Добрый дядя

      Миссия за пределами деревни. Что может быть волнительнее?       Обито долго бился с Шодай Хокаге, чтобы их команде дали нормальное задание. С кем из их выпуска генинов ни пообщайся — все уже обошли границы страны Огня, исследуя новые территории. Даже есть те, кто почти дошёл до Суны. Там их, конечно, пограничники сразу выпроводили, но не суть. Только команду номер семь держали в деревне, словно… на поводке. Будто они какие-то собаки, которым велено охранять территорию и ждать хозяев.       Так не пойдёт! Не для того Обито почти четыре года стремился стать сильнее. Он хотел защищать Лист и свою семью и друзей. А для этого было необходимо, наконец, взглянуть в лицо опасности. Сколько можно жить в скорлупе?       Дедок впереди опасений не внушал, однако что-то всё равно тревожило душу мальчика. Нехорошее предчувствие.       Что-то точно случится на этой миссии.       Хотя, по словам Минато-сенсея, миссия дипломатическая и заключается в охране этого дряхлого старика, шагающего сбоку. И ладно, его кряхтение Обито и мог вытерпеть, но… погодные условия явно подкачали.       Если бы Обито мог, то он бы сейчас проматерился как Мадара, — громко и очень гневно, ибо совершенно не ожидал такой подставы. А ведь он рассчитывал на совершенно иное развитие событий. А не вот это вот!       — Да заткнись ты уже, — Какаши в какой раз осадил своего слишком громкого и суетливого напарника. И в какой раз в мыслях вопросил, как этот идиот только протектор получил с таким-то шилом в заднице.       Такого же мнения был и Минато, который, естественно, вслух этого не сказал. Вот только усталые взгляды и еле заметное покачивание головой, направленные к самому говорливому ученику его команды, были красноречивее любых слов — ему уже надоел нескончаемый поток возмущения и жалоб от Обито. А всё почему? А давайте по порядку.       В первую очередь Обито начал поносить Хокаге, который решил им устроить настоящий пиз… жопу. Большую такую, жирную. А еще замерзшую от лютого мороза.       И вот тут вся брань мальчика плавно перетекала на место, в котором они оказались. Страна Мороза. Самое худшее из мест, в котором может оказаться человек. Особенно после лютой жары в Конохе и прекрасного, мягкого климата в Деревне Горячих Источников. Вот там было хорошо. Была бы его воля, он бы там и остался. Понежиться в горячей водичке, попить горячего чайку и съесть горячий рамен. Но заместо этого он вынужден сейчас тащиться через глубокие сугробы!       Благо у них наставник умный и позаботился о том, чтобы сандалии заменились на меховые сапожки, а легкую одежду на приспособленную к такому лютому климату. И ведь даже чакра очень слабо справлялась со своей функцией. Обито бы сказал — она ни черта не согревала! Бесполезная энергия!       Но самое ужасное во всем этом мега-крутом путешествии был их спутник. Напыщенная и уебищ…       — Обито!       Мальчик примирительно выставил ладони вперед, показывая, что он больше не будет материться. Рин же, еще немного попрожигав напарника суровым взглядом, поспешила за Какаши, который ушел с Минато чуть вперед. А Обито осталось идти с… их чертовым спутником. Ну вот кто вообще придумал такие дурацкие миссии?!       В общем, от своего первого серьезного задания мальчик был не в восторге. Он вообще уже сотню раз пожалел, что начал выеб… кхм… выпендриваться по поводу миссий ранга А. И вот кто его вообще за язык дернул?       Пока Учиха ворчал себе под нос и от злости пинал снег ногой, Нохара подбежала к Намикадзе и с неприкрытым восхищением посмотрела на его абсолютно спокойное выражение лица. Словно его совершенно не волновал этот лютый мороз. Или свирепый ветер, который нещадно драл их нежную кожу своим колючим дыханием. Наставник просто шел, — уверенно и твердо, — и не переставал хмуро вглядываться в горизонт.       — Нам еще дол…       Девочка резко замолчала, когда Минато внезапно остановился и жестом руки осадил ее расспросы. Уловив еле заметное напряжение на лице наставника, Какаши мигом положил руку на рукоять своего танто и стал чутко вслушиваться в каждый звук, разносившийся по округе.       Сильное завывание ветра, скрип снега под подошвами, а еще странное ощущение, уловимое на уровне сенсорских способностей. Будто где-то поблизости находится источник чакры, но очень слабый и практически не различимый.       