Классика: иной ракурс

Десятая глава «разбора полетов» - и я, признаться, подхожу к ней с чувством горького удовлетворения. Горького, потому что басня обнажает неприятную правду об окружающих. Удовлетворения, потому что правда эта, хоть и неприятная, но - справедливая. Сегодня у нас «Волк и Кот». Точнее, Волк и добрый кот Васька, который, как выяснится, добрее волка, но не настолько, чтобы быть глупым. Прошу любить и жаловать. И осторожнее с репутацией - она, знаете ли, бежит впереди вас. >Волк из лесу в деревню забежал, >Не в гости, но живот спасая; >За шкуру он свою дрожал: >Охотники за ним гнались и гончих стая. Обратите внимание на экспозицию. Волк не идёт в деревню на промысел. Он не крадётся в курятник, не высматривает овец. Он бежит. «Живот спасая» - это не метафора, это буквально: его сейчас убьют. За ним гонятся люди с ружьями и стая специально обученных собак. Шкура, которой он дрожит - это его единственная шкура, родная, и терять он её категорически не планирует. Волк в отчаянном положении. Он не хищник сейчас. Он жертва. И единственное спасение - деревня. Человеческое жильё. Место, где он никогда не появляется без гадости, но куда сейчас вынужден ломиться, как последний попрошайка. >Он рад бы в первые тут шмыгнуть ворота, >Да то лишь горе, >Что все ворота на запоре. - Представьте себе эту картину. Волк бежит, язык на плечe, сзади лай и выстрелы, впереди - заборы и запертые ворота. Все. Каждые. Он тычется мордой в одни - заперто. В другие - заперто. В третьи - заперто. Паника нарастает. Ещё минута - и собаки настигнут. И тут он видит... >Вот видит Волк мой на заборе >Кота. - Кота. Ваську. Который сидит на заборе, наблюдает за всей этой волкханалией со стороны и, вероятно, думает: «Ах, какие страсти, а у меня тут рыбка на ужин». Волк, который обычно сам бы сожрал этого кота не поморщившись, теперь униженно обращается к нему. К нему, Карл! К мелкому, независимому, наглому существу, которое в иерархии леса стоит где-то между мышью и ёжиком. >И молвит: «Васенька, мой друг! скажи скорее, >Кто здесь из мужичков добрее, >Чтобы укрыть меня от злых моих врагов? «Васенька, мой друг!» - полюбуйтесь на эту трансформацию. Ещё вчера Волк назвал бы кота «жрачкой» или «мелким занудой». А сегодня - «Васенька, друг». Лесть, паническая лесть, когда ставки высоки. Волк не вежливый, он - перепуганный. И он просит кота не о деликатесах, а о защите. «Кто здесь из мужичков добрее?» - заметьте, Волк не спрашивает «у кого забор выше» или «у кого собаки злее». Он спрашивает про доброту. Потому что ему нужен не физический барьер - ему нужен человек, который сжалится над ним и спрячет. От людей же. От охотников. Ирония судьбы, да? Хищник просит защиты у жертвы от других хищников. >Ты слышишь лай собак и страшный звук рогов! >Все это ведь за мной». - Волк уточняет. Он подчёркивает, что опасность реальна, что она приближается, и что за ним не просто так охотятся - за ним, за его драгоценной волчьей шкурой. Он рассчитывает, что кот проникнется, испугается, из чувства солидарности или просто из жалости подскажет что-то дельное. Но кот - он кот. Он сидит на заборе, и ему, по большому счёту, всё равно на волчьи проблемы. Особенно если волк этот - тот самый, который обычно разбойничает. >«Проси скорей Степана; >Мужик предобрый он», - Кот-Васька говорит. - Первый кандидат. Степан, мужик предобрый. Кот, надо полагать, знает, что говорит - он же местный, его не обманешь. Степан добрый. Может, приютит, пожалеет, накормит. Но Волк, услышав имя, не бежит сломя голову. Он делает паузу. И выдаёт: >«То так; да у него