Lost Generation

Альбус Дамблдор смотрел на аудиторию сквозь завесу собственных мыслей. Гриффиндорцы и слизеринцы: он прекрасно знал этих студентов, но каждый из них вырос за время летних каникул и в какой-то мере изменился. ー Рад видеть всех вас отдохнувшими, ー наконец, обратился он к аудитории. ー Ваш самый первый урок в этом году проходит со мной, чему я несказанно рад. А все потому что я буду первым в длинной череде учителей, которые начнут свое занятие со скучных слов о важности этого года. И вероятно, я буду единственным, чьи наставления успеют отложиться в ваших головах. На лицах многих студентов после этих слов появились улыбки, а Дамблдор как ни в чем не бывало продолжал, прохаживаясь вдоль рядов. ー Экзамены, известные вам как СОВ, проводятся вот уже более пятисот лет для того, чтобы опередить дальнейший жизненный путь волшебника. Ваша предрасположенность к тем или иным магическим дисциплинам отразится в результатах и позволит выбрать подходящее направление для углубленного изучения. Может быть вы захотите стать целителями или мракоборцами, заняться министерской работой или преподаванием, в любом из этих случаев вам потребуются как минимум «Удовлетворительно» по предмету вашего покорного слуги, а в некоторых случаях придется попотеть и заработать «Выше ожидаемого». Кураторы факультетов обсудят перспективы с каждым из вас: гриффиндорцам предстоит встреча с профессором Доддеридж, а профессор Слизнорт будет ожидать для личных бесед студентов Слизерина. Баллы, полученные на СОВ, станут вашим билетом в магическую профессию, поэтому чрезвычайно важно помнить об этом и все-таки находить время для домашних заданий между увлекательными посиделками в факультетских гостиных. Теперь со стороны студентов послышались откровенные смешки. Том единственный не поддерживал радостного настроя одноклассников. Он злился на Дамблдора за то, что тот вел себя как ни в чем не бывало, несмотря на собственные проблемы. Более того, он был очевидно искренне рад вновь увидеть своих студентов, и те отвечали ему взаимностью ー студенты обожали Дамблдора. Он обучал юных волшебников вот уже более двадцати лет, и в отличие от многих, никогда не выделял сильных и слабых, для него все заслуживали внимания на занятиях. Преподаватель искренне верил, что из любого студента можно вырастить превосходного волшебника, нужно только помочь ему в этом, подтолкнуть. ー А теперь о том, что ожидает вас по моему предмету в этом году, ー продолжил Дамблдор. ー Первые три недели мы посвятим повторению пройденного материала, по результатам чего вы напишете контрольную работу, а после мы отправимся дальше и подробнее познакомимся с базовыми видами полной трансфигурации. Мисс Холланд, ー обратился он к светловолосой старосте Гриффиндора, ー напомните нам, как звучит Закон элементарной трансфигурации Гампа. Девушка невольно улыбнулась и ответила: ー Да, профессор, в нем говорится о том, что трансфигурации подвержены все материальные, немагические, исчисляемые объекты. ー Отлично! ーпохвалил Дамблдор, ー Десять баллов Гриффиндору. Может быть и Слизерин захочет получить несколько баллов? ー хитрый взгляд был брошен в сторону змеиного факультета, останавливаясь на Томе. ー Мистер Реддл, что скажете? ー Разумеется, сэр, ーТом вежливо кивнул в ответ. ー Тогда поведайте нам, в чем заключается третье исключение из закона Гампа? Взгляд Тома на мгновение потяжелел, но не меняя тона, юноша ответил: ー Третье исключение гласит, что трансформация конечна. От внимания Альбуса не укрылось это секундное изменение во взгляде слизеринца. ー И что это значит? ー уточнил он, глядя в глаза Тому в попытке снова уловить это мгновение. ー Это значит, что вечная трансформация невозможна, ー все также идеально вежливо ответил тот. ー Она всегда имеет срок действия, который зависит от силы творящего заклинание