Дуплекс

Парень со смехом упал спиной на кровать, не замечая легкую боль в области шеи. Лязг металла красиво сочетался с рьяным стоном, что вырвался у беты, когда он был вынужден склонится над ним. Альфа сам не понимал, зачем начал играть в карты на желание с этим засранцем. Рыжие просто не могли играть честно. Однако желание оказалось диким и непредсказуемым. Лишь бы Ньют не узнал, что он поставил телефон на полку с проигрывателем пластинок и включил запись минут десять назад. Арчи показалось забавным, чтобы на него надели ошейник. Более забавным оказался тот факт, что к кольцу крепились две цепи с кандалами на другом конце. По идее, его запястья должны быть скованы, но так не интересно. Сковав запястья Лемана и тем самым не давая отстраниться больше, чем длина цепи, Чайлд вошел во вкус. Пусть и не с первой попытки, однако ему удалось поставить парня на колени к себе спиной. Стоило просто выпрямиться и его зад плотно прилегал к паху: руки натягивались из-за цепей, и на них проступили вены. Очень сексуальный вид. Напряженные плечи, руки, спина, расставленные ноги и движения задницы, которая в наслаждении насаживается на его член и плотно сжимается от резких хлопков. Все звуки шлепков заводят ещё сильнее. — Арчи…руки… — прохрипел Ньют, так как кончики пальцев начинало покалывать. — Я больше… — Тогда активнее двигай бедрами, потому что я не вижу, чтобы ты был удовлетворен. Арчи прогнулся в спине, заставляя бету поднять руки, опустить торс ниже и шире расставить бедра, изменяя угол проникновения. На удивление, тот немного ускорился. Горло першило от сухости. Хотелось воды. Больше хотелось кончить, так как внизу потяжелело. Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть и… Парень дернул задом и сжал пальцы в кулаки, прикусывая подушку. На него резко навалились сверху, давая свободу рукам. Вскоре кандалы исчезли с его запястий. — Сожми плотно свои бедра, — попросил альфа и облизнул ушную раковину. — Мне осталось совсем немного для удовлетворения… Если Леман, что и узнал про привычки Чайлда в постели, то не многое: его возбуждает поза наездника; обожает кусать больше, чем засосы; любит начинать с классической позы; кончать на живот. Последнее прослеживалось гораздо четче, так как ему даже не давали шевелиться какое-то время, ложа руку на грудь. Своеобразный фетиш. Ну, зато Арчи был совсем не против экспериментов. Так что запачканный живот Ньют ему прощал. — Черт… — сказал альфа, бросив спешный взгляд на часы. — Если не потороплюсь, то опоздаю на работу. — Что? Ты работаешь сегодня? — бета привстал на локтях, и не высохшее семя скатилось по бокам и на пах. Прощайте детки. — Но зачем тогда пришёл за мной в бар? — А почему ты не уснул после того, как мы пришли, а решил сыграть в карты? — вопросом на вопрос ответил Чайлд, снимая с ошейника кольцо с цепями. — Сам аксессуар, пожалуй, оставлю. Почему-то Леман не смог сдержать улыбки от этого. Возможно, этот ошейник являлся его своеобразной меткой на эксцентричном альфе. Его нежно поцеловали, размазали пакость по всему животу и усмехнулись в губы. — Хорошенько отдохни к моему приходу. Я заканчиваю в шесть вечера. Принесу китайской еды на ужин. — Прекрасная идея. — Детка, а ты можешь не купаться? Ньют демонстративно посмотрел на свой живот и бедра, которые были перепачканы спермой и смазкой. Он поднял брови, как бы намекая, что просьба перебор. — Жаль, — понял ответ Арчи и поцеловал его в висок. — Ведь сейчас ты пахнешь исключительно мной. Так вот в чем настоящий фетиш. Леман знал, что его запах от природы очень тусклый, едва уловимый и проявляется крайне редко. Так что он никогда не задумывался, как просто может перенять чей-то запах после секса. На тумбочку поставили стакан воды. Иногда тот его удивлял заботой. А ещё Ньют понял, что ему нравится, когда этот альфа ходит перед ним абсолютно голый, совершенно не стесняясь наготы. Сходив в душ вторым, бета увидел новое постельное на кровати и комок из грязной простыни на полу. Получив последний поцелуй, парень с удовольствием уснул в чужой кровати. Последнее что он увидел, были часы. Они показывали полдевятого утра.