А потом неожиданно пропал и он, заставив мужчину выдохнуть и чутка отпустить свою подозрительность. Показалось.       — Продолжаем…       Мужчина сделал шаг и в ту же секунду замер, когда до его слуха внезапно донесся странный треск. Будто что-то…       …сейчас провалится.       — Твою мать!       Трое генинов ошарашенно округлили глаза, когда их наставник провалился под землю! Вот он стоял перед ними, а потом — бац! — и его уже нет!       Ребята быстро подскочили к черной дыре, которая внезапно образовалась в снегу. Немного наклонившись вперед, они с опаской заглянули в беспросветную тьму, из которой доносилось болезненное шипение и плохо скрываемые маты.       — Минато-сенсей! Как Вы там? — Обито обеспокоенно крикнул, на что получил охуенно. Вот только из-за налетевшего порыва ветра троица генинов так и не узнала, что их наставник не только лютый матершинник, но и человек, который конкретно так попал.       Черт Минато присел на льду, о который он хорошо так приложился, и озадаченно осмотрелся по сторонам, пытаясь понять, где он вообще находится. И как теперь отсюда выбраться.       Пальцы на ощупь нашли в подсумке спички, и мужчина осветил небольшую пещеру тусклым светом. Глаза неторопливо обвели толстые стены льда, которым поросло всё здешнее пространство, а затем устремились к пролому в потолке, откуда на него глядело три пары взволнованных глаз.       — Высоковато, — безнадежно протянул, понимая, что чакра тут бесполезна. А затем метнул взгляд назад, откуда внезапно повеяло могильным холодом. — А вот и мой выход отсюда…       Или могила безрадостно усмехнулся над такой поистине глупой ситуацией, после чего с трудом поднялся со льда.       Убедившись, что кости целы, мозги на месте, а оружие при нем, Минато запрокинул голову назад и громко прокричал.       — Какаши! Продолжайте идти! Я вас постараюсь догнать. Встречаемся на границе Страны Молнии. Понял?       — Да, Минато-сенсей!       Вот и славно подумал мужчина и, глубоко вдохнув, ступил во тьму этой пещеры, мысленно надеясь, что сейчас он не попал в лабиринт со смертельным концом…       Как только чакра наставника стала слабеть, — а затем и вовсе пропала, — Хатаке выпрямился и со всей суровостью командира посмотрел на свой отряд.       — Выдвигаемся.       Услышав его, Обито тут же ощетинился и хотел уже возмутиться по поводу того, почему это он командует, как его быстро осадила Рин. Самым действенным и убедительным способом — затрещиной в приправку с чакрой. Хорошая штука — особенно когда надо успокоить слишком вспыльчивых мальчишек.       И у нее это получилось, ибо Обито сразу заткнулся. Но не перестал метать на напыщенного индюка недовольные взгляды, пока этот самый индюк шел во главе их отряда. И делал это настолько пафосно и высокомерно, что Учиха хотел закинуть Хатаке к Минато — вот бы было весело.       Вот только его потом за это Рин не похвалит. А ее он расстраивать не хочет. Поэтому мальчик, скрипя зубами и мысленно понося весь этот мир, с жутко искореженным лицом, — то ли от злости, то ли от холода, — топал в хвосте их делегации и не переставал передразнивать Хатаке.       — Какаши молодец… Какаши освоил новую технику… Какаши то, Какаши сё… Тьфу, блять! Вот откуда ты только…       Вдруг на компанию налетел настоящий буран. Видимость мгновенно сократилась до минимума, и генины перестали понимать, где находятся. Ледяной ветер нещадно рвал одежду, залезая под меховые подкладки. Колючий снег заметал несчастных детей, стремительно погребая их под белой шапкой. Каждый шаг давался с неимоверным трудом, отчего некогда ровный строй начал растягиваться, пока не разбрелся по разным сторонам. Крики и приказы терялись в оглушающих завываниях. Да и никто толком не мог сконцентрироваться на голосе другого, ибо пытался справиться с непокорной стихией.       Обито рухнул коленями в глубокий сугроб и, прикрыв глаза от ветра, стал всматриваться в стену снега. Но единственное, на что натыкался его взгляд, была лишь пустота. Пугающая и настораживающая. А еще заставляющая терзать себя страшными мыслями. А вдруг Рин потеряется? А вдруг провалится так же, как и Какаши, и сломает себе ногу? Или шею?       Вдруг она… умрет?       