Застывшая в жилах...

— «Может завтра?» — подумал про себя Джон. Вампир уже битый час «гулял» по окрестностям города в поисках резиденции бургомистра. Но когда Джон увидел солнце приближающееся к закату, он внезапно понял, что бродил по Чейдинхолу целый день. В целом, для него не было чем-то необычным провести день, и даже не заметить, как начнётся второй. На общем плане сотен лет жизни, время перестало иметь хоть какую-то цену. Ожоги вампира за целый день больше его не раздражали. Он и не смотрел, но скорее всего они исчезли полностью. Плащ надёжно защищал его от солнечных лучей, однако он не мог всё время скрываться за ним. — «И зачем я только пошёл за этим демоном?» — спросил себя Джон. — «Ведь он оставил Председателя в живых. Вот с ним бы и переселился в другую деревню, и снова новая жизнь…» Внешние ожоги кожного покрова вовсе не интересовали его. Куда более и больнее ощущались душевные раны. Тысячи голосов будто искали возможность напомнить о своём существовании. Малейшие мысли об убийстве человека, и в целом, совершении какого-либо рода преступлений против человечества, и медальон тут же начинал страшно пробуривать в его груди глубочайшую рану, которая никогда не заживёт. За множество лет Джон понял для себя, что физическая боль приходит и уходит, а душа ноет вечность. — «Если бы я мог выбросить этот амулет…» — подумал Джон. Ему тут же привиделось лицо брата, строгое и непоколебимое… На улицах Чейдинхола становилось всё менее ярко и светло. Дневные лучи солнца постепенно начали сменятся зажжёнными лампами и свечами прямо рядом с домами. — «С другой стороны, я всё ещё не хочу, я не смогу умереть в битве с демоном. Может поэтому мне и стоит найти осколок Сущности Обливиона раньше, чем это сделает Алькорд. Он пытается найти все частички, чтобы получить хоть какое-то незначительно преимущество в бою против меня. Что же, он на верном пути». Как только вампир снова задумался о поиске бургомистра, его внимание обратили к себе громкие возгласы где-то рядом. Джон никогда бы не обернулся на очередные пьяные и праздные крики пропивающих свои деньги богачей и купцов, если бы не фраза: — Господин бугромистр, вас же могут увидеть… Вампир тут же осмотрелся вокруг себя. Давеча, его вовсе не интересовали городские пейзажи, и он, избегая солнечного света, почти всё время глядел себе под ноги, на пыльную дорогу. Город начинал приобретать уже более тусклые горячие цвета, нежели в светлое, дневное время. На крыши двухэтажных зданий, храмов и колоколен падали целые вееры красных и розовых лучей заходящего солнца. Как и подобно таким большим городам, Чейдинхол жил практически круглосуточно, и единственным временем малой активности был промежуток между послеобеднным отдыхом, и началом вечера. Жители потягиваясь выходили со своих жилищ, медленно отходя от обеденного сна. Ремесленники нехотя возвращались к инструментам, а купцы уже настороже трясли лампами, ожидая очередного назревающего фестиваля. Джон предполагал, что для жителей города, дневной сон является составляющей распорядка, однако вряд ли он мог это понять, ведь вампир не спал вовсе. Вампир скоро заметил одно крайне шумное заведение. Голоса исходили оттуда. — «Господин бургомистр значит?» — подумал Джон, глядя на вывеску. Деревянная дощечка в форме герба империи с раскрашенными стальными рамками и золотистыми буквами ничего ему не говорила. Эти буквы были для Джона неизвестными, и даже слегка смешными. Вампир не понял, как такие "палочки и чёрточки" вообще можно прочесть? Он предположил, что это, вероятно, древний язык предков Аэдра. - "Весьма интересный ход, чтобы завлечь побольше люду", - хмыкнул вампир. Его неторопливые рассуждения привели к тому, что из-за бархатной шторки у входа снова послышались возгласы: - Что?! Как это, как так сказать инспекторы из столицы?! - Господин, эту информацию сообщил уважаемый комендант Гриб. Я всё пытался сказать вам ранее, но вы приказали мне заткнуться. Джон подошёл ближе к шторке. Оказалось, что и дверей здесь не было. "Развлекательное" заведение отделялось от улицы лишь тканевой заслонкой, через щели которой приглядывался тёплый свет от свечей. - Да-да, всё верно. Я приказывал заткнуться. Но так почему же, так сказать, ты снова начал говорить?! - возмутился голос. - Сэр, вам не стоит думать, что я вру... - снова попытался прислужник. - Ну Чарльз, у нас, так сказать, никогда не было и не будет никаких инспекций! Джон отдёрнул бархатную штору и ворвался внутрь. Вампир подключил всё всё возможное актёрское мастерство. Он, непривычно для себя расправил плечи и заменил эмоцию безразличия, на отъявленную ненависть ко всему живому. В молчании комната продержалась немного больше минуты, после чего бургомистр громко ткнул и вопросительно взглянул на вампира, согнув свои густые брови "домиком". - Ты, так сказать, не можешь сюда входить. Этот дом сегодня мой на вечер. - Этот дом может стать твоим навечно. - отрезал Джон. Вампир скинул капюшон с головы. - Ты посмотри, так сказать, Чарос, он мне пытается угрожать! - громко хмыкнул бургомистр. Это казалось крайне наигранной эмоцией, поскольку на лице градоправителя так и выступала испарина, и вместе с тем, пухлые его щёки начинали приобретать пунцовый оттенок. - Простите сэр, но я не Чарос, я Чарльз... - Пошёл вон! - гаркнул бургомистр и стукнул пальцем по столу. Наблюдая, что сейчас будет происходить в его харчевне, хозяин со своей женой тихо вышли через чёрный ход. Теперь Джон пододвинул один из стульев, развернул тот, и уселся прямо напротив бургомистра, положив руки на сверху на спинку. Вампир уставился алыми глазами на рядом сидящего. Бургомистр уже не казался ему такой же раскормленной мордой, как и комендант Гриб. Этот был на порядок менее толстым. Не хватало ему и ещё нескольких подбородков до состояния действительно зажиточного политика. Этот же выглядел так, словно бывший военный преступник, который ушёл на покой, и теперь руководит небольшим городком империи, благодаря старым связям. - Наверняка хочешь, чтобы я отбросил все эти, так сказать, любезности, и сразу перешёл к делу. - предположил бургомистр. Джон молчал. - Так вот послушай сюда пацан, я, так сказать, в этой "имперской машине" варюсь уже не один десяток лет. Таких, как ты - сопляков, я ем на полдник. Джон снова не проронил и слова. - Пацан, угадай что у меня сейчас... - закивал бургомистр. - Полдник? - Да, мать твою, у меня сейчас полдник, - приподнялся над столом мужчина. - Что ты знаешь об острове Эст-Мун? Бургомистра передёрнуло, словно он услышал что-то настолько ужасающее, что вполне могло бы встать вровень с угрозой смерти. - Так погоди пацан, то есть ты, так сказать, не из Имперского суда, или Инспекции по борьбе с коррупцией?! - Нет. - отрезал вампир. Мужик рассмеялся, и снова бухнулся в плетёное кресло. - Ах, ну тогда присаживайся проходимец. Ты имел, так сказать, наглость явиться во время моего отдыха, клеветать меня, да ещё и угрожаешь. Надо смелость ох какую иметь для такого. - Я не понимаю, почему человеку нужно повторять, - осведомил вампир. - Нет, нет, погоди... - бургомистр спрятал своё неприятное морщинистое лицо в ладонь и засмеялся. - Ты слишком пафосный. Не хочешь выпить, так сказать? - Человек, всё же я повторюсь. Как добраться до Эст-Муна отсюда? - вампир никогда не терпел этих "людских выступлений", когда каждый пытается показать, что он царь горы. Однако сейчас Джон собрал своё терпение, и мирно ожидал ответа от бургомистра. - Обычные люди всегда боялись этого острова. К чему тебе туда потребовалось, так сказать? - поинтересовался мужчина криминальной внешности. Он взял со стола завалявшийся металлический короб, и достал оттуда толстенную сигару, которая напоминала скорее кусок свиной колбасы. Бургомистр зажёг её об свечу стоявшую рядом. Сигара медленно начала тлеть, а комната заполнилась мерзким и сухим запахом табака, приправленным перечной