я ободрал барана». - Вот оно. Волк не говорит: «Ой, неудобно, мы с ним в натянутых отношениях». Нет. Он сообщает факт: я ободрал у Степана барана. Не стащил, не утащил, а именно «ободрал» - то есть убил, снял шкуру, съел, оставил голые кости. Степан, предобрый Степан, понёс серьёзный убыток из-за этого волка. И Волк, заметьте, не испытывает стыда. Он просто констатирует: к этому нельзя. Он меня убьёт, если увидит. Кот, надо полагать, слегка озадачен, но предлагает второго кандидата. >«Ну, попытайся ж у Демьяна». - Демьян. Новое имя. Новая надежда. Волк снова мнётся. >«Боюсь, что на меня и он сердит: >Я у него унес козлёнка». - И снова. «Унес», значит, уволок и сожрал. Козлёнок - это не шутка. Для крестьянского хозяйства коза - кормилица, козлёнок - будущее стадо. Волк уничтожил это будущее. Демьян сердит. И Волк это знает. Кот, судя по всему, начинает понимать масштаб трагедии, но продолжает перебирать. >«Беги ж, вон там живет Трофим». - Трофим. Третья попытка. Волк вздыхает (насколько это возможно при запертых воротах и лающей своре). >«К Трофиму? Нет, боюсь и встретиться я с ним: >Он на меня с весны грозится за ягнёнка!» - С весны грозится. То есть волк совершил преступление, и человек помнит об этом уже несколько месяцев. Не забыл, не простил, ждёт момента для мести. И волк не просто боится - он уверен, что встреча с Трофимом будет последней в его жизни. Кот, кажется, начинает терять терпение. Или просто проверяет гипотезу. >«Ну, плохо ж! - Но авось тебя укроет Клим!» - Клим. Четвертый. Может быть, этот окажется сговорчивее? Волк, уже почти рыдая от отчаяния, выдаёт последний пункт своего криминального досье. >«Ох, Вася, у него зарезал я телёнка!» - Телёнка. Это уже высшая лига. Не барана, не козлёнка, не ягнёнка, а телёнка. Телёнок - это будущая корова, это молоко, это мясо, это кожа, это почти всё крестьянское благосостояние. Волк зарезал телёнка у Клима. И теперь просит у Клима защиты. Теперь - внимание. Кот, который всё это время сидел на заборе и терпеливо перечислял возможных благодетелей, делает паузу. Он смотрит на волка. На этого замызганного, трясущегося, затравленного зверя, у которого за спиной - полдеревни разорённых хозяйств. И произносит приговор. >«Что вижу, кум! Ты всем в деревне насолил, - >Сказал тут Васька Волку. - >Какую ж ты себе защиту здесь сулил? - Вот она, кульминация. Кот не злой, он просто реалист. Он не говорит «ты плохой», он говорит: ты всем насолил. Не одному, не двум, а всем подряд. Степану, Демьяну, Трофиму, Климу - и это только те, кого он вспомнил за полминуты разговора. А сколько ещё тех, про кого он забыл или не успел сказать? Какую защиту ты можешь получить в деревне, где каждый второй - твоя жертва? Ты рассчитываешь, что кто-то из них подставит свою шею ради того, кто зарезал его телёнка? Ты надеешься на христианское всепрощение среди людей, у которых ты украл еду и будущее? Волк молчит. Ему нечего сказать. >Нет, в наших мужичках не столько мало толку, >Чтоб на свою беду тебя спасли они. Кот формулирует главную мысль: мужики не дураки. У них есть головы на плечах. Они понимают, что спасти волка - значит навлечь беду на себя. Если они спрячут его от охотников, то сами станут укрывателями преступника. А завтра этот же волк вырежет у них овчарню. Или задерет корову. Или залезет в курятник. Ни один разумный человек не станет спасать того, кто уже доказал свою враждебность. Не потому, что люди злые. А потому, что люди не самоубийцы. >И правы, - сам себя вини: >Что ты посеял - то и жни. - Финальная фраза. Кот не угрожает, не наставляет, не читает