Мальчик резко вскочил на ноги и, с трудом перебирая заледеневшими конечностями, устремился вперед. Он кричал, звал своих напарников и очень надеялся, что с ними всё хорошо. Да ему даже за Какаши стало тревожно. А что уж говорить о девочке…       Спустя минут двадцать бесцельного хождения Обито уже отчаялся найти кого-нибудь, как вдруг буран пошел на спад. Ветер утих, снег перестал бить в глаза, и брюнет сумел разглядеть две черные точки, которые мелькали вдалеке. Обрадовавшись, мальчик на всех порах понесся в ту сторону, надеясь обнаружить там Рин. Вот только когда он сделал последний шаг, то внезапно обнаружил не свою подругу, а их спутника и… раненого Какаши.       — Что с тобой? — озадаченно посмотрел на плечо, заплывшее бурым пятном.       — Напали, — сухо ответил, отчего шок Обито мгновенно возрос в сотню раз. И не от новости, что поблизости бродит враг (и какой, интересно?), а от осознания, что Рин с ними нет!       — Где она? — суматошно начал осматриваться по сторонам в попытке почувствовать чакруНохары. Но как бы он не пытался настроиться на ее фон, у него ничего не выходило. И тут Обито даже не возьмется утверждать — почему. Может от того, что сенсор из него херовый. А может…       Нет, все-таки он не умеет чувствовать чужую чакру.       — Похитили.       И опять коротко и без лишних эмоций. Словно для него пропажа напарницы ничего не значит. Так — пустяк, о котором не стоит беспокоиться.       Обито до боли впился ногтями в свои оледеневшие ладошки и сурово уставился на «командира», который был обязан следить за ними! А не терять!       — И? Чего ты расселся, Хатаке? Нужно спешить…       — Мы не можем, — вдруг с боку донесся совершенно спокойный голос, заставивший генинов перевести озадаченные взгляды на мужчину. — Нам нужно как можно скорее добраться до границы. А то нападение повторится и…       Тут Обито подозрительно прищурил глаза.       — Не хотите ли Вы сейчас сказать, что в курсе того, что происходит? — медленно протянул и стал выжидающе смотреть на этого жутко странного типа. Как и Какаши, который поднялся со снега и устремил холодный взор к заказчику.       — В Стране Мороза идет гражданская война, — спокойно ответил, не видя смысла отпираться и что-либо скрывать. — Оппозиция пытается сместить руководство, которое ратует за укрепление связей с Конохагакуре. Однако в Стране много недовольных политикой… прогибания под Листом. И сейчас мы как раз столкнулись с теми, кто…       — Ненавидит шиноби Конохи, — Какаши закончил, тяжело вздыхая над той ситуацией, в которую они попали. — И почему нам никто не сообщил, что в Стране так неспокойно? — и, не получив ответа, ровным голосом продолжил. — Хокаге не в курсе.       — В курсе. Но правитель Страны Мороза заверил, что дипломатическую делегацию никто не тронет. Поэтому…       И вот тут Обито взорвался — подскочил к мужчине, дабы хорошенько его потрясти. А может и кунай куда засадит. Да только Какаши, который успел вовремя среагировать, не дал импульсивному мальчишке совершить настолько опрометчивый шаг. Ибо если они хоть пальцем тронут посла Кумогакуре, то это может привести к очень тяжелым последствиям для их деревни. Особенно сейчас, когда между странами и скрытыми деревнями только-только начали налаживаться дружеские отношения.       — А ну пусти меня, ублюдок! Я ему сейчас покажу, как обманывать нас!       Мысленно закатив глаза, Хатаке со всей силы сомкнул локоть вокруг шеи орущего мальчика, перекрывая тому доступ к кислороду. Лицо брюнета тут же порозовело, и Обито начал задыхаться. Но долго себя мучить он не дал, а занес локоть для удара, и… в то же мгновение был отпущен. Какаши получил желаемое — Учиха отвлекся. И теперь нужно вдолбить в эту пустую голову, что его поведение не приемлемо. Ни в каком ракурсе…       — Если ты хоть пальцем его тронешь, я буду рапортовать перед Хокаге о лишении тебя статуса шиноби, — холодно проскрежетал, на что Обито не смог сдержать злобной усмешки.       — И за что же меня лишать протектора? За то, что наше руководство посылает детей на смертельно опасные миссии? Или за то, что наш наставник не обеспечил безопасность своим ученикам? Или…       — За то, что ты не следуешь уставу шиноби, — Какаши осадил напарника тяжелым взглядом, отчего Обито даже изумлением подавился. — А в нем сказано, что мы обязаны следовать указаниям сверху. И во что бы то ни стало защищать заказчика. Поэтому, если не хочешь остаться без протектора, советую заткнуться и слушать меня — твоего временного командира. И как командир я принимаю решение продолжить миссию…       Глаза тотчас преисполнились шоком, а челюсть в неверии упала в колючий снег.       — Ты… ты… хочешь оставить Рин? — сиплым от ужаса голосом вопросил, на что ответом ему стало сухое и холодное да. И когда это короткое слово долетело до его слуха, когда Обито окончательно убедился, что Хатаке — это самое низкое, самое ублюдошное создание на земле, наивно детский взгляд заледенел, и с языка сорвалась ледяная ненависть. — В мире шиноби тех, кто не подчиняется правилам, называют мусором. Но те, кто не заботится о своих товарищах, куда хуже мусора…       Мазнул хмурым взглядом по бесстрастному лицу Какаши, который буквально на секунду явил свету свою растерянность и удивление. А затем повернулся к этому ничтожеству спиной, тихим голосом говоря:       — Я не хочу быть этим мусором.       И скрылся в пелене снега, которая опять начала накрывать это места. Он должен найти Рин. Просто обязан спасти ее и вернуть обратно в деревню — живой и невредимой. Но если он этого не сделает, то кем после этого будет? Как посмотрит в глаза ее родителям, когда сообщит, что их дочь пропала из-за них?       Как будет смотреть на свое отражение?       Да чтоб ты провалился, Учиха Хатаке мысленно рыкнул и чуть ли не бегом поспешил за своим товарищем-идиотом. А еще человеком, которого сегодня он впервые зауважал. За решимость и непоколебимость ступить навстречу неизвестности.       

…

      — Зачем ты её схватил?       — Используем как…       — Заложницу?! Ну ты кретин, Сатоши! Кому нужен слабый генин?       — А ну заткнулись все! — вдруг гаркнули спереди, отчего двое мужчин сразу заткнулось и настороженно покосились на своего командира. Жестокого, хладнокровного и беспрекословного. С таким лучше не спорить, да и вообще не связываться — иначе потом можно будет попрощаться с жизнью.       Как только этот бесполезный мусор заткнулся, мужчина с маской на лице сошел со снежного пригорка и тяжелым шагом подошел к Рин. Девочка стояла коленями на холодящей кости земле и, громко шмыгая носом, смотрела на багровые пятна, растекшиеся по белоснежному покрову. Её кровь. Её жизнь, которая мучительно медленно покидает это бренное тело вместе с осознанием, что это была ее первая и… последняя миссия.       Какая же она слабая и бесполезная. Не заметила врага. Открылась. И теперь вынуждена глотать слезы и надеяться, что Обито и Какаши живы.       — Ну расскажи нам, девочка, кто такая и что генины Конохи забыли в нашей Стране? И советую отвечать, а то я не посмотрю, что ты ребенок, — ледяными пальцами вцепился в ее подбородок, заставив посмотреть в свои черные глазища. Но они были не такими теплыми и ясными, как у Обито. Нет. Эти ледышки излучали лишь угрозу и ненависть. Ненависть ко всему, что хоть как-то связано с Конохой. Будь то взрослые ублюдки. Или… дети.       Рин надрывно вздохнула и дрожащим голосом прохрипела.       — Вы… вы в-всё равно меня у-у-убьете, поэтому зачем мне… м-мне отвечать?       — А ты забавная, — злобно усмехнулся, наклоняя голов на бок. Вот только потом вся эта секундная веселость резко сменилась раздражением и даже злостью на то, что его люди такие бараны. И зачем было девчонку в плен брать? — Будешь ты жить или нет — зависит исключительно от тебя. Поэтому советую показать свою ценность, иначе местной живности будет сегодня чем полакомиться.       Глаза резко распахнулись от шока, и девочка начала панически озираться по сторонам в поисках волков или чего похуже. Уж лучше быстрая смерть, чем ощущать, как твою плоть разрывают острые клыки…       — Я прост…       Тут Нохара резко замолчала, когда ее взгляд уткнулся в… Обито! В мелкого идиота, который внезапно возник в сотне метрах от них! Ну так, просто вышел, помахал врагам ручкой и крикнул им что-то матерное. При этом совсем не парясь, что его сейчас могут убить!       Обито… Ну ты и… Рин сейчас готова была выть от отчаяния и понимания, что друг у нее — придурок. Ибо кто так засаду устраивает. Если только…       …это не обманный маневр.       — Схватить его! — гаркнул командир своим истуканам, когда те даже с места не сдвинулись, дабы схватить мелкого паразита. Да только ответа он не получил ни через пять секунд, ни через десять. Ибо говорить уже было некому.       