Синие тени на синей воде

«У меня есть сердце, А у сердца песня, А у песни тайна — Тайна — это ты»

      Они вынуждают его идти на крайние меры — Альбус, впрочем, и сам знает, что время рано или поздно придёт. Скрываться более станет невозможно, и два старых друга, а ныне заклятых врага выйдут друг против друга. Альбус улыбается горько и закрывает глаза.       Пожалуйста, только не это.       Сердце сжимается в груди, а руки мелко дрожат. Он оттягивает страшный миг так долго, как только может. Лишь одна мысль о неизбежном, пронзающая его мозг, заставляет тело цепенеть во льдах, и он эгоистично гонит её прочь.       Как, ну как он сможет собственными руками отнять жизнь возлюбленного человека?!       Альбус старается не думать об этом. Он малодушно мечтает о побеге туда, где его никто не найдёт и не заставит свершить ужасное преступление. Он малодушно мечтает о внезапной смерти, чтобы окончательно снять с себя груз ответственности, но…       Жизнь будто специально издевается над ним. А призрачная тень Смерти ледяным дыханием дышит в светлый затылок Геллерта.       Альбус ничего не может сделать с этим — даже его авторитета не хватит для того, чтобы уговорить палачей оставить его в живых.       Он знает, что должен сделать это. Лучшая награда и проявление высочайшей любви в избавлении. В быстрой и безболезненной кончине и в недопущении надругательства со стороны мерзких гиен, только и ждущих момент, чтобы разодрать ещё тёплое тело на части.       Альбус судорожно сжимает палочку в руке и не может сдержать горячие слёзы.       Ну почему, Мерлин великий, из всех людей это должен сделать именно он?!       Знаменательный час приходит поединком, что должен решить судьбу целого мира. Альбус, уставший и измученный, ничем не выдаёт раздирающей изнутри боли. Смотрит спокойно в разноцветные смеющиеся глаза и видит ехидство на чужом лице. Мрачное ликование, ломающее губы в кривой усмешке и осторожном прищуре глаз готовящегося к нападению хищника.       И Альбус, на самом деле, до сих пор не уверен, сможет ли он противостоять ему до конца.       Он гонит прочь малодушие и эгоизм — он прекрасно знает, чего от него ждут, чего от него хотят. В этом мире он слишком важная фигура и он должен защитить его. Он должен любой ценой защитить его будущее и настоящее. Даже если взамен потребуется отдать своё собственное будущее. Принести на алтарь общего блага собственную душу и собственное сердце. Ведь, в конце концов, кто он по сравнению с целым миром? Лишь песчинка, переживания которой едва ли могут заполнить безграничный океан.       На губах Альбуса расцветает горькая улыбка, преисполненная сожаления и невысказанной скорби. Этому миру нет дела до его чувств — взваливая на свои плечи неподъёмный груз ответственности, он не имеет права оборачиваться на них.       А потому он делает выпад, и чужое заклинание разбивается о щит, так и не достигая того, кому предназначается.       Схватка не на жизнь, а на смерть будоражит кровь, пьянит не хуже алкоголя. Альбус сосредотачивается на ней полностью, отгораживаясь от внешнего мира, и лишь отголоски чужого безумного смеха из него долетают до его ушей. Геллерт упивается сражением, выкладывается на полную, будто горит изнутри, с невероятной жаждой прожигая эти мгновения. Будто чувствует, что это конец его пути, и всё, что ждёт его впереди, — мрачная завеса, за которой ничего нет.       Альбус стискивает зубы и думает о том, что было бы очень неплохо, если бы сейчас они шагнули за эту завесу вдвоём, но…       Его взгляд впервые встречается со взглядом чужим — исход сражения уже предрешён.       «Что будешь делать дальше, Альбус?» — он видит жестокую насмешку в разноцветных глазах и кривую ухмылку на худом бледном лице. И понимает: он не сможет сделать это. Он не сможет убить Геллерта Гриндельвальда.       Его лицо бледнеет и, кажется, выдаёт все его чувства с потрохами. Геллерт смеётся хрипло, и идеальная маска летит с его лица, обнажая усталость и смирение. — Давай, Альбус, сделай это! — кричит в эйфории, сверкая глазами, а противник не может заставить себя даже вздохнуть. — Убей же меня! — Геллерт смотрит на него в открытую, и на дне его глаз Альбус видит тень просьбы.       «Окажи мне последнюю услугу, позволь уйти с честью»       «Не будь эгоистом, Альбус, и заверши то, что начал»       «Ты должен сделать это, ты знаешь… Ради общего блага»       И Альбус сдаётся.       Заклинания вновь врезаются друг в друга, яркие вспышки слепят и оглушают, а палочки летят в сторону. Альбус едва удерживается на ногах — сердце его в этот миг обрывается в груди, камнем падая вниз следом за бездыханным телом, что с глухим стуком ударяется о холодную землю.       Геллерт Гриндельвальд мёртв.       Альбус Дамблдор блестяще справляется с поставленной задачей, оправдывает возложенные надежды и получает за это высшую награду магического общества, которое вздыхает с облегчением, ведь самый опасный тёмный маг повержен. И никого не волнует, какой, собственно, ценой эта победа даётся. Какую жертву приходится принести взамен — всё это, в общем-то, и не имеет значения, ведь самая важная часть Альбуса Дамблдора навсегда оказывается похороненной в сырой холодной земле в безымянной могиле.       Беззвучные слёзы текут по его щекам, и мир навсегда теряет свои краски. И тень непроходимой печали навеки оседает в ясных голубых глазах, грузом вины давя на плечи и отражаясь в чертах вмиг постаревшего лица. Заменяет счастье, что навсегда покидает уставшее сердце, и превратности, печали и радости долгой дороги он делит теперь только со своим одиночеством.       И молчаливым безымянным могильным камнем.