Картонная жизнь

— Хьюстон, у нас проблемы, — бесцветным голосом произнесла Кэтрин, толкая Кола за тяжелую бордовую портьеру. — Что за проблема, что ты цитируешь “Апполон-13”? — нервно выдохнул Майклсон и дернул рукой, чтобы ослабить галстук, но тут же вспомнил о неодобрительном взгляде матери и отвел ладонь, скользнув по гладкой ткани. — Образованный мальчик. Хорошая партия для моей сестренки, — мимоходом похвалила его Гилберт и, не дав Колу даже шанса возразить, чуть отодвинула бархатную тканину. Кол не заметил ничего особенного. Длинный стол, резные стулья из темного дерева, обошедшиеся Майклу в годичный экономический баланс маленькой африканской страны, официанты, нанятые Эстер и сейчас расставляющие блюда на том самом столе. Майклсон поспешил сказать об этом Кэтрин, которая в панике кусала свои бледные губы. — Кретин, — прошипела Гилберт, выпуская воздух сквозь зубы, и притянула его за галстук к своей щеке, показывая обзор на зал с ее стороны. От Кэтрин пахло косметикой, какими-то довольно тяжелыми, сандаловыми духами (где-то на периферии сознания Кол отметил, что от Клауса довольно часто пахнет этими духами) и искренним волнением. Майклсон не знал, как должно пахнуть волнение, но почему-то на ум приходило именно это стоило принюхаться к ее лакированным прядям. На Гилберт было довольно простое платье, без яркой отделки и необычного кроя: черное, в пол, с небольшим декольте и строгой юбкой. Кэтрин была не похожа сама на себя. И, если в Елене Кол не мог узнать Елену из-за всей этой напомаженности и излишней краски, то Кэтрин ее недоставало: по сравнению с их прошлыми встречами на различных мероприятиях подобного рода, где мужчины были во фраках, а дамы — в бальных платьях, Гилберт смотрелась весьма блекло. Хотя это и легко объяснялось тем, что внимание в этот вечер должно было быть сосредоточенно на Елене. — И? — нетерпеливо прошептал Кол, больно ударяясь об острое плечико Кэтрин своим подбородком. — Что “и”, придурок?! — передразнила его Гилберт, вскользь оскорбив в сотый раз. К счастью, Майклсон перестал обижаться на Кэтрин лет так в девять, и сейчас всего лишь хмыкнул на ее незамысловатые ругательства. — В чем проблема, Кэтрин? Давай живее! — Кол встряхнул ее за руку и она, послав ему злобный взгляд из серии “твоя смерть будет мучительной и очень скорой”, некультурно ткнула пальцем в чью-то спину, виднеющуюся сквозь узкую щель портьер: — Посмотри, кого твоя сестрица притащила в паре с собой! Майклсон прищурился и внимательно всмотрелся в спину “проблемы”. Но хорошо разглядеть было возможно только негромко, но заразительно смеющуюся Ребекку, которая явно флиртовала с обладателем темной шевелюры и пиджака, который немного сдавливал его плечи. — Кто это? — наконец, произнес Кол и тут же получил обреченный взгляд Кэтрин, которая, казалось, своими большими ореховыми глазами может выразить столько презрительности, что при отсутствии денег могла подрабатывать вместо сломанных морозилок в каком-нибудь ресторане. — Деймон, — ласково проговорила Кэтрин, аккуратно погладив Майклсона по голове, словно маленького мальчика, которому рассказали, что Санта-Клаус ненастоящий. — Деймон Сальваторе, который и предложил этот безумный план, когда мы были за решеткой. Кол медленно перевел взгляд на Гилберт и громко сглотнул. — Чем вы тут занимаетесь?! — портьера быстро отлетела в сторону, открывая довольно злого Клауса, и Кол не знал, что злило брата больше: то, что он застал Кэтрин наедине с ним или их долгие поиски по всему дому по поручению матери. — Ник, а ты не знаешь, как обстоят дела на Ближнем Востоке? — неожиданно спокойно спросила Гилберт, сбивая Никлауса с толка. — Есть некоторое напряжение, но, в целом, ситуация стабильная, — растерянно произнес Майклсон и удивленно воззрился на Кэтрин с ее внезапными вопросами. — Может переедем на Ближний Восток? — она обернулась к Колу, и тот лишь чудовищным усилием воли подавил в себе желание кивнуть. Кэтрин разочарованно вздохнула и отвернулась обратно к Клаусу, который вообще не понимал происходящего: — Нет, так нет. Мое дело предложить.