Фейк

Школьная медсестра очевидно не могла поверить своим глазам, а я очень ясно ощущала, что была полнейшей дурой. Мне не стоило в порыве злости демонстрировать последствия удара. Но вчера это выглядело как синяк, не больше. Может, из-за того, что был сильный отёк? Сейчас я лихорадочно пыталась придумать выход из ситуации, не вовлекающий маму. Это ведь не такая уж серьёзная травма в мире, где есть лечебные квирки. Учитывая, что мне даже не больно, половина дела сделана. Это только выглядит страшно, но Дзи слишком маленькая, чтобы ей позволили разобраться с этим самостоятельно. — Мидория-тян, боюсь это вне моей компетенции, — грустно признала медсестра, — Я позвоню твоей маме, вам нужно будет съездить в больницу. Думай. Я вдруг очень захотела, чтобы Хисаши был здесь и можно было обратиться с этим к нему. Вот уж кто бы не стал вмешиваться и позволил мне самой со всем разобраться. Как это всё же удобно, когда есть кто-то, кому на тебя плевать. Но до него мне не достучаться, поэтому бессмысленно и дальше зацикливаться на этом варианте. Зато это направление мыслей позволило вспомнить ещё об одном человеке, к которому я могла обратиться. Доктор Тсубаса! «Семейный» доктор, подчинённый Все за Одного. Я уже была у него после того, как мне исполнилось четыре, тогда он лишь выдвинул теорию, что моя причуда уже появилась, но не возникло нужных обстоятельств для её проявления. Либо же я являюсь аномалией. К счастью, он работал недалеко от нас. Вроде, его внук жил где-то в этом же районе? Да, это выход. Это отличный выход. — Микаса-сан, тогда мне лучше отправиться к нашему семейному доктору. У него есть моя история и всё такое. Он принимает не больше, чем в десяти минутах ходьбы от школы. Если срывать маму с работы, то я попаду к нему лишь через несколько часов. Будет лучше, если она подъедет уже туда после обследования, — я ясно видела, как она колеблется, не желая отпускать раненого ребёнка, — В любом случае, это не ваша зона ответственности, это произошло вне школы. И вы всё равно ничего не сможете сделать для меня. Она сдалась. Конечно, всё было не так просто и одного из свободных преподавателей отправили сопроводить меня, но это значения уже не имело. Доктору будет также плевать на меня, как и отцу. А потому на него мои доводы подействуют лучше. К тому же… Можно будет спросить у профессионала, что я натворила с чувствительностью к боли. У дверей клиники мы были уже через двадцать минут после этого разговора. Доктор здорово удивился, обнаружив меня на пороге, но в целом передача из рук в руки прошла гладко. — И чем же я обязан твоему визиту, Дзи? — док устроился на кресле в этой своей странной асимметричной позе. — Я сделала одну глупость и мне нужно, чтобы мама не узнала об этом, — в который раз за день я задрала рубашку, а после и вовсе сняла, — Вы ведь изначально работали с моим отцом, так? Для меня не имеет значения, доложите ли вы об этом ему. Тсубаса слегка подался вперёд, пытливо разглядывая место, куда пришёлся удар. Встал, подошёл и тщательно ощупал. Несмотря на кажущуюся внешнюю неказистость его движения были уверенными и ловкими, однако на лице читалось откровенное недоумение. — Могу я поинтересоваться характером травмы? — Да, конечно. Это был удар хвостом. — И тебе действительно не больно? — он нахмурился, судя по всему, нажимая сильнее и не видя никакой реакции. — Сейчас нет. Потому что я сделала кое-что не слишком умное, — не дожидаясь вопросов, я коротко объяснила, что причуда у меня всё же имеется, и рассказала, как именно уняла боль, старательно избегая терминологии. Может, мне лишь показалось, но на мгновение Тсубаса выглядел будто зверь перед прыжком. Ну, да. Он же учёный, а я сейчас определённо представляю научный интерес. Хотелось бы знать, они уже приступили к созданию Ному? — Подожди здесь немного, мне нужно провести пару тестов, — он заметно нервничал. По всей видимости, любопытство учёного сейчас боролось с инстинктом самосохранения. Едва ли Хисаши одобрит, если меня станут использовать в качестве подопытной свинки. Мне с другой стороны было почти любопытно. Медицинские исследования и обследования всегда казались мне чертовски завораживающими. Впрочем, сделать он ничего не успел из-за того, что посреди офиса материализовался Курогири. Я улыбнулась тому, как старому знакомому, которым он по сути и являлся и помахала рукой. — Здравствуйте! Мужчина замер на месте. Готова поспорить, меня голую по пояс и восседающую на кушетке здесь увидеть он никак не ожидал, однако сдержанно поздороваться это ему совсем не помешало. Я, изображая беззаботность, поболтала в воздухе ногами. — Как дела у Хисаши? Он хорошо заботится о кохае? — да, Дзи, отличный момент для светской беседы. Просто