***

Кейси не думал, что прогулка до магазина с Сесилом может прерваться таким образом. Он сидел на лавочке в небольшом парке, курил уже вторую сигарету и наблюдал за двумя мальчишками. Они сидели на лавочке в тени ивы почти у самого пруда. Их любовь была невинной, чистой и искренней, на которую способны только дети. Молодой альфа, что был младше Энди всего на год, приехал на велосипеде из города ради недолговременной встречи с юным омегой. Велосипед одиноко стоял у ствола дерева, пока парень не мог надышаться воздухом рядом с возлюбленным. Детская влюбленность всегда кажется волшебной. Кейси был удивлен не меньше Сесила, когда увидел Ричарда на дороге. И вскоре Чайлд понял, что его присутствие почти не замечают, отчего он предложил сделать перерыв в этом парке. Уже вторая сигарета… Сколько ему придется выкурить прежде, чем они вернутся в дом семьи Джонс. Сесил был счастлив и смотрел на парня с обожанием в глазах. Тот же не предпринимал ничего дурного или пошлого. Максимум, который позволил себе Ричард — коснуться пальцами тыльной стороны ладони мальчишки, которая лежала рядом с его собственной на покрашенном дереве лавочки. Они смотрели друг на друга, не отрываясь. Им даже не нужны были слова. Они просто дышали одним воздухом — этого было им достаточно. Все закончилось, когда Макнайту позвонили. Он позволил себе коснуться пряди светлых волос и улыбнулся прежде, чем попрощаться с Сессилом. Джонс смотрел на его отдаляющуюся спину, пока велосипед не завернул за угол. Маленькое свидание подошло к концу. — Пошли домой, Кейси? — спросил мальчишка, когда подошел к взрослому омеге. Он не переставал его осматривать, не веря, что омега может выглядеть подобным образом. Слишком многое у него было от беты или альфы. — Наверное, ты считаешь, что мы с Ричи глупые, да? — С чего это? — поинтересовался Чайлд, туша сигарету и вставая с лавочки. Он потрепал собеседника по голове и добродушно улыбнулся. — Любовь всех делает глупыми. Я лишь надеюсь, что твоя первая любовь закончится не разбитым сердцем, как моя. — Тебе разбили сердце? Когда это было? — Мне тогда было всего пятнадцать. Это уже старая история. — Прямо как Ричи… — сказал Джонс и грустно улыбнулся. — Значит, все-таки правда? Первая любовь разбивает сердца? — Не всегда, — отвил Кейси, уловив настроение собеседника. — Иногда первая любовь становится сильнее с каждым годом. Просто не все такие удачливые, чтобы найти того самого с первого раза. Но, знаешь, Сессил, наблюдая за вами с Ричардом, мне кажется, что вам повезло друг с другом. Сесил посмотрел на него глазами полными счастья, а улыбка стала шире. И почему-то омега стушевался. В голове промелькнула мысль о том, что именно таким мог быть их с Майки сын. Но мысль оказалась такой безумной, что парень смутился от неё. Это для него дико. Дурацкая мысль не давала покоя до самого вечера. Нет, он отвлекался за семейными трапезами, разговорами с Ником о будущем или на телефонными звонками от отцов. Вот только ближе к ночи, когда он сидел один на кровати в спальне для гостей, Чайлд смотрел на другую половину кровати, и эта мысль становилась наводящей. Он провел рукой по одеялу и лег по диагонали. На подушке остался тонкий запах горького шоколада, которым пах Майк. — Тебе нехорошо? — поинтересовался Джонс, вернувшись из душа. Он сел на кровать, а затем лег головой на ноги парня. — Нет, — ответил омега и привстал на локтях. — Просто… Сегодня на прогулке с Сессилом в голову пришла одна мысль, и теперь она не дает мне покоя, — он откинул голову и посмотрел на потолок. — Это бесит. — Мне нужно волноваться на счет этой мысли? — Думаю, что пока не стоит. Я не хочу пока ребенка, — парень замолчал и тихо добавил: — Да твою ж… Альфа повернулся на бок и посмотрел в глаза своему возлюбленному, который явно сболтнул мысль по ошибке. Парень не смог сдержать легкого смеха. — Ты реально задумывался о наших детях? — Детях? Одного вполне достаточно, — сказал Кейси и увидел лукавую ухмылку. — Хочу троих, — ответил Майк и навис над ним, пока тот не сбежал. — И младший будет омегой с твоими красивыми глазами. — Что-то ты много хочешь, нет? Один. И он не будет таким самодовольным мерзавцем, как отец. — Ауч… Вот сейчас обидно было. Чайлд огладил щеку парня, и улыбка сама собой возникла на его губах. Он действительно был спокоен рядом с ним. Даже удивительно, если честно. Ещё месяц назад его воротила сама мысль связать свою жизнь с альфой, но… Эта семья, действительно, необычная. — Когда вернемся, может, пойдем до конца? — он увидел, как Джонс немного оживился, а затем уткнулся носом ему в шею. — Что такое? — Меня скоро разорвет от любви к тебе, — ответил Майк и понял, что пора заканчивать семейные вечера и возвращаться обратно. Пяти дней больше, чем достаточно.