Мужчина озадаченно повернул голову в ту сторону и сразу узрел, как его люди хладными трупами осели на землю. Белоснежный снег мгновенно окрасился в алый цвет крови, которая бурно вытекала из пробитого насквозь горла. Точный, уверенный удар, забравший жизни сразу двух людей. И роль ангела возмездия, палача для убийц и отступников взял на себя маленький мальчик — невинный ангел, решительный и холодный взгляд которого говорил лишь об одном…       В этом мире люди взрослеют слишком рано       — Какаши… — Рин радостно прошептала, но затем резко расширила глаза от ужаса, когда поняла, что Хатаке будет драться один на один с сильным противником. И Обито в данном случае ему не помощник. Уж слишком он импульсивен. А еще не умеет работать в команде с Какаши.       А это была настоящая катастрофа.       — Девушку отпусти, — холодный голос заставил мужчину буквально на секунду выпасть из реальности, а затем разразиться настолько оглушающим и безумным смехом, что Нохара невольно вжала голову в плечи.       — Ну ты даешь парень, — в последний раз усмехнулся, после чего резко натянул на лицо маску холодности и суровости. — Убить двух людей с таким хладнокровием, — и перевел оценивающий взгляд на танто, на лезвии которого замерзла некогда горячая кровь. Человеческая. Та, которой люди очерняют свои светлые души. Будь то взрослый или ребенок. — Я знал, что Конохе плевать на будущее поколение. Но чтобы настолько…       Тихий хруст снега       Уголки губ дрогнули, и отступник резко развернулся назад, дабы наказать хитрого лиса.       — Слишком громко ходишь, малец.       Обито даже сделать ничего не успел, — ни увернуться, ни отпрыгнуть, — как он уже отлетел на несколько метров назад, кривясь от боли и бороздя своей тушкой снег.       — Идиот, — Какаши обреченно выдохнул, дав самую «лучшую» оценку навыкам Учиха. А затем, плюнув на этого придурка, покрепче ухватил рукоятку танто и без сомнений рванул к своему врагу.       И мужчина с превеликим удовольствием принял этот бой. Но перед тем, как сойти с места, он схватил Рин за капюшон и со всей силы бросил в сторону парнишки. Хатаке, не ожидавший такой подставы, буквально на секунду замешкался. А потом за неимением иного выбора схватил напарницу на руки. И, немного проехав по снегу, аккуратно поставил ее на землю.       — В сторону! — громко крикнул и, отпихнув эту капушу в бок, выставил танто вперед, блокируя вражеский кунай.       — Не привык я с детишками драться. Но ты меня очень заинтересовал! — и попытался схватить свою маленькую жертву. Но Какаши, ловко уйдя от цепкой руки, настоящей тенью проскользнул к врагу за спину и занес лезвие для последнего удара. Но то ли судьба в этот день решила отвернуться от него, то ли его окружают одни идиоты, сделать этого не получилось. И всё из-за Обито, который внезапно появился возле него.       Решимость в глазах, уверенность в своем решении, и Учиха… проваливается ногой прямо в сугроб, который сковывает его мертвой хваткой. Лишившись эффекта неожиданности, мальчик ошарашенно округлил глаза, когда понял, что его помощь была сейчас лишней. И даже очень.       Ну что за идиот! Какаши мысленно рыкнул и вновь заблокировал удар врага. А затем еще, и еще, пока не ушел в глубокую оборону, из которой ему никак не давали выйти. Он отступал и отбивал все выпады взрослого, сильного и более опытного шиноби. И в мыслях пытался просчитать возможный выход из этой ситуации. Ведь если этот бой затянется, то его шансы на победу значительно снизятся. Ведь чакры практически нет. Да и силы начали медленно покидать его. Вот, руку, держащую танто, уже начало потряхивать от бессилия. А глаза предательски закрываться. Он устал, и очень хочет спать…       Обито и Рин испуганно ахнули, когда Какаши начал сильно сдавать свои позиции — пропустил один удар, окрасив второе плечо алым цветом. Затем открылся для второго удара, позволив выбить оружие из своей руки. А после нога невольно подкосилась, и мальчик подставился под самую опасную атаку. И грозящую подвести его к раю.       Резкая боль, и весь мир окрасился в темно-кровавый цвет. Хатаке кое-как отпрыгнул назад и, пошатнувшись, рухнул коленями в снег. Дрожащая рука легла на левый глаз и в ту же секунду увлажнилась чем-то горячим. Но мальчик даже испугаться не успел, ибо всё его внимание устремилось к двигающейся к нему смерти.       — Какаши! — Рин испуганно ахнула, когда враг уже практически добрался до их сокомандника. А они, слабаки и трусы, даже помочь ему не могли — точнее даже не попытались этого сделать, так как внезапно поняли, что они никто по сравнению с Какаши. Просто слабые детишки, которые ничего не могут сделать против более сильного противника.       