Между нами химия

Глава 58

— Познакомь меня со своей женой, Леш, — ее просьба была столь внезапной, что мужчина как-то потерялся, не находя, что ответить. — Тинуль, — он обхватил ее руки своими руками, переплетая пальцы, и все-таки нашел слова, — как ты себе это представляешь? «Привет, это моя любовница Тина»? Леша пытался говорить мягко, как можно менее причиняя боль любимой, но разве могут такие слова быть безболезненными? -…Дай мне время, пожалуйста, — Потапенко совершенно не ждал от нее сегодня этого разговора, хотя он и был логичным в их ситуации, поэтому сейчас находился в замешательстве. — Я не прошу тебя уходить от жены, — Тина привстала, нежно целуя химика в щеку, прикасаясь к ней горячими губами, не спеша отстраняться. — Я просто хочу ее увидеть, познакомиться. Может, это и плохая идея… Можешь представить меня как свою ученицу. Я честно не буду лезть в вашу личную жизнь и ни о чем ей не скажу. Я просто хочу для себя убедиться, что ты счастлив, тогда я со спокойной душой уеду. Все это время она смотрела на него, не отрывая взгляда от его глаз, которые сейчас выражали крайнюю степень озадаченности. Она сказала правду, но не всю, было еще одно обстоятельство, которое подтолкнуло ее к этому шагу. Безумство. Оба это понимали, но тем не менее пошли на это. Леше пришлось согласиться. Почему-то он верил, что она не скажет об их связи жене. «Ну, неужели эта маленькая девочка, которую я безумно люблю, и которая любит меня сможет так подло со мной поступить?» — Он отчаянно в это не верил, — «А как я с ней поступаю? Разве это достойный поступок любящего человека?» — Ле-еш, — она уже в который раз пыталась «достучаться» до мужчины, дергая его за плечо, но тот, кажется, глубоко ушел в свои мысли. — Леши-ик, Лешичек, — Потапенко наконец среагировал и недоуменно посмотрел на девушку. — А ты останешься сегодня со мной? Тину очень волновал этот вопрос, ведь часы показывали уже одиннадцатый час, и если Леша собирается уйти, то произойдет это в ближайшее время. А так не хотелось остаться одной. И Тина все же надеялась. — Малышка, я посижу до одиннадцати, а потом поеду, — он крепче обнял девушку, размещая холодные руки на ее талии. Ее грустный взгляд говорил все за нее, но возражать не смела. Она прекрасно понимала, что дома Лешу ждет семья, и он никак не может с ней остаться, но это разум, а вот чувства, которые сейчас перебарывали здравый рассудок твердили обратное. Было так обидно, что он приходит к ней, будто чисто за одним сексом, хотя ведь знала, что это не так. Сколько за эти пару месяцев у них было прекрасных моментов, разговоров по душам, прогулок по парку, походов в кино и цирк. Им было очень хорошо, и не только секс ему нужен, она знает, но ранимая сентиментальная душенька все же обижалась. — Я тебя люблю, Тинулик, — стоило ему поцеловать ее в щечку, затем в губки и наконец спуститься к шее, как все обиды мгновенно улетучились. Нет, ну, не может она устоять перед этими мокрыми дразнящими губами, ласкаюшими ее шею. Поцелуи в шею -это слишком опасно. Та грань, перейдя которую, она уже не сможет себя сдерживать. И он знал, он все знал. И про шею, и про нежные поглаживания ее спины, и про поцелуи за ушком. Он слишком хорошо знал эту девочку, чтобы позволить ей обижаться.

