Взгляд

Маленькая девочка двух лет сидит на старом потёртом паркете, играя с тряпичной куклой. Ей весело, она улыбается и смеётся заливистым смехом. Комната была крохотной, но в ней размещались кухня и спальня. Всё казалось очень старым. Складывалось ощущение, что всё вот-вот развалится. Обои обрисованные; нежные полупрозрачные шторы были в пятнах: видно, что их стирали миллион раз, если не больше. Пол был пустым и холодным. Маленькая люстра освещала пространство вокруг. Взрослая женщина, напевая весёлую мелодию, шебаршила на кухне. На разделочной деревянной доске лежали две крохотные зелёные картошины. На заляпанной жиром ржавой металлической плите стояла кастрюля без одной ручки: в ней кипела простая вода. Достав и открыв спичечный коробок, мать взяла щепотку соли и добавила в кипяток. Это было унылое зрелище. Женщина постоянно пыталась заложить светлый кудрявый локон за ухо. Её лицо было усыпано веснушками, которые придавали ей шарма. Руки усеяны кучей шрамов и ссадин, под небрежно обломленными ногтями виднелись кусочки травы и грязи. Девочка и мать были счастливы, если не учитывать невероятную бедность. Раздался громкий стук в дверь. Мать сразу же прекратила петь песенку и выражение её лица поменялось. Она быстро взяла девочку за руку и посадила в дальний угол комнаты под кровать. Он был пыльным и грязным. — Сиди и молчи, пока мама не скажет, что можно выходить, — она нежно улыбнулась, но в этот раз улыбка была наполнена отчаянием. Девочка покорно кивнула. Мать кинулась к стеклу и поставила стул под дверь, заблокировав вход. Подойдя к кухонному столу, она взяла нож. Ребёнок пристально наблюдал за её действиями. За дверью послышался мужской грубый голос. — Открывай, мы знаем, что ты тут! — стук продолжался и ставал всё более и более интенсивным. Раздался грохот, который был более сильным, чем просто стук. Дверь выломали, а стул раздробили на щепки. На пороге стояли люди в чёрном. Один из них носил белую рубашку с закатанными рукавами. Он стоял перед всеми и его руки находились в кармане. — Фива, мы же предупреждали: не выплатишь долг деньгами, расплатишься другим. Говоря о плате, где твой ангелочек? Мы пришли как раз за ней. — Её здесь нет и найти вы её не сможете! — произнесла женщина, сжав нож в руке за спиной. Она очень убедительно блефовала, но парень знал, что блондинка врёт. — Ну если не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — он повернулся к остальным мужчинам и кивнул. Они подорвались с места и стали осматривать комнату. Когда один из них подошёл к кровати, Фива решила нанести удар ножом, но это было плохой ход, так как мужчина легко отбил её атаку и, обезоружив её, дал смачную пощёчину. Теперь она не казалась такой смелой. На щеке остался красный отпечаток. Заглянув под кровать, один из помощников увидел того самого ангелочка, которого искал. — Бинго! — громила потащил девочку за руку и, как бы она не сопротивлялась, это было бесполезно. — Мамочка! — крикнула девочка, сжимая кусочек своей кофты. Её глаза были наполненными слезами. — Что происходит, мамочка? Парень улыбался и крепко сжал руку девочки. Он наслаждался той болью, которую излучали они обе. Ему нравилось чувствовать запах страха и осознание неминуемого конца. — Твоё последнее желание? — ехидно улыбаясь, спросил парень в белой рубашке. — Обнять свою дочь — это всё, чего я хочу. Девочку отпустили и она быстро побежала к матери. Хоть мужчины и были жестоки, но слово они держали. Семья, состоявшая из мамы и дочери, крепко обнялась. Женщина посмотрела девочке глубоко в глаза и вложила что-то в руку. — Береги это, как свою жизнь, и не забывай свою семью никогда, — поцеловав ребёнка в лоб своими пересушенными губами, мать отпустила её. — Ну раз все прелюдии закончились, то я, пожалуй, приступлю к своей работе. Держите девочку покрепче, парни, —подойдя к Фиве, он поднял нож, которым она планировала оборонять свою дочь. — Ты этим собиралась обороняться? Позор! Этим я тебя и убью. Как печально, что придётся покромсать такое красивое личико. Что же ты нашла в этом простаке, даже дочь завела? Незнакомец медленно провел ножом по её щеке. Маленькая