Картонная жизнь

— Кол, даже не проси, — в очередной раз отмахнулась от друга Елена. — Ну, Елена! — мученически простонал Кол, протягивая руки к девушке. — Ты мой лучший друг, в конце концов! У меня нет никого ближе тебя! — Кол, я сильно люблю тебя, — при этих словах парень болезненно поморщился, — и уважаю, как друга. Но я не готова врать невинной девушке, которая просто тебе надоела. — Невинной? — со смешком проговорила Кэтрин, лежащая на кровати сестры. – Да эта овечка такая стерва, что я тебя уверяю... — В чем ты меня уверяешь? — устало потерла глаза брюнетка, оборачиваясь на стуле к близняшке. — Я уверяю тебя в том, что всю свою невинность она потеряла ещё в четырнадцать вместе с каким—нибудь учителем по физкультуре, — закатила глаза Гилберт и перевернулась на живот. — Ты слишком циничная, — покачала головой Елена, — как мы вообще умудрились стать сестрами? — Елена, будь хотя бы благодарной, — девушка проигнорировала вопрос сестры и пошла в наступление, — все—таки он из—за тебя сел в тюрьму. — Да, — парень отошел к Кэтрин и, сложив руки на груди, обвиняюще посмотрел на подругу. — Всего на час, и я извинилась сотню раз, — она поджала губы и отвернулась обратно к раскрытому ноутбуку. — Елена, я прошу тебя, как моего самого дорогого человека, — в голосе Майклсона не было ни капли юмора или жалости, а просто какая—то неопределенная... Нежность? — Кол... — мягко проговорила девушка, пустыми глазами смотря в погаснувший экран. — Я сделаю все, что ты попросишь, — брюнет сделал несколько шагов и остановился, нависая над ней. — Просто помоги мне, Елена, — он положил руки на ее плечи и слегка их сжал. — Кол, я никогда не умела врать, — пробормотала Гилберт, поднимая голову и встречаясь взглядом с темными глазами парня. Ее макушка упирается ему в живот, а закушенная губа вызывает какие—то дикие желания в парне. — Не беда, научим! — Кэтрин звонко хлопнула в ладоши, и парочка вздрогнула, оборачиваясь на довольную девушку.

