Я говорю на языке Суок

— Не бойся, Суок, — врач осторожно решил подойти к вопросу, продолжив мягко. — Скажи, что с тобой. Мы обязаны выявлять проблемы у посетителей школы. Суок выпалила, не думая: — Мой отец — Ким Джехен. Вы его должны знать, — Суок смотрит на свои руки, не дает слезам выйти дальше век. — Вам не нужно это. Я просто уйду, а вы забудете, — она заглядывает в глаза мужчине, пытаясь держать уверенность и ожидая положительного ответа от школьного персонала. — Ким.. Джехен.. — врач кинул взгляд на живот девушки и тут же отвел его. — Ладно. Вы можете идти, — врач отвернулся к своему столу, собираясь возиться с бумагами. — То есть вот как это происходит, — Чимин впервые заговорил, он надеялся, что всё решится само собой. Но, похоже, в жизни так не происходит. — А вы в курсе, что вы отвечаете за благосостояние учеников? Сейчас девушка выйдет из вашего кабинета без какой-либо помощи, и кто-нибудь об этом узнает, когда она в очередной раз упадет в обморок. А, — Чимин выставил палец, вскидывая брови. — И стоит упомянуть о том, что вам грозит тюрьма за скрытие таких данных, — врачу пришлось посмотреть на молодого человека. Суок немедленно встала с кушетки, подлетая к Чимину и беря его рубашку в кулаки. — Прошу, не надо. Я правда справлюсь, мы с братом. — Да что может твой брат? — взорвался брюнет. Его глаза прожигают глупое, на его взгляд, лицо девушки. — Когда на тебе живого места нет, он сидит и молчит в тряпку? Брат. Ладно, раз тебе это не надо, я пойду, дел много, — он оторвал руки девушки от себя, отворачиваясь и выходя. Суок спешит тоже выйти и забывает закрыть дверь, выходя в коридор. Она видит, что Чимин ушел недалеко и услышит ее. — Я ему не показываю и не говорю, а он делает всё возможное для нас, — девушка уходит к выходу из школы. И он услышал. Только что это меняет?