волшебника. ー Благодарю за точный ответ, мистер Реддл, ーкивнул Дамблдор. ー Десять баллов Слизерину. Том Реддл сидел за первой партой и наблюдал. Именно наблюдал, а не смотрел, как остальные студенты. Только многолетний опыт, усиливающий природную проницательность, позволял Дамблдору примечать это мимолетное несоответствие во взгляде. Том совершенно очевидно не был обычным студентом, и это отличие его от других с каждым годом усиливалось, формировалось в характере, поведении и навыках. Дамблдор умел расслаивать людей, докапываться до их сути, и это давало возможность отыскать нужный подход к студентам. Он находил этот процесс чрезвычайно важным и часто посвящал себя этому без остатка, достигая в обучении большего, чем другие преподаватели. Но с Томом обычные методы не работали. Дамблдор приглядывал за мальчиком, наверное, потому что чувствовал ответственность за того, кого привел в замок из магловского приюта. Первые дни в Хогвартсе Том был резок в словах и действиях, ему тяжело давалось общение и с одноклассниками и преподавателями. Альбус был единственным, с кем мальчик держался вежливо, и профессор использовал это, чтобы помочь. Отметив острый ум слизеринца, профессор часто советовал ему подходящие учебники, а также книги, которые могли компенсировать незнание магического мира. Жажда знаний слизеринца была необъятной. Процесс адаптации был недолгим. Вскоре Том стал много общаться с другими студентами, а преподаватели были в восторге от его прилежности и таланта. Дамблдор был рад этим изменениям больше остальных, потому что знал, как тяжело поначалу далась мальчику новая жизнь. Позже Альбусу стало не до проблем студентов. Новости о его связи с Геллертом обрушились на магическую Британию и произвели эффект разорвавшейся бомбы. «Ежедневный пророк» раскопал подробности его знакомства и многолетней дружбы с врагом волшебников номер один. Обличающий материал был написан в таком свете, что ни у кого не оставалось сомнений ー это конец для одного из самых многообещающих преподавателей Хогвартса. Далеко не первый раз он попадал в опалу. За годы сотрудничества с Министерством магии и членства в Визенгамоте он нажил себе много врагов, но Дамблдору всегда удавалось быть на шаг впереди. Теперь решающим фактором стала война, и против нее поставить было нечего. Слишком тяжелыми были ее последствия для всего магического сообщества. Он с трудом отогнал от себя неприятные мысли, навеянные зелёными глазами ученика, и продолжил урок. Дамблдор был прав: в первый день учебы СОВ обсуждались на всех занятиях, и к концу дня, когда ошалевшие студенты повалили на ужин, предстоящие экзамены практически вытеснили гнетущую атмосферу. Хогвартс как по волшебству стирал внешние страхи. После ужина, на котором из слизеринской четверки присутствовали только Брендон и Корвус, юноши отправились в условленное место встречи. Они с нетерпением ждали новостей от Тома, предвкушая то, что он задумал в этом году. Реддл никогда не разочаровывал их ожиданий. Лестрейндж и Нотт шли по коридору третьего этажа, когда на повороте в Корвуса практически на полной скорости врезался рыжий староста Гриффиндора в неизменной компании Флимонта Поттера, такого же безбашенного, как и сам Пруэтт. ー Свалите с дороги, ー не церемонясь, бросил Игнатиус. ー Пруэтт, не борзей, ー моментально завелся Корвус. ー А то что, заавадишь меня? ー С великим удовольствием! Дай только повод, прошу… ー Ты очень хорошо научился просить, ー поддержал друга Флимонт. ー Видно, все лето тренировался, ー расхохотался Игнатиус и, пародируя шипящий голос Лестрейнджа, продолжил. ー Прошу, профессор Слизнорт, не ставьте мне «Отвратительно». Все знали, что зельеварение было слабой стороной слизеринца. ー Огонек, тебе ли говорить об этом, ー вмешался Нотт, видя, что друг уже на грани, готовый в любой момент выхватить палочку. ー