специей. - Если ты знаешь об это месте, значит тебя не удивит, если я скажу, что я совсем не человек, - объяснил Джон. Бургомистр остановил свою затяжку на пол пути. Дым не выходил изо рта приличных с десяток секунд. Его припухшее лицо слегка посинело. - Вот как... - наконец выдохнул градоправитель. - Значит, ты один из тех. - Верно, - подтвердил вампир. - Как же ты... как же... - склонил голову бургомистр и начал что-то бубнеть себе под нос. - Что? - Не-ет, нельзя, не нужно было... - мужчина заслонил лицо ладонями. - Ты скажешь мне, как добраться до Эст-Муна, - Джон слегка поднял тон голоса. Бургомистр издал какой-то звук, странный звук. Не человеческий звук. Джон нахмурился. Послышался тихий приглушённый смех. Хриплое хихиканье исходило из глотки бургомистра. Джон сделал к нему шаг, но тот тут же откинулся на спинку кресла с заброшенной головой. Лицо мужчины растянулось в неестественной человеку улыбке а глаза закатилась за веки. Бургомистр продолжал истерически хохотать и корчится в конвульсиях. Его лицо исковеркалось до неузнаваемости. Джон в конце концов не выдержал, подорвался с табурета и схватил бургомистра за ворот дорогущего пиджака. Вампир поднял над креслом, и сильно ударил кулаком тому в нос. Мгновенно с ноздрей бургомистра хлынула кровь, а сам мужчина жестко приземлился обратно в кресло. Сидалище гупнуло об пол. Он не прекращал извиваться, смеяться и брызгать слюной. Его посиневшее лицо начало приобретать пунцовый оттенок. Казалось, сейчас правитель Чейдинхола задохнётся. Джон надавил на его грудь левой рукой, вжав того в кожаную обивку кресла, и с размаху ударил ещё раз. Удар следовал за ударом, и вскоре вампир просто безостановочно колотил бургомистра по лицу. Джон слишком поздно осознал, что им движет исключительная ярость. Эта ярость была слишком отлична от его привычной злобы. Ранее он всегда мог чувствовать злость к несправедливости, или же агрессию по отношению к противнику. Теперь же, это была необузданная и неконтролируемая ярость, которая не была ни на чём не основана. Джон понял, что его раздражает бургомистр лишь своим мерзким смехом, и тем, что попросту водит его за нос. Это было то самое мимолётное зло, которое взрывается внутри души в одно мгновение, и толкает тебя на уничтожение раздражителя, после чего ты так же быстро успокаиваешься и начинаешь жалеть о содеянном. Джон бил его до тех пор, пока тот не начал захлёбываться собственной кровью и издавать хрипящий вой на всю харчевню. Вампир остановился. Он часто дышал, и смотрел прямо в безумные слезящиеся посиневшие от ударов глаза. - Они, о-они... придут за тобой, где бы ты ни был, где бы та не скрывался... - кряхтел и хрипел голос бургомистра, точнее, теперь это был уже не его голос. Будто существо говорило всё за него, и он продолжал страшно улыбаться окровавленными губами. - Кто они?! - сквозь зубы проревел Джон. Медальон полыхал так, что наверное жерло вулкано имело меньшую температуру, нежели то жжение, с которым пытался усмирить его силу амулет. - Они охотятся за вами, никто не даст вам осуществить задуманное... - ревел от смеха бургомистр. Медальон уничтожал Джона изнутри и никакие его потуги и старания хоть немного заглушить боль, ни к чему не приводили. - Скоро они... они покажут истину и завладеют вашими сердцами! - градоправитель дёргался и извивался в кресле. Вампир перестал что-либо предпринимать, так как сейчас его уже заботила душераздирающая, несносная боль. - Они уже... они... - на последних издыханиях выпалил бургомистр и полностью обмяк в кресле. Его конечности безжизненно повисли на подлокотниках, тело слегка сползло вниз, а со рта тонкими струйками запузырилась кровавая пена. - "Мёртв", - констатировал Джон. Его самого брала сильная одышка, горло раздирали частые и резкие вдохи. Разум вампира снова помутнел. - "Неужели брат снова пытается установить со мной контакт?" - Джон начал понимать, как его мысли приобретают панический контраст, который обычно не соответствует его характеру. - "Или..." Вампир рухнул, однако успел ухватиться за спинку стула. В итоге он повис на ней надеясь не упасть на пол. - "Если я лягу - я уже не встану." - осознал Джон. - Нет, я не могу, - прошипел вампир. Он усилием воли заставил себя встать на обе ноги, после чего он услышал грохот шагов за шторкой. - Окружить здание! - проорал кто-то. - "А вот и охрана". Кто-то приближался, и Джон чувствовал это. Он внимал каждой клеткой своего тела, как горячий "мешок с кровью" приближался к нему. Дыхание снова участилось. Вампир уже учуял сладостный запах целебного нектара. В ушах зазвинело, зрачки сузились, кончики волос стали дыбом, клыки удлинились, уперевшись в дёсна. Рот наполнился слюной. - "Сердце сейчас выскочит", - подумал Джон в последнюю секунду. Шторка резко отодвинулась и в комнату ворвался телохранитель бургомистра. Бедняга. Вампир с молниеносной скоростью схватился за солдата сжав своими руками его плечи. Стальные пластины доспеха прогнулись под воздействием такой силы. Джон абсолютно бездумно вонзил клыки в сочную шею. Крик мужчины даже не успел вырваться. Кровь мгновенно потекла ручьями вниз по горлу. Джон выпил его менее чем за минуту. Синее, высушенное и мёртвое тело рухнуло рядом с креслом бургомистра, выгнувшись в неестественной позе. Вампир почувствовал прилив сил, мгновенный прилив сил... сравнимый вероятно только с принятием таких наркотиков, как Револьвер, или же введению в кровь Фуамы. Вкус крови настолько приободрил Джона, что безумное жжение амулета перекрылось сладкой эйфорией. Голова раскалывалась, амулет дребезжал на груди, а Джону хотелось ещё... Однако, помутнение в рассудке было не столь велико, чтобы вампир не смог поддаваться соблазну выпить ещё и ещё... - "Как можно скорее уйти", - приказал себе Джон. Чувствуя неладное, солдаты тут как тут оказались в помещении. Теперь их было пятеро. - Он убил их... - не веря собственным словам, протянул вояка.- Схватить! Вампир так и не смог позже ответить себе же на вопрос, почему он не сделал этого раньше. Джон проскользнул по столешнице и побежал к противоположному выходу из харчевни. Как же яростно в догонку ему кричали солдаты. Когда они начали осознавать, что вампир может уйти, они начали метать свои глефы и алебарды ему в спину. Скорость, конечно позволила бы ему уклониться, однако неумелые вояки и так промазали всем, что у них было. С треском Джон вырвался наружу. Тут же его встретили ещё трое. Это были наёмники в несколько раз больше щуплого вампира. В руках они держали массивные топоры и толстые щиты. - "Верно, они же обещали окружить здание", - вспомнил Джон. Серьёзные мины противников так и указывали на то, что они скорее сдохнут от холода и голода стоя здесь днями и ночами, нежели пропустят мимо себя преступника. - "Нет, больше я не убью". - пообещал себе Джон. - "Тогда как выбираться?". Вампир услышал, как с задней двери харчевни вырвались его преследователи. Он уже почувствовал, как остроконечные пики чешут ему спину. Джон склонил голову и предположил, что всё ещё может сдаться... наверное. Его взгляд направился вниз, и вдруг он увидел то, на чём стоит. Это была массивная каменная плита, закрывающая собой проход под землю. - "Нет времени интересоваться, что это такое..." - решил Джон. - Кончайте его! - приказал один из воинов. Вампир до последнего ждал, когда же один из телохранителей атакует его сзади. И вот, в спину устремился удар глефой. Джон моментально сделал шаг в сторону, и захватил лезвие зажав его между локтём. Он развернулся, не страшась врага, и хлёстким движением вырвал глефу у того из рук. От такой скорости действий противники разом опешили и застыли на несколько мгновений. Этого хватило, чтобы Джон совершил задуманное. Вампир со всей силы вонзил отобранное оружие в щель люка. Не малым усилием, Джон выгнул древко, что то аж затрещало и заскрипело. Он поднял тяжеленную каменною плиту. Как только