***

Хочется есть. Она даже не потренировалась, а уже устала. Усталость, противная и высасывающая хорошие эмоции. Кафе «Сиренеус» — недалеко от школы — встречает своих гостей сладким ароматом сирени, цветущей по периметру. Суок нравится этот запах и место. Она заказывает теплый чизкейк и латте и садится в дальний угол, закрывая глаза. Посетителей немного, от этого еще лучше. Она не то чтобы интроверт или экстраверт, скорее где-то между. А Тэхен интроверт. У него друзей-то нет. Да и у нее. У богатых нет друзей. Настоящих нет. Она вдыхает глубже местный запах выпечки и кофе и с облегченным удовольствием ныряет носом в ворот куртки. Она слышит, как «девушку» зовут, чтобы она забрала заказ. Это ее заказ. Она забирает его и снова устраивается на диване. Полчаса прошли, сил прибавилось еще немного. И пришла мысль, что Тэхен о случившемся не должен узнать. Чимин не расскажет, ему это не нужно. Так что ее задача в одном — молчать. Когда она возвращается в зал, она никого не обнаруживает. Ну слава богу, никакие Чимины не догадались прийти в нерабочее время зала. Теперь она может спокойно отрепетировать танец. Повязку она вытащила из куртки и уложила в рюкзак, приступая к тренировке. Танцевала она без мыслей, а вот после мысли занял Чимин. И когда она закончила с другими школьными предметами, в голове был он. Дело даже не во внешних данных. Он располагает отношением. И еще, он уже слишком много знает. От слова ну очень. Ей страшно представить, что будет, если он не удержит тайны. Тэхена не было до ночи. Джехен не в курсе, что он работает, признает, что сыну в неприязнь находиться дома. Да и Джехен не часто приходил домой к вечеру. Что остается Суок? Находиться в доме одной, обняв себя в махровом халате на диване и ждя. Хотя она может пойти к себе. Но хочет встретить Тэхена. Щелкает орехи, кидая скорлупу в чашку, виснет через спинку дивана, понимает, что так больно и ложится на него. Пробует читать Марка Мэнсона «Тонкое искусство Пофигизма», ей кажется, что для сложных мозговых осмыслений она пока не так энергична и откладывает книгу. Брата нет, и к десяти вечера она отправляется в свою комнату. Хоть не на железной кровати сплю. Подумала она, поблагодарив жизнь за это. За долгое время ей впервые что-то снится. Два сна. Первый примитивный, неинтересный, но вот потом началось что-то немыслимое. Возможно, ее физическое тело спокойно, как она думает, но в голове полный переворот. Чьи-то руки залезают ей под майку. И вновь знакомый жест. Майка опускается. Черными глазами в ее впивается Чимин. — Сколько ты будешь терпеть? Пока не впадешь в кому? — взгляд злой. Холодок бежит по коже. Какой коже, не знает. Наверное по сновиденческой. Чимин без верха. Она теперь тоже. Дыхание ускоряется. Она четко видит брюнета. То, как он склоняется к ее телу, а потом она чувствует нежное касание кожи. Ее живот вздымается и опускается. Не-мыслимо. Парень так нежен, что она не удерживается и вплетает пальцы в его волосы. Хочет почувствовать эту нежность. Он рывком раздвигает ее ноги и целует уже в шею. Она кричит. Мы в зале? Где мы? У меня в комнате? Осмотрись. Суок повернула голову, чтобы понять окружение. Не видно очертаний. Но вроде комната. — Чимин.. Что ты делаешь? — Делаю тебе хорошо. И себе, — она чувствует чужие, мягкие волосы рядом с щекой и, кажется, мурлычет от такого блаженства. Ей не кажется это плохим. А потом он проводит по внутренней стороне бедра грубыми пальцами и шлепает. Она сильно стискивает глаза. Она чувствует что-то приятное. Не касание, чувство, щекочащее в низу живота, а затем грубое и чёткое. Чимин вошел, глубоко. — Чимин.. — она слышит стоны свои и его. — Господи.. Да.. — вплетает снова пальцы в волосы парня и прижимается губами к его щеке, горячо выдыхая. Рука сама сжимает бедро парня, впивается, когда толчки становятся быстрее, а он целует ее - куда дотянется. Парню хочется грубее и доминировать, поэтому он хватает руки девушки и с силой откидывает ей за голову, шепча что-то на ухо. Она не расслышала, вместо этого открывает глаза, тяжело дыша и смотря перед собой, лежит на животе, руки у лица сжимают простынь. Оказывается, она заснула даже не под одеялом. Взгляд медленно перебегает с плеча до живота. Ночная майка сползла с плеча. А на животе задрана. Но ниже. Смотреть не надо. Надо чувствовать. Она поерзала, сжимая ноги друг к дружке. Там.. Тепло и щекотит. Рука, сжимавшая простынь до этого, потянулась вниз, дабы запечатлеть такой момент в памяти. Суок прижимает руку к трусикам и ведёт к низу. Сжимает женскую часть и закусывает губу. — Я мокрая.. — Разве во сне такое бывает? Что она здесь творила, пока была во сне? Какой кошмар.. Кто-нибудь зашел бы и увидел. Не дай Бог Джехен. Но.. Сон-то сам был.. Приятный.. Суок перевернулась на кровати, смотря в потолок. Она будто чувствовала всё наяву. Мысли о сне еще не ушли, как это бывает обычно, поэтому ее эмоциям нет предела. Она брыкается на кровати, хмуря брови. Не понимает: радоваться или нет. Ведь там был Чимин.. Не рановато она начала им увлекаться? Она прижимается полубоком к кровати, почти ложась на живот и грудь, покусывая свои пальцы и бешено смотря перед собой. Как ей могло такое присниться? А если повторится? Однажды в комнату зайдут. А пока не утро, можно еще поспать. Главное, без неожиданных сюрпризов во сне. Кстати.. Тэхена так и нет. Обычно, он заходит перед сном ко мне, - в случаях, когда Дже перед этим меня не мучал, - и, если застает неспящей, желает доброго сна. Наверное, решил меня не беспокоить. И, к тому же, устал. Надо пораньше встать и приготовить ему завтрак.