___

— Во—первых, надо купить тебе небольшой животик, — командовала старшая Гилберт, размахивая кусочком картошки фри. — И ты знаешь, где у нас можно купить накладной живот? — с интересом уставилась на сестру Елена. — Я не затворница, — мимоходом оскорбила близняшку Катерина, — и у меня есть нужные связи. Елена покачала головой и лишь громко потянула молочный коктейль. Кол улыбнулся этой почти мгновенной перепалке сестер. Он уже привык, что Кэтрин постоянно подкалывает всех, а ее любимая жертва собственная сестра. Однако каждый раз, когда властная Кэт язвила над Еленой, ему нестерпимо хотелось сказать что—то в защиту подруги. Но он в который раз решил промолчать. — Во—вторых, — продолжала Гилберт, — надо определиться, на каком ты сроке. — Ммм... Я думаю на третьем? — немного неуверенно предложил Майклсон. — Отлично! — воскликнула девушка, испугав сестру и ее друга. — Ты согласна, малышка? — Пообещайте мне, что эта Кэролайн настолько ужасна, что даже мне не стыдно ее обманывать, — вздохнула Елена, жалобно смотря на близняшку. — Она просто мерзкая идиотка! — зло выругалась Кэтрин. — У нее к тому же совсем нет вкуса. Гилберт все так же неуверенно обернулась к Колу, ожидая его мнения. Парень только кивнул в знак согласия со словами подруги. — Так, что мир много не потеряет, если у нее будут проблемы, — мстительно произнесла девушка, откидывая назад пряди волос. – Значит, третий месяц? Великолепно. Она схватила со стола телефон и решительным шагом вышла из кухни. Кол и Елена остались наедине. Парень чувствовал напряжение, а девушка слишком устала, чтобы что-либо чувствовать. — Ты не спала всю ночь? — негромко спросил он, отхлебывая чай. Гилберт лишь передернула плечами, отчаянно зевая в кулак. Она не спала уже вторые сутки, и это явно не шло ей на пользу. Голова раскалывалась, а в зеркало даже не хотелось смотреть. — А ты? — слабая попытка поддержать разговор. — Ник даст тебе уснуть со своими нравоучениями, — хмыкнул Майклсон, запрокидывая голову назад. — Сильно вчера ругался? — в ее голосе опять скользили нотки вины. — Переживу, — улыбнулся Кол и, зарывшись пятерней в свои же волосы, потянул себя к столу. — Прости... Ещё раз, — пробулькала Елена, уставившись в наполовину пустую кружку. Парень недовольно закатил глаза, но увидев, что подруга ещё сильнее скрючилась на стуле, решил сказать: — Мы лучшие друзья, Елена. — До сих пор? — неловко улыбнулась девушка, пытаясь важный вопрос замаскировать, как шутку. — До сих пор, — усмехнулся в ответ Кол, с нежностью посмотрев на нее. Длинные рукава его свитера, который он одолжил ей ещё две недели назад, свисали с ее рук, и Гилберт прятала в них свои маленькие ладошки, обхватывая ладонями чуть теплую чашку, в надежде согреться. Волосы были заплетены в немного свалявшуюся косу, но несколько тонких прядей свисало по щекам. Под глазами залегли небольшие тени, но потрескавшиеся губы все равно украшала улыбка. Елена провела языком по нижней губе, слизывая каплю чая, вызывая у Майклсона непонятную бурю чувств в душе. Что—то наподобие того, когда садишься в самолет. Вроде и хочется улететь, но где—то в глубине души таится сомнение в том, можно ли долететь на этом самолете, не разбившись. — Я все устроила, — радостно оповестила Катерина, влетая на кухню, отвлекая Кола от мыслей о губах лучшей подруги, а Елену — от считания чаинок в чашке. — Живот привезут завтра, а пока надо прорепетировать твой выход. Ну, же, сестренка! Это будет твой звездный чааас! В глазах Кэтрин сверкал неподдельный энтузиазм, хотя ей это было надо меньше всех находящихся в комнате. — Видать, сильно ей насолила эта Форбс, — пробормотала себе под нос Елена, но ее слова все же достигли ушей Кола, заставляя его улыбнуться. — Я могу написать тебе слова, хотя в таком деле всегда лучше импровизировать, — со знанием дела говорила Гилберт. Создавалось впечатление, что она каждую неделю выставляет небеременных девушек беременными перед опостылевшими пассиями друзей. — Ты же знаешь, я не умею врать, — поморщилась девушка. Ей все равно не нравилась затея сестры. — Вот поэтому я и напишу тебе слова, — демонстративно вздохнула Катерина, показывая, что из общего у них только внешность. — А если ты знакома с Кэр, — начал Кол, заставляя сестер недовольно фыркнуть при таком уменьшительно—ласкательно прозвище, — то она же узнает в Елене тебя, нет? — О Боже, — Кэтрин театрально поднесла руку ко лбу, — какой же ты идиот. Посмотри на нас! У меня кудри, у нее — прилизанные... — Эй! — Елена обиженно поджала губы. — Я крашусь нормально, а она наверно не знает какой стороной помады губы красить! Я одеваюсь в модные шмотки от кутюр, а Елена в секонд—хенде, судя по ее одежде, закупается!— вдохновлено продолжала тираду Гилберт, незаметно для себя оскорбляя сестру все больше и больше. — Она... — Прекрати! — вскрикнула девушка и, подорвавшись со стула, выбежала из кухни, опрокинув чашку с недопитым чаем на джинсы близняшки. — Елена! — воскликнула Катерина, вскакивая за ней, но отнюдь не затем, чтобы извиниться. — Ты испачкала мои новые джинсы! — Кэтрин, ты обидела ее, — спокойно проговорил Кол, глядя, как девушка пытается оттереть коричневое пятно. — О, так иди и утешь ее, папа Тереза, — зло съязвила Гилберт, не обращая внимания на ледяной взгляд парня. Майклсон без слов поднялся со стула и вышел с кухни, оставляя Кэтрин наедине с грязными джинсами и мокрым пятном на полу.