Никто и никогда

Ланс Моан* выпустил из рук пожелтевшие страницы, и закрыв глаза, устало откинулся на спинку кресла. Посидел в молчании, и со вздохом вперил взгляд в стену напротив, покрытую потемневшими от старости плетёными панелями тукутуку, что его дед привёз с собой из Новой Зеландии. С детства он любил водить пальцем по узорам, переходя от одного рисунка к другому, стараясь делать это тайно, чтобы не отругала бабушка. Позже, когда одна из панелей (не по его вине), сломалась и рассыпалась, он стал водить по узорам лишь взглядом - это помогало ему расслабиться. Но сейчас Ланс не видел узоров, перед его глазами как наяву, предстала встреча с эмиссаром Хейла, как раз и сподвигнувшая его на поиски старой рукописи. Нет, он был рад, что память по-прежнему не подводит его, и среди старинных фолиантов он отыскал именно тот текст, что случайно увидел когда-то в детстве. Но, то что в наше время кто-то мог решиться на подобное... это было просто невероятно. Этот мальчик...точнее, молодой человек, парень, у которого ещё вся жизнь впереди, если он узнал о ритуале, то ведь не мог не знать о смертельном риске - его неотъемлемой части. Собственно, потому он и стал запретным, что плата за него слишком велика - добившихся успеха, можно пересчитать по пальцам одной руки. Тем не менее, ради своей пары, ради них обоих, он пошёл на этот риск... "Стоп, о чём это я? Ради пары? Бред. Ведь в случае неудачи, мальчишка заплатит своей жизнью, оставив свою половину с разбитым сердцем и шрамами на душе. Эгоизм чистой воды. Проклятье, ещё и Вхету поддержала его. Пусть её помощь и была минимальной, но ведь поддержала" - Ланс расстроенно помассировал подушечками пальцев, глаза - решения дочери часто ставили альфу в тупик. Ну, уже ничего не поделаешь. Ритуал проведён, враги обезврежены, а основное он должен будет сделать сам. Теперь всё зависит от него самого. В конце-концов, ведь Стайлз Стилински эмиссар стаи, и пара альфы, а значит, он достаточно силён духом. Достаточно для того, чтобы стать пятым легендарным счастливчиком, одержавшим победу над проклятьем. Мысли альфы вернулись к не раз прочитанным строкам: "...Лишь истинно великому дано ступить на эту стезю и пройдя сквозь все испытания, получить награду, недоступную прочим смертным. И смерть пойдёт с ним рука об руку..."

***

Из непроглядной тьмы, что со всех сторон плотно окутывала островок света, исходящего от ровного свечения врат, стали громче раздаваться жалобные стоны, всхлипы, плачь, крики, невнятные причитания и жалобы сотен голосов. Холод осторожно пробежался по спине. Казалось, что маг попал в чистилище, откуда ещё никто не возвращался назад.

***

"И дух его будет подвергнут испытанию..."

***

Пытаясь сосредоточиться на вратах, маг переступил на месте, пытаясь встать поустойчивей, но наоборот, вдруг пошатнулся, попав ногой на что-то скользкое. Одновременно с этим, из под ног раздался чавкающий звук. Он глянул под ноги, и понял, что сухая каменистая почва, в одночасье стала мокрой холодной глиной, стоять на которой, с каждой минутой становилось всё трудней. Он судорожно сглотнул и зрачки его расширились, сердце застучало чаще, превращаясь в безумный барабан - похоже, что и угол наклона почвы изменился - теперь его реально тянуло назад, словно он стоял на скользком склоне, повернувшись спиной к огромной яме. Воображение тут-же нарисовало скрывающуюся в глубине ямы пасть, полную острых клыков, навстречу которым он вскоре скатится по этому жидкому месиву. Ну уж нет! Он не покорится - он ещё вырвется отсюда. Шаг... Ещё один... Ноги скользят в чёрной жиже, их засасывает и каждый шаг даётся с большими усилиями. Грязь, облепляющая ноги, вытягивает из них тепло живого тела. Маг с ожесточением продвигался вперёд - "интересно, как долго продержатся кроссовки? А я сам?" В какофонии звуков, появились новые нотки - нечто просило успокоиться, принять свою судьбу и упокоиться с миром. Но это лишь подстегнуло упрямца - ещё целеустремлённей он зашагал к вратам, туда, где оставалась твёрдая почва. Во тьме позади мага, по поверхности грязного месива прошла дрожь. Что-то почувствовав, маг резко обернулся назад, но ничего не увидел. Нахмурившись, он какое-то время настороженно вглядывался во тьму, затем обернулся к вратам, и понял, что они медленно удаляются от него. Нет! Это он сам, остановившись, стал скатываться назад по склону. В голове мелькнуло: "Здесь, чтобы оставаться на месте, нужно бежать со всех ног". С удвоенной яростью, с чертыханиями и хлюпаньем под ногами, проваливаясь в холодную грязь по колено, энергично размахивая руками в стороны, маг прорывался к воротам. Позади него вновь что-то зашевелилось, и на мгновение приподнялось над поверхностью.