нотаций. Он просто констатирует закон причинно-следственной связи. Ты, Волк, посеял страх, убытки, ненависть. Ты пожал одиночество и беззащитность в момент опасности. Ты не можешь требовать защиты от тех, кого ты грабил. Ты не можешь просить доброты у тех, чью скотину ты зарезал. Ты - жертва своей же политики. И сейчас, когда тебе понадобилась помощь, ты видишь пустоту. Потому что ты сам её создал. Где-то там, за деревней, лают собаки. Волк, наверное, побежал дальше. Или его поймали. Или он чудом спасся. Но кот остался на заборе. Потому что котов с забора обычно не стаскивают за неправильную мораль. Теперь, уважаемые читатели, я, как человек, который перечитал эту басню несколько раз, должен сделать несколько выводов. И выводы эти, знаете, лежат на поверхности. Но мы их всё равно сформулируем. Вывод первый, для волков всех мастей. Если вы прожигаете жизнь, наживая врагов направо и налево, не удивляйтесь, что в трудную минуту некому подать вам руку. Репутация - это капитал. Вы его тратите каждым своим плохим поступком. И когда вы потратили его до нуля, вы банкрот. Никто не даст вам кредит доверия, потому что вы уже доказали, что не вернёте. Вывод второй, для котов. Быть добрым не значит быть наивным. Кот Васька - добрый. Он мог бы просто сказать «иди к Степану» и замолчать. Но он перебрал четыре кандидатуры, убедился в масштабе проблемы и только тогда вынес вердикт. Кот не злорадствует. Он не говорит «поделом тебе, сволочь». Он говорит факты. И при этом не лезет в пасть к волку, не предлагает собственную защиту - потому что понимает: его забор низок, а весит он мало. И это тоже мудрость: знать свои возможности и не браться за то, что не потянешь. Вывод третий, для наблюдателей. Басня «Волк и Кот» - это история не о звериной жестокости, а о человеческой - или волчьей - глупости. Волк, который всю жизнь грабил, не удосужился создать хотя бы одну лояльную деревню. Всех ограбил, всех обидел, везде наследил. Это не хищник, это вандал. Умный хищник оставляет пару деревень нетронутыми - на чёрный день. Создаёт себе «запасные аэродромы». А этот... этот просто безмозглый обжора, который думал только о текущем моменте. И вот когда охотники прижали его к стенке, оказалось, что у него нет ни одного друга, ни одного сочувствующего. Ни одного человека, который сказал бы: «А, этот волк? Да он никогда меня не трогал, пусть спрячется». Ни одного. Потому что не трогал - дело случая, а трогал - дело его лап. И статистика не в его пользу. P.S. Современная версия этой басни, дорогой читатель, разыгрывается каждый день в корпоративах, в политике и в обычной жизни. Человек жжёт мосты за собой годами: подставляет коллег, обманывает партнёров, игнорирует друзей. А потом, когда приходит беда - увольнение, иск, болезнь, - он оглядывается и не видит никого. Он идёт к бывшим коллегам, а они говорят: «Ты подставил меня три года назад». Он идёт к друзьям, а они говорят: «Ты не пришёл на мою свадьбу, потому что было лень». И он остаётся один. И кот Васька на заборе - единственный, кто готов с ним поговорить. Но и тот не спешит открывать дверь. Что посеял - то и жнёшь. Жнёшь, кстати, всегда в одиночку. Рожь - она не любит, когда её собирают толпой. И правда - тоже. P.P.S. Отдельная благодарность коту Ваське за такт. Он не сказал волку «ты идиот» или «сам дурак». Он объяснил. Спокойно, по-доброму, с использованием фактов. И даже посоветовал - сам себя вини. Это, знаете, высший пилотаж педагогики. Когда виноватого не тычут носом в лужу, а дают ему зеркало. Волк, правда, в зеркало смотреть не умеет. Но то уже его проблемы.