***

Восемь с половиной лет с правом на апелляцию после четырех лет заключения. Вот чего стоит двадцать лет избиений. Что ж, по крайне мере, их развели и дали полную опеку над сыном. Лукас был рад хотя бы этому. Хотя бы четыре года спокойствия. Скорее всего целых восемь лет, так как его бывший муж довольно легко выходит из себя. Возможно, стычек в тюрьме у него будет не мало. Адам разозлился из-за приговора. Он считал его не удовлетворительным, но ничего не мог поделать. Его дело ловить преступников — дело суда выносить приговоры. Он отвез Оруэлла домой, а сам вернулся на работу, сказав, что сегодня будет довольно поздно. Харису нужно было заскочить на обследование в клинику и выслушать доктора, его нотацию о вреде подавителей, необходимости хотя бы раз в три месяца позволять себе гон. Вредно для здоровья, видите ли… Зато очень благотворно для работы. В данный момент альфу волновало другое. Суд закончился, виновник за решеткой, а это означает, что Лукас теперь может съехать в любой момент. Адам не станет его останавливать, однако он уже успел привыкнуть к его присутствию в доме. И теперь им ничего не мешает пойти намного дальше общения. Возможно, завтра, он поговорит с ним об этом. Входная дверь хлопнула довольно громко в тишине квартиры. Оруэлл лежал на кровати, свесив голову с краю, и сжимал покрывало в пальцах. Стрелки часов показывали полпервого ночи. Омега сосредоточился на чужих шагах в гостиной, которые стали еле слышны. Альфа пошел в свою спальню. Лукас перевернулся и сел на кровати. Глаза сами собой посмотрели на пузырек с таблетками, которые он решил сегодня не пить. Почему? Да потому что причин сдерживаться больше не было. Больше им ничего не мешает продолжить с того, на чем они остановились в тот раз. Адам принял душ и решил сразу лечь. Наверное, на кухне его ждет остывший ужин, но сейчас ему кусок в горло не лез. Завтра он обязательно извинится перед Лукасом. Мужчина лег в кровать и услышал стук в дверь. Он до сих пор не спит? — Да, — ответил Харис и дверь открылась. — Что-то случилось, Лукас… Оруэлл в несколько шагов преодолел расстояние от двери до кровати, откинул совершенно не нужное одеяло и залез сверху на альфу, который обомлел от таких раскованных действий. Внизу потяжелело от возбуждающего запаха феромонов. Он даже не думал отталкивать от себя омегу, когда тот приспустил с него белье и провел пальцами по полувставшему члену. И уж тем более не думал останавливать, когда мужчина прогнулся в спине, плавно опуская свои бедра вниз. Халат, пояс которого развязался, только мешал, поэтому альфа избавил от него партнера, рассматривая худоватое тело с мелкими шрамами. — Думаю, это из-за тебя, — сказал Лукас, прерывая свои движения и наклоняясь для поцелуя. — Думаю, именно из-за твоего запаха моя течка вернулась. Они почувствовали вкус друг друга и знали, что теперь это ни на что не повлияет. Адам зарылся пальцами в огненные пряди и чуть увеличил темп, отчего слышал стоны в собственные губы. Внутри начало что-то просыпаться. Что-то голодное и забытое. Что-то без чего он мог обходится последние годы. Доктор будет вне себя от счастья. — Поздравляю, — сказал Харис с усмешкой, — из-за твоей течки у меня начался гон… Оруэлл даже сообразить толком не смог о сказанном, как его перевернули на спину и заставил вскрикнуть от наслаждения и умелых действий. Гон… То есть, теперь ни один из них не будет разумным, чтобы остановиться в случае чего. Но почему-то это даже приятно. — А…твоя…работа… — спросил Лукас и помог перевернуть себя на живот. — Ты…завтра… — Не отвлекайся на ерунду, — ответил Адам и поцеловал его между лопаток, входя одним аккуратным движением. Он увидел, как мужчина убирает волосы со своей шеи, оставляя беззащитным довольно важное место. — Что ты… — Разве не очевидно? — они оба замерли, и лишь их сбитое дыхание разрушало тишину. — Разве не потому, её до сих пор не было? Может, это сама судьба? — Я не верю в чушь про Судьбу и прочую хрень, — сказал Харис, склонился и облизал основание шее. — Но я верю в то, что влюбился в тебя за эти два месяца. Оруэлл выдохнул, когда клыки пронзили кожу, и шея запульсировала от боли. Впервые подобное заставило его содрогнуться от оргазма и почувствовать странное внизу живота. Стоило альфе начать двигаться, как до него дошла полная картина происходящего. Было чертовски приятно и немного больно. — Адам…это ощущение… — Ты про узел? — омега так резко повернул голову, что они чудом не ударились головами. — У тебя никогда… — альфа увидел, как тот смутился. Волк внутри довольно зарычал и решил показать себя во всей красе. — Тогда я покажу тебе все грани этого наслаждения, мой омега. Лукас замер в теплых объятиях, испытывая наслаждение даже от фразы, произнесенной приглушенным шепотом на ухо. Кто сказал, что в сорок лет жизнь уже подходит к концу? Кажется, настоящая жизнь только-только начинается.