Признайся, как долго ты вымаливал у Доддеридж место старосты? ー Еще раз назовешь меня так, Нотт, и огоньком станешь сам, ー вкрадчиво ответил Пруэтт. ー Тебе не нравится? ーс удивлением, почти нежно отозвался слизеринец. ー Боюсь, ничего не могу с этим поделать. Не моя вина, что до благородного имени своих предков ты еще не дорос. Горящие глаза Пруэтта пронзали обещанием боли. Он медленно приблизился к Брендону, остановившись всего в нескольким сантиметрах от его лица. Нотт был на пол головы ниже высокого гриффиндорца, поэтому ему пришлось вскинуть голову, чтобы поймать взгляд, ставший опасно темным. Он не сдвинулся ни на шаг, принимая вызов, и голубые глаза отзеркалили не менее пронзительно. ー Флимонт, Игнатиус, что вы делаете? ー за их спинами стоял последний участник неразлучной гриффиндорской троицы, Нейтан Флетчер. ー Нам нужно успеть в библиотеку до закрытия. ー Только грязи здесь не хватало, ー Лестрейндж выразительно поморщился. ー Закрой пасть, ー взвился Поттер, в то время как Пруэтт и Нотт продолжали сверлить друг друга ненавидящими взглядами. ー Флинт, не обращай внимания, ー спокойно сказал Нейтан, никак не отреагировав на брошенное ругательство. ー Пойдем, иначе не успеем взять учебники. Пруэтт еще несколько секунд не двигался с места, а на его лице вдруг расцвела не по-гриффиндорски хищная улыбка. ー Я еще с тобой не закончил, Нотт. И уже уходя, бросил через плечо: ー Да, и минус десять баллов Слизерину за неуважительное отношение к старосте. Брендон усмехнулся, предвкушая расплату, которая ждет зарвавшегося рыжего гриффиндорца. Как хорошо было вернуться в школу. Уже в подземельях Брендона и Корвуса нагнал Наварр, пребывавший в прекрасном настроении. Игнорируя их взъерошенный вид, Эйвери увлеченно начал рассказывать про событие в гостиной Слизерина, из-за которого он и пропустил ужин. ー Представьте, только первый день учебы, а наша Вальбурга уже получила очередное признание от какого-то четверокурсника. И когда они уже поумнеют? Поймал ее в гостинной и пытался вручить букет Белладонны! Блэк почти размазала его по стенке. Наварр захохотал, ни смущаясь отсутствия бурной реакции со стороны. ー Может, он ее убить хотел? ー флегматично отозвался Корвус. ー Скорее провел в мечтах о ней весь урок про ядовитые свойства Белладонны у Слизнорта, ー хмыкнул Наварр. ー Удивительно, что кто-то еще не оставляет попыток добиться ледяной королевы всея Слизерина, ー добавил Брендон. ー Она же Блэк. С большой долей вероятности она выйдет за кого-то из многочисленных кузенов. ー Это еще не точно, иногда они смешиваются с другими семьями, ー быстро возразил Наварр. ー Надеешься, что чистота крови Эйвери позволит тебе встать в очередь? ー с улыбкой спросил Нотт. ー Я даже не удивлюсь, если он тоже вручит ей волшебные цветочки, ー вставил Корвус. ー Очень в его стиле. ー Ты слишком низкого мнения обо мне, Корвус. Поверь, я бы действовал намного более тонко. Презрительный взгляд Лестрейнджа выразительно передал все, что он об этом думает. Наконец, они добрались до нужной двери. Она находилась в достаточном отдалении от жилой части подземелий и классов Зельеварения, поэтому ни студенты, ни преподаватели здесь практически не появлялись. Лестрейндж решительно взялся за ручку и открыл дверь, выпуская наружу затхлый воздух и годами накопившуюся пыль. Слизеринцы поморщились и дружно вздрогнули, входя в тесное, темное помещение. Каждый из них в очередной раз размышлял, почему Том решил выбрать для из встреч именно это место, в то время как в Хогвартсе имелись десятки пустых комфортных помещений, не говоря уже о Выручай-комнате, которая была бы идеальной площадкой для тренировок. Вместо этого выбор Реддла пал на небольшую комнатушку в подземельях, которая давила, вызывая чувство клаустрофобии своими облупленными тускло-черными стенами, а разряженный мертвый воздух