Любимый КириБаку

— Я расскажу твоей маме, — раздался насмешливый голос по ту сторону экрана. — Ровнее. Эйджиро, скрипя зубами, перетаскивал ноутбук на прикроватную тумбочку. То, что они собирались делать, было для них не в новинку. Кацуки уже звонил ему по видеосвязи из командировки. Бакуго — в отеле, Киришима — дома. Несмотря на то, что Эйджиро уже давно не мальчик, ему было неуютно делать то, что они собирались делать. — Ляг, — новая команда Кацуки быстро выполнилась. Эйджиро разлегся на своей половине. — Хорошо. И когда ты успел обзавестись такими блядскими манерами? Ни разу еще не послал меня. — Иди нахер? — подал таки голос Киришима. — Это ты позвонил мне, спермобак недоебаный, — зашипел Бакуго. — Недоебаный? Кто тут недоебаный, Кацу? Ты мне мог бы не отвечать, если бы был доебанным, м-м? — улыбнулся Киришима. — Завали ебало, пока я его не раскрошил, — зашикал Кацуки, и Эйджиро услышал знакомый треск искр. — Сбросишь? — заулыбался Киришима, садясь на кровати. — Хуй те в рот, расчехляйся, — Бакуго лежал на боку в своем номере в отеле. Эйджиро потом послушает описание интерьера там. — Ляг! Киришима заулыбался, ложась назад. Ему было прекрасно видно в полумраке, что у Кацуки встал. Ладно, не прекрасно, но видно. — Снимай штаны, ублюдошный, — прошипел нетерпеливо Кацуки. Он был в постели снизу, но это не значит, что его тон не приобретал командные нотки. По словам самого Кацуки Эйджиро «слабак, чтобы трахать меня без моего контроля». Эйджиро повиновался, стягивая красные шорты и бросая их на половину Кацуки, которая сейчас пустовала. — Все тряпье снимай! — рявкнул Бакуго, придвигаясь поближе. Киришима был в главной роли этого «порнофильма». Пара движений и Киришима остался без одежды. А вот Кацуки стянул лишь майку-алкоголичку, которая не особо-то и прикрывала его мышцы. — Вот так… возьми его в руки, — Бакуго придвинулся еще, чтобы видеть всё в красках полумрака их спальни. — Какой послушный… Неужто ты не трогал себя, пока меня не было? — Замолчи… — Эйджиро обхватил свой член ладонью и замер. — Медленно, — раздался голос Кацуки, и Киришима ожидаемо медленно задвигал рукой. Мышцы его ног напряглись, а пальцы поджались. — А смазку для дебилов изобрели? — Пофиг, — цокнул нетерпеливо Эйджиро. — Нет! — закапризничал Кацуки, наклоняясь к экрану. — Я тебе член по приезде оторву и в зад засуну, если я не кончу, ты понял? Исполняй! Эйджиро, не убирая руки, второй потянулся к тумбочке, прекрасно понимая, что Кацуки не намерен просто подрочить. От осознания этого в паху разгорался еще больший пожар, а щеки нагревались от этого всепоглощающего тепла. Достав из тумбочки бутылек смазки, Эйджиро вернулся на свое место, щелкнул крышечкой, выдавил солидное количество себе на ладонь, чуть согревая и снова опуская на член, и стал ждать следующих указаний. — Медленно. Эйджиро словно в тумане выполнял требования. Кацуки лишь редко вздыхал, правда он и при обычном сексе не особо-то был красноречив, а вот Киришима готов был показать Бакуго, как ему на самом деле нравится. Кацуки любил бесприкословное подчинение, а вот Киришима любил дать волю случаю. — Куда, куда-а?! — вскрикнул Кацуки, глядя, как Эйджиро ускорился. — Медленно. — Боже, я умру, если не ускорюсь! — простонал Эйджиро, выгибая спину. — Остановись, — закричал Бакуго, ожидая подчинения. — Сученыш, — Киришима остановился, переводя дыхание, снова задвигал ладонью, медленно, стараясь из всех сил контролировать ритм, хотя то и дело ладонь слишком резко опускалась вниз. Эйджиро глянул на монитор: раскрасневшийся Бакуго гладил свой торс, вторую запустив в шорты. — Почему… тебе можно… быстрее, а мне… нет?.. — паузы на самом деле являлись стонами. Киришима зажмурился, давая себе передохнуть. — Потому что. Быстрее. Эйджиро задвигал рукой в заданном ритме. — Хорошо… можешь еще побыстрее… — раздался томный голос через динамик. — Как только ты приедешь, я из тебя душу вытрахаю, — зарычал Эйджиро, откидывая голову на подушки. Кацуки обожал, когда Киришима начинал сквернословить, особенно так — вроде еще и не растерял остатки своей природной усидчивости и послушания, а вроде уже и рвать и метать готов. Расстояние между этими состояниями Кацуки обожал. Его заводило это больше всего. — Слышишь, Кацу? — выдохнул Киришима, из-под прикрытых глаз глядя на монитор. — Дрочи, пока можешь… потом без разрешения даже вякнуть не сможешь о том, как тебе хочется кончить… Бакуго в экстазе замер над экраном, буквально сжирая картинку взглядом. Эйджиро не сбивался с заданного ритма, а вот Кацуки то и дело ерзал, меняя темп, желая получить больше удовольствия. — Остановись… — прерывисто выдохнул Кацуки. Рука Киришимы замерла на головке. Дыхание Бунтаря было тяжёлым, рот приоткрыт, а бедра, да в принципе, все тело напряжено. — Давай, как хочешь… — Бакуго просто хотелось просто смотреть, запоминая каждую секунду сего действа. Киришима задвигал рукой в собственном ритме — два раза медленно, около шести раз быстро. И заново. Кацуки повторял, закусывая губу, чтобы не стонать в голос — отель, все же. — Кацу, я кончаю, — воскликнул Эйджиро, вскидывая бедра. Бакуго закусил свой кулак, изливаясь в ладонь. — На твоей заднице смотрелось бы лучше, — фыркнул Эйджиро, глядя на сперму у себя на животе. — Рот закрой. — Я тебя тоже люблю. Пока? — Пока. Увидимся, когда приеду, — фыркнул Бакуго. — Еще же неделя. — Ну это же я недоебаный, — усмешка озарила экран на секунду, и Бакуго сбросил.