***

Трейлер слегка качнулся, и под полом почувствовалось какое-то движение. Испуганный вскрик детей, заставил Майка метнуться к сгрудившемуся в кучу семейству. Обняв всхлипывающих детей и измученную ужасом жену, он метнул полный неприязни взгляд на причину их нынешних бед. Ещё никогда он не чувствовал себя настолько бессильным. Из углов отчётливо потянуло стылой сыростью. Лишь Скотт, сидя на полу и прислонившись спиной к стене, никак не отреагировал на происходящее. Бережно придерживая голову спящего друга у себя на коленях, он пытался найти то самое ощущение, благодаря которому смог переступить грань между мирами. Эх, у Стайлза получилось бы намного проще, если б они были вместе... Может быть, попробовать обратиться к нему самому? К его душе?

***

"В самую трудную минуту, чистая и любящая душа протянет ему руку помощи..."

***

С трудом вытаскивая босые ноги из вязкой грязи, маг тяжело дышал, но упорно приближался к заветной цели. Стенающие и завывающие голоса пытались свести с ума, холод сильней сковывал движения измученного тела, а за спиной угадывалось какое-то движение, но сил бояться или оборачиваться, уже не было. Когда до сухой земли оставалось всего три-четыре шага, сделать которые было сродни установлению нового мирового рекорда - настолько неподъёмными стали ноги, воздух перед вратами замерцал. Это было нечто новое, отличное от свечения врат - примерно в ярде над землёй, парила искорка, с каждым мгновением становясь всё ярче и увеличиваясь в размерах. Даже тьма за спиной мага притихла и замерла. В какой-то момент, в этом ярком сиянии стал угадываться некий образ, словно в ад сошёл ангел небесный, а спустя пару ударов сердца, образ обрёл плоть и краски, и на землю у врат опустился мальчик лет шести-семи. Кажется, даже воздух стал теплей. Ребёнка окутывало неяркое сияние, и сквозь него, маг отчётливо мог видеть чёрные непослушные вихры, смуглую кожу, пару родинок на шее - маг понял, что он кого-то ему напоминает, но кого, не мог вспомнить. Длинные чёрные ресницы дрогнули, и большие глаза распахнулись - мальчик доверчиво взглянул на мага, и его личико озарила чистая радостная улыбка. Он улыбался ему, как самому дорогому для себя человеку. Маг не мог отвести от ребёнка глаз, от этого его персонального солнца, озарившего всё вокруг, и на его губах появилась ответная, пока ещё нерешительная улыбка. Малыш протянул ему свою ручку, и маг, чувствуя зарождающуюся в его сердце надежду, не сомневаясь протянул ему свою руку навстречу...

***

"...Но если дух мага будет сломлен, или в его сердце закрадётся малейшее сомнение, эта помощь будет напрасна - обе души сгинут без следа."

***

Вдруг, перед глазами мага мелькнула вспышка воспоминания, и вместо ребёнка, он увидел красивого обнажённого мужчину, что-то с растерянностью говорящего ему, а рядом - обнажённую девушку с торжествующей ухмылкой на гордо поднятой голове... Боль, острой иглой пронзившая его сердце, заставила отдёрнуть руку, и вцепиться в грудь. Больно! Невыносимо больно и тошно... Лицо ребёнка испуганно исказилось, и он беззвучно закричал. Он подался вперёд всем тельцем, пытаясь дотянуться до пошатнувшегося, задыхающегося от невыносимой боли мага, но не смог покинуть то место, где стоял. В этот момент, из тьмы выметнулись длинные чёрные нити. Тонкие и прочные, словно струны, сливаясь на лету воедино, они захлестнули ноги мага. Резкий рывок заставил его потерять равновесие и упасть на колени. Пытаясь удержаться от полного падения, он выбросил перед собой руки, и погрузил их в грязь, затем, с силой оттолкнулся от скользкого ледяного дна и ему почти удалось подняться. В это мгновение его горло захлестнули новые чёрные путы, он вскинул к шее руки, но и их оплели нити... Резко перекрывая дыхание, мага дёрнуло за шею назад, и он упал на спину. От беззвучного крика мальчика, содрогнулось пространство вокруг, и врата пошли трещинами... Больше ничего рассмотреть не удалось - путы, не останавливаясь ни на секунду, стремительно потащили свою добычу прочь. В последний раз он смог увидеть, как вдали мелькнули тускнеющие ворота, и тяжёлые чёрные волны с утробным чавканьем сомкнулись над головой мага... *Глава дружественно настроенной стаи из племени Маори (гл. 7)