Но почему? Чем они хуже? Что в Хатаке есть такого, чего нет у них? Почему они сидят и ничего не делают?       Почему он сражается один? подумал Обито и со всей решимостью полетел к своему вечному сопернику, дабы спасти его. Дабы уберечь Рин от слез, которые та будет лить по их напарнику. И просто чтобы доказать самому себе, что он чего-то да стоит.       Время для глупостей и детской наивности уже давно прошло. Пора повзрослеть и начать отвечать за свои поступки. Но если он сейчас отступит и позволит Какаши умереть, то кем он после этого будет?       — Прощай, парень. Ты хороший шиноби. Но еще слишком мал для серьезных битв.       Нога со всей силы пнула мальчика в грудину, и мужчина, сомкнув пальцы вокруг рукоятки чужого танто, занес его над безвольным телом. Секунда ожидания превратилась в целую вечность. Но сил, чтобы встать больше не было. Как и желания бороться. Ибо адская боль, та самая, которая пронзила каждую клеточку его тела, напрочь перебила всё остальное. И сделала его…       …беспомощным.       Мужчина презрительно фыркнул и уже хотел нанести мальчишке последний удар, как вдруг весь его мир поплыл в кровавом море. Пустой взгляд затерялся в необычных глазах, горевших решимостью и непоколебимостью защитить напарника. А рука начала медленно, движимая чужими мыслями, опускаться вниз. Тело перестало его слушаться, и мужчина в одночасье превратился в безжизненную статую, смотрящую в пустоту перед собой — прямо в красные огни с необычным рисунком.       — А?..       Обито растерянно уставился на врага, который внезапно замер. Словно отключился или впал выпал из реальности, оставив глаза открытыми. Ничего не понимая, мальчик осторожно помахал перед отупевшим лицом рукой, а затем, не получив никакой реакции, повернул голову к не менее озадаченному Какаши.       — Чего это с ним?       — Ты, походу, его в Гендзюцу закинул, — спокойно ответил, смотря на могущество клана Учиха, горевшее в глазах Обито. — И почему раньше не исполь…       Так. Стоп.       Превозмогая боль, Хатаке резко присел на снегу и в полном шоке уставился на… сироту! На парня, которого подобрали с улицы! Но никак не…       — Так ты настоящий Учиха? — в полном изумлении протянул, совершенно не веря в увиденное.       — Ты про что? — Обито озадаченно нахмурился. — Я не…       Какаши подорвался с земли, когда напарник начал внезапно оседать к земле. Руки аккуратно перехватили бессознательное тело, и мальчик вновь рухнул вниз. Потрясенный взгляд опустился на бледное лицо Учиха, и в некогда холодных глазах распалилось искреннее непонимание, как такое возможно.       Обито… Учиха?!       — Что с ним? — рядом с ними опустилась Рин, появление которой резко заставило Хатаке отмахнуться от этого шока. Ведь у них еще есть кое-какая серьезная проблема. И самое главное — очнувшаяся.       Мужчина мотнул головой, отгоняя от себя странное марево, после чего с лютой ненавистью посмотрел на чертового Учиха. А вот эту тварь он убьет с превеликим удовольствием. За своих погибших жену и брата.       Вот только отступник даже с места не успел сдвинуться, как вдруг за его спиной возник… Минато. Намикадзе одним точным ударом ладони вырубил врага и, убедившись, что с ним больше не будет проблем, в полном замешательстве уставился на свою команду.       — Во что вы вляпались?              Пограничный городок, Страна Молнии       — … а потом он пробудил Шаринган и обезвредил врага. Что было дальше — Вы уже видели.       Минато кивнул, благодаря Какаши за отчет, а затем перевел напряженный взгляд к Обито, который до сих пор не проснулся.       «Видимо, доудзюцу Учиха забрало слишком много сил… придется задержаться здесь на неопределенное время. А то в обессиленном состоянии ему будет трудно возвращаться обратно. Да и с правителем Страны Снега нужно разобраться, дабы избежать повторения этой ситуации»       Задумчиво промычал и, подперев подбородок, отошел к окну, за которым светило яркое и, самое главное, теплое солнышко. Но сейчас эта благодатная погода нисколько не радовала мужчину, ибо на горизонте внезапно замаячила целая тележка проблем. И центральной из них будет далеко не конфликт между Конохой и Страной Снега. Нет. Минато больше всего волнует совершенно другой вопрос.       