плита глухо ударилась о землю, Джон не смотря ни на что, ринулся вниз. Прыгнул в тоннель. Лететь пришлось не долго. Ноги с плеском окунулись по колено в сточную воду. Вонь в тоннеле стояла такая, как будто вместе с водой сюда замывало всё дерьмо со всего Чейдинхола. Джон даже приготовился кое-как бежать, если солдаты полезут за ним. Однако, случилось то, что вампира крайне удивило. - Он серьёзно прыгнул?! - воскликнул один. - Закрывай быстрее, а не то ещё... - оборвались слова другого, так как каменная плита с грохотом упала, загородив выход. - "Они... побоялись идти сюда. Но, с чего бы это?" - задался Джон. Вампир нехотя начал волочить ноги, загребая ними за собой воду. Он чувствовал какие-то вязкие массы протекающие в ногах. Сточный канал сохранял спокойный уровень воды, и Джону это было только на руку. Ему предстояло ещё долгих множество сотен метров продвигаться внутри тоннеля, чтобы в итоге, может быть, выбраться где-то у края города. Так он думал. *. *. * На пути вампира встречались те препятствия, которые даже умышленно тяжело было придумать. Сначала, у одного из поворотов в туннеле, он встретил гниющий крокодилий труп. Джон внимательно изучил мёртвое животное и обнаружил, что прямо из брюха крокодила были вырваны внутренние органы, хотя мясо и кожа не были тронуты. - "Аккуратный разрез от края пасти, и до начала хвоста..." - ещё раз вспомнил для себя Джон. Позже он натыкался на не совсем стандартные развилки. Точнее, искусственно вырытые норы кем-то вручную. Норы были совсем маленькие, как будто работа либо гипертрофированного крота, либо человека-карлика... - "Или же..." - подумал Джон, и увидел на полу занятную вещицу. Безпроглядная тьма, разумеется, помехой не являлась для вампира, который терпеть не мог солнечного света. Джон поднял с мокрого пола завалявшуюся в грязи куклу. Оказалась она ничем не примечательной тряпичной куклой, кроме одной детали. В руке игрушка держала наконечник от шила... ну, как держала, кто-то просто очень настойчиво проткнул этим наконечником её руку. - "Вот как, мальчик значит", - определил Джон. - Что ты делаешь в моем логове? - послышалось из ниоткуда. То, что Джон называл рефлексами, развернуло его к источнику звука. Оказалось, где-то там вдалеке стоял мелкий пацанчик с целой корзиной свежих фруктов и свежей булкой хлеба. Выпечка смогла даже перебить вонь подземелья. Вампир вдруг понял, что ему чертовски хочется есть. Выпитая кровь только пробуждала в нём больший аппетит. Ему захотелось мяса, мягкого и сочного... Джон мгновенно пожалел о том, о чём подумал. Медальон на груди ударил его с такой силой, что вампир тут же подкосился, и упал лицом в сточную воду. Казалось, в нём была прожжена сквозная дыра. Джон взревел и судорожно захрипел, хватая затхлый воздух тоннеля. - Эй, что это с тобой?! - воскликнул мальчуган и подбежал к вампиру. Джона на мгновение очень удивило то, что мальчик просто напросто не убежал восвояси. - Всё... в п-порядке, - неуверенно ответил мужчина. - Ты что тут забыл? - всё также поражённо спросил мальчик и помог Джону встать на ноги. - Как тебя звать, дядька? - Джон, Джон Сифер, - вампир подумал, что ему не к чему врать ребёнку. - Что-то ты хреново выглядишь, Джон, - констатировал хлопец. - Да? А ты глянь на моё лицо в дерьме. Как ты думаешь, сладко ли я себя чувствую? - перебил вампир. - Дядь, ты только что плюхнулся в лужицу и корчился в ней пару секунд. - Мне плохо, - как только сказал мужчина, и на него сразу же нахлынула новая волна агонии. Джон стиснул зубы и закрыл глаза, как будто ещё чуть-чуть, и какая-то внутренняя сила разорвёт его на куски. - Послушай дядь, не знаю как именно ты здесь оказался... - пожал плечами мальчик и принялся рыться а небольшой нише в полу. Вероятно, это и вправду было какое-то убежище, так как мальчик с поразительной виртуозностью перебирал собственные вещи и изымал из ниши только самое необходимое. По ходу того, как малец выбрасывал старые остатки пищи и окровавленные лоскутья одежды, грязная сточная вода затекала в нишу, и вскоре его руки уже барахтались в канализационном месиве. - Во, ну наконец-то нашёл! - воскликнул мальчик. - Дядь, если тебе плохо, то я могу провести тебя к моему хозяину. Он мудрый лекарь и могущественный маг, возможно он сможет избавить тебя от недуга. - От того недуга, что у меня, невозможно избавить, - печально вздохнул Джон и прижал ладонь к груди. - Не Дядь, мой хозяин всё вылечит, но только за достойную плату! - убедил мальчуган. Джон вовсе не обратил бы внимания на предмет, который пытался найти мальчик, но это оказались огромные золотые монеты размером больше, чем его собственная ладонь. По обеих сторонах монеты красовалась аристократичная морда с большим носом и лавровыми ветвями по бокам. Всё это он прекрасно увидел в темноте тоннеля. - Это же монеты Алькорда... - вспомнил Джон. Демон единажды демонстрировал монеты, ещё несколько недель назад, когда оба пытались в одной деревушке приобрести бутыль креплёного вина у старого фермера. Тот монеты тысячелетней давности не принял, мол: "Слишком мягкие, золото - это металл, значит должно быть твёрдым...". - Монеты кого-кого? - переспросил малец. - Впрочем, не важно. Веди меня к своему хозяину. Мальчик взял Джона за руку и повёл вперёд за собой. Вампир мог бы молча следовать за ним и далее, однако он не знал, сколько должен пройти с мальцом, поэтому заранее спросил: - Как тебя зовут? - Ха, Дядька, не знаю какое имя мне давали родители, но сейчас меня зовут Вавилон. - ответил мальчишка обернувшись к Джону. Мужчина поймал взгляд изумрудных глаз, и всё-таки не сказал ни слова более. * * * Коридорный путь мальчугана и Джона прерывался лишь сточными водопадами вниз и изогнутыми прутьями старых решёток, на преодоление которых требовалось чуть больше времени. Вампир больше ничего не спрашивал про так называемого Хозяина, и всё больше углублялся в собственные мысли о словах бургомистра. Что всё это значило? Кого он имел в виду, монахов Аэдра, Хранителей, или ещё каких-то фанатиков? Всё чаще Джон даже спрашивал себя, почему он вообще пошёл за Алькордом? Ведь до этого, ни он, ни демон не знали о предначертании. Да, потом судьба всё равно свела бы их, но почему Джон всё же сделал выбор? - "Видимо на то оно и предсказание..." - вампир заглянул в отдалённые уголки мозга, и решил переломать себе пару извилин размышлениями. - "Получается, как-то не сходится, мол, я, и Алькорд должны перебороть саму вселенную, чтобы установить в ней мир. То есть, если Алькорд - это сила зла, то я - сила добра. Что-то очень сомневаюсь... Я совсем не добрый, и душа у меня чёрствая. Я безумец и маньяк. Я пью людскую кровь, и жру людскую плоть, за что меня наказывает святой магический артефакт у меня на шее. Но я не могу его выбросить, ибо тогда пробудится всеразрушающая сила, и уничтожит меня, вместе с окружающим миром...", - Джон будто поставил себе какую-то задачу. - "Ибо добро из меня никакое, однако пророчеству плевать на это, оно предполагает собой, чтобы я неизбежно сразился с всесущим злом - Алькордом. Но это ещё не конец! На сколько я помню, есть великий потомок древнего народа, который обязан проследить за честностью проведения поединка. Также, существует и некий Вечный Король. Он самый и должен править тем новым миром, и его дети, и все следующие правнучки после него..." Пророчество, казалось, никому никогда ничего правдивого и не сообщит, однако истина существовала, и опровергнуть этого Джон никак не мог. Даже если бы он начал перечить пророчеству и плыть против течения, неминуемый рок настиг бы его. Вампир скорее смирился, что ему всё же придётся сойтись в бою с его демоническим товарищем Долго мальчик водил его по этим казематам. Они продолжали хлюпать сапогами, пробираясь чере подземную реку. На самом деле, Джон уже не беспокоился ни за свои сапоги, ни за то, куда его сейчас приведут, ни даже то, кто такой