сковывал глотку в попытке сделать вдох. Однако самый большой страх вызывала оглушающая тишина, от которой казалось, что все звуки ушли из этого мира. Помещение было совершенно пустым, если не считать нескольких массивных железных крюков, вбитых в одну из стен. Однажды, на шутливый вопрос Наварра о том, для чего раньше использовалось это помещение, Том небрежно бросил «Для пыток», и ни один из них не пытался узнать подробности, предпочитая оставаться в блаженном неведении. Даже если Том и пошутил, на что они в тайне надеялись, это место все равно было слишком давящим. ー Кто желает наложить чары? ー первым взял себя в руки Корвус, после чего вызвал «Люмос максима» из палочки и закрыл дверь изнутри. ー Только не я, у меня до сих пор мурашки от этого места, ー поежился Наварр. Брендон, тем временем, тоже вытащил палочку из мантии. ー У меня не получится так чисто, как у Тома, но… Его палочка начала чертить в воздухе сложную фигуру, после чего Нотт произнес: ーКапациус Экстремис! Контроль. Том Реддл был уверен, что в нем заключен ключ к успеху в любом деле. Юноша обожал любые его проявления. Четыре года, проведенные в каменных стенах замка, позволили ему отточить этот навык, довести до совершенства. При этом, контроль для Тома был связан не только с окружающими людьми и событиями, но и с его собственной жизнью. Владению собой он научился еще в первый год учебы. С тех пор место озлобленного маленького мальчика занял обаятельный, уверенный в себе юноша с разящей улыбкой и огнем, тлеющем в глубине зеленых глаз. Приютская жизнь поставила на нем свою печать. Четыре года жизни в магическом мире не смогли стереть ее из его души, но ни один из преподавателей или студентов не мог разглядеть этого за идеальной маской идеального ученика. Том справлялся со своей ролью с блеском гениального актера, и только те, кому он позволил увидеть настоящего себя, не испытывали всеобщего заблуждения. Многое произошло в жизни Тома за годы учебы, но ни одно событие не было случайным. Каждый шаг имел причину и следствие, каждое слово произносилось в нужное время и в нужном месте. Юноша не совершал бессмысленных действий, но всегда быстро принимал решения и добивался поставленной цели, чего бы это не стоило. Хогвартс представлял собой прекрасное место для его замыслов: лабиринты бесчисленных коридоров, мрачные подземелья, террасы башен с головокружительными видами и скрытые от глаз комнаты таили в себе сотни секретов, и в то же время каждый из обитателей был здесь как на ладони, беззащитен перед тем, кто знал, где и что искать. Не было студента, знавшего замок лучше Тома. Изучение тайн этих старых стен заняло много времени, но дало юноше неоспоримое преимущество ー Хогвартс стал его самым первым приспешником. Слизеринец шел по пустынным темным коридорам, и ему казалось, что именно сейчас замок полон жизни. Причудливые узоры теней, отбрасываемых горящими факелами, завораживали. Хогвартс был старым, он помнил многое, и именно в ночное время показывал настоящего себя. Его верными спутниками были тьма и разбивающий ее обжигающий свет, ночное безмолвие и тихий голос стен, юность и древность его обитателей. ー Том Реддл, ー внезапное обращение с визгливыми нотками отдалось эхом по стенам. Том резко обернулся и увидел подходящую к нему невысокую девушку в очках. ー Здравствуй, Миртл, ー вежливое приветствие и кивок головой. ー Куда идешь? Я только из библиотеки, готовила задание для профессора Бинса. Девушка кивнула на стопку свитков у себя в руках. ー Эссе по XVII веку? ー поинтересовался Том, игнорируя вопрос о цели своего пути. ー Оно, ー кивок в ответ. ー Тебе пора возвращаться в гостиную. Уже поздно, скоро будет обход. Миртл внезапно широко улыбнулась: ー Ты такой заботливый, Том! Не то, что эти чистокровные зазнайки. Слизеринец замер, как будто заледенел, все с той же