Что с ним сделает Мадара Учиха?

***

      Ворочаясь и хмурясь, Обито пребывал на границе сладкого небытия и суровой реальности, которая готовила для него… определённые жизненные трудности. И ладно он проснётся с малой чакрой и чертовски уставшим, предстояло разобраться с противным стариканом, ещё в Коноху пилить надо. Ведь с другой стороны: в Конохе придётся не хило так отвечать за свои поступки. А именно — своеволие.       — Обито, ты как? — на глаза плюхнулась влажная повязка. Судя по запаху, смоченная в каком-то отваре. А нежный голосок принадлежал никому иному, как…       — Минато-сенсей? — прохрипел мальчик и попытался встать. С непривычки тело ломило и отдавало болью в каждой клеточке тела. Но его тут же уложили обратно. — Что со мной?       — Ну, как тебе сказать, — мужчина почесал затылок и вздохнул. — Ты пробудил Шаринган. Это если коротко.       — А это возможно?       — Если у тебя кровь Учиха, то да.       Поленья в камине мерно потрескивали. За окном метель завывала какую-то свою песню, украшая дома большими и тяжёлыми сугробами.       — Что теперь будет? — совсем тихо спросил мальчик, поджав губы, чтобы скрыть дрожь.       Он — Учиха?! Настоящий? Не просто сиротка с улицы, которого по доброте подобрали и вырастили? Неужели, такое реально? Поверить в данное оказалось очень сложно. Мысли путались, воспоминания слиплись в какой-то комок, не дающий толком вспомнить, что же произошло тогда.       Метель. Мы шли спасать Рин. Какаши чуть не погиб. Я не мог допустить, чтобы… о. удивлённо хмыкнул своим мыслям. Он полетел спасать этого индюка, который хотел бросить Рин ради доведения миссии до конца.       — Миссия выполнена. Через шесть часов отправляемся в Коноху. — уже безэмоционально сказал Минато и поднялся со стула. — Отдыхай пока. — и ушёл.

***

      — Неужели тепло! Коноха, я дома! — пропел бегущий впереди всех Обито Учиха.       — Вы идите в госпиталь, а нам с Обито нужно отчитаться Хокаге.       В принципе, Минато и сам мог бы составить отчёт, но ему нужно было позарез показать своего воспитанника главе. Ибо если этот секрет утаить, проблем потом не оберёшься. Поэтому, схватив за руку удивлённого Обито, Минато переместился шуншином в коридор резиденции, оставив двух других учеников хлопать глазами снаружи.       — Входите.       Глубоко вдохнув, Намикадзе уверенным шагом подошел к столу Главы, таща за собой ничего не понимающего мальчика.       — Вот отчёт по проделанной миссии. Возникли некоторые трудности. И ещё. Шодай-сама… как бы это сказать, — замялся Минато, глянув на воспитанника. Тот тоже слегка поднял брови, явно не догоняя, что назревает. — Обито действительно Учиха.       — Я знаю, — спокойно сказал Хаширама, Минато насторожился. — Мадара же сказал, что мальчик под его попечительством.       — Нет же, — нетерпеливо перебил Минато, мысленно извиняясь. — Обито настоящий Учиха. На миссии в Кумо у него пробудился Шаринган.       На какое-то время в кабинете наступило молчание. Сенджу даже в голову прийти не могло, что Обито действительно с кровью Учиха. Если это так, то, узнай об этом Мадара, международного конфликта не избежать. Всех, кто даже косвенно связан кровью с Учиха, должны по закону забрать в свой квартал. И Мадара сделает это, но вот скандала не избежать.       Хаширама, скептически оглядев взъерошенного, уставшего и помятого мальчика, с трудом мог себе представить, что это чудо — преемник Мадары. А преемник ли теперь?       — М, ты уверен?       — Так точно, Шодай-сама. Это додзюцу Учиха.       — Хм. Даа, дела.       