Хозяин. Медальон не давал ему жизни. Дышать было практически невозможно, и вскоре, на пол пути Джон начал задыхаться. А груди у него всё также пекло и что-то раздирало между рёбер. В один момент он даже чуть не упал на мальца. Частенько они останавливались, дабы перевести дух. Шагать по колено в месиве из сточной воды и дерьма, это уж не такая и простая задача, особенно когда под левым плечом у тебя десятилетний ребёнок, на которого ты падаешь каждые пять минут. Скоро Джон совсем закрыл глаза (в тёмном сыром туннеле всё равно нечего было разглядывать), и ступал ногами лишь в сторону голоса мальчика. Это время казалось ему бесконечностью, как и боль, которая ещё и пульсировать начала, будто к груди вампира раз за разом прикладывали раскалённую сковороду. Джон к сожалению, но заметил эту тенденцию, что сила и продолжительность болевых ощущений зависела от того, насколько грешные мысли приходят в его голову, и на сколько жестокими оказываются его действия по отношению к окружающим. Это скитание темными тоннелями закончилось внезапными словами мальчика: - Остановись. Слова прозвучали где-то из-за спины. Мальчуган остановился за метров пять от него. Джон открыл уставшие глаза и поднял голову. Перед его взором оказалась кирпичная стена. Замшелая болотной травой, глухая, кирпичная стена... - Ты... меня обманул? - спокойно спросил вампир и медленно повернулся к мальчику. - Нет. Хозяин всегда учил меня говорить только правду, - сразу же парировал Вавилон. - Тогда почему здесь тупик? - всё также спокойно продолжил Джон. - А кто сказал, что это тупик? Это дверь. - Вот как, тогда открой её, - голос вампира начал как-то искажаться. - Да дядь, я специально привёл тебя сюда, к моему хозяину... Повисла тишина. - ...но я хочу предупредить, что за излечения чего-то одного, хозяин может забрать у вас что-то другое. И повезёт, если это будет несколько рёбер, или же пару литров крови... - Пару литров крови, - медленно повторил Джон. - Поверь мне мальчик, моя кровь не самая ценная. - Но иногда он может потребовать очень высокую цену. - К примеру? - Джона это даже заинтересовало. Вавилон стряхнул с себя часть своего грязного плаща так, чтобы было видно отсутствующую левую руку. Джон всеми силами старался не думать об этом, но глядя на культю мальчика он всё же крепко стиснул зубы и отвёл глаза. - Дядь, это и есть цена... - "Цена жизни, цена человеческих органов, или же цена его свободы?!" - никак не мог понять вампир. - "Неужели какой-то безумец способен безжалостно отрезать руки маленьким детям?! На такое способен только такой демон, как Алькорд". - Веди меня к нему, - отрезал Джон. - Я предупредил тебя дядь... Джон промолчал. - Ну, раз тебе плевать на собственные конечности дядь... тогда пройдем за мной. Мальчуган подошёл вплотную к стене и с лёгкостью приложил ладонь к одному из каменных кирпичей. Камень задвинулся, а по всей стене разошлась огненная мозаика. - "Неужели магия?!" - подумал вампир, то и поглядывая на светящуюся стену перед ним. - "Всё уже не так, как было ранее. Лунный амулет словно взбесился, когда вампир подошёл ещё чуть ближе. - Не боись дядь, внутри есть вещи и пострашнее этого. Золотистые узоры приобретали всё больший свет, и в конце концов полностью выгорели. Сначала Джон даже не понял, но перед ним зияла пустота. Каменно-кирпичная стена исчезла. За пропавшей стеной всё выглядело совсем по иному. Мальчик забежал внутрь первым. За ним последовал вампир. Первым же кардинальным изменением была привычная сухость помещения. Здесь отсутствовал влажный канализационный сквозняк и пробирающий холод. Вместе с теплом в нос Джона ударил какой-то крайне пренеприятный запах. Этот запах показался мужчине даже хуже, недели вонь тоннеля, из которого он только что вышел. Джон многие годы прожил в Нибенке, и слишком уж привых к натуральным хозяйственным ароматам и эфирам. Лесная хвоя, разнотравье полей, запах парного молока и сыра, свежий хлеб, разнообразные масла, мокрая древесина, ну и конечно же деревенский самогон... Сейчас же Джона поразил мощный букет химических запахов, который "скрашивался" лишь спиртовым оттенком. Больше всего это место пока походило на натуральную палату в столичном госпитале. Так почти и оказалось. Если наверху всегда сияло солнце, а в тоннелях под городом и вовсе отсутствовал свет, то здесь тусклое тление длинных восковых свеч навевало ощущение одиночества. Будто даже и мальца рядом с вампиром и не было. - Что это за место? - не так очевидно мог бы спросить Джон, однако его спокойствие было не безгранично. Можно сказать по другому. Его спокойствие заканчивалось там, где начиналась неизвестность. - Здесь живу я, и здесь работает Хозяин, - ответил коротко парень. С этими словами Джон взял один из тусклых подсвечников и поднёс к первой попавшейся полке. Сначала вампир ничего не разобрал среди толстых слоёв пыли и густых сеток паутины, пока не решил протиреть один из сосудов своей ладонью. Как только Джон смёл рукой пыльный осадок, в мутной зеленоватой жидкости банки человеческая голова... а точнее, голова младенца. Вавилон видимо специально молчал, так как он с упоением наблюдал за реакцией гостя. Однако, к его разочарованию, Джон даже лица не искривил, и не стал рассматривать остальные сосуды... - Твой Хозяин торгует человеческими частями тела для колдунов и ворожеев? - вполне серьёзно спросил вампир. - Что... э-э нет, колдунов не существует, - сразу же отмахнулся мальчуган и недовольно скрестил руки на груди. - Весьма забавно, - снова отрезал Джон, и непонятно стало, был ли это ответ мальчику, либо же комментарий к найденному сосуду с экзотическим содержимым. Оба прошли дальше, вглубь помещения. Комната со свечами и полками скрылась за спиной, и теперь они начали блуждать извилистыми коридорами, в которых каждый поворот перекрывался непроницаемой тканевой шторой. - Значит, ты добровольно отдал ему свою руку? - снова спросил вампир отодвигая очередную тканевую занавесь. - Дядь, я ничего не решаю в своей жизни. Всю сознательную жизнь я провёл с Хозяином, поэтому даже не помню... Просто как-то проснулся, и руки тута, ну как бы и нема. - Вот как, - буркнул Джон. Джон внезапно что-то предчувствовал. Когда он попал в эти тоннели, встретил мальчугана, зашёл внутрь этого помещения - он ничего не чуял, но теперь, внезапно, вампир знал, что всё ближе и ближе подходит к чему-то более чем неизвнстному и необъяснимому. - И зачем всё это нужно твоему хозяину? Почему он не плотник, не ремесленник и не строитель, и даже не врач?! - Дядь, искажённое у тебя понятие какое-то о моём Хозяине. - Оно такое, потому что я ничего о нём не знаю, и даже не могу быть уверен, сможет ли твой "папаша" исцелить меня. - Дядь... - Вавило схватил Джона за руку и заставил обратить на себя внимание. Джона удивила такая... стальная хватка. - Дядь... - повторился мальчик. - Про моих родителей даже ни слова не позволю сказать. Смелости у парня было хоть отнимай. Это несколько задело вампира. В его бесконечных порывах отыскать смысл собственного бытия, он часто прибегал к собственной памяти, пытаясь хоть что-то разузнать о собственном отце, да вот только мозг имеет свойство прекрасно запоминать новую информацию, но однако и быстро забывать старое. Выходит так, что Джон узнает о себе и собственной жизненной миссии от посторонних. Сколько он не живи на свете, однако не представляя прошлого - сложно представить самого себя. В итоге, не зная себя, он никак не мог смириться с сознанием других. Казалось, что проще сойти с ума, нежели попытаться раскрыть себя самому себе. - Хорошо, - тихо ответил Джон. Вампир несколько раз чуть ли не подскользнулся, поскольку вскоре каменистый пол заменился гладкими вырезанными в земле плитами, на которых были разлиты различные жидкости, которые располагались у стен в кувшинах. Джон приближался к обширному помещению. Это оказалась просторная комната с чистым