вежливой улыбкой на губах. Девушка не заметила изменений и продолжила: ー Жаль, что мы не на одном факультете. С твоим умом ты стал стал бы одним из лучших в Когтевране. ー Уверен, шляпа знала, что делала, отправляя нас туда, куда отправила, ー медленно, будто подбирая слова, проговорил Том. ー Наверное, ー согласилась Миртл. ー Вот я точно бы не смогла учиться в Слизерине. Кроме тебя я ни с кем там не смогла подружиться. Они такие презрительные, как будто все вокруг ー пустое место. ー Студенты моего факультета крайне избирательны в выборе круга общения. Это прививается им с рождения как своего рода … защита. ー Но ты же совсем не такой! Почему? ー Все просто, ーответил Том, ー мне не нужна защита. Доброй ночи, Миртл Уорринг. Реддл знал, что девушка смотрела ему вслед, но не собирался продолжать разговор. Он уверенно шел по знакомым коридорам подземелий и остановился только у нужной двери, распахнул ее и шагнул внутрь. Дверь с глухим стуком закрылась и коридор погрузился в тишину. Встреча состоялась. ー Ты делаешь успехи в магии расширения и преобразования, Брендон, ー спокойная похвала в голосе Тома заставила Нотта невольно улыбнуться. Он и сам был доволен результатом: вместо ужасающей мрачной комнатки они находились в просторном помещении с высокими потолками и благородными, изумрудного цвета стенами. Между тем Том вытащил что-то из кармана мантии и бросил на пол, после чего достал палочку и произнес: ー Рерум крескат! Слизеринцы наблюдали, как расширяются и увеличиваются брошенные предметы, превращаясь в темные кожаные кресла, такие же, как в общей гостиной. ー Все-таки у нас сегодня будут посиделки? ー восхитился Эйвери. ー Никаких тренировок и новых темных заклинаний? ー Не сегодня, ー Том указал на кресла в приглашающем жесте. ー Нам предстоит важный разговор. Брендон, Наварр и Корвус заняли свободные места в предвкушении слов Реддла. Тот занял кресло последним, раскинул руки на удобных подлокотниках и откинулся на спинку, оставаясь при этом подозрительно напряженным. ー В последнее время я много думал о соревновании факультетов. Слизерин снова и снова борется за первое место. Борется, и так ужасающе часто проигрывает. Почему это происходит? Неужели чистота крови и наследие Салазара Слизерина так мало значат? На нашем факультете нет грязнокровок, но победа все же дается так нелегко. Может ли быть, что отсутствие грязной крови не только не дает форы, но делает нас… более слабыми, уязвимыми? ー Это не так! ー яростно возразил Корвус. ー Все из-за отношения преподавателей. Эти гриффиндорские и пуффендуйские пустышки постоянно подлизываются, давят на жалость, заискивают и так получают свои баллы. ー А вы что думаете? ー обратился Том к Нотту и Эйвери. ー Здесь я согласен с Лестрейнджем, ー кивнул Наварр. ー Преподаватели не очень-то нас жалуют. Ты и Брен ー исключения из правил. ー А почему мы ー исключения? ー Том подался вперед, обращая пронзительный взгляд на Наварра. ー Потому, что вы отлично учитесь и… ー И не создаем проблем, ー с усмешкой закончил за него Нотт. ー Хочешь сказать, мы проблемные? ー прошипел Корвус. ー Брендон прав, ー осадил его Том. ー Студенты Слизерина создают проблемы, потому что ненавидят ограничения. Учеба ー то же ограничение, отсюда нежелание следовать установленным в школе нормам и правилам. Для нас вес имеют только законы крови и рода, однако многие не осознают, насколько сильно их поведение в школе влияет на репутацию чистокровных семей. Влияние грязнокровок в магическом мире усиливается с каждым днем. Знаете почему? Они играют по нашим же правилам лучше, чем мы ー перенимают наши традиции и знания и с каждым поколением становятся сильнее. Кто знает, какой властью они будут обладать через десять и пятьдесят лет, если ничего не предпринять? ー Ты все-же думаешь присоединиться к Гриндевальду в борьбе против грязнокровок и маглов? ー