Назревала большая телега проблем, которую команда номер семь притащила с собой ещё из Кумо. Самым незначительным было: выведение ненадолго из строя Какаши, пока его рану не обработают. Даже конфликт со страной Снега (который, спасибо Минато, был кое-как улажен за значительную компенсацию) так не волновал, как…       — Нужно поста…       — Прошу, не надо.       Два удивлённых взгляда переметнулись к говорившему. Прекрасно видя на лбу пацана «Я БОЮСЬ», Хаширама безрадостно усмехнулся и стукнулся лбом об стол. Мысленно, конечно. Он Обито не винил — Мадара кого угодно вгонит в ужас. И если Учиха начнёт решать вопрос на кардинальном уровне, придётся… защищать мальчишку. Как бы противоречиво не звучало. И защищать ЗА пределами деревни. Как в старые-добрые времена…

***

      — Как прошла твоя первая важная миссия?       От голоса за спиной, который подкрался абсолютно незаметно, Обито подпрыгнул и в страхе прижался спиной к только закрытым воротам. Ещё с того момента, как Мадара представил Обито как Учиху, главная семья переехала полностью в главный особняк. Это давало массу преимуществ. Из минусов — максимально скептические взгляды других клановых, но до них мальчику не было дела.       — С тобой всё хорошо? — осторожно спросил Изуна и подошёл ближе. Он был облачён в домашнее хаори, распахнутое почти настежь. Либо купался, либо после тренировки. — Не заболел? Всё-таки, страна морозов. Любой без подготовки там обязательно окоченеет.       Если бы заболел… мрачно усмехнулся Обито в голове и нервно улыбнулся.       — Н-нормально, Изуна-сан. Я хотел бы отдохнуть, — и быстро ретировался в доме, шмыгнув в свою комнату.       — Что-то он нервный, — протянула Наори, выходя из-за деревьев.       — Давно вернулась?       — Только что. Так есть хочется, просто ужас. Пошли, — и потянула задумчивого парня в сторону светлых благодаря фонарям улиц.

***

      Мужчина сел и потянулся. Он не заметил, как его сморил дневной свет, заставив покинуть сознание на несколько часов. И то, проснулся благодаря топоту слоновьих ног, бегущих по лестнице.       О, а вот и наш слоник вернулся блаженно улыбнулся Мадара, радуясь, что Обито вернулся. Живым. Но спешить здороваться не спешил. Знал, как после миссии иногда хочется побыть одному.       Но, какого было удивление, когда буквально через пятнадцать минут этот черноволосый вихрь снова вылетел из дома и был таков.       И куда только? Ай ладно, вернётся спрошу. Работы ещё полно. …       — Обито, ты какой-то рассеянный, — недовольно протянул Изуна, спрятав кунай в подсумок. Ведь сам отыскал и попросил тренировку, а сейчас подозрительно расклеился. Мальчик потупил глаза. — Давай рассказывай.       — Просто… — и тут его прорвало. Рассказал всё до малейшей детали, даже то, какие чувства он испытывает к Рин. Изуна и подошедшая Наори с огромнейшим интересом слушали монолог, -… я не мог дать ему умереть! Этот бака не может так просто сдохнуть, не сейчас! И я не мог оставить Рин, она же наша подруга. Меня разозлили слова Какаши. Настолько, что я готов был самостоятельно плутать в пурге и разыскивать Рин.       Изуна непроизвольно нахмурился, когда увидел, что в уголках глаз подростка собирается влага. Неужели так много эмоций испытал?       — Я защитил Какаши, потому что… он мой друг!       Внезапно глаза ослепило что-то алое, а затем мир приобрёл неожиданную чёткость. Изуна стоял в нокауте, не в силах вымолвить и слова. Наори лишь приоткрыла в шоке глаза.       — Вы чего засты… — Изуна даже сориентироваться не успел, лишь обернулся поймать взгляд брата. В этот момент послышался звон разбитой тарелки с виноградом. — Какого…