кварцевым полом. К стенам массивно прилегали огромные резервуары с небесно-голубоватыми растворами. В резервуарах плавали трупы существ полностью погруженные в эту жидкость. Мелкие пузырьки кислорода быстро поднимались к самой верхушке сосуда, и взрывались прямо на тонкой воздушной границе между поверхностью прозрачно-голубоватого раствора и металлической крышкой над ним. Не смотря на неухоженность и бардак в предыдущих помещениях, это была единственная комната, в которой всё располагалось слишком аккуратно и симметрично. Свободное место у стен занимали ромбовидные полки со сложенными горками манускриптами, прямо в полу были встроенны котлы с уже закипающей водой, а монолитный свод потолка удерживали толстые деревянные балки, с которых свисали целые грозди разнотравий и всевозможных целебных сушёных растений. Определённо, самым интересным являлся центр комнаты, подле котором находился объёмный алтарь с вырезанными символами по кругу. Рядом с алтарём располагался рабочий стол с множеством бумаг, различных эликсиров и резервуаров для варки, или же химических экспериментов. - Я немного не понял, твой Хозяин алхимик, маньяк, учёный, или же охотник на ведьм? - не понял Джон. - Ни один из перечисленных, дядь, - мальчик свободно подбежал к центру комнаты, и любопытно заглянул на поверхность стола, приложив палец ко рту. Видимо он не в первый раз пытался разглядеть в работах своего опекуна что-нибудь интересненнькое. - Мне уже не терпится, - занудно протянул вампир и приблизился к одной из полок с манускриптами. Так бы Джон безвольно и поверхностно наблюдал за письменами, если бы ненароком не заметил знакомый символ. В таких потёмках даже самый искусный узор трудно было бы заметить, однако этот знак сиял мелкими драгоценными камушками красного цвета. Это знак вампир запомнил из костяного дворца принца Мёрды. Несмотря на то, что на момент прибывания в Кровавом море, Джон был практически в полном неведении и агонии жажды, но он всё-таки заметил причудливую эмблему, на которой была изображена голова тех самых чудовищ, что плавали в море и пытались перекинуть их костяной плот. Джон уже никак не мог вспомнить, как их называл Алькорд, но вот ужасающую зубастую пасть забыть он наверное никогда не сможет. Вампир судорожно схватил этот свиток и уставился на него, словно тот излучал какую-то неведомую и непостижимую силу. Джона не привлекал свиток, или же сам знак. Его беспокоило нахождение этого древнего писания здесь... а может даже и не древнего. В любом случае, этот знак непосредственно давал понять, что "Хозяин" как-то связан с Мёрдой, а значит с Обливионом, а значит с Алькордом, и а итоге с ним самим и разумеется пророчеством. - "Какое же... вот какое слово, ПРОРОЧЕСТВО. Как будто сказку неумелого автора читаю..." - подумал Джон, прежде чем раскрыть свиток. - Мать не учит своих детей-упырей не трогать чужого, - прозвучало из-за спины Джона. Подобное слишком ошарашило мужчину, что он даже и с места не сдвинулся. Вампир просто не мог не заметить присутствия постороннего. Как бы тихо не зашёл в помещение человек, его кровь выдаст своей теплотой, своим запахом и звуком протекания по венам к сердцу, и от него. Даже мальчика Джон прекрасно чувствовал. - "Ч-что это. Если я не почувствовал его, значит не человек..." - подумал Джон и моментально крутанулся, маньякально пытаясь найти нарушителя тишины. Искать глазами не пришлось. Прямо перед ним стоял неприлично высокий мужчина с бритой головой и испещрённой химическими ожогами кожей, в болотистом халате и кожаном фартуке. - Руна ликвидации пять: Из рукава плаща Джона вырвался ослепляющий поток энергии, и искривлённый, мгновенный удар молнией поразил неизвестного человека попав тому прямо в торс. Длинное тело незнакомца вспыхнуло искрами, словно взорвавшийся фейерверк. Белые энергетические осколки повалили вниз, разбиваясь на множество светящихся сгустков, которые врось покатились по полу, и исчезли через какое-то время. Джон снова ожидал шокирующего болевого удара прямо в грудь от амулета, однако, прошло несколько секунд, но невыносимой боли не последовало, хоть как вампир к ней не приготовился... Теперь перед ним и мальчишкой распластался долговязый обжаренный до чёрной корки труп. - "Я его убил?! Неужели он стоял настолько близко..." - поразился Джон. Джон осторожно приблизился к трупу. Обгоревшее чёрное тело бездвижно лежало на каменном полу лаборатории. Вонь поднялась нестерпимая. Вонь, но не от горелой плоти... - Малец, это он, это твой "хозяин"? Вавилон с интересом наблюдал за происходящим, стоя за рабочим столом и вертя в руке маленькие песочные часы. - Нет, - отрезал чей-то грубый голос. Вампир снова бросил взгляд в темноту уходящего помещения. Вдали лаборатории, немного правее от Вавилона находилась затемнённая ниша со ступеньками уходящими ещё более ниже, куда-то вглубь. Оттуда поднялся и вышел на свет тот самый высокий человек. Джон слишком сильно остолбенел, чтобы снова запустить в того разряд энергии. Долговязый человек подошёл к рабочему столу. Теперь его осветили свечи. Это был действительно длинный мужчина, с кревым позвоночником и непропорционально длинными пальцами. Они бегали по его ладоням, словно тоненькие костлявые куклы с острыми ногтями. Лысая голова чудака напоминала деформированный гемотомами череп, обтянутый искусственной кожей с с неватыми прожилками и ещё более белесыми шрамами. Эти шрамы покрывали всё его лицо, а ожоги образовывали вокруг глаз выжженные распухшие кратеры, будто прямо в них ему вливали кислоту. Волос у данного, если можно назвать его человеком, не было. Но самым отъявленным ужасом была его ухмылка. Это было что-то даже в разы хуже Алькорда. - "А что может быть хуже Алькорда..." - представил про себя Джон. Гримаса стоящего напротив напоминала кукольную рожицу с выпячиными вперёд зубами, и слегка поднятыми уголками бледных губ. Это восковое выражение вселило в каменное сердце Джона не то чтобы страх, а скорее долю неуверенности. - Жив значит, - констатировал Джон. - Магия, или ещё какая мишура? - Мишура какая-то, как сказал упырь, - ответил долговязый мужик, и его мерзкая гримаса слегка дрогнула. Удивительна манера говорить заинтересовала вампира. После такого сказочного воскрешения, этой чудовищной ухмылки, и невероятных пропорций тела, Джон начал всё больше сомневаться в человечности этого субъекта. - "Быть может некромант старый..." - представил себе Джон. - Сын преисподней не верит в магию, - добавил тут же загадочный тип, и шатаясь из стороны в сторону, словно великан, подошёл к письменному столу. - В мире, где по улицам свободно ходят люди подобные зверям и мифическим существа, где на севере драконы правят высшими горными пиками, где сила и энергия наполняет каждую крупинку бытия, и ты не веришь в магию? - Магия не дарована детям хаоса. Магия остаётся при мирском начале и конце. Нет предела воздействия на существо. - "Это ещё что за загадки?" - переспросил себя Джон. - Жертвы не понять свободному, мёртвому не осознать бытия, - продолжал длинный мужчина, одновременно что-то читая с бумаги. - Кто ты? - спросил Джон. - Мальчишка именует тебя Хозяином. - Сын непрощёных мертвецов я, блюститель просторов кровавых морей, всея страж Альма-матери каменных небес, регент бесплодных пустошей... - Заткнись, - прозвучало из уст вампира. - Хватит болтать чепуху. Сейчас я вижу только безумного маньяка, довольствующегося кровавыми смертями своих жертв. Хозяин отошёл от своего стола, оставив на месте читаемый документ. - Кого я вижу? - прозвучало из его полу раскрытых губ. - Ведь передо мной сама святость и чистота, ведь передо мной совершенное добро в абсолютном его подобии... - "Ах вот как..." - подумал Джон. - "Знаю я это. Люди называют это сарказмом". - К чему пожаловал, высшее существо? - спросил Хозяин. - Изначально я наткнулся на мальчишку случайно, но теперь я осознал, такие чудовища как