***

POV Леша — Здравствуйте, — мило пролепетала блондиночка, смотря на Викусю. Вот Кароль, вот дает. Сейчас она и впрямь была похожа на мою ученицу. Скромненькое платьице, минимум макияжа и немного смущенный взгляд. Она вела себя так, будто и правда попала в эту квартиру первый раз. — Я Тина. POV Тина — Привет, проходи в зал, я сейчас только учебники возьму, — Леша не успел договорить, как из соседней комнаты выбежала маленькая девчушка с косичками. «Надо же, прям как он когда-то мечтал» — грустно подумала я, но вслух ничего не сказала, лишь натянула приветливую улыбку. Нет, ни за что в жизни я бы не смогла разрушить чужую семью, все-таки не так меня воспитывали, да, возможно, я испортила что-то, так нагло вторгнувшись в его жизнь, но теперь точно знаю, что это нужно прекращать. — Папочка-а…ой, — кажется, она не сразу заметила нового человека в доме. — Здра-асьте. Я Тина. Девочка оказалась очень дружелюбной и, кажется, любила новые знакомства. Она подошла ко мне, так мило смотря снизу вверх. — Привет, меня тоже зовут Тина, — я улыбнулась, протягивая девочке ручку, знала бы она, что Лешик назвал ее в честь меня… но моя тезка вместо того, чтоб пожать ее, обняла меня. Ее папа ушел в соседнюю комнату, а мама стояла позади меня, умиляясь этой картине. — Тинулик, — я чуть вздрогнула от этого обращения, которое явно было адресовано не мне. А ведь именно Леша всегда меня так называл. — Не приставай к девочке. — Да нет, что вы, — я обернулась, чтобы посмотреть на женщину, которая, надо сказать, меня не намного старше, но она просто об этом не знает, — Тина очень милая девочка. — Тина, Тина, — эта милая девочка уже тянула меня в зал, — пошли я покажу тебе свою новую куклу. Я смущенно улыбнулась Виктории, не зная, как мне поступить. А Леша, как назло, все не появлялся. Ну, неужели так сложно найти этот учебник, который наверняка лежит на той же полочке, вторая сверху в четвертом ряду. Как же я ненавидела его в свое время, и, кажется, мне придется вновь окунуться в это море химии. Бр-р. С каким удовольствием я заканчивала школу, буквально крича Лешке о том, что мне никогда больше не нужна будет эта дурацкая химия. И вот нате вам, здрасти. — Она у нас любознательная девчонка, да, Тинулик? — она подошла к малышке с косичками, поглаживая ее по плечам. — А ты сама из какой школы? Леша сказал, что ты в одиннадцатом классе. Ну, Леша! Он что совсем дурак?! Неужели я похожа на одиннадцатиклассницу? Мог бы сказать, что студентка. — Из сто восемнадцатой, — пролепетала я, впрочем не очень уверенно, потому что вопрос застал меня врасплох. — Ой, а Алексей Андреевич там раньше работал. — «Да, неужели? Вот это новость!» — Я знаю, мне его там как раз-таки и порекомендовали, сказали что он хороший педагог по химии. Наконец-то в зал, куда мы уже все успешно переместились, зашел Леша. И что он так долго там делал?! Вот прибить бы его! Хотя я сама напросилась на эту встречу, никто меня не заставлял. Ну, и зачем, спрашивается, он принес целых пять учебников? Собирается мучить меня химией? Виктория взяла маленькую Тину за руку, уводя в соседнюю комнату, но она явно не хотела. И только, когда мама пообещала ей поиграть с ней в какую-то игру, она согласилась. — Привет, Тинулик, — усмехнулся Леша, произносят мое имя с какой-то язвительностью в голосе. — Алексей Андреевич, — господи, как непривычно это говорить, в горле запершило. Мне кажется, или я покраснела? Опустила взгляд, устремляя его на свои руки, покоящиеся на коленях. Будто вернулась снова в те времена, когда только начала заниматься с ним химией. Боже! Какие непристойные мысли были тогда в его голове, а я ведь даже не могла предположить это. Ну, что ж, Кароль, раз уж решила, то играй свою роль до конца. — Я не понимаю тему «Гидролиз солей» — выдала я, единственное, что помню из этой ненавистной мною химии. Надо же! Я еще что-то помню. Удивительно. — Хорошо, значит, доставай тетрадь, записывай, — и что это он