струйка алой крови полилась вниз по лицу. Затем он взял её руку и медленно начал вскрывать ей кожу, доходя до мышц. Было видно каждую жилку, каждое сосудистое сплетение. Парень наносил рваные раны по всему телу. Раздавались чудовищные крики. Кровь хлынула ручьём, загрязнив одежду и пол. Он медленно и аккуратно, чтоб не испортить, снял кожу сначала с левой руки, затем перешёл на правую. Один за одним парень отрезал пальцы на руках. Ловил кайф, наслаждался моментом. Дальше снял всю одежду. Её тело было идеальным: шикарные формы, гладкая кожа. Он начал ломать ей рёбра, рвать лёгкие и повреждать остальные органы, оставлять глубокие порезы на груди. Дальше убийца взял кипяток с плиты и окатил им всё тело женщины. Она покрылась красными следами и омерзительными волдырями с жёлтой жидкостью. Парень смеялся, как безумец, делая эти чудовищные манипуляции. Последний крик и вздох вышел из женщины, но это не останавливало маньяка. Он вскрыл ей живот, достал все внутренности и начал кромсать всё, что попадало в поле зрения. Желчный пузырь лопнул и все содержимое вылилось. Парень выколол ей глаза, отрезал язык и, напоследок, яростно начал давить её череп ногой. Вместо мозга было кроваво-розовое месиво. Взяв первую попавшуюся тряпку, убийца вытер руки, встал и плюнул на труп девушки. — Мы здесь закончили. Что дальше по плану?

***

Тяжёлые вздохи. Холодные капли пота лились по нежной коже. «Хорошо, что это всего лишь кошмар», — убеждала она себя. Это не первый раз, когда ей снились подобные сны, но всегда выступала в них наблюдателем, а не действующим персонажем. Эмоции были такими реалистичными и знакомыми. Но, к сожалению, нельзя было сказать, что это её воспоминания. Пандора ничего не помнит из жизни до того, как она попала в это проклятое здание. Девушка всегда хотела узнать хоть какую-то информацию о родителях и своей жизни. Единственное воспоминание о них — серебряное кольцо с надписями на непонятном языке. Оно всегда висело на цепочке на её груди. Проведя рукой по шее, она не почувствовала украшение. Девушка начала паниковать. — Неужели я его потеряла?! Нет, я не могла! Оно точно где-то здесь! — девушка встала с постели и начала носиться по комнате, ища пропавшую вещь. Мест было не так уж и много, так что поиски закончились, толком и не начавшись. — Выпустите меня! Откройте эту чёртову дверь! — через несколько минут Пандора начала кричать и тарабанить в дверь. Это так глупо — потерять единственную зацепку о своем прошлом, даже не зная где. В комнате напротив располагался кабинет Аластейра. Всё ещё была глубокая ночь. Парень сидел в своем кабинете и перебирал какие-то бумаги; он отчётливо слышал каждый удар и каждое слово, что она выкрикивала. Раздался тихий стук в большую деревянную дверь. — Войдите. — Не вставая со стула, и, продолжая копаться в записях, произнёс он. В комнату зашёл санитар. — Что-то случилось? — Пациент 0923 начал бушевать. Что нам с ней делать? Вколоть успокоительное? — разводил руками невысокий мужчина. Аластейр снял очки и отложил накладные. — Приведите её сюда, — мужчина лишь кивнул и отправился за девушкой. В это время Пандора забилась в дальний угол комнаты и, прижав колени к груди. плакала и бормотал что-то себе под нос, иногда выкрикивая несвязанные между собой слова. Она нервно качалась то в зад, то в перед. В комнате была кромешная тьма. Девушка выглядела как брошенный на свалке пёс. Жалкое зрелище. В описании её болезни было сказано, что она особо буйная — это и вправду так, но с первого взгляда Пандора кажется абсолютно спокойной. Также ей сложно даются стрессовые ситуации. Через несколько минут в замочной скважине послышался ключ, который вот-вот откроет эту тяжёлую дверь. Пандора быстро подбежала к железяке, надеясь, что её выпустят. Она такая наивная. Как только дверь со скрипом открылась, глаза ослепил белый свет из коридора, а после неожиданно её схватили за руки и куда-то повели. Она сопротивлялась и кричала. Её привели в кабинет Аластейра. Он выглядел роскошно: было одно большое, украшенное тёмными шторами с золотой окантовкой, окно, пол вымыт до блеска, к боковым стенкам прилегали большие