ты, должны быть наказаны. - Ты ли, правосудие во плоти? - снова задался неопределённым вопросом мужчина. Он медленно подтянулся к одному из резервуаров, и нежно приложил к нему свою ластоподобную ладонь. Как только он оказался рядом со стеклом резервуара, на его поверхности тут же выступила испарина от резкого перепада температур. - Я не правосудие, но я и не зло, - определил вампир и откинул рукой часть своего плаща. В тот же момент вампир осознал, что его ятаган погребён под водой реки за городом. - Не зло? - удивился Хозяин. - А кто зло? Кто? Джон промолчал. - Святейшее существо наверное думает, что я - монстр. Верно, я оно и есть, я - зло. Вампир прыснул и взглянул на мальчишку Вавилона, который с интересом наблюдал за словесной перепалкой. - Однако, существо, я не зло возведённое в абсолют, - будто оправдался лысый мужчина. - Я такой, как и ты, и как любой человек. Только вот люди неумело пытаются скрыть свои грехи за ширмой позитивными качествами характера, что автоматически делает их лицемерами, - Хозяин постучал пальцами по резервуару, и прильнул к нему щекой. Бледная кожа соприкоснулась с ледяной поверхностью стекла, и внутри что-то забулькало. - Ты пытаешься оправдать себя... чем? - спросил Джон. - Ох, ничем. Я лишь даю людям то, что им сейчас нужно, за что беру справедливую плату, - Хозяин продолжал поглаживать стекло своими дряблыми ладонями. - Ты отрезал мальчишке руку! И это плата?! - поднял голос Джон. - Чего он так пожелал, за что ты забрал у него руку?! - К сожалению, этот мальчишка с самого рождения был обречён на вечные мучения, и в конце концов смерть, - развёл руками Хозяин не отворачиваясь от резервуара. - И ты решил судьбу за него? - всё ещё не понимающе возражал Джон. - Зачем тебе была его рука? Зачем так жестоко обходится с ребёнком?! Кулаки Джона хрустнули. Тут же, длинная рука лысого мужчины взметнулась вверх, немного задевая сырой потолок, и словно гильотина опустилась на письменный стол, громко грюкнув по столешнице. Вавилон аж отпрыгнул, схватившись за одну из деревянных полок. Видимо не часто его Хозяин так себя вёл. - Ты... существо прямиком из Обливиона, кровосос из самой низшей касты, жрущая чужую плоть и кости мразь! - вспылил внезапно долговязый. - Да что ты можешь знать об истинной цене?! Ты монстр, скрывающийся под маской добрейшего святоши! Хозяин пакостно скривился. На его лице вспухнули вены. Покрасневшие лицо вдруг и вовсе перекосилось. Хозяин подошёл, и наклонил голову так, чтобы его лицо встало напротив лица Джона. И тут вампир увидел, как из глазных отверстий мужчины потекли слёзы. Маленькие солёные капли скатывались вниз, протекая по подбородку и падая на холодный, поросший мхом, пол лаборатории. На этом моменте Джон понял, что этот "учёный" - слегка не в себе. Плачущее лицо Хозяина стало выглядеть ещё страшнее, когда вместе со слезами на лице вырисовалась широченная ухмылка. - Всё просто дорогой гость, люди желают многого, и я даю им то, чего они так страстно хотят. Лысый мужчина указал на резервуар, дабы оба стоящих в комнате посмотрели на него. Массивная капсула дёрнулась, внутри забурлила мутная жидкость, слегка расплёскиваясь за края. Джон ожидал, затаив дыхание. Он вполне мог ожидать, что из капсулы вырвется уродское чудовище с яростным желанием перебить всё живое. Вампир ошибся. На стеклянной стенке резервуара, изнутри показалась чья-то ладонь. Кисть прямо-таки прилипла к стеклу и сползала всё ниже и ниже. Не желая сдаваться просто так, ладонь билась и билась о стенку, пытаясь пробить толстое стекло. - Кто там?! Выпусти его! - приказал Джон. На удивление вампира, мальчик Вавилон с такой же весёлой ухмылкой наблюдал, как беспомощное тело билось из стороны в сторону, взбалтывая мутную жидкость ещё сильнее. Джон был на гране того, чтобы в эту же секунду наброситься на лысого безумца и оторвать тому его противную голову. Вдруг, вампир словил себя на мысли, что он боится двинуться с места, боялся подумать о чем-то жестоком, ибо амулет снова нанесёт ему шоковый удар в грудь. В гигантской колбе показались очертания. Это были контуры длинных волос, филигранных бёдер и объёмной груди. Внутри была молодая девушка. - Эта женщина болела неизлечимой хворью. Люди умирали от неё в нестерпимых муках, - продолжил полушёпотом Хозяин, с гордостью наблюдая за бьющейся внутри резервуара девушкой. - И что с ней теперь? - выпалил Джон. Девушка внезапно успокоилась. Она увидела кого-то незнакомого. Для неё этим незнакомцем был Джон. Её тело перестало ворочаться из стороны в сторону и она остановила свой взор на вампире. Простор колбы позволил ей развернуться, и прельнуть к стеклу. Сейчас прекрасная женщина смотрела прямо на Джона. Вампир заметил трубки для дыхания у её рта а также несколько мелких тканевых повязок, которые пережимали некоторые участки её тела. Девушка не отводила своего загадочного взгляда. Джон всё же решился, и медленно начал подходить к резервуару, ступая сапогами по мокрому и грязному полу лаборатории. Когда он подошёл слишком близко, девушка положила ладони на стекло, и прислонилась к нему всем своим телом. Прежде чем сделать ещё один шаг, Джон сжал скобу, которая держала его плащ, и расстегнул её. Плащ спланировал на пол. Длинные волосы вампира снова упали на плечи, закрывая россыпь шрамов и ссадин на спине. Вампир также прислонил обе ладони к стеклу, положив их прямо на ладони девушки по ту сторону резервуара. Какие-то несколько мгновений Джон даже чувствовал её мерное дыхание и бьющееся сердце. Казалось, что его сердце начало биться в такт. - И чем же она была больна? - спросил Джон. - Ликантропией, - послышалось со спины. - Однако, я пытался излечить её, но всё не удавалось. Видишь, этот экземпляр слишком агрессивен и неуравновешен. Лучшим лечением будет избавление от излишних мучений. - Что ты имеешь в виду? - не понял Джон. В это же мгновение девушка снова начала дрожать и рваться из стороны в сторону. Практически сразу же жидкость внутри резервуара начала темнеть от крови. - Что это?! - рявкнул Джон и крутанулся к лысому мужчине. Что ты с ней сделал?! На лице Джона проступили морщины. - Я подарил ей освобождение. Я сорвал с неё оковы телесных тяжестей, - ухмыльнулся Хозяин и натянул на свои бледные ладони кожаные перчатки. - Что с ней происходит?! - Джон снова обернулся к резервуару а машинально начал осматривать его на предмет возможности освободить девушку. - Она освободится... сейчас внутри капсулы кислотный раствор, который в скором времени растворит её телесную оболочку, и её душа освободится от всех тягост этого мира... - Бред! - выпалил Джон. Амулет снова зажёгся в его груди, терзая вампира и разрывая на части. Джон мог бы в секунду высвободить всю желаемую силу, однако амулет блокировал его силу. Джон положился на собственные силы и сложив пальцы в кулак, ударил по стеклу. Поверхность резервуара тут же треснула и из колбы ударили струйки окровавленной жидкости. Джон ударил ещё, и на этот раз намного сильнее, от чего в стеклоэе резервуара образовалась уже не простая вмятина. - А вот этого не позволю! - поднял голос Хозяин. Не успел Джон и развернуться, как долговязый мужчина в два шага сократил дистанцию с вампиром и схватил того за горло. Кожаная перчатка будто прилипла к коже. Джон даже сквозь неё чувствовал бесконечный холод от рук Хозяина. - "Выходит, пришёл лечиться от боли из-за амулета, а тут всё наоборот придётся..." - подумал Джон. Вампир с силой воли проигнорировал сверление лунного амулета и расправил огромные перепончатые крылья за спиной. Крылья во мгновение выросли из-за спины и мощным толчком отправили противника в противоположный край лаборатории. Длинное тело Хозяина с лёту врезалось в полку с манускриптами. Древние свитки посыпались на мокрый пол. Джон маниакально начал метать руками во все стороны, разрушая установку с резервуаром, и подсоединенными к нему шлангами. Вампир