сегодня говорит с таким ехидством. Хотя да, ситуация и впрямь комичная. И тут я понимаю, что забыла тетрадь, я даже не подумала о ней. Видимо, Лешенька все понял по моим стыдливым глазам и закушенной губе, вовсе не сексуально. — Бери листочек, Кароль. Э-эх, вот и начался моя самый страшный кошмар, ненавижу я эту химию. А сейчас еще заставит что-нибудь решать. А монотонный голос химика все продолжал: — Пиши, гидролиз солей, — в мою голову пришла гениальная мысль, и вместо гидролиза солей я написала «Я тебя люблю» и пририсовала маленькое сердечко в углу. Он взял ручку и тоже написал «А я тебя нет, вредная девчонка» и нарисовал кривой смайлик с ухмыляющимся лицом. Господи, как дети же, ну. — Итак, Тина, для начала объясни мне, что такое соли и что ты о них знаешь, — ох уж этот его самодовольный взгляд, видимо, он тоже помнит тот разовор когда я специально выводила его из себя, говоря, что больше никогда в жизни не буду решать эту дурацкую химию. О солях я знала, а вернее помнила, ровным счетом ничего. Нахмурив брови и сведя губки бантиком, я посмотрела на Лешу, надеясь на его жалость, но он был беспощаден. Он лишь тихонечко чмокнул меня в губки, отчего я, простите, охренела. Тут стеклянные двери, пусть и с затемненными стеклами, но все же. В соседней комнате его жена и дочь, а он тут целуется. Нет, я, конечно, знала, что Потапенко бесстрашный — поняла это еще в школьные годы, когда у нас пару раз был секс прямо в школе, а последний раз мы даже забыли закрыть дверь. Хорошо, что тогда нас никто не спалил. Но все-таки, Потапенко, надо же иметь совесть и чувство страха, в конце-то концов. А еще я прекрасно помнила, как сама иногда подглядывала, точнее пыталась, когда он занимался тут со своими ученицами. Маленькая была и жутко ревнивая. Леша поводов не давал, а вот эти курицы, которые постоянно к нему липли, им я готова была волосы немного повыдирать, чтобы не лезли к моему мужчине. А еще помню, как стояла рядом с ним, провожая очередную ученицу, специально взяла за руку, хоть это было и совсем не уместно и даже неприлично, но тогда мне было все равно, единственной целью было, показать что это МОЙ мужчина. — Записывай, соли — это… — дальше в течение пятнадцать минут я усердно записывала лекцию под его строгим взглядом. Нет, я, конечно, могла и не делать этого, ведь мне это абсолютно не нужно, но злить Лешу почему-то не хотелось. Дальше он дал мне какие-то письменные задания и слишком уж тщательно следил, чтобы я их сделала правильно, из раза в раз исправляя мои ошибки. Время длилось очень долго, прям как на уроках химии когда-то, когда я еще не смотрела на своего обожаемого химика как на божество. Я предалась воспоминаниям коряво выводя на листе вместо натрий-хлор аш-хлор. — Кароль, давай внимательнее, пожалуйста. Ты уже четвертый раз вместо соли пишешь кислоту. Я тяжело выдохнула, прикрывая глаза, сдерживая слезы. Не могу терпеть, когда он на меня злится из-за химии. Это пошло еще с тех времен, когда я очень боялась с ним поссориться, и, когда он в очередной раз ругался по поводу химии, я боялась, что мы поссоримся и расстанемся из-за такой ерунды. — Ти-ина, ну, у тебя же четверка по химии, — дружелюбно произнес химик, пытаясь поддержать меня. Видимо, понял, что переборщил. — Алексей Андреевич, ну, вы же знаете, как я сдавала зачет, — припомнила я, взяв наконец себя в руки, и, кажется, покраснела от воспоминаний. Это и впрямь было феерично. Нет, конечно же, он не просил переспать с ним за зачет, это я сама предложила, за что теперь почему-то стыдно. Я еще вырядилась в школьную форму, прям как эти девочки из порно-фильмов. — Покраснела, малышка, — Леша усмехнулся, а я отвернулась в противоположную от него сторону, закрывая лицо руками. — А мне, между прочим, тогда очень даже понравилось. — Еще бы вам, Алексей Андреевич, не понравилось, — я повернулась к нему, в упор смотря в его глаза. — То была наша первая ролевая игра, а стыдно мне до сих пор.