, что ее голова лишается опоры. — Мне уже пора, Шираюки. Не проспи свою остановку. — А…Да, — девушка прикрыла ладошкой рот и подавила зевок. — До завтра, Аой-кун. — Увидимся, — он махнул рукой и вышел на следующей остановке.