стеллажи из красного дуба с искусно вырезанным декором, в котором аккуратно были расставлены папки с документами; в самом центре стоял огромный письменный стол, на котором стояла лампа и освещала все. Возле него находился большой мягкий коричневый стул, занятый Аластейром. Всю композицию дополняла хрустальная люстра, от которой отходили переливистые лучи света. Из окна открывался невообразимой красоты вид на тот же лес, но с другого ракурса. Комната была воплощением элегантности и чувства стиля. Санитары покинули комнату. Ноги Пандоры всё ещё тряслись и подкашивались. — Что ты тут устраиваешь?! — подскочил парень, хлопнув по столу рукой так, что даже пол задрожал. Он был раздражен. — Ты либо идиотка, либо наивная дурочка, если думаешь, что тебя выпустят наружу. И к тому же, что ты будешь делать, когда выйдешь отсюда? Ты абсолютно несамостоятельна, тебе нечего искать за пределами этого здания. Так что прошу тебя замолчать и не сотрясать воздух по поводу и без повода. — Я потеряла кольцо! Ты обязан его найти! — Пандора рыдала, как ребенок, и вела себя неадекватно. Она подбежала к парню и начала трясти за рубашку. Он тяжело вздохнул. — С тобой одни проблемы… — Аластейр убрал руки девушки со своей белой рубашки и протянул ей платок. На нем были вышиты вручную его инициалы. Пандора смахнула им слёзы, но её глаза были всё ещё покрасневшими. — Я найду его, но ты тоже должна будешь кое-что сделать. — Пандора прокрутила самые страшные варианты развития событий. Что он ещё хочет от неё? Сам же говорил, что больше нечего ему дать. — Первая наша договорённость прошла не так уж и гладко и появились непредвиденные обстоятельства. — И чего же ты хочешь? — сглотнув, спросила девушка. — Я хочу, чтобы ты начала полноценно и постоянно принимать свои таблетки. Ты должна избавиться от этих галлюцинаций, они мешают тебе жить. И это единственное моё условие, — парень протянул баночку с теми самыми лекарствами. Но Пандора не может так легко расстаться с Лемоэлем: он был членом семьи, которой никогда не существовало. Девушке предстояло принять сложный выбор. Долго не думая, то ли от страха, то ли от чего, Пандора дрожащими руками потянулась к баночке. Она хотела думать, что поступила правильно, но всё покажет время. — Вот и отлично. Завтра я начну его искать и, как только ты закончишь курс лечения, верну его тебе. — Но оно мне нужно здесь и прямо сейчас! Я не могу ждать целый год, — протестовала Пандора. — А у тебя есть выбор? — усмехнулся Аластейр. Он взял девушку за узкие плечи и наклонился к её уху. Она могла почувствовать его тёплое дыхание на шее. — Хотя есть ещё кое-что, что ты можешь сделать. Например, снова раздвинуть свои красивые ножки. Конечно, это будет не так интересно, как в первый раз, но всё же, — прошептал парень с лёгким придыханиям. С плеч его руки перебрались на талию. Пандора сразу же отпрянула от парня. Потом на её лице появилась улибка. — Как и ожидалось от тебя, Аластейр. Не кажется ли тебе, что слишком уж часто я начала ноги перед тобой раздвигать? Тебе уже пора найти кого-то на постоянной основе, а то это как-то не красиво свою же пациентку о таком просить. Пандора откровенно издевалась и насмехалась над парнем, испытывая его терпение. Аластейр взял за руку девушку и в мгновение ока уложил её на свой стол, сбросив все бумаги на пол. Он резко распахнул её ноги и провел рукой по внутренней части бедра. — И правда, зачем я спрашиваю, могу же просто взять без разрешения. Не сомневайся, тебе понравится, впрочем, как и в прошлый раз, — он медленно стал снимать с неё трусики, но Пандора оттолкнула его в грудь ногой, освободившись от его рук. — Не касайся меня, грязное животное! Что бы ты не говорил, я не твоя собственность и буду продолжать повторять это, пока эта мысль не отложится в твоей голове! Аластейр стал надвигаться на девушку. Она стала отступать, пока не наткнулась на стеллаж. Парень был почти возле неё. Пандора схватила первую попавшуюся вещь, так как знала, что он не отпустит. Этим предметом оказалась хрустальная ваза. Пандора ударила мужчину по голове. Ваза разбилась. Аластейр лежал на полу в крови и осколках.