заметил, как вместе с крыльями, на его пальцах начали отрастать длинные чёрные когти. Джон превращался в чудовище, по мере того, насколько он давал свободу своей силе. Вместе с высвобождаемой силой, начала расти и боль внутри него. С каждым мощным рывком рук, в голове бил молниеносный кнут, что поражал все органы чувств, включая и зрение, из-за чего у Джона заиграли в глазах фейерверки. Одним неудачным ударом вампир вырвал большую охапку трубок, которые подводились к резервуару прямо с отверстия в полу. Разрезанные трубки с громким хлопком оторвались от своего основания и рухнули на пол. Из трубок начала стремительно вытекать тёмно-зелёная прозрачная жидкость, сбивая своим напором все предметы, которые до этого лежали на каменном полу. Джон впервые за множество лет почувствовал что-то необычное, что-то давно скрывавшееся внутри него. Это было чувство, одновременно греющее и изнемождающее его душу. Эта эмоция нахлынула на него тогда, когда он попытался ударом высвободить девушку из стеклянной тюрьмы. То ли жалость это была, то ли храбрость, он никак не мог понять... Постепенно лаборатория начала заполняться жидкостью болотного цвета, которая пахла так, что аж в носу щипало. Не успел Джон ударить по стеклу резервуара ещё раз, как Хозяин вдруг сказал: - Разобьёшь - и никогда не узнаешь, кто ты на самом деле, и зачем ты существуешь на этом свете. Джон снова приковал взгляд к лысому мужчине. Тот уже поднялся, разгребая свитки вокруг себя. - Ты пытаешься поставить мне ультиматум. - Не пытаюсь, - отрезал Хозяин. Джон едва расслышал то, что он сказал, так как напор жидкости из труб резко усилился и изумрудная вода всё больше начала заливать пол лаборатории, смывая всё на своём пути. Вампир не оставил бы попытки освободить девушку, однако окровавленное мутное содержимое резервуара полностью вытекло из пробитой им же дыры, а девушка обездвижено лежала на его дне. - Джон Сифер, я знаю кто ты, и скоро весь мир узнает о вас... - продолжил мужчина. - Пророчество исполнится, одна из сторон победит, одна проиграет. Как ты думаешь, в чьих интересах, чтобы победу одержала чаша хаоса? - Я сам о себе ничего не знаю, что ты вообще можешь говорить... - Всё так Джон, но я всё ещё верен моему повелителю, и я не позволю, чтобы кто-то смог его одолеть! - прорычал мужчина и клацнул зубами. - А я думал ты - Хозяин, и у тебя нет повелителей, - сказал Джон, хотя прекрасно понимал, что это может сильно спровоцировать его противника. - Меня зовут Цербер. Я самый близкий слуга Великого Алькорда и его непосредственный подчинённый во все века! Мой повелитель сейчас пробудился от тысячелетнего сна, благодаря грязному фанатику, которого я отправил на поиски гробницы. Я стал центром Пророчества Аэдра, и только благодаря верному слуге, мой повелитель сейчас восстал, и готов погрузить этот загнивающий в собственных войнах и расприях мир, в хаос. - Занятно, - равнодушно отметил Джон. - Ничего из сказанного тобой меня не интересует. Вампир напряг ступни, и одним скачком оторвался от залитого каменного пола. Взмахнув раз крыльями, Джон на огромной скорости вцепился отросшими когтями в лысую голову Цербера, и впечатал тело того в стену. На этот раз массивное тело противника разгромило стеллаж с инструментами для операций. Множество стальных ножей, ножниц и баночек опрокинулись и погрузились в подступающую зеленоватую воду, которая заполнила уже практически всё подножие лаборатории. - Я сотни лет скрывался в этом городе зная, что когда мой хозяин восстанет, он прибудет за мной! - заорал Цербер, щёлкая серебряными зубами. Вонь в лаборатории поднялась жуткая, и казалось, напор из труб стал ещё сильнее. - Мне плевать. Я лишь знаю, что истина откроется мне, когда я убью Алькорда, - ответил Джон и снова ринулся на врага. Несмотря на нечеловеческую скорость вампира, Цербер удачно извернулся и плюхнулся в на спину, в мутную жидкость. Когтистая рука Джона выстрелила в стену пробив в ней глубокую дыру. Если бы Цербер не уклонился, то его мозги украшали бы операционный стол. - Ты же святой! Ты точно хочешь меня убить?! - заржал лысый мужчина. Сухие губы вампира дрогнули. Джон расставил руки, и в пространстве между ладонями свормировался кровавый сгусток, который несколько раз деформировался и в конечном итоге вытянулся, превратившись в аморфное копьё. Цербер забился в угол и прислонился к стене. Джон медленно приближался, каждым шагом ступая по затопленному полу, уровень воды которого поднимался всё выше. - Ты же не сможешь меня убить! - снова выкрикнул Цербер и засмеялся. Едва Джон замахнулся копьём, как в эту же секунду в грудь ударил лунный амулет. Вампир сразу же согнулся, и почувствовал, как сила в нём подавляется. - Вот так... - протянул Цербер. - Ты не создан чтобы убивать... Рука лысого мужчины куда-то потянулась. - "Он убийца и демон..." - переубеждать себя Джон, однако амулет не переставал сверлить его грудь, пытаясь добраться до сердца. - "Если я его не остановлю, он продолжит вселять страх в весь город!" Лунный амулет не перестал прожигать его душу, однако ослаб достаточно, чтобы мутация Джона продолжалась. Вампир приобретал всё менее человеческий вид. На голове снова появились изогнутые рога, волосы удлинились и сильно потемнели. Когти на руках достигли пика в размере, и теперь стали такой же длины, что и сами пальцы. Кожа стала и вовсе белоснежной, а на груди теперь отчётливо виднелось кровавое пятно, которое появилось а результате неумолимых деформаций амулета, который дрожал и безумно прыгал на стальной цепочке. Сомнения Джона снова стали ему поперёк горла. Цербер дьявольски засмеялся, и выдернул что-то из под стола своей правой рукой. Это оказался огромный пяти-футовый арбалет с уже заряженным болтом. Вампир не успел скрестить руки для защитной руны, как противник нажал на спусковой крючок. С характерным глухим хлопком, болт вырвался с планки под давлением тетивы. Стрела в упор врезалась в живот Джона и оторвала его от пола. Сила выстрела оказалась настолько велика, что вампира отнесло и пригвоздило к противоположной стене. Сначала Джон почувствовал какую-то пустоту и тяжесть в животе, после чего холодную каменную стену за спиной. Он хотел было что-то выкрикнуть от боли, но вместо этого начал харкать кровью. Стальной привкус засел у него в горле и где-то в лёгких что-то перевернулось, от чего из желудка подступило. Джон тяжело дышал, пытаясь хватать сырой лабораторный воздух ртом. - Ну что Джон... - снова захохотал Цербер прижав руку к лицу. - Даже не верится, что пророчество молвило о твоей возможной победе над хозяином Алькордом. Вода медленно подступала, и стоящему лысому мужчине доходила уже выше колен. - Ты разрушил мою лабораторию Джон, - констатировал Цербер. - Впрочем, это уже не важно, ведь теперь я точно знаю, что мой хозяин в городе. Я предоставлю ему твою голову лично, как верный и покорный слуга! Долговязый мужчина положил арбалет и покрутил головой. - Вавилон, Вавилон! - позвал он. - Мерзкий мальчуган, ты где шляешься?! Продлилась мелка пауза, после которой из под одного из столов показалась голова мальчика. Он испуганно бросал взгляд своих зелёных глаз то на Хозяина, то на прикованного к стене Джона. Светящиеся глаза мальчика заметил и Цербер. - Вавилон, сынок, принеси мне ТО САМОЕ, важное зелье... - попытался вежливо попросить мужчина. Но мальчик не сдвинулся с места, а лишь уставился на истекающее кровью и прикованное к стене тело Джона. - Ты видишь Вавилон, он уничтожил нашу с тобой лабораторию, а теперь хочет убить меня и тебя... - продолжал Цербер. Стёртая ладонь мальчика дрогнула и повернула ручку потайного отдела внутри стола. Он что-то достал оттуда. - Ну! Давай же мальчуган, неси! - нервно приказал мужчина и постоянно бросал взгляд на обездвиженного вампира. Джон почувствовал достаточно сильное щекотание в животе и наблюдал, как рана пыталась себя залечить, стягивая края