идеальный. У телепортатора только что дёрнулся глаз или мне показалось? — Дзихико Шигара… — он осёкся, — То есть Мидория. Что произошло и как ты здесь очутилась? Интересная оговорочка. Дело в том, что он привык отчитывать маленького Томуру или это просто фамилия отца? — А, — я махнула рукой, — Подралась с одноклассниками. Но из-за того, что выглядит это всё довольно неприятно, поднимется шумиха, а мне хотелось бы избежать того, чтобы моя мама оказалась в этом замешана. Так что я здесь. Надеюсь, мы с доктором придём к взаимопониманию. Я могу выйти, если вам надо обсудить нечто не предназначенное для моих ушей. Курогири глубоко вздохнул. — Оставайся здесь. И исчез. Полагаю, это означает, что у меня неприятности? Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. — Итак, Тсубаса-сан, вы упомянули тесты, — будто ничего не произошло, произнесла я, — Полагаю, это будет моя плата за вашу помощь? Он недоумённо уставился на меня, будто не сразу сообразив, о чём речь. — О, что ты. Просто мне нужно лучше понять твоё состояние. О какой плате может идти речь для дочери господина Мидории, — и снова это ощущение. Я очень явственно видела, что он врёт. Такое уже бывало, но лишь раз за всё время моего пребывания в этом мире. Сделать вид, что ничего не поняла? Уйти и поискать другой выход? Но мне было слишком любопытно. К тому же у него связаны руки. Теперь здесь был Курогири, а значит, отец знает о моём визите. — Доктор, — проникновенно протянула я, слезая с кушетки и подходя ближе, — Тесты — это звучит очень интересно для меня. Мне нравится эта идея. Я даже не против сохранить это в секрете. Чувствую себя коварной соблазнительницей. Потрясённый таким поворотом событий Тсубаса взгляд отвести не мог. Уж явно не каждый день к нему кто-то сам напрашивается в испытуемые. — Только, помните, пожалуйста, что я могу превратить ваш мозг в суфле, если буду вынуждена защищаться, — я попыталась улыбнуться настолько приторно, насколько вообще было возможно, но сразу же осознала, что вместо этого повторяю отцовский оскал. Мужчина вздрогнул, очевидно проведя параллели. Ну, отлично вообще. Надо срочно избавляться от этой привычки. Несмотря на причину, по которой я здесь очутилась, доктор по всей видимости воспринял моё предостережение всерьёз, учтя мой маленький эксперимент с собственным телом и напрягся, заметно колеблясь. Но то ли он и правда ничего такого делать не собирался, то ли был уверен, что обмануть школьницу для него не составит труда, в любом случае, решение, принятое им, было положительным. — Послезавтра я буду ждать тебя после школы по этому адресу, — он быстро набросал что-то на листе бумаги, который вручил мне вместе с верхом от формы, — И оденься, будь добра. Пока я натягивала рубашку, вернулся Курогири, причём в своей менее человеческой форме, обычно соответствующей перемещению. — Пойдём. Не то, чтобы я была сильно против небольшого путешествия, но не раньше, чем добьюсь своего. — С удовольствием, но не раньше, чем доктор позвонит в школу и даст мне бумаги. Подпись мамы я уж как-нибудь сама подделаю, но… Мне нужен кто-то, кто смог бы хотя бы по телефону её изобразить… И вместо уже привычной напряжённости на их лицах — по крайней мере, насколько я могла оценить ограниченную мимику Курогири — возникло выражение лёгкой снисходительности. Ну, конечно. Сейчас я наконец-то выгляжу на свой возраст: нашкодившей школьницей, которая боится, что мама узнает о её проступке. Вот только боялась я не наказания, а того, что Инко обвинит себя, что она так любит делать в самых для этого неподходящих ситуациях. — К тому же, пусть я и не чувствую боли, но хорошо вижу, что выглядит это неправильно, да и чувствую, что дышать тяжеловато. — Ты ведь уже использовала свой квирк на себе, не так ли? — а док и правда не готов упустить шанс, — Если я сделаю снимок твоих ребёр, как думаешь, сможешь их самостоятельно поставить на место и зафиксировать? Ну, то, что я уже сделала, осуществить было технически в разы сложнее. — Ага. Только меня интересуют не столько сами рёбра, сколько то, что я могу ими задеть и в дальнейшем скоропостижно сдохнуть. — Мидория, — телепортатор вздохнул, с усталым терпением наблюдая за нашим с доктором диалогом, — Не потребуется тебе этого делать. Твой отец узнал о ситуации и послал за тобой. Ты ведь не хочешь заставлять его ждать? Хисаши решил вмешаться. Несмотря на то, что в начале дня я желала этого, на деле подобная новость не предвещала ничего хорошего. Я нахмурилась. — Мне казалось, он решил сосредоточиться на работе. — Да. Мне тоже так казалось, — мне показалось, что эти глаза чуть прикрылись, будто при улыбке, — Но внезапно появился один неучтённый фактор. Меня впервые так интеллигентно подъебали.