удивленно спросил Наварр. ー Гриндевальд интересен как волшебник, но я не считаю его дальновидным полководцем. Его революция обречена. Я говорю о внутренних изменениях. О том, что мы с вами способны сделать на уровне школы, чтобы сохранить величие магической крови. ー И что это? ー Брендон ожидал от этой встречи чего угодно, но Том снова его удивил. Нотт старался ухватить его мысль, но пока не понимал, к чему тот ведет. ー Объединение, ー уверенно ответил Том, и Брендон мог поклясться, что его зеленые глаза сверкнули. ー Объединение чего? ー Для начала Слизерина. ー Ты шутишь. ー Отнюдь. ー Это невозможно. ー Неужели? ー Ты же знаешь отношение отпрысков волшебных семей друг к другу ー вековая ненависть, прикрытая тонким слоем хороших манер. ー Ты недооцениваешь меня, Брендон, ー мягко возразил Том. ー Задача не простая, не спорю, но мне по силам с этим справиться. ー Знаете, ー медленно, будто удивляясь собственным словам, проговорил Эйвери, ー Если кто-то и способен объединить факультет, собравший представители семей, которые поколениями терпеть друг друга не могут, то только наследник Слизерина. ー Именно, Наварр, ー согласно кивнул Том, и, обведя взглядом всех троих, продолжил. ー Слизерин станет единой силой, с которой будут считаться и студенты, и преподаватели. Мы докажем, что кровь ー это не просто красное вещество у нас в венах и не пустые слова, это статус и власть. Мы вернем величие истинной магии, используя кровь. Мою кровь. Реддл с удовольствием наблюдал за потрясенными лицами троицы. Эмоции были как на ладони, и не нужно было использовать легилименцию, чтобы узнать их мысли. ー Ты хочешь открыть правду о своем наследии? ー наконец, смог произнести Корвус. ー Далеко не всем. Достаточно будет заполучить нескольких, остальные придут ко мне сами. К тому же только преподнесенная в правильное время правда даст нужный мне результат. Для начала нужно хорошо подготовиться и собрать на доске все необходимые фигуры. ー Как ты это сделаешь? ー Нотт с подозрение смотрел на Тома. Он все еще не понимал, к чему тот ведет. ー О, я придумал довольно элегантное решение. Глаза Тома горели, когда он раскрывал детали своего плана. По мере его рассказа взгляды слизеринцев наполнялись похожим отблеском. Идея была поистине гениальной в своей простоте и заставляла кровь бурлить. Это было… интересно. Предвкушение. ー Это невероятно, Том. Если у тебя получится, Слизерин станет непобедимым! ー в восхищении прошептал Эйвери. ー Не путай цель и средство, Наварр. Объединение факультета ー всего лишь шаг на пути к сохранению чистокровной власти. Для этого нужны будут все волшебные семьи. Слизерин ー только начало. ー Но в таком случае, какой будет наша роль? ー Брендон задал вопрос, на который уже знал ответ, но все равно должен был это услышать. ー Здесь мы, наконец, подходим к самому важному, ー ответил Том, и его голос внезапно изменился, потяжелел. ー Вы станете предвестниками Слизерина, рыцарями его наследника и посланниками его воли, его глазами, ушами и его силой. Вы первыми узнали мою тайну, принесли клятву и вместе со мной постигали таинства магических искусств. Настало время проявить силу своего рода и своей крови. Вы со мной, мои рыцари? Чудовищная сила голоса обрушилась на слизеринцев, до боли сдавливая грудь и виски. На долю секунды они, будто, ослепли, потерялись внутри себя, полностью обратившись во слух. Этот голос вел их, звал за собой к тому, что было им по-настоящему нужно, чего они жаждали более всего. Никогда еще чужой голос не был таким глубоким, прекрасным и близким, он был домом, знанием и мечом. Он был их смыслом, их силой, их господином. Комната исчезла, больше не было границ, только невообразимая мощь, свобода и власть. Все вокруг потонуло в звенящей тишине, когда три головы склонились в почтении, и было произнесено то, что должно было. Да, мой лорд.