друг к другу, однако арбалетная стрела мешала молниеносной регенерации. Джон устало приподнял веки и перевёл свой томный взгляд на Вавилона, который боязно и медленно приближался к своему хозяину. Из уст вампира вырвался тихий, хриплый шепот: - Не надо мальчик... После этих слов Вавилон тут же остановился. Единственная рука мальчика дрожала, сжав в ладони тонкую пробирку с синеватой жидкостью. Мальчик оказался в неведении. Сомнения поглотили его с головой. Или хозяин, от которого он хочет избавиться, и забыть эту часть жизни навсегда, или Джон, убив которого, хозяин может наградить его... чем-нибудь, ну, или же простить его долг. Как бы Вавилон не пытался сдержать себя, но глаза наливались слезами. - Брось... - шептал вампир - Сюда, живо! - приказывал Цербер. Вампир чувствовал, ещё чуть-чуть, и он снова найдёт силы противостоять амулету. Ещё один рывок, и он точно прикончит это исчадие ада. Цербер перестал кричать на мальчика и оглянулся. Грязная вода стала подниматься ещё быстрее и доходила ему уже выше колен. Для мальчика это означало практически полное погружение. Тот едва держал равновесие в быстром потоке жидкости и держал над её поверхностью ту самую пробирку. - Моё терпение вышло! - прорычал глухо Цербер, и практически подплыл к обездвиженному мальчику, расталкивая вокруг себя поднявшуюся под напором мебель и приборы. Цербер, размахув своей лопато-видной ладонью, выдернул пробирку из рук мальчика. Вязкая голубоватая жидкость качнулась внутри. Цербер снова хитро засмеялся и наглядно продемонстрировал сосуд. - Ты думаешь, это длинное худощавое тело моё?! - казалось, теперь смех Цербера ничем не прервать. - Я даже не помню, кто этот безумец, который решил продать тело за... да какая разница! Джон попытался сползти со стрелы арбалета, но у него так ничего и не вышло. Снаряд намертво соединял его с ледянящей стеной. - Нет, хозяин, стойте! - вдруг вскрикнул Вавилон, и уже по шею в сточной воде, подплыл к Церберу. - Не трогайте дядьку, он всё равно тута помрёт, а нам выбираться надо! - восклицал мальчик, поднимая подбородок над поверхностью воды. - Кому это нам, подлый хлопец?! - криво ухмыльнулся лысый мужчина. - Ты чё удумал, спасать кровососа, который собирается посягнуть на жизнь Владыки Алькорда?! Тут Джон в конце концов уверился в том, что Цербер - и вправду демон. Долговязый схватил своей ручищей за макушку мальчика, и рывком опустил его в воду. Вампир, увидев это, зарычал, и схватился обоими руками за стрелу в животе. Усилием воли он начал медленно вынимать её из стены. Цербер поднял Вавилона. Мальчик закашлялся, и начал судорожно хватать ртом воздух. - Теперь ты понял малой? А теперь иди, и ожидай своей скорой кончины, - рявкнул Цербер и швырнул мальчишку вдаль комнаты. Вавилон приземлился на уже плавающую столешницу с варочным котлом. Джон вырвал стрелу со стены, и сразу же упал коленями на ещё не сломанную часть полки с манускриптами. Вампир чувствовал, как наконечник обратно впивается в его спину и розрывающе проходит по плоти и внутренним органам так, будто нож с несколькими лезвиями сам вырывается из твоего тела. Он достал длинную стрелу и выбросил её подальше. Цербер резко повернулся к нему и понял, что слишком сильно отвлёкся на парнишку. - Кровосос! - выкрикнул Цербер. Джону оставалось совсем чуть-чуть, чтобы подавить сдерживающую мощь амулета. - Познай... - начал мужчина, и залил себе в рот синеватую жидкость из пробирки. Вампир снова расправил крылья. Дыра в животе начала регенерировать, извергая из себя красноватые искры. Амулет в этот момент зажёгся ещё чудовищней. - МОЙ... - продолжил Цербер. Долговязый и лысый мужик приготовился к атаке, рассматривая с упоением каждое движение, которое вампир совершал. Джон согнул ноги, что автоматически давало понять о быстром сближении его с противником. - ИСТИННЫЙ ОБЛИК! - не успел проговорить Цербер, как тут же его тело начало остро деформироваться. Сначала, кожа стала фиолетового цвета. Мышцы по всему телу прогрессивно гипертрофировались. Ноги и руки стали в разы толще. Лицо медленно вытягивались и видоизменялось, выросли острые клыки, волосы же начали превращаться в длинные шерстяные пучки, глаза становились голоднее и кровожадней. Хотя бы простейшее подобие перестало хоть как-то походить на человека. Теперь это был зверь. Громадный пёс на двух ногах. Джон уже собрался напрыгнуть на громадного противника, однако увидел, как обомлевшее тело мальчика погрузилось в воду. - "Он думает, что я сейчас сорвусь на него, однако..." - предположил Джон. Вампир толкнулся крыльями, и сразу же отклонил своё тело правее, от чего в одно мгновение достиг края комнаты. Сразу же по пути Джон схватил тело мальчишки и вылетел из лаборатории через затхлый подвальный коридор. - Трус! - прозвучал рёв позади. Два взмаха, и вампир уже снова оказался в цилиндрическом тоннеле, вода в котором также подступала. Вампир выпрямился и стрелой полетел вдоль канализации, пытаясь найти хоть какой-то светлый отблеск в темноте. Его взору долгое время ещё не попадался хоть какой-то лучик света, который мог бы вывести из бесконечных туннельных шахт. Джон лавировал между поворотами и бросался то в одно, то в другое ответвление. Заострённые края его крыльев слегка царапали стенки тоннеля. Вампир взмахивал ими, придавая себе большей скорости в свободно полёте. Единственно что ограничивало его, так это встречный холодный ветер. Он по нему и ориентировался, надеясь что тот идёт с поверхности. Бессознательное тело мальчика повисло у него в руках и колыхалось так, словно тот был мёртв... Однако Джон прекрасно чувствовал, что внутри Вавилона жизнь бьёт ключом. Вампир на секунду представил, чего мог бы добиться этот мальчик в будущем. Из него мог бы получится великий учёный, или же отважный авантюрист, а может даже и справедливый политик... Джону захотелось помочь мальчику во чтобы то не стало. Он так и знал, что жизнь мальчику дана не с проста. В погоне за пророчеством Джон и вовсе потерял какую либо связь с реальностью. Вампир всё чаще стал замечать, как к нему приходят эфемерные, призрачные образы его прошлого. Он же, в отличие от Алькорда, прожил все эти сотни лет ПО НАСТОЯЩЕМУ, и в итоге все присущие человеку чувства попросту выгорели в нём. Может их выжег амулет, может по истечению стольких лет счастье и несчастье в его жизни настолько частым и банальным явлением, что ему стало полностью плевать... Джон даже не мог ответить себе на вопрос: "Кто я?". Этот простой вопрос вводил его в ступор каждый раз, когда он пытался подумать о нём. Смешанные кусочки его былой памяти теперь вовсе никак не хотели клеится друг с другом. Появление Алькорда стало для него как и спасением, так и ещё большим вопросом в его жизни. А уж этих вопросов было несчётное множество... Почему именно он должен бороться с Алькордом? Кто боролся с ним в прошлый раз? Как это связанно с его прошлым? Почему вообще кто-то должен исполнять пророчество? Что может заложенная сила внутри него? Почему она внутри него, и есть ли этому причиной его отец? Что будет, если Алькорд победит? А что, если нет? Если они умрут оба? Почему вообще кто-то должен умереть? Именно вот так в последнее время работал его мозг. Джон множество сотен лет скрывался в различных отдалённых уголках, чтобы его сила никак не навредила человечеству, и в один момент появился демон, которого так или иначе он должен был уничтожить. Хотел бы Джон спросить об этом всём у своего отца, или же брата, который никогда и ничего не рассказывал, а лишь ограждал от внешнего мира. Джон подозревал... нет, он даже знал, что его память стёрли, что последние сотни лет он жил, ничего при этом не зная о своём реальном прошлом. Это бы наверняка его испугало, если бы он хоть чего-то мог боятся... Да, в последние дни он задумывался, а ведь и вправду, Джон - это не его настоящее имя. Что-то в его жизни... нет, во всём мире было не так.